Улыбка, Которая Лжёт

Эллиот лежал неподвижно, дыхание у него было ровным, но брови то сходились, то расходились. Комната тонула в темноте, и только редкие полосы света скользили  по бледному лицу, на котором даже во сне не было покоя.

***

— Ту Тайм... — голос сорвался прежде, чем Эллиот успел понять, что происходит. Эллиот стоял посреди комнаты, не понимая, как здесь оказался. Перед ним, опустившись на колени, сидел Ту Тайм. Его рука дрогнула лишь на долю секунды, когда он первым резким движением вогнал нож в собственное тело. Голова была низко опущена, а по полу медленно растекалось тёмное пятно.

Оно становилось всё шире.

Кап.

Кап.

Кап.

Звук казался неестественно громким.

— Ту Тайм...

Ответа не последовало.

Ту Тайм смотрел куда-то мимо него. Он очень медленно поднял голову и на лице не было привычной улыбки, а только смертельная усталость.

Сейчас между каждым движением проходила целая вечность.

Потом пальцы Ту Тайма ещё крепче сжались на рукояти. Он вытащил кинжал медленно, с каким-то жутким и до ужаса спокойным выражением, будто не просто не боролся с собой, а окончательно понял, к чему всё идёт или, возможно, даже хотел, чтобы всё к этому пришло. В его взгляде не читалась паника, а только решительность довести дело до конца. — Иногда... — произнёс он почти беззвучно. — Одного раза недостаточно. Эллиот почувствовал, как сердце провалилось куда-то вниз. — Нет... — внутри всё оборвалось. Ту Тайм будто не услышал, смотря куда-то сквозь Эллиота, на кого-то другого, а потом едва заметно кивнул самому себе. Он посмотрел на клинок, потом перевёл взгляд на собственную ладонь, словно проверял, не дрожит ли она.

Не дрожала.

— Не надо... — почти шёпотом произнёс Эллиот, осторожно делая шаг вперёд. — Посмотри на меня.

Никакой реакции.

— Пожалуйста. Эллиота пробило холодом, потому что лицо Ту Тайма в этот миг почти не менялось, единственное, что отличалось, отсутствие обычной улыбки. Не было привычной фальшивости, за которой он прятался каждое слово. Всё это будто исчезло, смыло одним резким движением, и на его месте осталось что-то холодное, сосредоточенное и почти пустое. Эллиот видел этот взгляд и не мог отвести глаз, хотя внутри всё протестовало, всё сжималось, будто тело пыталось оттолкнуть увиденное раньше, чем разум успеет это понять. — Всё закончится... — Ту Тайм! Ты не хочешь этого, — быстро сказал Эллиот. — Мы со всем справимся, слышишь? Пожалуйста, не надо! Ту Тайм едва заметно улыбнулся, так печально, что у Эллиота перехватило дыхание. — Именно поэтому... — тихо сказал он. — Ты не должен этого видеть. Эллиот сорвался с места. — Нет!

Но тот уже не слушал, а лишь крепче сжал рукоять.

Эллиот бросился вперёд, но не мог ничего сделать, потому что ноги словно начали вязнуть в густой смоле. Каждый шаг давался с мучительным усилием, а расстояние между ними совсем не сокращалось, будто комната просто становилась длиннее, и сколько бы Эллиот ни шёл вперёд, Ту Тайм оставался одинаково далеко. — Стой! — голос сорвался.

Кинжал блеснул ещё раз.

Ту Тайм медленно выдохнул, выпрямился, медленно вдохнул, и на мгновение показалось, что он стоит не на грани, а уже за ней, как будто он когда-то давно мысленно за неё перешёл и оставалось перейти только физически. Эллиот хотел дёрнуться, окликнуть, остановить, но горло будто сдавило чем-то тяжёлым, и из груди вырвался только короткий, беспомощный вдох. Всё вокруг стало слишком громким и слишком далёким одновременно: собственное дыхание, стук сердца, тупой шум в ушах. Из Эллиота резко будто выбило весь воздух, ноги подкосились так внезапно, что он даже не успел понять, в какой момент перестал стоять. Он рухнул на колени, а потом почти сразу завалился вперёд, цепляясь руками за холодную поверхность, воздух застрял в груди, мир повело, но он всё равно смотрел на него.

Несколько секунд он просто смотрел на Ту Тайма, не в силах сделать выдох.

— Нет... — голос прозвучал хрипло, едва слышно. Ту Тайм. Его Ту Тайм сейчас спокойно смотрел на него, истекая кровью. Нет, он не позволит. Он заставил себя двинуться вперёд, пополз к нему отчаянно, почти на одних руках, словно расстояние до Ту Тайма было единственным, что ещё удерживало его в этом кошмаре. Сердце колотилось так громко, что заглушало всё вокруг, и пальцы у него дрожали так сильно, что сначала он даже не смог как следует схватить рукоять. Но потом всё же вцепился в кинжал и грубо выдернул его из чужой руки. — Хватит, — выдохнул он хрипло. Голос сорвался, но он всё равно сказал это ещё раз, тише, с каким-то отчаянным упрямством, которое держалось уже на последнем издыхании. — Хватит, Ту Тайм, — он замер, смотря в чужие глаза. — Пожалуйста... Его пальцы крепко сомкнулись вокруг руки Ту Тайма, и Эллиот осторожно, но настойчиво отвёл её в сторону, не сводя с него взгляда, чтобы тот точно не смог забрать кинжал обратно. — Пожалуйста... хватит. Я больше не могу смотреть, как ты исчезаешь у меня на глазах... — голос дрожал. — Не заставляй меня снова думать, что я опоздал... Он уткнулся лбом в дрожащие пальцы Ту Тайма и на мгновение зажмурился. — Просто останься.

Пожалуйста.

Этого достаточно.

Кинжал дрожал в его руке, опасный, окровавленный и слишком настоящий. Он открыл глаза и посмотрел на Ту Тайма снизу вверх, задыхаясь, и в его взгляде был ужас, вперемешку с мольбой и невозможностью принять то, что происходит. Лицо Ту Тайм вдруг исказилось, он резко отшатнулся и закрыл лицо ладонями. И Эллиот увидел, как по щекам у него быстро и зло покатились слёзы, совсем не похожие на что-то обыденное. — Не подходи... — голос сорвался. — Не надо. Плечи дрожали. — Я монстр... — Посмотри на меня. — резко сказал Эллиот Ту Тайм упрямо мотнул головой. — Нет. — Посмотри. После долгой паузы тот всё же встретился с ним глазами. — Ну? — едва слышно спросил Ту Тайм. Эллиот сглотнул. Столько слов вертелось на языке, а теперь ни одно не казалось правильным. Он медленно отпустил руку Ту Тайма, но не отодвинулся, а подался ближе. — Ты называешь себя монстром... Ту Тайм молчал. — А я всё это время думал только о том, как бы тебя не потерять.

Тишина.

— Когда ты исчезал из поля зрения, я искал тебя, когда ты молчал, мне постоянно казалось, что случилось что-то страшное. — Не надо, — Ту Тайм отвёл взгляд. — Надо. Эллиот покачал головой. — Ты должен это услышать, — он глубоко вдохнул, будто каждое следующее слово давалось ему через силу. — Я представлял, что однажды тебя не станет. — Голос дрогнул. — И каждый раз... каждый раз я понимал, что не готов к этому. — Эл... — Ту Тайм зажмурился, тщетно стараясь вырвать руку из захвата. — Нет, дай мне договорить. Кхм... И именно поэтому мне так страшно, — Эллиот чувствовал, как дрожат руки. — Потому что я не знаю, как жить в мире, где тебя нет. Он судорожно выдохнул опустив глаза, а потом поднял на него взгляд, что блестели из-за скопившейся влаги и судорожно вдохнул, не отводя взгляда. — С тобой... — он замолчал, будто боялся продолжать. — У меня впервые появилась надежда и.. и смысл жить. Пальцы дрожали, но он не обращал на это внимания. — Я вдруг поймал себя на мысли, что наконец-то кому-то нужен, что есть человек, который ждёт именно меня. — Эллиот медленно посмотрел в глаза Ту Тайму. — Меня. Тебе был нужен именно я.

По щекам покатились слёзы.

— И знаешь, что было самым страшным? — смешок. — Я почувствовал себя особенным. Будто... я кому-то нужен не потому, что я сделал что-то правильно и не потому, что кого-то спасаю своей пиццей, а просто потому, что это я. Он улыбнулся сквозь слёзы. — Ты сделал меня особенным и заставил поверить, что во мне есть что-то, ради чего можно остаться рядом, что меня можно выбрать.. — Эллиот судорожно выдохнул. — И теперь я не знаю, как отказаться от этой надежды, хотя и понимаю, что это очень глупо и бессмысленно... Он произнёс это почти шёпотом, словно до сих пор не мог поверить, что это правда.

По щекам все ещё медленно текли слёзы.

— И... кажется, именно тогда я понял, что хочу спасти тебя, — он слабо улыбнулся, но улыбка сразу исчезла, он на мгновение опустил голову. — Я слишком долго этого ждал. — Он снова посмотрел Ту Тайму в глаза. — И теперь... я не хочу тебя терять. Не тогда, когда впервые получил то, чего на самом деле хотел больше всего. Он сжал его ладонь чуть крепче. — Я всегда хотел быть для кого-то не случайным человеком, которого вспоминают только тогда, когда нужна помощь, и рядом с тобой мне впервые показалось, что это возможно. — Эллиот судорожно вдохнул. — И... просто вместе с тобой я впервые почувствовал, что у моей жизни появилось место, в котором мне хочется остаться. Ту Тайм молчал какое-то время, ошарашенно смотря на Эллиота, а потом заговорил. — Ты не понимаешь. После всего... после всего, что я сделал... я монстр! — голос давно сорвался и перешёл на хрип. — Слышишь? Монстр. Ту Тайм вырвался из хватки и потянулся вперёд, попытавшись схватить кинжал, но сделал это так нерешительно, будто сам не знал, хочет ли вцепиться в него до боли или отпустить. Руки у него дрожали, а Эллиот смотрел на него и чувствовал, как у него самого внутри всё холодеет, но он его не отпустил, а перехватил руку Ту Тайма, ту самую, которой он тянулся к нему и потянул его к себе ещё ближе. Ту Тайм дёрнулся, хотел вырваться снова, но Эллиот только сильнее сжал пальцы. И тогда:

— Ну тогда убей меня, Ту Тайм, — Эллиот говорил это почти в упор, с каким-то странным и отчаянным спокойствием. — Давай, ты же монстр.

На мгновение повисла тишина.

Ту Тайм замер так резко, будто эти слова ударили его совсем неожиданно, но в глазах сразу полыхнуло что-то злое и почти дикое. Это злость... не на Эллиота даже, а скорее на самого себя, на ситуацию и на эту ужасную, невыносимую правду, от которой уже нельзя было отвернуться. Он вырвал руку из захвата и в следующую секунду схватил кинжал, и он с глухим звоном вылетел из пальцев Эллиота и ударился в угол комнаты, отскочив по полу. Ту Тайм тяжело дышал, лицо было мокрым от слёз и злости. Он смотрел на Эллиота так, будто хотел что-то сказать, но не мог подобрать ни одного слова, которое не застряло бы прямо у него на языке, а Эллиот всё ещё держал его за руку, потому что совсем не хотел отпускать.