There, where you go every night.

Янтарно-оранжевый рассвет томно растекался по  безоблачному небу, размывая границы между ночью и днëм. Кроваво-красное солнце стремительно возвышалось над землёй, озаряя каждый уголок Японии яркими тёплыми лучиками. Осаму не спал, различные навязчивые мысли лезли в голову практиканта, перемешиваясь в одно целое месиво, не давая ни минуты покоя. То перед Дазаем мелькал Чуя, сосредоточенно склонившийся над альбомом ,то резко вспыхивало мерзкое воспоминание о внезапном побеге мальчика. Невольно переместив взгляд на свою тумбочку, шатен заметил злосчастный пляжный пейзаж, что так старательно вырисовывал Накахара вчерашним вечером. Он взял альбом и швырнул его в ящик своей прикроватной тумбочки. Осаму не понимал, почему его так сильно тревожит благополучие Чуи. Ведь они знакомы всего несколько дней, а практикант уже готов выполнять каждый каприз рыжеволосого мальчика. Хотя...он же такой миленький. Ну как тут устоять? *** Пока Дазай вновь и вновь прокручивал в голове итог вчерашнего дня, он даже и не заметил как накинул на себя белëсый медицинский халат, всунул ноги в тапочки и вышел из комнаты. Может, если он пройдëтся по прохладным больничным коридорам, то все эти поганые мысли исчезнут? Шатен бесцельно шатался по коридору своего второго этажа,как вдруг к нему подлетели двое санитаров. Ранее, он пару раз видел их возле столовой, однако диалога у них так до этого момента и не состоялось. Один из санитаров был высоким,с тёмно-рыжими взъерошенными волосами и резкими, словно высеченными из камня чертами лица. Его спутник был гораздо ниже, имел длинные чёрные волосы, собранные в небрежный высокий хвост. На светлом лице,помимо тёмных синяков под глазами, красовалась медицинская маска. А на шее виднелся чёрный чокер с металлическим крестом посередине. — Это ты, Осаму Дазай? Ну, эспер, что может обнулить любой дар, - уточнил рыжий, складывая руки на груди. — Предположим, - шатен нахмурился. — У вас что-то срочное? — Твой подопечный, Накахара... как бы помягче сказать... Мало того что он жутко бесячий, так ещё оказывается и одарённый! И эта его блядская одарённость сейчас разнесёт нам всю больницу! - не выдержал тот что ниже, срываясь на крик, который больше походил на змеиное шипение. — Гинчик, не психуй. Сейчас мы всё разрулим, - попытался утешить рыжий, кладя руку на плечо коллеги. — Иди нахуй, Тачихара! Не дожидаясь продолжения нелепого конфликта этих двоих, Осаму рванул в сторону палаты Чуи. Тачихара и Гин ринулись вслед за ним, чтобы помочь Дазаю, если конечно их помощь потребуется. *** Распахнув скрипучую дверь, шатен едва успел пригнуться, ведь в нескольких сантиметрах от его головы пролетела подушка, причём с такой силой, что если бы она попала в голову, то простым ушибом отделаться бы не вышло. Комната походила на эпицентр торнадо: мебель и мелкие предметы хаотично кружились в воздухе, сталкиваясь друг с другом. В центре этого хаоса бесконтрольно парил Накахара. Его рыжие волосы быстро развевались на ветру, а глаза... Глаза смотрели сквозь реальность, не видя ничего вокруг. Кажется внезапное проявление способности завладело разумом мальчика, ведь на возгласы прекратить он не реагировал никаким образом. Тут же подоспели и те двое санитаров,которых Дазай встретил возле душевой. Однако какую-либо помощь Тачихара и Гин оказать не успели, невидимая сила прижала их к полу, словно гигантская ладонь.Они не то чтобы встать, они даже пошевелиться не могли. — Чуя! — позвал Осаму, сделав небольшой шажок навстречу рыжему пациенту. Накахара в свою очередь резко взмахнул рукой, создавая небольшой гравитон — сферу искажённого пространства, которая с рёвом проломила стену, оставив после себя груду обломков и пыли. — Неполноценный человек, - еле слышно прошептал шатен, активируя свой дар. Дазаю было подсилу обнулить абсолютно любую способность, несмотря на то насколько она сильна. Он понимал — если не остановить это сейчас, последствия будут катастрофическими. Практикант моментально подлетел к рыжику, касаясь его горячей шеи. Мальчик мигом потерял сознание, падая вниз, прямо на руки Осаму. Дазаю лишь осталось прижать дрожащее тельце к себе. Чуя остался полностью цел, в отличие от своей разгромленной палаты. Ему удалось разрушить стену, в которой находилось единственное окно — теперь сквозь огромную дыру было видно больничный двор, усыпанный обломками кирпичей и штукатурки. Палата походила на часть заброшенного здания, ежели на жилое помещение. Поскольку способность Накахары обнулилась, Тачихара и Гин могли спокойно передвигаться, как раньше. Правда тело каждого из них ужасно болело из-за нежилого удара о пол, но ни одну из конечностей санитары не повредили. Оставлять Чую в разгромленной палате нельзя, поэтому Дазай решил отнести его к себе. Заодно шатен сможет аннулировать опасный дар , если тот активируется вновь. Осаму было плевать на запрет, о неправильности таскать пациентов по санитарским комнатам. Его в любом случае не выгонят из этой психиатрической больницы. Ведь его родственники вновь смогут подкупить директора, чтобы оставить Дазая здесь хоть навсегда. *** Практикант сидел на широком подоконнике, затягиваясь крепкой сигаретой. Терпкий дым медленно растворялся в прохладном вечернем воздухе, улетая в раскрытое окно. Рядом, облокотившись о стену, стоял Адам с ментоловой сигаретой в зубах. Такэда недовольно косился на рыжего мальчика, который мирно посапывал на кровати Дазая, укрытый до подбородка мягким пушистым пледом. Кацу, расположившийся на соседней кровати, полностью погрузился в свой телефон, являющийся единственным источником света в этой сумрачной комнате. —Возишься с ним как курица с яйцом, - проворчал Адам, выпуская кольцо дыма в окно. Его голос звучал раздраженно, но тихо, чтобы не разбудить спящего. — А не ты ли мне часами напролёт рассказывал, как правильно обращаться с ним? - фыркнул Осаму, аккуратно туша окурок в стеклянной пепельнице. — Рассказывал, но не думал, что ты настолько... - Такэда резко замолк, уставившись в окно на чёрный Mercedes Maybach. Машина бесшумно подкатила к больнице и припарковалась возле главного входа в здание. — Чего замолк? Говори, раз начал, - оторвался от телефона Накано, недовольно пробежав глазами по двум силуэтам возле окна. — Огай п-приехал, - голос Адама дрогнул, на его обычно самоуверенном лице читался животный испуг. Он мигом потушил сигарету, резким движением швырнув окурок в пепельницу. Его пальцы нервно дёрнулись, поправляя воротник халата. — Кто это? - видя суету соседа, опешил Дазай. — Хирург из Портовой Мафии. Он крышует это место. Строит из себя крутого,но на деле он тот ещё кретин. Сначала притворяется добрым дядей-врачом, подкупает всех и ведёт себя добродушно. А потом ты не успеешь опомниться как он уже завербовал тебя в лапы Мафии, - Кацу ринулся к Чуе, поднимая рыжика на руки и передавая бессознательное тельце в руки практиканта. —Унеси его. Если рыжего увидят у нас, то и нам, и ему будет худо. Унести Чую в палату — не вариант,ведь на данный момент вместо цельного помещения там располагалась груда обломков, пыли и штукатурки. Поэтому решение направиться к Достоевскому пришло само собой. Если в этой больнице и был человек, способный помочь в такой ситуации, то только Фёдор. *** После трёх негромких, но довольно настойчивых стуков прошло пару минут, прежде чем дверь приоткрылась. В проёме показался сонный хозяин комнаты. Его обычно аккуратно уложенные чёрные волосы сейчас были растрёпаны, а в заспанных глазах читалось раздражение, ведь визит нежданных гостей его крайне не радовал. — Пустишь? - Осаму крепче прижал к себе пылающее тельце мальчика. Накахара тихо стонал, впиваясь пальчиками в чужой жёсткий медицинский халат. — Грх...,- Достоевский устало протёр глаза кулаком, внезапно полностью приходя в себя при виде состояния, в котором пришли гости. —Проходите, - пробубнил брюнет, приглашая войти внутрь, с помощью жеста. В комнате Фёдора было прохладно, приоткрытое для проветривания окно впускало свежий летний воздух. А полупрозрачные занавески колыхались от едва ощутимого ветерка. Фёдор одним лишь взмахом руки расправил смятые простыни на кровати, жестом указывая практиканту уложить на них Чую. —Кажется, я поторопился с выводами о том, что рад тебе в любое время, - недовольно поставив небольшую аптечку на край постели, сообщил брюнет. Достоевский открыл её с громким щелчком и начал копаться в залежах различных флаконов и блистеров. Его ловкие пальцы быстро отыскали нужные жаропонижающие таблетки. —Не уверен, что ему это поможет. Это не просто жар, а последствия активации способности, - предупредил Дазай, аккуратно укладывая голову Накахары на свои колени. —Жить будет, - отрезал Фёдор, профессиональным движением поместив таблетку на корень языка рыжеволосого мальчика, поднося к его сухим губам стакан с чистой водой. —Глотай. Изначально Чуя сопротивлялся,но вскоре сдался и проглотил горькое лекарство, вновь издавая протяжный болезненный стон. *** Не прошло и пятнадцати минут,как дверь в комнату резко отворилась. На пороге стоял директор Саджимура, его обычно невозмутимое лицо сейчас выражало непресущее для него беспокойство. — Дазай, - негромко позвал он. —Тебя ждут в моём кабинете. Огай-сан выразил желание познакомиться с тобой прямо сейчас. — Правда? Тогда передайте Огай-сану, что если я исполню его прихоть прямо сейчас, то эта больница превратится в груду пыли и арматуры, -рявкнул Осаму, не убирая ладони шеи своего пациента. —Разве вы не слышали про инцидент со стеной, произошедший сегодняшним утром? Саджимура лишь недовольно поморщился. Директор прекрасно знал о произошедшем — остатки разрушенной стены ещё даже не успели убрать. Его взгляд задержался по лежащему на кровати рыжику, чьё маленькое тело слегка тряслось. Но спустя минуту раздумий,гениальное решение наконец пришло в голову Саджимуры: — В таком случае я приглашу его сюда лично, — сквозь зубы процедил директор психиатрической больницы, резко разворачиваясь на каблуках своих дорогих кожаных ботинок, удаляясь из комнаты прочь. Личный визит Мори Огая действительно не заставил себя долго ждать. Уже через пять минут в дверном проеме появилась высокая, подтянутая фигура мужчины лет тридцати. Его медицинский халат безупречно сидел на широких плечах, а чёрные волосы были уложены в каре. Но больше всего поражали глаза ,они были холодными, пустыми и имели едва уловимый сливовый оттенок. Мори плавно вошел в комнату, прикрыв дверь тыльной стороной ладони. Его взгляд скользнул по всем присутствующим, на мгновение задержавшись на Чуе, прежде чем он направился к постели, на которой сидели все трое. —Какое конкретно жаропонижающее вы ему дали? —Галоперидол, 5 милиграмм. Безрезультатно, -коротко проинформировал Фёдор. Ловким движением руки Огай достал из кармана шприц с прозрачным раствором.  — Это временно стабилизирует его состояние до приезда в больницу. Игла вошла в дельтовидную мышцу Накахары почти безболезненно. Через пару минут его дыхание выровнялось, а мышцы наконец-то расслабились. *** Огай уверенно держал руль своего чëрного автомобиля, пальцы мужчины плавно поворачивали руль. Заднее сиденье, обитое дорогой кожей, теперь служило временным пристанищем для Осаму и сопящего на его плече Чуи. За окном мелькали фонари,подсвечивающие непрекращающуюся трассу, с каждым километром унося Мерседес как можно дальше от мрачного здания психиатрической больницы. — На какой срок мы едем в твою больничку? — его голос звучал нарочито беззаботно. Огай даже не повернул голову в сторону собеседника, его отражение в зеркале заднего вида оставалось бесстрастным: — С тебя хватит и нескольки часов, — он резко перестроился, обгоняя огромную фуру. —А вот мальчик пробудет там не менее двух недель. Нужно тщательно обследовать его. —Пф, я мог бы контролировать его способность, зачем все эти лишние телодвижения? - возмущался Дазай, прислонясь щекой к холодному запотевшему окну. —Контролировать? Интересно каким это образом. —Разве Саджимура-кун не просвятил вас? -наигранно удивился Осаму. —Я тоже одарённый. Мой дар заключается в том, что я могу обнулять чужие способности одним лишь прикосновением. Дазай ещё не осознал, что только что сказанная им фраза колоссально изменит его жизнь. Ведь теперь им заинтересовался Мори Огай, что до добра точно уж не доведёт.