Улыбка, Которая Лжёт

Холодный ветер обжигал лицо. Шанс сидел рядом с Ту Таймом, чувствуя, как в его груди нарастает тревога. Но это чувство меркло в сравнении с тем ужасом, который он испытал только что. Ту Тайм перестал дрожать, перестал вырываться. Он просто затих, даже перестал смеяться. Он сидел неподвижно, улыбаясь своей обычной, натянутой улыбкой, но в ней больше не было безумия, не было даже тени радости. Только пустота, холод и… что-то зловещее.  Ту Тайм тихо шептал,  прерываясь лишь для того, чтобы набрать в грудь воздуха: — Это нужно было сделать ради Спавна… Это нужно было сделать ради Спавна… то нужно было сделать ради Спавна… — каждое слово вылетавшее из его пересохших губ, звучало так, словно он пытался убедить не только себя, но и кого-то ещё. Шанс не знал, как поступить, что предпринять, что делать?! Стоит ли попробовать заговорить с ним? Может, нужно позвать на помощь? Но кого? К кому стоит обратиться? Шедлетский, скорее всего, просто отмахнётся, сказав, что Ту Тайм просто «немного не в себе», как и все, все они говорили раньше! Будто это что-то, к чему они все уже давно привыкли!  Эллиот… Эллиот, точно, сейчас, сейчас ему нужно найти Эллиота! «Черт,» — подумал Шанс, чувствуя, как его собственные руки начинают дрожать, предательски выдавая его страх. Он осторожно коснулся плеча Ту Тайма, пытаясь привлечь его внимание. — Ту Тайм? — тихо позвал Шанс, стараясь скрыть нарастающую панику. — Ты меня слышишь? Ту Тайм не ответил, продолжая сидеть неподвижно, с приклеенной к лицу улыбкой, смотря в стену с пустым, взглядом и шептать всё то же, снова и снова. Шанс почувствовал, как по его спине пробегает холодок. Это было хуже, чем истерика, хуже, чем попытка самоубийства. Это было… словно Ту Тайма больше нет, только пустая оболочка, хотя, сильно ли Ту Тайм отличался от неё в своём "обычном" состоянии..? Шанс стиснул кулаки до побеления костяшек, пытаясь унять дрожь, которая охватила всё его тело, и попытался ещё раз, повысив голос: — Ту Тайм! Но Ту Тайм не отреагировал, даже не дрогнул. Он словно окаменел. Шанс, сглотнув ком в горле, медленно отстранился, понимая, что его попытки тщетны. Он осознал, что сейчас ничем не сможет помочь Ту Тайму. Ему нужно было обдумать ситуацию, успокоиться, собраться с силами, поговорить с Эллиотом, посоветоваться, может, попросить помощи, составить новый план. Тихо поднявшись, стараясь не потревожить застывшую фигуру Ту Тайма, Шанс ушёл, чувствуя на себе его пустой, улыбающийся взгляд. Он оставил его там, в темноте, наедине с голосами и шёпотом о Спавне, чувствуя себя отвратительно, как будто он предал его. Шанс вывернул из-за угла, обходя хижину и чувствуя себя опустошённым. В голове гудел рой мыслей, воспоминаний, обрывков разговоров. Всё смешалось в одну сплошную кашу. Ту Тайм… Что с ним происходит? Что это за ужас, который он видел в его глазах? И что Шанс только что сделал? Правильно ли он поступил? Или же он совершил невероятную ошибку..?  Он сжал и разжал кулаки, пытаясь рассмотреть в них что-то, а потом завёл руку за спину, доставая кинжал и ощущая холодный металл. Взгляд пару секунд заострился на лезвии, а потом перешёл на серую рукоять. Шанс долго его разглядывал, застыв на месте, пытаясь найти ответы на свои вопросы, но, видимо, поняв, что ответов тут нет, убрал его, продев через петлю для ремня на штанах. Он направился к причалу, где надеялся увидеть Эллиота. На улице всегда было пусто после матчей, лишь он и Эллиот выходили сюда проветриться.  Нашёл напарника Шанс, опустившим ноги в воду, его лицо было таким же бледным и уставшим, как и у Шанса. — Привет, — тихо сказал он, присаживаясь рядом, стараясь не нарушить эту звенящую тишину. Эллиот кивнул, бросив на него короткий взгляд. — Привет. Почему ты выглядишь... так? Шанс вздохнул, описывая общую картину, что произошло у хижины. Эллиот внимательно слушал, его глаза расширились от ужаса, когда Шанс добрался до момента, когда Ту Тайм попытался себя задушить. — Святые пепперони… — прошептал Эллиот, потирая виски. — Я даже не представлял… что всё настолько серьёзно. Шанс кивнул, чувствуя, как нарастает отчаяние. — Я забрал у него нож. Думаю, это было необходимо. Не знаю, правильно ли я поступил, но не придумал ничего другого Эллиот кивнул, задумчиво и неуверенно. — Знаешь, Шанс, забавно получается. Я не знаю, что делать дальше. Вся эта ситуация выходит за рамки моего понимания. Я не врач, не психолог… Я просто хочу выжить, а тут это всё. Шанс понимал его, как никто другой. Они были похоже больше, что казалось вначале. — Ты сказал, что видел изменения, когда он использует нож, — внезапно вспомнил Шанс, нарушив молчание. — Я… я тоже заметил, как он изменился, но почему мы не видели такие изменения во время матча? Его поведение не выглядит так, как будто он может это сдерживать... Они помолчали, погрузившись в свои мысли, каждый обдумывая услышанное, пытаясь найти хоть какое-то логическое объяснение происходящему. — Слушай, — Шанс нарушил тишину. — Я думаю, нам нужно поговорить с Ту Таймом насчёт ножа, как мы и планировали. Но я боюсь, что мы своими действиями только усугубим ситуацию. Поэтому, давай я сам с ним обо всё поговорю, ладно? Я попробую вытянуть из него правду. Один на один, без лишних свидетелей. Эллиот горько усмехнулся, сверив взглядом Шанса, словно пытаясь убедиться в чём-то. Тот сразу же отвёл глаза, попытавшись вытащить самокрутку из кармана, чтобы хоть как-то успокоиться, но руки предательски задрожали, а пальцы не захотели слушаться, перестав сгибаться. — Ты уверен, что вообще в состоянии разговаривать? — Эллиот молча забрал у Шанса самодельную сигарету и убрал обратно в карман. — До этого ты был не против всей этой затеи, а теперь пытаешься меня отговорить, почему? Эллиот вздохнул, тяжело и протяжно, подсел поближе к Шансу, словно ища у него защиты, и, после нескольких долгих секунд молчания, заговорил, словно решаясь на сложный шаг. — Знаешь, я не думал, что всё зайдёт настолько далеко, что я захочу тебе рассказать… Этот период моей жизни, который я не планировал даже вспоминать. Но раз уж тема зашла об этом, ты требуешь ответов и я.. доверяю тебе больше остальных... Я тебе её расскажу. Шанс кивнул, призывая его продолжать. — У меня тоже было непростое детство. Не буду вдаваться в подробности, но… Я помню, как однажды, мне было очень плохо. Я был на грани. Тоже слышал голоса, чувствовал себя потерянным и одиноким. Просто хотел,  чтобы все это закончилось, чуть даже не наложил на себя руки... Эллиот замолчал, его глаза наполнились грустью. Шанс видел, как ему тяжело вспоминать это. — Но потом… появился один человек. Он просто… поговорил со мной. Выслушал. Не осуждал. Просто был рядом и помогал. И этого оказалось достаточно. — губы Эллиота украсила слабая улыбка. — Он дал мне шанс выбраться из этого дерьма. Он показал мне, что жизнь может быть другой, что есть надежда, что есть ради чего жить. И за всё, что он сделал для меня, он потребовал взамен только одну вещь. Помогать другим людям точно так же, как это сделал он. Просто так, от всей души. И сейчас… я хочу сделать то же самое для Ту Тайма. Кто-то когда-то протянул руку помощи мне, и теперь я просто обязан сделать то же самое для другого. Понимаешь? Это важно для меня, Шанс. Эллиот замолчал, опустив голову, словно  боясь, что Шанс увидит в нём сломленного человека, нуждающегося в помощи. Было видно, что этот разговор даётся ему нелегко. Его прошлое, его опыт заставили увидеть в Ту Тайме не безумца, а такого же, как он человека, нуждающегося в помощи. — Теперь я понимаю, почему ты так остро реагируешь, когда дело касается кого-то из команды, — тихо сказал Шанс, слабо усмехнувшись. Шанс и раньше придумывал всякие причины странно-заботливого поведения Эллиота, но эта, почему-то была бы самой глупой и, одновременно, логичной из всех, что он когда-либо создавал в голове. — Слушай, — Шанс нарушил повисшую тишину, которая давила на них обоих. — Ты уверен? Эллиот горько усмехнулся, в его глазах читалась решимость, смешанная со страхом. Он ожидал от Шанса больше слов, но и тех, что он сказал, было весь достаточно. Он знал, что Шанс беспокоится о нём, что он готов прикрыть его спину, а это было самое главное. — Нет, Шанс. Я боюсь, но мы не можем бросить всё на полпути. Я уже всё сказал, я должен сделать это не для себя, а для Ту Тайма. И я сделаю это. Я должен это сделать. Шанс посмотрел на Эллиота, восхищаясь его решимостью и пытаясь скрыть, как из-за этого сильно горели его глаза.. — Хорошо, — сказал Шанс, кивнув, стараясь казаться уверенным. — Тогда давай подготовимся. И обязательно будем вместе. — Я думаю, у нас нет на это времени, — Эллиот, вдруг напрягшись, указал Шансу за спину, его взгляд был полон тревоги. Шанс тут же обернулся и заметил силуэт, что склонился над ними.