Даниил Артемьев Гальватрон Повелитель Смерти

Я. Гальватрон влюбился в Катару, а я решил начать свое шестьнадцалетие заново, но не меняя время глобально. - Шедоу, - сказал я и получил силы ежа Шедоу. Я начал бегать. Энергия Хаоса сверкала и я исчез во вспышке. Макс. Мы снова кричали с родители друг на друга. - Ты тратишь наши деньги на всякую ерунду, - говорила моя мама. - Ты клоун. - Тебя никто не полюбит, - сказал мой папа. - Ты никому не нужен. - Я вас ненавижу! - закричал я в слезах и выбежал из дома. В моих ушах раздавался жестокий смех моих родителей. Я бежал. Слезы застилали мои глаза. Я хотел купить наркотики, принять их и умереть. Я побежал в магазин, но тут споткнулся и упал. Я посмотрел и увидел странную капсулу. - Ого, что это? - спросил я. Я взял капсулу и она открылась. - Ступай к звёздам и ищи лишь сильнейшую добычу. Она станет твоим трофеем. Стань убийцей убийц. - прозвучал голос. Я огляделся, но никого поблизости не было. На капсуле было написано: Кодекс Яутжа 0522/74. - Даня, смотри это что за хрень, - закричал я и побежал к Данилу и думал, может он опять фигурками играется, ладно он мой друг, он мне поможет. - Сова! Открывай! Медведь пришёл! - Я начал стучать в дверь дома Данилы. Данила открыл дверь. - Макс? - удивился Даня. - Привет, ты чего? - Смотри, - я показал Дане капсулу. - Что это за хрень? Данила осмотрел капсулу. - Похоже на космическую капсулу, - сказал Даня. Тут голова Дани запрокинулась назад. Его глаза засветились. - Миры ждут, - прозвучал голос. - Что это было? - спросил я. - Воспоминание, - ответил Даня. Даня рассказал мне все. - Ого, - восхитился я. - А что мне теперь делать? - Что хочешь, - улыбнулся Даня. - Используй Кодекс, захватывай женщин. Я обнял Даню. - Спасибо, друг, - сказал я. Даня похлопал меня по спине. Я прочитал вслух Кодекс и меня унесло в космос. Я. Я с помощью часов открыл портал и отправился на планету Хогвартс, потому что мы с Флёр поспорили, кто выживет в первом раунде с драконами Турнира Трех Волшебников. Победил я и теперь я намерен получить свою награду. Я сказал Гермионе и Рону, что у него есть дело. Они удивились, но не стали меня спрашивать. Я пошел в вестибуль. Мерлин великий волшебник. Флёр ждала его, напряжённо расправив плечи и стиснув зубы, словно готовясь к драке. - Следуйте за мной, - сказал Даня. Не дожидаясь ответа, он развернулся и направился вверх по лестнице. Он не осмеливался оглядываться, но слышал, как каблуки Флёр стучат по каменному полу у него за спиной. Они молча шли по западному крылу шестого этажа. Остановившись перед зеркалом, висевшим на стене, Даня провёл кончиком палочки по раме. Поверхность задрожала, как вода, затем раздался щелчок, и зеркало отъехало в сторону, открывая винтовую лестницу. Поднявшись наверх, вы увидите небольшую круглую комнату с восемью окнами, равномерно расположенными вдоль верхней части стены. Пол был покрыт толстым коричневым ковром с ворсом, а из мебели внутри была только огромная кровать, занимавшая большую часть комнаты. Единственным примечательным предметом был большой изогнутый камин у левой стены. Он весело потрескивал благодаря огню, который Даня развёл парой часов ранее. — Что это за место? — спросила Флёр, с любопытством оглядываясь по сторонам. — Просто комната, которую я нашёл. Мне нравится приходить сюда, чтобы на время уйти от всех, — ответил Даня, стараясь взять себя в руки. — Просто чтобы ты знала, я не собираюсь останавливать тебя, если ты захочешь отказаться от нашего пари. Флёр резко повернулась и сжала челюсти. Он практически физически ощущал исходящую от неё гордость, когда она расправила плечи. — Нет, — твёрдо сказала она. — Я не буду этого делать. — Хорошо, — сказал Даня, вытирая вспотевшие ладони о штанины. — Тогда сними мантию. Она тебе не понадобится. Её щёки вспыхнули от возмущения, а руки сжались в кулаки. Он ожидал, что она накричит на него, завопит и выбежит из комнаты. Резкими, дёргаными движениями она расстегнула верхнюю пуговицу на халате. Глядя на него, она отодвинула воротник в сторону, чтобы высвободить руки, и показала тонкий чёрный ремешок бюстгальтера. Освободив руки, она стянула халат до талии. Ей пришлось поёрзать, чтобы стянуть его с широких бёдер, а затем снять. Даня почувствовал, как его брюки натянулись, когда он беззастенчиво уставился на её пышные женские формы. К его удивлению, она почти не замешкалась, прежде чем потянуться за спину и расстегнуть бюстгальтер. Он невольно облизнул губы, когда тот соскользнул с её рук. Её большие упругие груди едва заметно опустились, освободившись от поддержки. Они свисали с её груди, как идеальные капли слёз, увенчанные широкими розовыми ареолами и твёрдыми красными сосками. Он даже мог разглядеть едва заметные следы от того, что бюстгальтер впивался в мягкую бледную кожу. Засунув руки под трусики, Флёр спустила их к ногам и вышла из них. Она отбросила их в сторону и выпрямилась, стоя перед ним совершенно голая и совершенно не стесняясь. Всё, что Даня собирался сказать в этот момент, вылетело у него из головы. Часть его мозга, отвечающая за слова, перестала работать. К счастью, та часть, которая управляла его телом, всё ещё работала отлично. Двумя большими шагами он подхватил Флёр на руки, сжимая в ладонях её пышную, упругую попку. Она ахнула, широко раскрыв глаза, когда он перенёс её на кровать и бесцеремонно бросил на неё. От неожиданности его внезапных действий она широко раздвинула ноги, и Даня воспользовался моментом, чтобы схватить её за бёдра и уткнуться лицом в её разгорячённую плоть. Флёр громко ахнула, запустив пальцы в его волосы, когда он осыпал лёгкими поцелуями её тугие, выбритые складки. Я. Я поблагодарил Мерлина за то, что Кэти нашла время, чтобы дать ему несколько уроков по удовлетворению женщин, когда они встречались на мой шестьнадцатый день рождения. Мерлин великий волшебник. Но дело было не в том, чтобы удовлетворить Флёр. По крайней мере, не напрямую. Дело было в том, чтобы доказать ей, что она ошибается. Он собирался заставить её корчиться и кричать хотя бы для того, чтобы показать ей, что он может это сделать. После этого она могла говорить о нём всё, что угодно. Они оба знали, что это неправда. Флёр зашипела и выгнула спину, когда он провёл языком между её напряжёнными губами. Её руки потянули его за волосы, мягко пытаясь направить его к клитору, но он уклонился и снова опустился вниз, чтобы проникнуть языком как можно глубже. Он почувствовал вкус её возбуждения и замер, ощутив приятное покалывание везде, где касался её. Его эрекция усилилась при мысли о том, каково это — быть там, и он с новой силой атаковал её складки. Проведя языком вверх, он обхватил губами её клитор и слегка пососал. — Боже мой! — ахнула Флёр. Её бёдра выскользнули из его хватки и плотно обхватили голову Дани. Попытавшись дважды поправить очки и не сумев, он сдался и отбросил их в сторону. Флёр нетерпеливо потянула его за волосы, возвращая его губы к своим разгорячённым, истекающим соком складочкам. Когда его язык коснулся её клитора, она застонала, выгнув спину и схватившись за левую грудь. Даня протянул руку и, по его мнению, услужливо сжал правую. — Да, — прошипела она, покачивая бёдрами, и её чары окутали его. Он чувствовал, что она близка к оргазму, и ухмыльнулся бы, если бы его рот не был занят. Наблюдая за тем, как она извивается на кровати, он прижал кончик языка к её клитору, представил и прошептал себе расу пришельцев змею и зашипел, использовав ее силы. Его язык вибрировал с нечеловеческой скоростью, лаская её чувствительный бугорок так быстро, что всё сливалось в одно пятно. Глаза Флёр комично расширились, мышцы напряглись, и всё её тело содрогнулось, как будто её ударило током. Её рот несколько секунд был открыт в безмолвном крике, прежде чем она резко вдохнула и закричала. Даня продолжал шипеть, пока её ноги изо всех сил пытались раздавить его голову. Она дико извивалась, и он вытянул шею, чтобы следить за движениями её бёдер. Её руки больно вцепились в его волосы, прежде чем она внезапно отпустила их и оттолкнула его, тяжело дыша. Даня отступил и самодовольно ухмыльнулся, когда Флёр перевернулась на бок, дрожа и задыхаясь, и прикрыла рукой свою промежность. — Что это, чёрт возьми, было? — выдохнула она. Вопрос был задан не ему, поэтому Даня не стал отвечать. Пока Флёр переводила дыхание, он разделся, забрался на кровать и лёг на спину. Почувствовав, что кровать сдвинулась, она приоткрыла глаза и, застонав, перевернулась на бок и поползла между его ног, пока её лицо не оказалось в нескольких сантиметрах от его пульсирующей эрекции. Правой рукой она погладила его член и облизнула губы, а затем прижалась ртом к головке. — Я ведь не такой уж «маменькин сынок», верно? — спросил Даня. Флёр посмотрела на него и перекинула волосы через плечо. - Я видела вещи и покрупнее, - сказала Флёр. Даня впился взглядом в её светлые волосы, спутанные его руками, и толкнул. Она громко закашлялась, когда её губы коснулись основания его члена. Её рука дважды сильно ударила его по бедру, прежде чем он отпустил её. Когда он это сделал, Флёр запрокинула голову и застонала, длинная нить густой слюны соединила её пухлую нижнюю губу с головкой. — Батард, — прорычала она, продолжая поглаживать его член. — Может, я и не самый большой, но, думаю, я достаточно крупный, — сказал Даня. Флёр, не сводя с него глаз, поджала губы и плюнула на его член. Втерев слюну рукой, она открыла рот и стала двигать головой вверх-вниз, посасывая головку. Даня застонал и мягко, но настойчиво стал направлять её руки, чтобы она взяла его глубже. Глядя на него ярко-голубыми глазами, она опускалась всё ниже и ниже, пока он полностью не погрузился в её горло. На этот раз ей это удалось без труда. Застонав, Даня схватил её за волосы и пару раз качнул бёдрами, прежде чем неохотно отпустить. Флёр снова поднялась к головке, облизывая её языком, прежде чем проглотить половину его длины. Прежде чем Даня успел снова подтолкнуть её глубже, она резко втянула в себя и медленно провела губами обратно к головке. Он ахнул, внезапный прилив крови сделал головку ещё более чувствительной к тому моменту, когда её язык достиг её. — Чёрт, — выдохнул Даня, приподнимая бёдра, чтобы не отрываться от её губ. Глядя на него снизу вверх, Флёр умудрилась изобразить высокомерную ухмылку, даже когда её губы обхватили его набухшую головку и потянули назад, пока его кончик не выскользнул из её рта со слышимым хлопком. Едва бёдра Дани коснулись матраса, как она снова оказалась на нём, без труда взяв его в рот. Его глаза чуть не вылезли из орбит, когда она делала ему глубокий минет в течение внушительного времени, прежде чем медленно отстраниться и поработать над головкой, пока переводила дыхание. Флёр. Я повторила процедуру несколько раз, оставляя толстый слой слюны вокруг его основания, пока Даня не почувствовал приближение оргазма. - Кончаю, - предупредил он. Мерлин великий волшебник. Обхватив его член своими пухлыми губами, она энергично задвигала головой, поглаживая его ствол. Даня напрягся, достигнув кульминации, и, вздрагивая бёдрами, излился ей в рот. Флёр проглотила всё, что он ей дал. Она продолжала доставлять ему удовольствие во время оргазма и даже некоторое время после. Оторвавшись от него, она выпустила его член, и его эрекция нетерпеливо запрыгала перед ней. — Ты такой твёрдый? — спросила она, слегка обиженно. — Думаю, да, — слегка задыхался Даня. — Нужен перерыв? Флёр прищурилась и забралась на него, оседлав его талию. Даня не дал ей устроиться поудобнее. Он схватил её за бёдра и перевернул их обоих. Она ахнула, когда его эрекция прижалась к её складочкам. Взяв себя в руки, он направил свой член к её плотному розовому входу и дразняще толкнулся в него. — Чёрт возьми, — прошипел он, чувствуя лёгкое покалывание по всей чувствительной коже головы. — Слишком много, малыш? — спросила Флёр с вызовом в глазах. Глядя ей в глаза, Даня пристроился у входа в её лоно и одним яростным толчком ворвался в неё. Она резко вдохнула, вцепилась в простыни и выгнула спину, пока он яростно вбивался в неё, каждым толчком демонстрируя своё мстительное намерение. Наклонившись над ней, он грубо схватил одну из её упругих грудей, оставляя бледные отпечатки пальцев на её безупречной коже. В ответ она больно провела ногтями по его спине, оставляя жгучие следы везде, где они соприкасались. Боль только заставила его трахать её ещё жёстче, и за поразительно короткое время она кончила. Вскрикнув, она выгнулась под ним, и сухожилия на её шее натянулись. Даня не останавливался, продолжая овладевать ею, пока она корчилась и дрожала под ним. — Английский грубиян! — выдохнула она, хлопая его по груди, в то время как её ноги удерживали его на месте. — Варвар! Даня ухмыльнулся. Если она хочет варвара, он ей его покажет. Подхватив её ноги, он закинул их себе на плечи. Её тело почти сложилось пополам, когда он довёл её до второго кричащего оргазма. Зрелище, звуки и ощущения, которые он испытывал, были слишком сильны для Дани, и он резко вошёл в неё, извергаясь в её спазмирующих глубинах. Он затаил дыхание, отпустил ноги Флёр и навалился на неё всем весом, двигая бёдрами так, чтобы каждый его толчок был как можно глубже. Они долго лежали так, переводя дыхание. В конце концов Даня отдышался и выскользнул из неё. Он скользнул вниз по её телу и обхватил обе её груди. Восхищаясь их совершенством, он уткнулся в них лицом. Целуя и посасывая её бледную кожу, он оставил дорожку из тёмно-красных любовных укусов на внутренней стороне её грудей. Удовлетворившись оставленными им следами, он сел, схватил её за бёдра и перевернул на живот. — Что ты делаешь? — устало спросила Флёр. — Мы ещё не закончили, ответил Даня. Оглянувшись через плечо, она широко раскрыла глаза, увидев, как он поглаживает свой напряжённый член. — Ты что, из стали сделан? — недоверчиво выдохнула она. - Я просто очень выносливый, - Даня ухмыльнулся. — Ах ты, лживый ублюдок! — воскликнула она, когда он раздвинул ей ноги и пристроился к её входу. — Ах ты, безжалостная английская свинья! Даня ухмыльнулся, услышав стон, сорвавшийся с её губ, когда он погрузился в её глубины. Они трахались часами. Даня наслаждался каждым сантиметром её тела, и, хотя Флёр ненавидела признавать это, в тот момент она получала огромное удовольствие. Даже в те короткие моменты, когда он давал ей передохнуть, его руки не переставали прикасаться к ней и ласкать её. Она практически чувствовала, как его руки всё ещё скользят по её коже, просто думая об этом. Флер. Конечно, я могла бы остановиться в любой момент. Даня несколько раз спрашивал меня, не хочу ли я закончить на сегодня, но моя гордость не позволяла этого сделать. Его слова звучали скорее как насмешка, чем как проявление милосердия, и, несмотря на его и зелье выносливости, я не собиралась доставлять ему удовольствие, сдаваясь. Не говоря уже об удовольствии, которое испытывало её собственное тело. Даже сейчас, когда она чувствовала боль, это наполняло её чувством удовлетворения гораздо больше, чем сожалением. Таким образом, мы остаток дня и всю ночь дико и страстно трахались. На следующее утро я проснулась полностью голая с Даниилом Артемьевым в одной постели. Я встала и пошла принять горячий душ.