Ctrl+Z: I Screwed Up

***

Заходить в соцсети сразу после пробуждения оказалось действительно не очень хорошей идеей. Уже минут двадцать Вон просматривает гневные посты и комментарии, связанные с ним и старшим, и почему-то не может остановиться, делая всё это будто на автомате. Очевидно, приятного мало, точнее, нет совсем, поэтому на душе всё равно становится гадко, несмотря на то, что парень недавно говорил другу, что ему плевать. Может, снаружи Яна действительно ничего не волнует, однако внутри формируется огромный ком из чувств и мыслей, который крепчает с каждым новым «добрым» словом, попавшимся на глаза. Если настоящие фанаты Краш Флоу ещё как-то пытаются перекрыть происходящее чем-то приятным, то подписчики Аран или же просто исключительные любители её пары с Сонхуном буквально пытаются втоптать молодого шефа в грязь, называя не только разлучником, но и всем, чем только можно. Доходит даже до того, что темноволосого обвиняют в произошедшей с геймером аварии, приплетая различные варианты развития событий, что является реальным абсурдом. Они и понятия не имеют, что Вон сам позвонил старшему перед столкновением, чтобы проверить, всё ли в порядке, а затем вообще попросил быть осторожным на дороге, потому что ждал его дома. Да парень больше всех переживал и до сих пор переживает за самочувствие Хуна, однако всем просто-напросто наплевать. Им лишь бы найти повод поплеваться ядом, не разобравшись в ситуации, а потом гордиться подобным, кичась тем, что будто бы поставили человека на место. Отвратительно. В какой-то момент взгляд всё же съезжает на время, и вскоре Вон, наконец, поднимается с кровати, чтобы привести себя в порядок и отправиться готовить завтрак. Нужно переключиться, поэтому со всеми водными процедурами парень справляется довольно быстро и через каких-то пятнадцать минут оказывается на кухне, окончательно определяясь, чем сегодня порадует ребят. Стоящая возле раковины знакомая кружка свидетельствует о том, что Сонхун уже спускался, видимо, из-за проблем со сном, поэтому шеф с шумным вздохом включает тёплую воду и собирается помыть сосуд, чтобы не мешался. Ян не любит, когда что-то стоит под рукой во время готовки, поэтому постоянно поддерживает чистоту на рабочем месте, чтобы чувствовать себя ещё спокойнее. Хотя после прочитанного спокойствием вообще не пахнет. Чонвон даже не замечает, как вновь настолько сильно задумывается, что по-настоящему вздрагивает, когда его приобнимают сзади, окольцовывая тонкую талию. Вариант того, кто это может быть, только один, потому парень старается не совершать лишних движений, чтобы не нанести старшему ещё больший вред. Более того, если он не спит в такое время, то чувствует себя действительно отстойно — других объяснений и быть не может. — Ты меня напугал, — еле слышно произносит шеф, отставляя в сторону уже чистую кружку, и шумно вздыхает. Сонхун медленно зарывается в его шею, иногда касаясь губами, после чего вдыхает приятный аромат спутника и прикрывает глаза. Он до безумия сонный, чего совсем не скрывает, однако состояние здоровья явно оставляет желать лучшего, не позволяя отдыхать полноценно. — Плохо себя чувствуешь? — Лучше тебе и не знать, котёнок, насколько сильно у меня всё болит, — несмотря на то, что шёпот старшего приятно обдаёт кожу, Вон всё равно пытается держаться, ведь никак не может избавиться от напряжения. Он так точно с ума сойдёт. Сомнений никаких. — Расслабься. Чего натянут, как струна? — Ничего, просто не очень хорошо спал, — проговаривает Ян, и это не так уж и далеко от правды. Просыпаться пять раз за ночь из-за того, что голова не перестаёт думать обо всём на свете — чересчур, однако итог теперь не изменить. Ему действительно сложно расслабиться. — Мне нужно готовить завтрак, поэтому отлипни на некоторое время, пожалуйста, и побудь на диване, если не хочешь подниматься обратно в комнату. — Сначала заберу у тебя ещё пару минут, а потом готовь сколько влезет. Старший аккуратно разворачивает шефа к себе лицом и моментально приближается, застывая в нескольких сантиметрах от него, однако долго это не длится, поскольку через считанные секунды геймер уже пробует уста парня, незамедлительно получая ответ. Поскольку вся левая часть тела безостановочно ноет, отдавая пульсирующей болью, Сонхун приобнимает спутника другой рукой, чтобы ощущать ещё ближе, и сразу же проникает глубже, встречаясь с языком темноволосого на пути. Пак чувствует, что младший побаивается лишний раз касаться его, чтобы не причинять вред, отчего на душе становится тепло, а на лице появляется довольная улыбка. Киберспортсмену правда приятна подобная забота, ведь Вону не всё равно. Обоим не всё равно. Сознание так и кричит, что нужно остановиться, поскольку время будто бы не особо подходящее, да и они вообще до сих пор не обсуждали то, что между ними происходит, однако Чонвон продолжает отвечать на каждый поцелуй и реагировать на каждое прикосновение, будто бы преград совершенно не существует. В голове до сих пор клубятся самые разные мысли, и старший заглушает их хотя бы ненадолго, чтобы иметь возможность насладиться друг другом, пускай на это и отведено всего несколько минут. Вон правда потерян и совершенно не понимает, что ему делать, но в данный момент выбирает раствориться в поцелуях Пака и попытаться переключиться. Получается с трудом, поэтому, в конце концов, парень прерывает чувственные прикосновения на собственной шее и, чуть надавив ладонью на здоровое плечо, даёт геймеру знак, что пора остановиться. Очень не хочется, однако необходимо. — Пожалуйста, Сонхун, — Чонвон сам не знает, почему голос дрожит, а в горле появляется мешающий жить ком, поэтому, когда спутник делает несколько ленивых шагов назад, при первой же возможности отворачивается к шкафчикам, чтобы достать нужную посуду. Сонхун прекрасно видит, что что-то происходит, однако не располагает должными силами, чтобы попытаться выяснить, поэтому молча наблюдает за младшим, стараясь сильно не напрягаться. Тяжело, но ретироваться приходится. — Чтоб ты знал, я не жалею ни об одном моменте, проведённом с тобой, Чонвон,— зачем-то произносит Хун, чем заставляет собеседника молча поджать губы и затаить дыхание, и направляется к лестнице, чтобы вернуться в спальню. — Не буду мешать. Только когда Пак скрывается из поля зрения, Чонвон смотрит ему вслед и лишь в данный момент осознаёт, что всё это время дышит через раз. Ему больно. Больно за Сонхуна и почему-то за себя, поскольку парень с каждым новым днём осознаёт, что запутывается в происходящем больше и больше, не зная, в каком направлении двигаться. Думать о необходимости обговорить статус отношений со старшим кажется намного проще, чем есть на самом деле, и данная мысль ни капли не помогает разрешению проблемы. Вону искренне страшно, потому что он чувствует, будто не готов выдержать на себе ещё одну волну ненависти, которая в настоящий момент станет эпицентром всего пиздеца. Парень слишком молод и никогда раньше не сталкивался с чем-то подобным, да и совершенно не хочется подкидывать старшему дополнительных проблем. У Хуна должна быть минимальная возможность выдохнуть и пожить нормально, и младший хочет сделать всё для этого. Даже если придётся подавить собственные чувства. Факт того, что Вон не может даже представить полноценные отношения с геймером из-за каких-то левых людей, ужасен, и он бы никогда в жизни не подумал о чём-то подобном, если бы не Аран и её лживые речи в сети. Молодой шеф до сих пор не знает, чем не угодил девушке, если даже толком с ней не общался, однако догадывается, что является лишь поводом для того, чтобы посильнее уколоть старшего. Модель играет очень грязно. Настолько, что у парня возникает отторжение при её упоминании. Нормальные люди так не поступают, и Чонвон уверен в этом на все сто процентов. Пока завтрак стоит в духовке, парень решает присесть на некоторое время, чтобы спокойно ответить на накопившиеся сообщения, и среди всех замечает несколько от мамы, сразу же заходя в чат. Женщина вещает о том, что они вновь уехали из страны по работе и надеются вскоре встретиться только лишь в семейном кругу, а затем спрашивает, всё ли в порядке, поскольку случайно увидела творящееся в интернете. Чонвон не хочет волновать маму, поэтому заверяет её, что не обращает никакого внимания на глупости, и просит не переживать по этому поводу. Он не уверен, что звучит достаточно убедительно, однако надеется лишь на то, что женщина не решит позвонить ему, ведь именно тогда всё и вскроется. Вон никогда не мог идеально скрывать эмоции и чувства перед ней, поэтому знает, что выдаст себя с потрохами. К счастью, мама оказывается занята и довольно быстро заканчивает переписку, чтобы не опоздать на встречу — Чонвону только на руку, потому облегчённый вздох самостоятельно вырывает из уст, растворяясь в воздухе пустой гостиной. Может, поговорят обо всём как-нибудь в другой раз, но явно не сейчас.

Не забудь выпить таблетки, которые лежат у тебя на тумбочке.

Шеф просто не может не убедиться, что Хун следует всем наставлениям врача, поэтому печатает сообщение на автомате, тут же отправляя. Он знает, что ответа может и не последовать из-за невозможности долгой концентрации на маленьком экране, поэтому, убедившись, что парень прочитал, Ян блокирует мобильный и возвращается к работе. Совсем скоро геймеры начнут спускаться в поисках завтрака, поэтому тормозить нельзя. Даже если в голове настоящий бардак. *** После ужина Чонвон и Джеюн решают отправиться в один из баров неподалёку, чтобы провести время вместе, а также обсудить происходящее, поделившись переживаниями. Уже послезавтра Краш Флоу уезжают на соревнования, поэтому гибрид пребывает в некотором ужасе перед своим профессиональным дебютом, боясь облажаться, пока сам Ян захлёбывается в чужой ненависти и пытается держать себя в руках, чтобы совсем не расклеиться. Компания друг друга им просто необходима, отчего, войдя в заведение, парни сразу же заказывают выпить и практически без промедлений начинают сеанс терапии, надеясь, что это поможет ситуации. С самого начала Вон не может отделаться от стойкого ощущения, что за ним наблюдают, поэтому не перестаёт бегать глазами по помещению, одновременно пытаясь найти неизвестно кого и выслушать геймера, как следует, чтобы ничего не упустить. Джеюн говорит про предстоящие игры, собственные переживания и немного про капитана, и шеф прекрасно осознаёт важность данного разговора, однако совершенно не может сосредоточиться на нём, делая нервные глотки алкоголя и медленно сходя с ума от собственных мыслей. С началом травли парень ощущает себя настоящим параноиком, считая, что видит или чувствует вещи, которых нет, поэтому до конца не верит в реальность предполагаемой слежки, списывая всё на стресс и ничего более. В конце концов, всякое бывает, так ведь? Тем не менее, Шим, обладающий исключительной внимательностью, вскоре замечает странное поведение лучшего друга, поэтому останавливает поток мыслей, решая выяснить, что происходит: — Чонвон-а, всё в норме? — интересуется он, допивая напиток, и склоняет голову набок, прищуриваясь. — Хорошо себя чувствуешь? — Здесь будто нечем дышать, — Вон отвечает слегка заторможенно, чем заставляет спутника действительно заволноваться, а затем вообще поднимается с диванчика и застывает на месте, пытаясь избавиться от головокружения. — Думаю, мне просто нужно умыться. — Мне пойти с тобой? — Всё нормально, Джеюн-а, я справлюсь сам. Чонвон не понимает, является ли плохое самочувствие влиянием алкоголя или реакцией организма на стресс, поэтому не спеша двигается в сторону уборной, кое-как отыскав нужную табличку рассеянным взглядом, и искренне надеется, что всё скоро пройдёт. Испарится само собой, словно ничего не произошло. Растворится в воздухе, не оставив и следа. Всё это, конечно же, было бы отлично, однако в реальность подобного верится действительно с трудом, учитывая тот факт, что с каждым новым шагом ситуация будто бы усугубляется. Кажется, даже прохладная вода не помогает собраться в кучу, практически не производя никакого эффекта, тем не менее, предпринимая уже третью попытку умыться, парень всё-таки умудряется услышать звук захлопывающейся двери позади, пускай и не сразу оборачиваясь. Шаги становятся всё ближе и ближе, отчего Вон, наконец, выпрямляется и сразу же разворачивается, чтобы понять, кто находится за спиной, однако отлетает обратно, словно тряпичная кукла, и разбивает зеркало собственным лбом, спустя несколько секунд чувствуя стекающую к глазу кровь и холодный кафель под собой. Шеф пытается напрячь зрение, чтобы получше разглядеть нападающих, но не видит ничего, кроме двух мужских силуэтов, один из которых обхватывает его шею внушительной ладонью и тянет вверх, тем самым заставляя подняться на ноги. Дышать становится ещё сложнее, отчего с губ срывается лишь еле слышный хрип, демонстрирующий некую беспомощность темноволосого в данной ситуации. Унизительно, но Чонвон никак не может прийти в себя, балансируя на грани сознания и отключки, ведь организм действительно не выдерживает. — И каково же быть геймерской подстилкой, Ян Чонвон? — незнакомый голос воспринимается с трудом, поэтому шеф изо всех сил старается вслушаться, чтобы уловить хоть какой-то смысл происходящего. — Ещё и хватает наглости появляться на людях после того, что ты сделал…признайся, что специально устроился туда на работу, чтобы отхватить себе киберспортсмена при деньгах и жить припеваючи. Настолько меркантильный, что даже разрушил чужие отношения, глазом не моргнув. — Я не… — Захлопнись, поварёшка, — второй незнакомец прерывает всякие попытки высказаться и, приставив, судя по всему, осколок стекла к чужой руке, начинает стервозно царапать чувствительную кожу, не оставляя никакого другого выбора, как закричать. — Это чтобы знал своё место и не смел больше лезть, куда не надо. Особенно, к участникам Краш Флоу. Ты понял? — Ублюдки, — кое-как выговаривает Вон, чувствуя неимоверную боль сразу в нескольких местах, и она только усиливается, когда обидчик посильнее надавливает на запястье, погружая осколок чуть сильнее. Парень хрипит и пытается вырваться, как может, однако начинает заметно терять сознание, когда рука на шее сжимается и окончательно перекрывает воздух, не оставляя никакого выбора. — Надеемся, ты сделаешь правильные выводы, расчётливое отродье. Неизвестно, сколько времени проходит между тем, как пустота начинает рассеиваться и Ян вновь возвращается в сознание, ощущая похлопывания на собственных щеках. Несмотря на то, что всё в глазах расплывается, парень быстро понимает, что перед ним лучший друг, который, очевидно, просто в ужасе от увиденного, ведь совсем не ожидал, что подобное может случиться, когда тот задержался чуть больше нужного, заставив переживать. Чонвон всеми силами пытается подняться на ноги, чтобы убедить Джеюна, что всё в порядке, однако ноги каждый раз подкашиваются, оповещая об обратном. Хорошо, что гибрид вовремя оказывается рядом и ловко подхватывает тело спутника, ограждая от перспективы разбить голову о раковину, находящуюся ближе, чем можно себе представить. — Нам нужно в больницу. Я сейчас вызову скорую и… — Нет. — Чонвон, у тебя буквально рассечена бровь и изрезано предплечье, и ты говоришь мне «нет»?! — Шим не может сдержать эмоций, переживая за состояние друга, и не спеша направляется на выход из бара, стараясь не обращать внимание на шокированные взгляды посетителей. Вон еле перебирает ногами, до конца не осознавая, что с ним произошло, поскольку всё похоже на какой-то идиотский кошмар. — Вызови врача на базу — хватит с меня больниц, Джеюн, — парень прилагает слишком много усилий, чтобы сформировать данное предложение, и тут же закашливается, ощущая отчётливую боль в горле. — Прошу тебя. — Да твою ж мать. Гибрид ловит первое попавшееся на пути такси и, усадив друга на заднее сидение, на автомате выпаливает адрес базы, попросив ехать побыстрее. Водитель почти без остановки кидает встревоженные взгляды на пассажиров через зеркало заднего вида, однако всё же старается выполнить просьбу, довольно ловко маневрируя среди машин. Навигатор показывает всего десять минут, отчего Джеюн заметно выдыхает, поскольку совсем скоро окажется дома, где ждут остальные, которые, правда, ещё понятия не имеют, какие приключения на пятую точку сумел найти их личный шеф-повар, решив сходить с геймером в бар. Сказать, что они будут в шоке, это ничего не сказать, однако самое главное, что Вон потихоньку приходит в себя, пускай и дышит заметно тяжелее обычного. Уже хоть что-то. Автомобиль останавливается у нужного здания чётко через указанное время, после чего, заплатив, парни выходят наружу и не спеша двигаются к входной двери, которая, на удивление, уже оказывается заперта. Чтобы не искать собственные ключи, Шим нажимает на звонок, отчего по ту сторону тут же раздаётся характерный звук, а после него и торопливые шаги, оповещающие о том, что кто-то приближается. Дверь распахивается, и в проёме появляется обладатель вишнёвых волос, который шокировано оглядывает младших и спешит отойти в сторону, запуская их внутрь. Такого окончания дня он точно не ожидал. — Что, блять, с ним успело произойти? — интересуется Ли и помогает со-команднику довести Вона до мягкого дивана в гостиной, укладывая ослабленное тело прямо на него. Глаза тут же падают на окровавленный рукав рубашки, заставляя задрать его, что только больше повергает старшего в шок и вгоняет в настоящий ступор. — Твою ж мать! Надо поскорее найти аптечку и вызвать врача. — Я вызвал, пока мы ехали в такси, — оповещает Юн и, заметив, что друг вновь начинает терять сознание, похлопывает его по щекам. — Эй, Чонвон-а, только не отключайся, слышишь? Чонвон! *** Прийти в себя получается только под утро, когда солнечные лучи во всю освещают просторное помещение и слишком громкий шёпот нарушает чужой сон, побуждая проснуться. Темноволосый нехотя разлепляет глаза, сразу же понимая, что до сих пор находится в гостиной, и следом замечает дремлющего в кресле друга, который, видимо, всю ночь не отходил от него, поскольку очень сильно переживал. На лице геймера еле заметно проявляются тёмные круги, оповещающие о недосыпе, а то, как он хмурится во сне, только подтверждает, что даже там Юн беспокоится о чём-то, не имея возможности полноценно отдохнуть. Чонвон понимает, что не виноват в произошедшем, однако на душе всё равно скребут кошки, так как их поход в бар должен был помочь, а не усугубить ситуацию обоих. Отвратительно, и шеф даже не знает, как это комментировать. — …фанаты фанатами, но такое уже переходит все допустимые границы… — …очевидно, Чонсон, и господин Ким сам желает начать разбирательства в судебном порядке… Вон прекрасно слышит разговор, однако улавливает суть отрывочно, чувствуя невероятную слабость в теле, которая не позволяет даже адекватно соображать, не то что двигаться. Пытаясь перевернуться со спины на бок, парень ощущает резкую боль в правом предплечье и сразу же переводит взгляд на него, замечая, что то перебинтованно. Воспоминания вчерашнего вечера пронзают сознание, словно лезвиями, отчего Яну становится заметно не по себе, ведь страх стремительно растекается по венам, опутывая его с головы до ног, и заставляет прокручивать события раз за разом, сводя с ума. Парень знает, что дома. Знает, что вокруг только те, кому можно довериться. Знает, что не один, однако всё равно не может избавиться от ощущения, что ему теперь везде угрожает опасность, куда бы он не пошёл. Люди способны на самые страшные вещи, и Вон, к сожалению, даже испытал это на себе. Больше не хочется. Ему просто-напросто страшно за собственную жизнь. Джеюн, который обычно спит чутко, понимает, что за ним наблюдают, и сонно приоткрывает глаза, смотря на лучшего друга в ответ. Он буквально сканирует чужое состояние, после чего слегка облегчённо выдыхает, понимая, что тот выглядит заметно лучше, чем ночью. Радует, что хотя бы лицо начало принимать привычный оттенок, возвращаясь в норму, пускай сам Чонвон ещё достаточно ослаблен, пребывая в шоке от того, что с ним случилось. Это абсолютно нормальная реакция на пережитый стресс, поэтому Юн ничего не предпринимает, оставаясь в кресле и не совершая лишних движений. Суета ни к чему — факт. — Их было двое, — еле слышно произносит Вон, привлекая внимание не только Шима, но и разговаривающих неподалёку, отчего голоса затихают, позволяя парню говорить. — Я не смог разглядеть лица, но точно помню, что один ударил меня, отправив прямо лбом об зеркало, и затем начал душить, а второй резал руку, судя по всему, одним из осколков, лежащих на полу. Нет никаких сомнений, что это были одни из недоброжелателей, которые участвуют в травле, направленной на меня и Сонхуна, потому что их слова говорили сами за себя. — Что конкретно они сказали, Чонвон? — уточняет менеджер Сон и подходит поближе, чтобы смотреть младшему прямо в глаза, однако тот тяжело вздыхает, показывая, что не готов это обсуждать. — Можешь не отвечать. Если захочешь, расскажешь чуть позже, но будь уверен, что мы примем меры, хорошо? — Спасибо, менеджер Сон, — Вон пытается приподняться и кое-как усаживается на диване, чувствуя себя ещё ущербнее, поэтому хватается за раскалывающуюся голову двумя руками в надежде, что всё скоро само пройдёт. — Кажется, теперь я частично понимаю, что чувствует Пак Сонхун… — Отдыхай, ты чего подорвался? — интересуется Джейк, пока капитан провожает мужчину до двери, заканчивая обсуждение. — Вижу же, что чувствуешь себя отвратно. — Пойду проверю больного. — Да ты сам больной, дружище, — парень усмехается и качает головой от неверия. Даже в такой ситуации друг рвётся к старшему, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Ну, точно влюблённый идиот. — Ладно, я помогу тебе подняться, но вполне возможно, что твой ненаглядный ещё спит. Ему тоже пришлось вколоть успокоительное, когда он увидел, что произошло. — Дурак. Кое-как Вон всё же поднимается наверх, при этом стараясь сильно не виснуть на друге, и добирается до нужной комнаты, останавливаясь возле двери. По одному взгляду становится ясно, что Шим может идти заниматься своими делами, и геймер это понимает, поэтому, напоследок одарив шефа взволнованным взглядом, возвращается вниз, где уже ждут остальные, чтобы заказать что-нибудь на завтрак. Очевидно, темноволосый просто не в состоянии сегодня готовить на такое количество людей, поэтому никто и слова против не говорит, моментально найдя выход из ситуации. Парень безумно благодарен за заботу и понимание. Спальня старшего, как и обычно, встречает его полумраком, отчего Ян некоторое время стоит на месте, позволяя глазам привыкнуть, а затем движется в сторону кровати, будучи осведомлённым о том, что инициатор может вполне себе мирно спать, поэтому старается вести себя тихо, чтобы не потревожить чужой сон. Чонвон присаживается, борясь с головокружением, и пытается сосредоточиться на Сонхуне, который, как оказалось, смотрит в ответ, практически не моргая. Видимо, притворялся, что спал — хитрый жук. — Можно я побуду с тобой рядом? Вон нарушает молчание первым, сам от себя не ожидая подобного, и нервно покусывает нижнюю губу, ожидая ответа. Несмотря на то, что Пак молчит, часть одеяла всё-таки поднимается вверх, будто бы приглашая, потому младший медленно устраивается рядом, практически не дыша и лишний раз не двигаясь, чтобы не причинить боль ни спутнику, ни себе. Тем не менее, забывая про собственные проблемы, Сонхун подгребает предмет воздыхания поближе и чувствует, как тот безостановочно дрожит, кажется, даже не осознавая этого, однако заметно успокаивается, ощущая тепло тела инициатора рядом. У Хуна сердце не на месте, но он старается лишний раз не нервничать, чтобы не усугубить ситуацию обоих, поэтому просто оставляет поцелуй на чужой макушке и продолжает аккуратно прижимать гостя к себе, чтобы показать, что рядом. Что ему больше ничего не угрожает. — Этим ублюдкам повезло, что я в таком состоянии, иначе им просто не жить, — наконец, шепчет Пак и сам впоследствии прикрывает глаза, когда младший ластится ближе, кажется, сумев устроиться поудобнее. Предплечье болит от каждой попытки напрячься, поэтому Чонвон укладывается так, чтобы вытянуть раненую руку и попытаться забыть обо всём, что тревожит, хотя бы на некоторое время, пока находится с геймером. Иначе можно сойти с ума. — Отдыхай, котёнок, я рядом.