love- wait, what?!

      Чонвон решил использовать эту ночь, чтобы хорошенько обдумать все, что Джей рассказал ему.       Он вспомнил все те моменты, когда Рики обнимал его дольше, чем следовало, или когда он заправлял Рики за ухо выбившуюся прядь волос.       Как Рики смотрел на него большими, обиженными щенячьими глазами, если Чонвон слишком быстро отходил от него.       Чонвон выдохнул, и на его лице появилась кривая улыбка.       Боже, какой же он идиот.       Он взял свой телефон и перевернул его, чтобы посмотреть на маленькую розовую записку, которую он приклеил на крышку чехла.       Можно назвать Чонвона сумасшедшим, но он прижал телефон к груди, крепко сжимая его, и представил, что это Рики.       (Да, он знал, что это совершенно ужасно, спасибо.)       Можно с уверенностью сказать, что той ночью он спал слишком спокойно — даже несмотря на то, что его сердце так сильно стучало в груди, что он был почти уверен, будто умрет от преждевременного сердечного приступа до утра.       На следующий день их выходной официально закончился, и Чонвон должен был вернуться к своим обязанностям лидера и проснулся рано, когда в комнате громко зазвонил будильник. Он был уверен, что, возможно, разбудил и Сону.       Каждое утро ему казалось, что он переживает один и тот же день снова и снова, потому что он вновь хрустел позвоночником, шел в ванную, чтобы почистить зубы и сделать уход за кожей.       Глядя на себя в зеркало, он не мог сдержать глупую улыбку, поскольку его мысли возвращались к человеку, укравшему его сердце. Он представлял себе Рики рядом с собой, возможно, после того, как он признался ему в своих чувствах, и они вместе выполняли утренние процедуры, как милая пара.       Он улыбнулся себе в зеркало и быстро выбрал наряд для сегодняшней репетиции. Возможно, он выбрал его, потому что был слегка жесток. Майка и широкие спортивные штаны, завязки которых касались пола, кепка на голове, которую он надевал в большинстве их групповых тиктоков. Он выбрал эту одежду, которая не была для него чем-то совершенно необычным, но точно не была тем, что он носил каждый день. Он вспомнил, как Рики смотрел на бицепсы и предплечья, думая, что он не заметит. Он всегда считал это проявлением восхищения, но после разговора с Джеем понял, что эти чувства были гораздо сильнее.       Выйдя из своей комнаты с приподнятым настроением, он пошел в комнаты всех остальных, чтобы проверить, проснулись ли они. Ему не нужно было этого делать, но он просто хотел посмотреть на милое лицо Рики утром. Сону сидел в общей комнате с телефоном в руке и скучающим выражением лица, глядя на своего лидера.       — Доброе утро, Чонвони.       — Он проснулся? — Чонвон кивнул и указал на дверь комнаты Джейка.       — Да, слышал, как он закричал, когда упал с кровати. Опять, — Сону кивнул.       Чонвон громко рассмеялся и кивнул. Джейк был таким неуклюжим человеком, но все равно все его любили, он был похож на милого щенка, гоняющегося за собственным хвостом.       — Через час уходим на тренировку, — сообщил он, и Сону кивнул, однако его взгляд остановился на одежде, и он ухмыльнулся, оставаясь молчаливым. Чонвон заметил выражение лица старшего, но не стал что-либо комментировать. Он не считал это необходимым, поскольку все в их группе знали о его неоспоримых чувствах к макнэ.       Когда он поднялся наверх, он столкнулся с Сонхуном, выходящим из комнаты Рики, и прищурился. Джей действительно сказал, что между фигуристом и танцором ничего нет, но это не означало, что Чонвон не имел права свободно испытывать ревность.       Сонхун посмотрел на него с тем же выражением, что и Джей вчера, и Чонвон вдруг почувствовал себя немного неловко. Почему все ведут себя так, будто они пытаются свести его с кем-то?       — Доброе утро, — Сонхун погладил его по голове, и лидер усмехнулся, мягко убирая руки хёна со своих волос. Он может и ревновал, но Сонхун всё равно был его хёном, и Чонвон любил его.       — Рики проснулся?       Сонхун поморщился. Его глаза забегали.       — Э-э… его нет в комнате?       Чонвон почувствовал, как у него сводит живот.       — Что?! Хён, почему ты не сказал об этом с самого начала?! Где он?! С ним все в порядке?! Он взял свой телефон?!       — Успокойся, лидер-ним. Он в компании. Они хотели, чтобы он поставил хореографию, — Сонхун рассмеялся.       — Они даже не спросили меня об этом, — Чонвон фыркнул.       Сонхун пожал плечами, как будто это было не в его компетенции.       — Все знают, что ты бы сказал «нет».       — Они его перегружают работой! Меня должны были спросить! Я же лидер, черт возьми, — пробормотал Чонвон, скрестив руки на груди.       Сонхун просто похлопал его по плечу, как отец, утешающий своего разгневанного малыша.       — Да-да, позже покричи на менеджера.       Чонвон презрительно фыркнул и повернулся, чтобы пойти в комнату Хисына, зная, что его будет сложнее всего разбудить.       — Позже я серьезно поговорю с нашим менеджером… — Чонвон продолжал ругаться под нос, слыша, как Сонхун смеется за его спиной, спускаясь по лестнице, вероятно, чтобы присоединиться к Сону в гостиной.       Войдя в комнату старшего, он застонал: Хисын все еще крепко спал с открытым ртом и слюной, стекающей по подбородку. По крайней мере, он не был похож на Джея и не спал с открытыми глазами, и не храпел, как Сонхун.       Чонвон только вздохнул и снял одеяло со старшего, чем почти сразу разбудил Хисына.       — Что за черт… — проворчал он.       — Вставай, хён. У нас тренировка, — сказал Чонвон. Хисын пробормотал что-то под нос, потирая глаза, а лидер фыркнул — старший иногда вел себя как ребенок.       — Вот что бывает, когда ложишься спать в три часа ночи, — он щелкнул Хмсына по лбу.       — Да-да, ты, капризный ребенок, — вздохнул Хисын. — Я переоденусь через минуту.       — Ты хочешь сказать, сейчас? — поднял бровь Чонвон.       Хисын громко застонал.       — Да, сейчас, — сказал он, сонно вставая и спотыкаясь о собственные ноги по пути в ванную.       — Десять минут, или я пошлю Джейк-хёна! — предупредил он и рассмеялся, услышав грохот в ванной, вероятно, Хисын пытался побыстрее собраться.       Не прошло и десяти минут, как он спустился вниз с растрепанными волосами и в слишком маленькой толстовке, вероятно, принадлежащей Сону, которую он, несомненно, взял из сушилки.       Джейк подбежал к нему, как золотистый ретривер на кофеине.       — Хён!!!       Хисын просто смирился со своей судьбой.       Честно говоря, если он и Рики когда-нибудь начнут встречаться, Джейк и Хисын могут так же легко пожениться, учитывая, насколько они ласковы друг с другом. Когда все сели в фургон, Чонвон радостно насвистывал, ожидая встречи с Рики, и прикусил щеку, закрыв глаза и прислонившись к подголовнику.       — Кто-то счастлив… — Джей толкнул его локтем.       — Я влюблен, — Чонвон просто промурлыкал.       После его признания в машине воцарилась тишина.       — Не может быть, — сказал Сонхун. Глаза Джейка были большими, как блюдца, Сону начал смеяться, а Хисын выглядел совершенно ошеломленным.       — Тебе не нравится Рики, или я что-то упустил? — спросил Хисын, совершенно сбитый с толку.       Чонвон не стал отвечать никому из них, но заметил, как Джей закрыл лицо ладонью, а Сонхун посмотрел на Хисына, как будто у того выросла вторая голова.       — Хён, — сказал Сону безразличным голосом, в котором, возможно, проскальзывала нотка разочарования.       — Что? — спросил Хисын.       — Тебе действительно нужно перестать сидеть в своей комнате целыми днями, — отчитал Джей, а старший пожал плечами.       — В любом случае… — начал Сонхун, обращаясь к Чонвону. — Так как ты узнал? Это было вчера в кино? Я же говорил, что это сработает! — Сонхун повернулся к Джейку, и они отбили кулачки друг другу.       — Нет, он точно ревновал. Ты назвал его малышом! Малышом! — Джейк рассмеялся, а щеки Чонвона покраснели от того, что они были правы.       — Ой, смотри! Он краснеет! — проворковал Сону, а Чонвон сердито посмотрел на своего младшего хёна, потому что это было предательством.       — Мы вчера поговорили, — Джей рассмеялся и кивнул в сторону Сонхуна и Джейка.       Джейк ахнул, как только Сонхун открыл рот от возмущения.       — Ты поделился с ним этим? — прошептал Сонхун, указывая на Джея.       Чонвон усмехнулся.       — Я так предан. Я думал, я твой любимец! — заныл Сону, драматично взмахнув волосами.       — Что это должно означать? — спросил Джей.       Пока в машине царил хаос, Чонвон только улыбался, не думая ни о чем, кроме своего макнэ, которого он теперь точно никогда не отпустит.       — Эй.       — Хм? — Чонвон посмотрел на Хисына, когда тот взял его за руку и погладил по костяшкам пальцев.       — Ты же знаешь, что я рад за тебя, да?       — Спасибо, хён, — Чонвон улыбнулся.       Хисын кивнул и сжал его руку чуть сильнее, чтобы показать свою любовь.       — Эй, перестань подлизываться к нему, — почти одновременно сказали Джейк и Сону, что прозвучало как бессвязный набор слов.       — У вас же всё равно есть Рики, — Хисын пожал плечами.       — Мы все знаем, что Рики любит тебя больше всех, — фыркнул Джей. Это была правда, Рики и Хисын так много играли вместе, что можно было подумать, будто они родные братья.       — Это неправда, — покачал головой Сонхун. — Он любит Чонвона больше всех.       Никто не мог с этим поспорить, и Чонвон громко рассмеялся, от чего все с любовью посмотрели на него.       — Это правда, не так ли? — прошептал Чонвон себе под нос.       И он любил Рики не меньше.