Ctrl+Z: I Screwed Up

***

— Эй, Сону-я, Кемури случайно не у тебя? По установившейся между ними привычке, японец без лишних проблем входит в комнату возлюбленного и осматривается в поисках собственного питомца, который, будучи слишком любвеобильным, сваливает к кому бы то ни было и тусуется там, пока не надоест или же хозяин его не найдёт сам. Держа в руках стик с витаминами, Нишимура подходит к ещё не застеленной кровати и среди нескольких пледов замечает посапывающего шерстяного хитреца, который даже глаз не открывает, несмотря на уши, которые предательски шевелятся, улавливая присутствие парня. Настоящий пофигист. Рики усмехается, присаживаясь рядом, и прислушивается, поскольку шум воды, на который он сначала не обратил внимание, наконец, стихает. Взгляд устремлён в сторону нужной двери, из которой совсем скоро выходит Сону, однако не сразу понимает, что у него гости. Пока одно полотенце свисает на бёдрах, вторым блондин протирает собственные волосы, чтобы позже высушить, а затем всё же останавливается, удивляясь присутствию возлюбленного. Они, конечно, встречаются, однако Ким ещё никогда не расхаживал перед парнем почти что в том, в чём мать родила, поэтому несколько тушуется и слегка испуганно глядит в тёмные глаза, ожидая чего-то. Кажется, Нишимура прекрасно понимает немой вопрос спутника, поэтому поднимает руку в воздух и шелестит вытянутой упаковкой с витаминным желе, чтобы привлечь внимание: — Ветеринар советовал кормить этим Кемури, чтобы поддерживать иммунитет, поэтому я и пришёл. Ты чего такой перепуганный, Сону-я? — Ничего, просто не ожидал, — блондин оставляет полотенце на спинке стула, а затем присаживается рядом с Рики, кидая взгляд на сонно потягивающегося кота, который теперь по очереди смотрит на парней в ответ. Надо ж быть настолько любопытным. — Помочь? — Давай. Ким берёт пушистика на руки и подвигается чуть ближе, чтобы было удобнее. Кемури, в целом, не проблемный кот, однако иногда любит повыделываться, поэтому, заметив, как хозяин открывает стик с чем-то, пытается крутиться из стороны в сторону, пускай вскоре и понимает, что ничего не выйдет. Рики приоткрывает рот питомца и довольно ловко выдавливает содержимое упаковки внутрь, замечая, как тот мирится с собственной судьбой, а затем будто бы морщится, ведь витамины не приходятся по вкусу. Заметив, что процедура окончена, Кемури моментально выкручивается, высвобождаясь из аккуратной, но крепкой хватки геймера, и бежит к едва приоткрытой двери, чтобы японец не успел ещё что-нибудь придумать. Главное, действовать быстро и смыться, пока не опомнились. Шерстяной знает толк в этом. Сам же Сону, прекрасно чувствуя на себе заинтересованный взгляд парня, прикрывается одним из пледов, чем только вызывает улыбку на лице Рики. Японец обхватывает стройные ноги блондина и кладёт их себе на колени, заставляя развернуться. Ким практически тает от лёгких поглаживаний, которые доходят до нижнего края полотенца, не заходя дальше, однако этого хватает, чтобы внизу живота начало потягивать. Парень покусывает нижнюю губу, не сводя взгляда с рук, украшенных линиями привлекательно выпирающих вен, и пытается остановить поток мыслей, чтобы не стать свидетелем явных последствий. Всё-таки сидеть со стояком, прикрытым махровой тканью, в планы не входило. Пока не поздно, нужно переключиться, однако как — это уже другой вопрос. Рики выглядит слишком заманчиво. Чересчур. — Ну, рассказывай. — Что рассказывать? — Сону удивлённо вскидывает брови, совершенно не понимая, о чём говорит японец, на что тот лишь хитро ухмыляется, не переставая испытывать чужую выдержку. — Как тебе сидится в одном полотенце передо мной, м? — ладонь парня скользит выше, пробираясь под полотенце, и блондин почти что до крови кусает губу, ощущая лёгкое возбуждение, которое всё больше накатывает с каждым новым прикосновением. Рики прекрасно видит реакции возлюбленного, поэтому не останавливается ни на секунду, продолжая поддразнивать. Нишимуре самому сложно сдержаться при виде Сону, тем более, когда он такой распаренный и привлекательный перед ним. Зрелище, ради которого стоит жить. — Расслабься, лисичка. Не забывай дышать. — Издеваешься? — фыркает Ким, не сводя взгляда с собеседника. — Нам через полчаса на тренировку спускаться, а я буквально сдерживаюсь, чтобы не накинуться на тебя. Прекрати мучить меня, Рики-я… — Обязательно, но сначала кое-что всё же сделаю. Нишимура подтягивает спутника ещё ближе, а затем, приобняв за талию, полноценно усаживает к себе на колени, несмотря на то, что чужое полотенце слегка задирается. Сону автоматически обвивает шею возлюбленного, одновременно пытаясь уследить за тем, чтобы не остаться совершенно голым, и ощущает чувственные поцелуи сначала на линии челюсти, следом на шее и, в конце концов, на ключицах, рвано вздыхая. Рики всё ещё поглаживает внутреннюю сторону бедра блондина, заводя тем самым обоих, после чего только усиливает напор, переходя на покусывания, которые впоследствии едва ли не превратятся в следы, оповещающие о том, что парень действительно занят. Геймер не уверен, что оставлять их действительно правильно, ведь никакого официального заявления на публику до сих пор не произошло, однако хочется неимоверно. Сону хочется всего и полностью, и японец не может ничего поделать. Он слишком влюблён, чтобы ограничивать себя. — Рики… — Прости, но я правда не могу устоять перед тобой, лисичка, — парень опаляет ухо возлюбленного собственным дыханием, впоследствии проводя кончиком языка по периметру, и разворачивает привлекательное лицо блондина в свою сторону, придерживая пальцами подбородок. — Хочу тебя от начала и до конца, но даже так мне всегда будет мало. Ты сводишь меня с ума, Ким Сону, а я только рад этому. Не ясно, кто начинает первым, однако губы мгновенно соприкасаются друг с другом, заставляя раздувшийся внутри пузырь чувств разлететься вдребезги, отчего Сону самостоятельно переходит в наступление, ведь весь самоконтроль слетел к чертям, позволяя делать, что только в голову взбредёт. Именно поэтому, устав находиться в не особо удобной позе, блондин усаживается лицом к возлюбленному и буквально заключает его между своих бёдер, чувствуя последствия их действий отчётливее, чем можно было бы представить. Рики возбуждён не меньше, поэтому не тереться друг об друга просто невозможно. Особенно, когда чувства зашкаливают. Несмотря на относительную неопытность, ловкие пальцы всё равно оттягивают резинку не только домашних штанов спутника, но и боксеров, и совсем скоро Ким полноценно ощущает теплоту возбуждённой плоти, обхватив ту ладонью. Спутник сдавленно выдыхает прямо в манящие губы, ведь так его ещё не касались, после чего, не отрываясь от поцелуя, вовсе избавляется от махрового полотенца, скрывающего некоторую часть тела блондина, и сжимает упругие ягодицы, оказываясь максимально близко. Дальше уже и правда некуда. Когда Сону обхватывает оба члена, немного сжимая, Нишимура спускается ниже, будучи не в силах насытиться парнем, и в который раз останавливается на шее, наслаждаясь не только мягкостью кожи, но и реакцией её обладателя на всё происходящее. Японец чувствует, как возлюбленный редко подрагивает от возбуждения, толкаясь в руку посильнее, после чего почти что блаженно стонет, понимая, насколько там тесно. Это конец, и оба всё прекрасно понимают. — Поцелуй меня, пока все остальные не услышали мои стоны, — практически задыхаясь, просит Ким, и Рики не смеет отказать, тут же сминая любимые губы и ловя каждый вздох, наполненный удовольствием, самостоятельно. Японец кладёт ладонь поверх чужой руки и помогает любимому работать активнее, чтобы довести друг друга до пика. Остаётся совсем чуть-чуть, потому оба стараются изо всех сил, в какой-то момент даже покрываясь испариной, несмотря на сквозняк, входящий внутрь из приоткрытого окна, ведь им действительно жарко от подобной близости. Сону позволяет геймеру закончить начатое, пока хватается за крепкие плечи и целует по-настоящему мокро, поскольку сил практически не остаётся. Тело стремительно размякает, особенно, после долгожданной разрядки, и Ким, как и обещал, откровенно стонет прямо в губы напротив, чтобы впоследствии уткнуться лбом в изгиб шеи спутника, пытаясь отдышаться. Они и правда сделали это — сблизились ещё сильнее, автоматически выйдя на следующий уровень отношений, которые и без того горят алым пламенем, подпитываемым каждым из парней. Просто невероятно, и Сону уверен, что ещё долго не сможет отойти от произошедшего, постоянно вспоминая с идиотской улыбкой на лице, потому что тоже любит не меньше. Ни разу не пожалел, что однажды решил признаться и узнал, что это взаимно. Никогда. *** — Сейчас кое-что заберу и присоединюсь к вам. Несколько часов назад вышла первая серия шоу, поэтому ребята собираются вместе в гостиной, чтобы глянуть, что из этого вышло. Пока Чонвон с Сону разбираются с закусками, а Рики с Хисыном выводят всё нужное на экран побольше, Джеюн решает забежать в игровую комнату, чтобы забрать небольшую записную книжку, в которой делал пометки во время занятия с контроллером. Ли действительно дал много полезных советов, поэтому парень собирается раз в некоторое время освежать информацию в голове, лишь бы не забыть. А такое вполне себе возможно, учитывая, что гибрид играет за всех. Быть киберспортсменом непросто, но Юн реально старается и ради команды, и ради себя самого. Никто и никогда не говорил, что будет легко, поэтому в некоторые моменты приходится смириться, переварить произошедшее и просто-напросто принять ситуацию, идя дальше. Шим старается держать в мыслях все эти установки, как бы сложно не было. Моментами приходится переступать через себя, выходить из зоны комфорта, и это лишь малая часть, что его ожидает. Он только начал, поэтому всё ещё впереди. Главное, что всегда есть люди, которые искренне поддержат. — Хён, ты же пойдёшь смотреть с нами шоу? Вопрос улетает в пустоту, ведь парень не сразу понимает, что старшего в комнате нет. Очевидно, вышел куда-то и скоро вернётся, раз экран его компьютера до сих пор светится, оповещая о том, что находится в рабочем режиме. Тем не менее, Джеюн пришёл совершенно за другим, поэтому направляется к собственному месту, чтобы, наконец, забрать блокнот и вернуться к остальным, ведь всё уже, в принципе, готово для просмотра. Стоит поторопиться. Однако монитор Фэлкона почему-то привлекает внимание, несмотря на то, что на нём всего лишь начальный экран игры, в котором вроде как и нет ничего особенного, кроме одного — профиль капитана выглядит совершенно не так, как все привыкли его видеть. Возможно, проворачивать подобное не слишком-то и правильно, но Шим не может удержаться и кликает на нужную иконку, моментально застывая. — Какого чёрта? — шепчет он, а затем заходит в список друзей, желая убедиться, что это не галлюцинации, и, в конце концов, находя там себя. Что тот самый Гайд, с которым довольно долго играл и общался Юн, действительно является капитаном его команды. — Как это, блять, вообще возможно..? Видеть свой собственный ник в друзьях почему-то настолько до безумия странно, что даже дыхание перехватывает, заставляя весь организм будто бы замереть. В голове никак не укладывается, что они на самом деле знакомы. Знакомы все эти полгода с хвостиком, а, встретившись лично, Джеюн так и не понял до конца, кто перед ним. Чонсон тоже не сказал, и от осознания такого легче совсем не становится. Да, очень вероятно, что Юн вновь накручивает себя, однако в груди что-то сжимается до боли, словно бы пуская трещины по рёбрам, ведь он просто-напросто не знает, как правильно реагировать. Чонсон и Джеюн — никакие и не незнакомцы вовсе. Парень вздрагивает, когда чувствует чью-то ладонь у себя на плече, а затем, заторможенно развернувшись, встречается с взволнованно-виноватым взглядом старшего, который вернулся абсолютно бесшумно, тут же оказавшись рядом. Сначала Шим поддерживает зрительный контакт, а, когда становится сложно, опускает глаза в пол, терзая собственную нижнюю губу. По сути, он должен радоваться, что они с Паком давно уже знакомы и всё остальное, однако на душе почему-то скребут кошки, оставляя небольшие шрамы. Младшему просто не понятно, почему капитан до сих пор не признался сам, продолжая скрывать факт их давнего знакомства. Ощущения смешанные. — Несколько дней назад мне казалось, что ты хочешь, чтобы между нами не было никаких недопониманий, хён, — тихо проговаривает Юн, будучи в настоящем замешательстве. — А, в итоге, я чувствую себя реальным идиотом, который с момента переезда писал некому Гайду, чтобы рассказать о происходящем и спросить, как у него дела, даже не подозревая, что это был ты. Какой же Мимик всё-таки наивный дурак… — Это не так, Джеюн, — Чонсон обхватывает пальцами подбородок младшего, побуждая посмотреть на себя, чему тот даже не сопротивляется. У русоволосого у самого сердце не на месте, поэтому нужно прояснить всё как можно скорее. — Я не говорил, потому что не знал как именно. Когда в один из дней Чонвон сказал мне, что его лучший друг тоже играет, а затем назвал никнейм, сам удивился не меньше. Такие совпадения практически невозможны в повседневной жизни, но наш с тобой случай, получается, именно такой, и я никак не хотел, чтобы ты чувствовал себя идиотом. Мне просто было страшно, что ты либо не поверишь мне, либо отреагируешь именно так, как в данный момент. — Почему тебе было страшно рассказать? — Потому что я, кажется… — Ребят, ну вас сколько можно ждать вообще? — Хисын заходит в комнату без всяких проблем и сразу же направляется к собственному компьютеру, что-то забирая поблизости. Он не собирался прерывать что бы там ни было, однако Юн почему-то отступил от старшего на шаг, заметно смутившись. Чонсон не договорил, да и вряд ли сейчас это сделает, раз одним ловким движением выключает свой монитор и уже направляется к двери. Младший же стоит, как вкопанный, задумчиво смотря вслед, чем и привлекает внимание Ли, который удивлённо вскидывает брови. — Что-то не так, Джейк-и? — Всё в порядке, хён, я уже иду… На самом деле, будто бы ничего не в порядке. Тем не менее, Джеюн всё же возвращается в гостиную, где уже собрались все остальные, и занимает одно из свободных кресел, поджимая под себя ноги. Чонвон подносит ему чай, который Шим попросил заранее, и сразу же замечает, что что-то произошло. Геймер одним взглядом просит ничего не спрашивать в данный момент, поэтому шеф понимающе кивает и возвращается на кухню, чтобы забрать остальные закуски. Кинув несколько мимолётных взглядов на русоволосого, который задумчиво смотрит на него в ответ, Юн достаёт мобильный из кармана и заходит в чат с родителями, чтобы ответить на сообщения, висящие с самого утра в непрочитанных. Парень хочет попытаться не надумывать всякого, пускай это и невыносимо сложно. Особенно, когда неоконченная фраза старшего так и крутится в голове, а сам он находится совсем близко, одаривая многозначительными взглядами. Когда-нибудь между ними станет меньше недосказанности, но явно не сейчас. *** Будучи не особо голодным после приготовленного недавно Чонвоном, Сонхун заказывает лишь лёгкую закуску и средний американо, после чего отдаёт минималистичное меню официанту и облокачивается на спинку кресла, тяжело вздыхая. Несмотря на отличный интерьер заведения и, судя по всему, хороший уровень кухни, ему не хочется быть здесь. Может, по любой другой причине стало бы наоборот, однако сейчас все мысли лишь о том, что совсем скоро произойдёт. Это необходимо сделать, даже если придётся пожинать неприятные плоды последствий. Погода сегодня тоже несносная: ливень, шквалистые порывы ветра и никакого намёка на солнце. Очень похоже на жизнь Пака, который уже ни капли не удивляется, когда что-то идёт через задницу. Настолько привык, что, если так подумать, не представляет, как вообще было по-другому. Звучит максимально отстойно, на деле — также. Тем не менее, где-то в глубине души Хун всё же надеется, что заслуживает чего-то хорошего. Например, того же до одури эмпатичного Чонвона, который, как оказалось, действительно за него переживает. Луч света в непроглядной тьме. Однако сейчас этот луч ждёт дома, скорее всего, читая книгу в излюбленном кресле или же занимаясь приготовлением обеда для команды, пока старший расхлёбывает все свои проблемы, мешающие жить. Сонхун даже не обмолвился, что уезжает, чтобы не заставлять шефа думать о нём, потому что не любит заставлять других волноваться. Чонвону незачем забивать голову лишними мыслями, и геймер искренне убеждён в этом. Приближающееся цоканье каблуков оповещает о том, что Аран уже здесь. Совсем скоро она подходит к нужному столу и, оставив лёгкий поцелуй на чужих губах, присаживается напротив. Судя по внешнему виду, девушка уверена, что это свидание, ведь Сонхун не рассказал о настоящей причине встречи, поэтому нескрываемая улыбка на лице не говорит ни о чём другом, кроме некой радости, которую киберспортсмен вообще не разделяет. Скрывать это тоже получается плохо. — С самого утра на съёмках, поэтому голодная до ужаса, — произносит Аран, внимательно рассматривая меню. — А ты чё такой недовольный, Пак? Кто испортил настроение? «Ты» — очень хочется сказать, но вслух парень говорит совершенно другое: — Слишком тщательно готовимся к соревнованиям, поэтому не выспался. — Понятненько, — девушке никогда особо не было интересно, что там происходит на тренировках или в команде «возлюбленного», поэтому она отвечает коротко и вскоре подзывает официанта, чтобы сделать заказ. Сонхун закатывает глаза и, фыркнув, замолкает, вновь отворачиваясь к окну. Ни капли не слушает, что там заказывает спутница, поскольку ему тоже фиолетово, и смотрит лишь на проливной дождь за стеклом, пытаясь представить, сколько времени понадобится, чтобы вернуться домой. Пробок точно не избежать. — Эй, а что тут забыл мой менеджер? — Сейчас узнаешь. — Всем привет, — менеджер здоровается со спутниками, находясь в неком замешательстве. — Аран, не ожидал тебя здесь увидеть. — Я вас тоже, если быть предельно честной, — девушка скрещивает руки на груди, откидываясь на спинку кресла и выжидающе смотря на Хуна, пока менеджер присаживается рядом. — Что это значит, Пак Сонхун? — Я разрываю этот блядский контракт и больше не хочу иметь с вами обоими ничего общего. — Но… — Деньги поступят на ваш счёт завтра, — Пак не даёт менеджеру вставить и слова, а затем практически залпом выпивает недавно принесённый американо, поднимаясь с места. Оставляет несколько купюр на столе и произносит напоследок, практически не обращая внимание на ошеломлённые лица. — Я поехал. Хорошо провести время. Забрав кожаную куртку, парень направляется прямо к выходу из заведения и старается игнорировать вырывающиеся вслед фразы со стороны Аран, которая явно шокирована и недовольна произошедшим. Сонхун морально готовится к скандалу с менеджером Сон и длинной нотации, поэтому ему вообще не до этого. Ощущение, будто весь пиздец только начинается, и геймер не может избавиться от подобного чувства. Особенно, когда всё-таки садится за руль. Пак водит хорошо и совершенно уверенно ощущает себя в автомобиле, но непогода заставляет напрячься. Каждый раз, когда начинается дождь, люди будто сходят с ума, начиная теряться на дороге, поэтому нужно всегда быть начеку, чтобы заранее предугадать ситуацию. Сонхун сосредоточен, пускай и в голове настолько много мыслей, что они, в конце концов, превращаются в белый шум, не приводя ни к чему дельному. Главное, побыстрее вернуться на базу и увидеть Чонвона, чтобы почувствовать себя в безопасности, а всё остальное — второстепенное. Телефон просто разрывается от количества звонков, однако Хун игнорирует их все, ведь они принадлежат менеджеру Сон. Он не готов обсуждать произошедшее именно сейчас, поэтому посильнее сжимает руль и кое-как пытается хоть немного объехать пробку, которая постепенно движется на выезд из города. Парень не из терпеливых, поэтому не может перестать фыркать, стуча пальцами по кожаному рулю. Город буквально заливает, потому даже машины спереди виднеются с трудом, отчего Пак откидывается назад и смотрит на лежащий на пассажирском сидении мобильный. Пятьдесят пропущенных от всем известно кого и… …прорвавшийся входящий звонок от Вона, который геймер тут же принимает. — Удивлён, что ты звонишь мне, язва, — Пак беззлобно усмехается и ставит вызов на громкую, чтобы не отвлекаться на гаджет в руке. — Соскучился? — Менеджер Сон названивает всем ребятам, спрашивая про тебя, и звучит он уж очень раздраженно, — объясняет младший на том конце и, судя по захлопывающейся на фоне двери, скорее всего, заходит в собственную спальню, чтобы никто не слышал разговор. — Что ты уже натворил, Пак? — Давай не будем сейчас об этом, ладно? — Хуну и правда не хочется обсуждать произошедшее по телефону, и шеф, очевидно, всё понимает, шумно вздыхая. — Потом всё расскажу тебе. — Хорошо…ты когда вернёшься? — Сонхун чувствует, как от такого простого вопроса внутри разливается тепло, заставляя чувствовать себя по-настоящему нужным. Чонвон бы точно не спрашивал у него это лишь из вежливости, поэтому киберспортсмен уверен, что тот искренне волнуется. — Говорят, на дорогах повышенная опасность и уже случилось несколько аварий на фоне ливня. — Я стою в практически мёртвой пробке на выезде из города, поэтому вряд ли скоро попаду на базу. Если за два часа всё рассосётся, это будет настоящим чудом. — Будь осторожен, Сонхун. Разговор не может продолжаться дальше, ведь младшему пора возвращаться к работе, чтобы не вызывать лишних вопросов, поэтому, можно сказать, звонок оканчивается именно на этой фразе, которая отпечатывает у Пака на подкорке. Ему действительно приятно, что Чонвон сам решил позвонить и поинтересоваться, всё ли в порядке, да и сам геймер, признаться честно, больше ни с кем не хотел бы сейчас говорить. Ян ощущается, как глоток свежего воздуха, и парень искренне не хочет им ни с кем больше делиться, наслаждаясь самостоятельно. Наверное, и хорошо, что тогда в клубе Сонхун всё же совершил глупость, которая и положила начало их «знакомству». Когда Пак всё же добирается до более менее свободного отрезка, скорость на спидометре заметно увеличивается. Автомобиль проносится мимо остальных, стоящих в мёртвой пробке напротив, и Сонхун искренне надеется, что шанс поскорее попасть домой всё же есть. Однако ехать так быстро, как хотелось бы, всё-таки не получается, поскольку дворники еле справляются с потоком воды, обрушивающимся сверху. Погода реально испытывает на прочность, и это совсем не походит на шутку. Блять, вот вообще ни капли. Сонхун до сих пор максимально сосредоточен, однако даже это не помогает ему в той ситуации, которая поджидает за углом. Сквозь толщу воды парень замечает яркий свет фар, стремительно двигающийся навстречу, и довольно быстро понимает, что бежать некуда. Исход один, но Пак постарается смягчить последствия максимально. — Твою мать… Последнее, что произносит Хун, когда уходит от лобового столкновения, однако встречный автомобиль всё-таки вписывается в бочину с водительской стороны, отчего боль моментально растекается по всему телу. Геймер ощущает сдавленность в боку и резко повысившееся в голове давление, после того, как срабатывает подушка безопасности, а затем стремительно теряет сознание от последствий болевого шока. Просьбу Чонвона выполнить не получилось…