mon rêve

все начинается с секса. потому что леви не из тех, кто любит разговоры, да и эрен, если честно, тоже. но ничего не происходит так быстро. где-то после истории с энни и до защиты сигансины ханджи хочет сделать больше исследований касательно взаимодействия эрена в титановой форме с неразумными титанами в среде их обитания. леви слушает ее предложения, но он, честно, очень заебался, и он знает, что ханджи можно доверять, а еще -- что если она что-то решила, то ее может остановить разве что колоссальный титан, и то если у нее плохое настроение и на полпути она передумает сама. так что с самого начала речи леви просто знает, что они поедут за стену, для него вопрос решенный, он уже прикидывает, кого взять из мелких. они не потащатся всей толпой только ради того, чтобы смотреть, как эрен воркует с уродливыми тупыми титанами, но кто-то должен быть наготове, чтобы в случае чего разрулить ситуацию. он сразу добавляет в список экскурсионной группы микасу и армина, потому что ему иногда хочется съязвить, что эти трое и в туалет вместе ходят, и он в таких шутках себе отказывает редко. но спорить с ними бесполезно, да и незачем. он мысленно формирует остальной список, добавляя сашу и парочку статистов. должно быть предостаточно, учитывая, что он сам никуда не денется. леви отдает себе отчет в том, что едет еще и потому, что ему правда любопытны опыты ханджи, хотя она об этом никогда в жизни не узнает, спасибо-пожалуйста. но ведь, в самом деле, не все же время клинками махать -- иногда и своими мозгами пораскинуть приятно, а не чужими. и вот они оказываются на одной из баз за стенами. ханджи за целый день всех страшно замудохала, как и ожидалось. леви не чувствует себя особо уставшим на силе привычки, но им с микасой и правда пришлось повозиться, потому что они для своих товарищей очень верные друзья и хорошие подчиненные, они всегда очень рады разрубить пару-тройку десятков титанов, когда ханджи захочется поиграть с координатой в сугубо научных и практических, конечно, целях, которые не имеют абсолютно ничего общего с ее личным интересом. эта база откровенно так себе обустроена, потому что все базы за стеной хреново обустроены, а сейчас они еще и забрались куда макар телят не гонял, и ночевать здесь -- одно сплошное удовольствие, спасибо щедрому финансированию от столицы и своевременно, заблаговременно и полно проводимым работам по обустройству удобств для рискующего жизнью разведкорпуса. короче говоря, тут есть дверь, пол, стены и почти целая крыша. саша остается дежурить вместе с ханджи -- они о чем-то сплетничают, и леви чуть-чуть любопытно, так что он чуть-чуть подслушивает, совершенно случайно (и, разумеется, с совершенно бесстрастным видом), потому что ему надо обувь почистить срочно, а разве он виноват, что они рядом со входом дежурят. из их перешептываний он узнает, что жану нравится микаса, и с трудом отказывает себе в желании закатить глаза. у парня неплохой вкус, но выбрать более нереалистичный объект влюбленности было вот правда сложно, на скромный взгляд леви, потому что не надо быть не то что гением -- даже разумным быть особо не надо, чтобы понять, кого микаса окучивает с уверенностью бронепоезда и наследственной непробиваемостью аккерманов. леви даже ее чуть-чуть уважает за эту настойчивость. правда, на его взгляд, немного чрезмерно для такого лопуха, как эрен, который все равно тупее валенка в подобных вопросах. леви кажется, что даже если микаса разденется перед эреном, тот решит, что ей жарко. черт, наверное, так и будет, особенно учитывая, что они росли вместе. по парню иногда не очень похоже, что он вообще знает, что такое секс и как он появился... леви вдруг понимает, что ботинки уже достаточно чистые и по его высоким стандартам, и чертыхается на свою треклятую способность все подряд анализировать. мозг не расслабляется, по ощущениям, никогда; ему все кажется чем-то существенным. лучше собрать всю информацию и отфильтровать ненужное, чем случайно пропустить нужное -- так он считает. а сейчас еще и сравнительно спокойно, так что... о чем он там думал?... они редко делятся по половому признаку, когда ложатся спать, потому что такой возможности, как правило, нет, да и смысла тоже. все равно все спят в одежде; и еще леви бы с интересом познакомился с тем самоубийцей, который захочет драгоценные часы сна тратить на то, чтобы с кем-то позажиматься. и у него этот или эта самоубийца (оба, между прочим) получили бы такую усиленную программу на тренировках, что сразу бы вспомнилось, что ночью спать надо, особенно на вылазках, где тебя могут сожрать. но в этот раз на базе два этажа, и на втором есть две импровизированные кровати, на которые влезет максимум человека три-четыре. путем серьезных баталий (игры в камень-ножницы-бумага, в которой леви не принимал участие, потому что он может, при необходимости, поспать на титане во время передвижения последнего) выиграли девочки, а мальчикам достались циновки на холодном полу первого этажа. вернее, пол еще был теплый, потому что горел камин, вокруг которого и расположились немногочисленные мальчики. леви выбрал себе оставшийся кусочек недалеко от армина и эрена. эти двое тоже о чем-то сплетничали, но леви никогда не было интересно, о чем сплетничают мальчики, потому что это никогда не бывало о чем-то интересном, в отличие от девочек; особенно если одной из этих девочек была ханджи. наверняка обсуждают какую-то хрень про то, как важно им всем быть сильными и поскорее натренироваться, чтобы убить всех титанов. с этой прекрасной мыслью леви и заснул, пока пол не успел остыть, потому что он опытом научен, а вот армину и эрену, если распиздятся на два часа, придется потом сильно пострадать. эта мысль немного мстительно порадовала, потому что он больше не так молод и не совершает таких ошибок. впрочем, иногда хочется... ...ровно от последствий ошибок армина и эрена леви и проснулся в совершенно неприличные три часа утра. было самое холодное время, камин давно остыл, а на дежурстве клевали носом армин и микаса. леви, глянув на это, наконец понял, что его смущало в том, как предусмотрительный армин не пытается заснуть, пока еще тепло -- он просто знал, что ему на дежурство вставать... это многое объясняло. тем временем эрен, оставшись без тепла, так стучал зубами от холода и постоянно ворочался на скрипящих досках, что было удивительно, как он не разбудил вообще всех, включая девочек со второго этажа. леви шикнул на него, потому что нечего одному статисту будить всех подряд. эрен вскинул на него испуганные глаза и заткнулся, но ненадолго. он все еще трясся от холода, и леви подумал, что завтра этому дураку в форме титана целый день танцевать под дудку ханджи, что выдерживали далеко не все даже среди самых стойких... закатив глаза, леви сдвинул свою циновку и подтянул дрожащее тело к себе, перекинув через него руку и прижавшись со спины. эрен, пребывая в священном ужасе, просто замер, думая, наверное, что его собираются убить. леви где-то внутри порадовался этой мысли; было приятно, что он создает такое впечатление. но сейчас он просто хотел уснуть обратно, поэтому цыкнул на эрена и велел отключаться сию же секунду, если он не хочет посидеть на дежурстве всю ночь. и зачем-то обхватил рукой запястье. видимо, инстинкты самосохранения у эрена все же работали, потому что он и правда заснул. армин и микаса со своих зрительских мест слегка обалдели. но микасе было главное, что эрена кто-то греет, пока она не может. армин принял новую информацию к сведению, хотя рот от шока у него, конечно, приоткрылся; но в таком мире, как у них, быстро перестаешь чему-то категорически удивляться. *** на следующий день леви проснулся чуть позже обычного. дежурить заканчивал кто-то из статистов, так что армин уже вернулся, как и микаса, которая не ушла спать к девочкам и легла между эреном и армином. леви малодушно не слишком хотелось вставать. было так тепло, как уже давно не было, когда они ночевали за стеной. он осознал, насколько привык к неудобствам и смирился с ними. эрен спал немного беспокойно, сжав его руку и хмурясь. но пересиливать себя часто приходилось, так что он вытащил руку и отправился будить ханджи, которая сама просыпалась разве что от боевой тревоги. в этот день ничего не изменилось; эрен то ли не помнил, то ли благоразумно избегал этой темы, но с леви он не обмолвился и лишним словом и даже не кинул лишнего взгляда. к концу дня леви был уверен, что этот дурак правда просто не помнит, потому что морально леви уже настраивался на волну неловких извинений. им предстояло оставаться на базе еще с неделю. девочки были отправлены на второй этаж снова, потому что они все тут очень мужественные и понимают, что девочкам холоднее. на этот раз леви предстояло открывать ночное дежурство с армином. в принципе, оно заключалось только в том, чтобы истязать себя отсутствием сна и тупить в одну точку в ожидании внезапных гостей. леви предпочитал небольшие тренировки на дежурствах -- так было тепло и время особо зря не тратилось. было действительно очень тихо, так что леви очень благосклонно разрешил армину задержаться в компании своих ненаглядных друзей и где-то минут двадцать попрыгал один (еще он не очень любил, когда на него смотрят во время разминок). но вместе с завершением разминки истек срок годности у его великодушия, так что армин был выцеплен и посажен дежурить. где-то с полчаса они наслаждались тишиной и спокойствием, а потом играли в города. это было самое прекрасное дежурство на памяти леви, особенно учитывая, что чуть ближе к концу срока они заметили парочку трехметровых, так что успели слетать и погреться, разрубая шеи. они оба вернулись. армин не без жалости растолкал микасу, которая не без жалости оставила эрена и пошла будить сашу. армин закопался в одеяло и заснул, и леви последовал его мудрому примеру. ...чтобы опять быть разбуженным где-то в три часа. микаса все еще дежурила, но армин спал буквально в десяти сантиметрах, поэтому эрену должно было быть тепло, и леви был по-настоящему в шаге от убийства, когда столкнулся с мелькнувшим взглядом оленьих глаз, а потом почувствовал, как его обнимают. что за черт. -- ты совсем страх потерял? -- прошептал он, стараясь не разбудить окружающих и спихнуть с себя обнаглевшего подчиненного. -- вам же тоже, -- эрен запнулся, и его глаза лукаво сверкнули, -- так будет лучше. -- или я тебе сейчас всыплю по первое число и выгоню на внеплановое дежурство, -- сказал леви, поднимая брови. -- или вы мне сейчас всыпете по первое число и выгоните на внеплановое дежурство, -- покорно согласился эрен. но было в его позе и глазах что-то такое, такая уверенность, какая у этого дурака была, когда он решал идти к какой-нибудь цели, и леви решил, что поспать ему сегодня важнее, чем разбираться с чужими амбициями, и поэтому позволил эрену на себе уснуть. тот без лишних комментариев, могущих быть для него фатальными, перекинул руку через грудь и подобрался под тёплый бок. леви показалось, что его где-то и как-то грамотно разводят; впрочем, разводить леви аккермана получится только в случае, когда он сам позволяет себя разводить. *** на следующий день просыпаться было так же приятно, как на предыдущий. эрен на этот раз лежал спокойно, и легкие прядки волос на его голове поднимались и опускались в такт дыханию -- то ли леви, то ли его собственному. место армина пустовало, так что, подумал леви, тот наверняка уже встал и их видел. пока не проснулись все остальные, он выполз из-под теплого веса и натянул куртку, направляясь на импровизированную кухню. -- доброго утра, капитан, -- сказал армин, обернувшись. -- кофе будете? леви молча кивнул. слава богу, армину хватило сообразительности ничего и никак не комментировать; да он и выглядел так, словно ничего необычного не происходило. тем лучше. они немного пошумели, начиная готовить завтрак. сегодня была не их очередь, но не сидеть же без дела, если все равно проснулись. вскоре к ним спустились ханджи и саша. леви не уследил, как это произошло, но когда проснулись уже все и сели завтракать, эрен оказался по правую руку от него. он скосил глаза налево -- там, как обычно, сидела ханджи и сонно помешивала в кружке чай. справа от эрена армин посыпал кашу какой-то бурдой из пакетика, а напротив их обоих микаса с сашей обсуждали вред растворимого кофе. все как обычно, и все же. неужели они с эреном часто сидели рядом, и он этого просто не замечал? -- чего в стену тупим? -- ханджи несильно толкнула его локтем. -- ты не выспался, что ли? леви буквально почувствовал, как эрен сконцентрировал на них свое внимание, хотя при всем желании никогда бы не смог этого объяснить. он и армин абсолютно спокойно включились в болтовню девочек о кофе, но он знал, что эрен слушает. чертов проницательный суицидник, всегда ли он таким был? не решая радовать эрена ответом, он отрицательно качнул головой для ханджи и, наконец, принялся за свою кашу. *** -- эрен! микаса сорвалась с места быстрее, чем кто-либо успел ей запретить. в мгновение ока она полоснула мечом по шее зарвавшегося пятнадцатиметрового. эрен в своей титанообразной форме тяжело дышал, по его руке нехило так полоснуло деревом, и оттуда бежала кровь. этот вид неприятно царапал изнутри черепную коробку, но леви засунул все это куда подальше -- еще таких прелестей ему в жизни не хватало -- и вместо этого направился к ханджи. -- ну и как? -- спросил он, приземляясь и вынимая батончик. раз ханджи рядом, то и перекусить можно. сладкое было единственной слабостью, оставшейся в его жизни. краем глаза он заметил, как на плече эрена где-то рядом с микасой мелькнула блондинистая макушка. голубки, блин, неразлучники. -- знаешь, время, с которым он побеждает титана, увеличивается в точной пропорциональной зависимости от роста титана, -- пробормотала ханджи. это было как минимум и ежику понятно, так что леви ждал продолжения и наблюдал, как микаса и армин заматывают эрену порез, летая вокруг; они делали все правильно, даже немного гордость брала. конечно, оно бы само со временем зажило, но они же адски сердобольные. -- но эта зависимость привязана к определенным цифрам. что за? леви с интересом заглянул к ней в записи. трехметровых эрен побеждал за 2.97, 2.84 и 3.11 минут; пятиметровых -- за 4.40, 5.10 и 4.87, и так далее. этого пятнадцатиметрового он прикончил за пятнадцать минут. -- это получается, ты думаешь, что... -- что есть минимальное время, через которое каждый титан начинает уставать и допускать ошибки, и оно как-то связано с его ростом, -- засияла ханджи. -- а это значит, что колоссального нужно водить за нос целый гребаный час? -- нахмурился леви. ханджи радовалась своему научному открытию, как маленький ребенок, но на деле это означало приличные проблемы. эрен сам по себе пятнадцатиметровый, и ему хватает тех же пятнадцати минут, чтобы стать уязвимым, если это время он дерется с другим титаном. и более того, у него нет никаких гарантий победить в любом случае, но, получается, им нужно чем-то развлекать колоссального целый час, прежде чем тот дойдет до своей точки усталости; и все это время им желательно не задействовать эрена, потому что он измотается куда быстрее. картина получалась вообще не веселая. пока они это обсуждали, к ним прибежали несколько пятиметровых, двое из которых достались эрену и по одному -- микасе, армину и саше. уже вечерело, и они только хотели крикнуть, что сворачиваются, как... -- ты тоже это слышишь, да? -- пробормотала ханджи. и им обоим пришлось ввязаться в драку в ту же секунду, потому что пятиметровые привели за собой целый выводок уродцев самых разных форм и размеров, и не вести же все это светское общество за собой на базу. леви ничего и никого не слышал, когда дрался, пока его не привел в чувства звериный крик эрена. оглянувшись, как в замедленной съемке, он увидел пятерых или шестерых пятиметровых, одновременно накинувшихся на и без того уставшего эрена. микаса с криком кинулась к нему, и леви, чертыхнувшись, прыгнул туда же. они разрубили по одной шее, но их, кажется, было даже уже не пятеро; леви слышал крики ханджи и армина, но как будто на фоне, ожесточенно орудуя клинком. эрен взвыл, когда один из титанов укусил его за поврежденную руку, и свалился на землю вместе с этим же титаном, кое-как его добив. он поднялся, пошатываясь, остальные прибежали на помощь, и они кое-как расчистили место. под конец леви и микаса чуть не падали от усталости со своих упм, но эрен успел подхватить их и поставить за землю, после чего сам рухнул под дерево без сознания. леви перематерился и прыгнул на шею, разрезая ее хирургическим движением и вытягивая бессознательного эрена, от которого шел пар. микаса и армин с двух сторон помогли разрезать натянутые жилы, и они оба покачнулись и свалились, когда эрена резко перестало тянуть в шею титана. леви проигнорировал обеспокоенные взгляды свиты спящей красавицы и прыгнул на подрагивающей руке на дерево, придерживая за талию перекинутого через плечо эрена. слава богу, остальным хватило разума последовать его примеру. -- теперь точно нахрен закругляемся, -- крикнул он, и этому приказу каждый был рад повиноваться. *** когда они вернулись на базу, все были так жутко заебаны, что молча перекусили сухпайками и завалились спать. армин и микаса вызвались на внеплановое дежурство, потому что не хотели ложиться спать, пока эрен не придет в себя. с этим вот уж точно никто не горел желанием спорить. девочки дружно решили поменяться и предоставить кровать мальчикам. мальчики начали с этим спорить, желая быть благородными и дураками, по скромному мнению леви. закатив глаза на это ребячество, он подхватил эрена, повесив его на плечо, и поднялся наверх. за ними никто не последовал -- наверное, автоматически решили, что оставшиеся места будут принадлежать армину и микасе, что было, в общем-то, очень логично. кровати второго этажа представляли собой две однушки, составленные вместе. на старых досках лежали тонкие своеобразные матрасы, набитые сеном и пухом, но это было примерно в тысячу раз теплее, чем сон на полу на циновке. леви сгрузил эрена на одну часть кровати, набросил на него его циновку и лег на вполне приличном расстоянии. прошло где-то минут десять. сон к нему не шел, несмотря на дикую усталость; такое с ним происходило достаточно регулярно, потому что бессонница -- вообще злейший враг любого солдата. он пошел бы сменить микасу и армина, если бы не был так вымотан, но ему и так предстояло дежурить, и он надеялся хоть немного отдохнуть до начала своей смены. он смирился, преодолел разделявшее их расстояние и приобнял эрена одной рукой. *** эрен пришел в себя неожиданно и через боль; моргнув, он увидел, что вокруг ночь. следующим он почувствовал на себе вес теплого тела, обнимающую его руку, которая чувствовалась почти горячей, и переплетенные ноги. леви спал буквально сном младенца -- по нему и не скажешь, что на его совести столько смертей и кровавых боев. эрен кинул взгляд в окно, и там, на его счастье, виднелась луна, так что он смог прикинуть, сколько времени до смены караула. -- капитан, -- прошептал он осторожно. -- микаса и армин скоро придут. леви проснулся быстро и сразу, но увидев, что никакой опасности нет, просто сполз, со вздохом, с кровати, начиная шариться в темноте в поисках упм. он не думал, что вообще хоть когда-либо чувствовал себя в безопасности; мать его любила, но они вечно были одни против всех, и он чувствовал ответственность -- он должен был ее защищать; с кенни он постоянно ждал подставы, потому что таков был метод его воспитания. уж тем более никакой безопасностью и не пахло на улицах и в паршивых домах, где им приходилось перебиваться. впервые он познакомился с чувством безопасности, когда смог самостоятельно уложить пятерых громил, напавших на него в драке. это чувство усилилось с первой сотней убитых титанов. когда он знал, что может сам себя защитить -- это было лучше любого комфорта. после нескольких важных жизненных уроков он научился также полагаться на других, потому что такова была специфика жизни в разведкорпусе и должность капитана; если не умеешь делегировать обязанности, будь добр работать пушечным мясом. но сейчас ему впервые в жизни было спокойно на каком-то другом уровне, и он даже не понимал, почему. просто... ханджи была рядом, и он безоговорочно доверял ханджи, потому что она была его боевой подругой и сестрой в одном лице, и леви честно никогда не мог и предположить, что сможет развить такую тесную связь с кем-либо; ему казалось, что после кенни путь в мир здоровых взаимоотношений между людьми ему определенно заказан. остальные ребята, его подчиненные, были сильные, возможно, сильнее, чем они были в свое время, они видели достаточно, чтобы не получалось уже их воспринимать, как детей. леви за них отчасти переживал, но отчасти полагался; по крайней мере, им можно было довериться в бою. и еще был эрен, самонадеянный дурак и невозможное вообще создание, который был их главным козырем в практически любой атаке. они сделали несколько контрударов и были готовы по крайней мере попробовать сопротивляться; кажется ли ему, или ситуация была лучше, чем когда-либо? его инстинкты все равно работали на максимум, и он не собирался расслабляться, разумеется, но в эти три ночи ему было так спокойно спать, обернувшись вокруг эрена, как, наверное, никогда в жизни. -- капитан, -- хриплый голос выдернул его из неосознанных мысленных рассуждений, -- я же дежурю с вами сейчас? леви застегнул ремешки под коленкой, раздумывая над ответом. -- ты сейчас спишь. а подежуришь потом в двойном объеме. но эрен всегда отличался особой послушностью и разумом, поэтому он уже наполовину сполз с кровати и потащился за упм. леви со вздохом подошел и толкнул его обратно на кровать с непроницаемо-угрожающим лицом. ох, ему не нравилось, когда от его одолжений отказываются. примерно в таком положении их застали микаса и армин. они тут же кинулись к эрену и облепили его с обеих сторон. -- внесите немного мозгов в его голову, -- проворчал он, надевая куртку. -- ваша принцесса хочет тащиться со мной на дежурство. -- но эрен, ты едва пришел в себя, -- микаса потрепала его по волосам. армин обеспокоенно взял его за руку, ничего не говоря и переглядываясь с микасой. -- сейчас достаточно спокойно, чтобы ты просто поспал всю ночь. -- или ты не доверяешь капитану? -- добавил армин. леви мысленно оценил. этот ход был очень хорош. к сожалению, на эрене он не сработал, потому что эрен все эти уловки знал с шести лет. он мягко выпутался, извинившись, и пошел искать свою форму и упм. микаса и армин смотрели ему вслед глазами двух побитых градом щенков, так что леви выдохнул и соизволил сказать им: -- да спите вы спокойно, я за ним присмотрю. честно, он никогда не видел в чьих-то взглядах столько благодарности. *** -- как думаешь, -- армин лежал на спине, глядя в потолок; микаса вопросительно повернула на него голову. -- они будут целоваться сегодня? -- армин, -- укоризненно сказала она. -- наше ли это дело. -- конечно, наше. он же нашего эрена целовать собирается. -- может еще не собирается, -- микаса зевнула. она была немного недовольна собой: давно ли она начала доверять эрена кому попало? впрочем, капитан -- не кто попало. если уж кому-то доверять и стоило, то ему; он ведь даже сильнее ее самой. армин хитро скосил на нее глаза и улыбнулся. что ж, может и не собирается; но у армина было предчувствие, которое ошибалось редко. -- интересно, как там жан, -- пробормотала микаса. -- я бы хотела, чтобы он был тут. армин приобнял ее, чтобы согреть, и тоже зевнул. -- да нормально все, скоро увидишься со своим ненаглядным. я бы тут взвыл, если бы по обе стороны от меня эрен зажимался с капитаном, а ты -- с жаном; так что прости, что я радуюсь, что он не поехал. микаса фыркнула от смеха и, устраиваясь поудобнее, закрыла глаза. *** на дворе было прохладно, даже скорее морозно, и время было чуть за три. когда эрен выпал на улицу, леви уже сидел на циновке на крыльце и курил; бросив на него ничего не выражающий взгляд, он стряхнул пепел и отвернулся к лесу. эрен постелил свою циновку рядом и сел, скрестив ноги по-турецки. в доме стояла абсолютная тишина -- смена караула умудрилась никого не разбудить -- и на улице тоже. где-то очень вдалеке эрен чувствовал вибрации тех девиантов, которые не спят по ночам; но он не был уверен, чувствовал ли их кто-нибудь еще или это его особое чутье. в любом случае, он всегда ощущал присутствие титанов, и сейчас они были далеко. он не знал, что у них происходит, почему они уже третий день спят в обнимку, будто так и надо, и, если честно, задумываться хотел не сильно. эрена так воспитали -- если у него были желания и эти желания никому не мешали, он привык их исполнять. мама всегда говорила, что честность лучше хитрости, а открытость лучше тайн. забивать голову всякой ерундой эрен себе любил по другим поводам: например, он опасался ответственности, которую все на него возлагают; боялся, что в какой-то момент не сможет кого-то защитить, не сможет активировать силу титана, не сможет себя контролировать, да мало ли что еще пойдет не так, и все закончится еще хуже, чем обычно. у него не было ни боевых навыков, как у микасы, ни светлой головы и отчаянной храбрости, как у армина. не доставало ему сашиного добродушия, увлеченности ханджи, лидерства и харизмы жана, хладнокровия леви. он сам не понимал, что из себя представляет и чем отличается от остальных, что вносит в команду, кроме своей силы титана, которая и досталась-то ему не собственным трудом. вот что обычно голову эрена занимало. а этот новый и слегка неожиданный аспект отношений с капитаном... было немного страшно и интересно, а еще опасно. эрену нравилась опасность, за которую можно было много что приятного и хорошего получить, если рискнуть, и сожри его десять титанов разом, если это не тот самый случай. (на всякий случай он трижды стукнул костяшками по дереву -- быть сожранным десятью титанами не хотелось. леви скосил на него взгляд, но никак не прокомментировал). итак, поскольку у эрена по законам человечества существовал небольшой реабилитационный кредит на безумства, то есть, он мог выкинуть какую-нибудь хуйню и огрести за нее меньше, чем обычно, потому что был недавно без сознания, он решил им воспользоваться. минут через семь молчаливого изучения местного ландшафта его рука дрогнула, потянувшись в сторону капитана; он еще не решил, что именно хотел сделать, и намеревался понять это в процессе. но он не успел решиться на свой необдуманный жест, как леви внезапно поднялся и быстро пошел к калитке, выхватывая бинокль. эрен кинулся за ним, сматерившись на руку и ногу, отозвавшиеся резкой болью. -- сиди тут, я схожу, -- бросил леви тоном, не терпящим возражений, и сунул ему в руки бинокль, буквально в ту же секунду выкидывая веревку и со свистом взмывая в воздух. эрен не знал, до каких уровней распространяется его кредит доверия в плане того, чтобы полапать капитана, но догадывался, что неповиновения прямому приказу в ситуации незначительного, но все-таки боя, ему никто не простит, даже если бы его вчера съели. так что он послушно сидел около забора и пытался в бинокль рассмотреть, как капитан крошит титанов, но ночью и за деревьями ничерта не было видно. что эрена напрягало чуть больше, он не почувствовал вибрацию первым, хотя сейчас ощущал ее прекрасно. в конце концов, прошло где-то десять минут, прежде чем эрен начал серьезно беспокоиться. он все еще ощущал вибрацию, все еще ничего не видел; но если бы все было так плохо, капитан послал бы сигнальную ракету? а сейчас у него был прямой приказ не высовываться. вряд ли бы он переоценил свои силы, не позвав на помощь кого-то еще, если уж не доверял слегка потрепанному эрену. ведь так же?... эрен не считал самого себя таким уж потрепанным. ему серьезно зацепило руку, до кости, но она восстановилась еще час назад. да и вообще, хватит с ним носиться, как с маленьким ребенком. в голове вспышкой мелькнул момент их первой драки с энни и слова капитана... эрен уронил бинокль на землю, выстреливая леской в ближайшее дерево и резво перебираясь между огромными ветками. *** когда он увидел свист упм, леви искренне помолился богу, чтобы это не был полуживой эрен, который наверняка, блять, был убежден, что с ним все было в порядке, раз его кость уже час не торчала из руки. потому что ситуация была на грани, и эрен мог бы сейчас неслабо мешаться под ногами. шестеро пятиметровых девиантов загнали его в ловушку. они вели себя, как чертовы девианты, то есть непредсказуемо. вместо того, чтобы сразу сожрать добычу, они столпились вокруг него, пошатываясь и капая кипящей слюной, держась за руки, как будто проводили какой-то хренов ритуал. за ними, что было неприятнее, из-за соседнего дерева наблюдали двое пятнадцатиметровых -- мужчина и женщина. они стояли, облокотившись на массивные стволы, и изучали весь процесс немигающим взглядом. или леви сходил с ума, или в них было что-то наподобие нежности, направленной на пятиметровых. он не знал, что ему особо делать, потому что сигнальная ракета могла спровоцировать толпящихся вокруг. он чувствовал, что все эти титаны между собой связаны, что если он будет угрозой для пятиметровых, он не знает, как поведут себя пятнадцатиметровые; он бы мог еще в одиночку уложить этих шестерых, но те двое? и все одновременно? леви не очень хотелось сегодня умирать. хотелось вернуться на базу, выпить паршивый кофе, послушать восторженные визги ханджи, хотелось ночью... да хуй с ним, хотелось и этой ночью притянуть к себе поразительно послушного эрена и почувствовать это потрясающее тепло, дыхание, кожу, легко потрогать спутанные волосы. в общем, на данный момент он пытался придумать, что ему делать -- потому что удивительно, но у него нет плана на такие ситуации; он привык работать руками, а не мозгами. ему вот эта вся канитель с разумными титанами вообще давила на голову. еще все окажутся разумными, чего доброго, и можно будет вообще ложиться в психушку сразу. но план в голову все никак не приходил. вернее, планов было довольно много, но все из них были на тройку с плюсом и выживание гарантировали процентов на шестьдесят. леви рассудил, что если он потратит еще минут десять, пока титаны водят хоровод, чтобы подумать, ничего ни с кем не случится, а процент выживания он сможет поднять до восьмидесяти. но бог его не услышал, и когда среди деревьев блеснул упм, это был, конечно же, эрен. леви никак не подал вида, что заметил его, и вот теперь уже точно молился всем богам, чтобы тому хватило мозга не броситься сразу на титанов и заметить пятнадцатиметровых. если он превратится -- если он сможет превратиться? черт его возьми -- и отвлечет тех на себя, то леви займется этими шестью, а потом они добьют то, что останется. *** приземлившись на дерево, эрен вцепился в него от на секунду поразившего шока. капитана никто не съел, конечно, но вся эта ситуация выглядела не очень хорошо. он заметил пятнадцатиметровых, стоявших за деревьями, и у него волосы зашевелились на затылке. как леви собирался разобраться со всем этим один? а если бы он там просидел на час дольше? а если бы... эрен незаметно хлопнул себя по щеке, чтобы отогнать ненужные мысли, и сориентировался. у него не было возможности никаким образом показаться капитану так, чтобы его не заметили пятнадцатиметровые, и передать какой-то знак или сообщение. пятиметровые же не собирались есть леви прямо сейчас; они просто бродили вокруг него, и эрен прикинул, что тот справится с ними, если он отвлечет на себя пятнадцатиметровых. он пожалел, что тут не было армина; может быть, он бы придумал что получше. но полагаться оставалось только на свои мозги... и на капитана. он перепрыгнул несколько деревьев. пятнадцатиметровые повернулись в его сторону. лес осветила вспышка превращения. *** вот умница, подумал леви, довольно скалясь и доставая клинок. не то чтобы он собирался когда-либо озвучивать подобные мысли вслух, не подумайте. но его знатно заебало сидеть в качестве жертвенного агнца для этих пятиметровых уродцев, и теперь он мог, наконец-то, почесать клинки об их неповоротливые шеи. он моментально взлетел, уворачиваясь со сверхъестественной скоростью от тянущихся к нему конечностей, и побежал по чужим туловищам, высекая куски мяса в валившем паре. но они не учли одной маленькой детали; пятнадцатиметровые, очевидно, считали себя родителями пятиметровых. они повернулись в сторону эрена со вспышкой, но им стало на него абсолютно все равно, когда они услышали рев детенышей. развернувшись, они понеслись к заварушке, размахивая руками и ногами; эрен мысленно выматерился и с ревом набросился на титана-мужчину, но тот ожесточенно набросился на него в ответ и крепко приложил о ствол, почти не сбавляя ходу; тогда эрен поставил ему подножку и потянул на себя. титан свалился, но на помощь подоспела женщина, схватившая эрена локтем за шею. он смог ударить ей в живот, чтобы снова натолкнуться на такой же удар от отца семейства, а женщина добила его ударом в скулу. драться сразу с двумя было реально тяжело. они оставили эрена, который едва мог подняться, и снова побежали к детям. эрен с рычанием боролся с закрывающимися глазами; он ударил самого себя по скуле и поднялся, пошатываясь, набирая скорость и стараясь нагнать пятнадцатиметровых. хрена с два вы заберете капитана, подумал он по-звериному. он вас всех к чертовой матери раскидает. *** его сердце пропустило удар, когда он увидел двух пятнадцатиметровых, несущихся к нему. это означало, что эрен проиграл; и леви на всякий случай приготовился к худшему, хотя ему отчаянно не хотелось в это верить. все это никак не отразилось ни на его позе, ни на его лице; он полоснул последнего титана и приготовился обороняться против этих двух, тяжело дыша. почему всегда все так внезапно? они ведь даже не успели понять, что именно с ними... эрен поднялся, пошатываясь, и догнал пятнадцатиметровых прежде, чем они успели приблизиться. леви не заставил себя долго ждать и набросился на женщину, а эрен взял на себя мужчину. они сцепились друг с другом, защищая шеи и отпинываясь, пока не заметили свое поверженное потомство. вот тогда, они помнят оба, начался основной пиздец. титан-женщина кинулась на леви, как обезумевшая, и сожрала бы его за секунду, если бы эрен не успел схватить ее за волосы и содрать клок скальпа, оттягивая клацающие зубы. леви перерубил ей сухожилия ног, пока эрен уже свалился под весом титана-мужчины, пытаясь свернуть ему шею. женщина взвыла, потянувшись к мужчине, но леви извернулся и успел вырезать ей шею, пока эрен удерживал мужчину; тот, заметив гибель и "супруги", задергался и забился в конвульсиях, вырвался из захвата и успел нехило полоснуть по эрену зубами, прежде чем леви перерезал шею и ему. наступила тишина. эрен свалился на землю, но не отключился, а просто сидел, уставившись в одну точку и тяжело дыша. леви запрыгнул на его и с остервенением разрезал шею -- ему меньше всего хотелось видеть сейчас титановое лицо. по лесу стелилось белой дымкой испарение так, что было даже тепло, и им, взмокшим после боя, было еще и жарко. выдернув эрена из спутывающих его красных жил, леви приземлился на траву; эрен выпал из его рук и сел, облокотившись на ствол. он с затуманенным взглядом, кажется, не очень хорошо понимая, что делает, потянул за рукав все еще стоявшего капитана; и леви согласился. технически, была еще ночь. он опустился на колени и притянул к себе эрена, вплетаясь в чужое тело и чувствуя, как тот крепко сжимает ладонь, почти как в захвате. они оба подрагивали от адреналина и недавней битвы, они только обнимались, потому что пока была ночь, казалось, что это что-то нереальное; и когда их губы внезапно столкнулись, это тоже было что-то нереальное. леви понял, что целует эрена, когда прошло уже секунд десять, и еще спустя секунд пять -- что тот ярко отвечает, кусаясь, вжимаясь, распуская руки. они заскользили по влажным ремням, по твердым бедрам, раздвинули их уверенным, но мягким, тягучим движением, и леви выгнулся в спине, как кошка, чувствуя, как они свалились на траву. он потянулся к пуговицам чужой рубашки, плотоядно облизнувшись, и эрен прижался к нему сверху, и кто леви был такой, чтобы отказать себе в удовольствии сжать его задницу, подцепить черные ремешки, плотно обхватывающие ткань... тогда леви внезапно встретился с осознанием, что он собирается переспать с эреном, его подчиненным, между прочим, пока в полуметре от них испаряется восемь штук титанов, не считая титанового костюма самого эрена; на траве, в лесу больших деревьев, за три километра от базы. эрен ещё не заметил его заминки, и леви ещё раз провёл руками по чужим бёдрам, будто запоминая прикосновение. но он понимал, что идея -- ноль из десяти. во-первых, если вышеперечисленных факторов было недостаточно, он уже не перенесёт физической нагрузки в виде секса после всей физической нагрузки уже перенесённой, которая сексом не была, но была той ещё еблей. во-вторых, это было банально небезопасно; кто знает, каких ещё родственников приглашали уже почившие титаны. в-третьих, он искренне сомневался, что сюда не заявится в скором времени всё честное общество с базы. да, они были на дежурстве как раз для того, чтобы драться с девиантами; но они договаривались, что эрен по ночам превращается только в крайних случаях. прошло уже довольно долго времени, а они не вернулись; грохот превращения наверняка перебудил всех, и раз они ещё не вернулись, будет логично начать волноваться. нужно было как минимум сообщить, что всё в норме. да и в-четвертых... совместный сон -- это одно дело; главная троица голубков постоянно спала вместе, в том числе, с тактильным взаимодействием, да и другие в группе нередко делали так же. со стороны леви это было как минимум неожиданно, рамки определенно переходило, конечно. но в любом случае, совместный секс -- это дело уже совершенно другое. и в таких вопросах нужно было думать головой, а не членом, хотя и было заметно, что эрену очень хотелось подумать как раз последним. оценив ситуацию, он оттолкнул от себя мгновенно растерявшегося эрена, за две секунды ставшего обиженным, затем -- испуганным. он недоуменно отполз, заправляя рубашку, и леви понял, что этот дурак себе сейчас обязательно что-нибудь надумает; но не успел он что-нибудь сказать или сделать, как услышал знакомый крик микасы, и уже через полторы секунды вся поляна кишела набежавшими с базы людьми. им пришлось объяснять, что произошло, перепуганным ханджи, микасе, армину, саше и двум статистам. убедившись в отсутствии опасности, все вернулись на базу. на дежурстве должны были быть саша и армин, но эрен внезапно и довольно настойчиво выпроводил спать сашу и сказал, что останется дежурить с армином вместо нее. ханджи все равно уже успела смириться, что после напряженного дня и вот такой ночи проводить испытания завтра же будет не слишком безопасно, а они не так торопятся, чтобы так рисковать, и позволила эрену делать все, что он хочет, объявив завтра разгрузочный день. она спросила мнения леви по всему этому поводу, но он пожал плечами и сказал ей делать, что считает нужным; после чего бросил взгляд на эрена, но тот, получив отмашку от ханджи, сразу развернулся и приклеился к армину на крыльце. леви задержался, смотря на каштановые волосы, секунды четыре, после чего развернулся и пошел наверх спать. *** -- я тебя внимательно слушаю, -- улыбнулся армин, похлопывая по месту рядом с собой, и потом хитро добавил: -- герой-любовник. у эрена глаза на лоб полезли. он сделал несколько шагов и упал на расстеленную циновку. -- а с чего ты решил, что... -- эрен, -- он сказал это строго, запрокинул голову, опираясь на руки и вытягивая ноги вперед, -- в следующий раз вам может и не повезти, и первым на месте подобной битвы, -- эрен все же не выдержал и покраснел, -- окажусь не я, а, к примеру, саша. и вы человеку психику сломаете. -- так почему ты нас тогда, -- он хотел сказать "не остановил", но на середине фразы понял, что такое сломало бы психику уже ему самому. нет, напомним, они с армином выросли вместе, и что он там не видел, конечно; но все равно -- в тот момент вот абсолютно не хотелось бы услышать неловкое покашливание или что-то типа. эрен абсолютно не умел разговаривать о таких вещах; ему было также неизвестно, откуда это умеет армин. он его из своего поля зрения дольше чем на две недели не выпускал за последние... ну много, короче, лет их жизни. так почему армин совершенно не стесняется, будто они погоду обсуждают, и когда успел такому научиться? армин тяжело вздохнул. -- у меня были, конечно, предположения. но я не гений, -- вот тут он приуменьшил, по мнению прямого (но не во всех смыслах), как палка, эрена, -- и не знал, что вам приспичит заняться сексом сразу после боя с титанами. мы правда все перепугались, что вас давно нет, и это стечение обстоятельств, что я был там первый. -- да не занимались мы сексом, -- воскликнул эрен, растирая лицо руками. это армин никак не прокомментировал. -- так что случилось? -- когда с порцией завуалированных и не очень подъебов ненадолго было покончено, голос у армина изменился, стал более участливым и жалостливым, что ли. -- чего ты сюда прибежал? эрен нахмурился и подобрал колени, обхватывая их руками. -- если ты там с самого начала был, то ты все и сам видел. -- слава богу, нет, только последние секунд десять, -- армин приложил руку к груди, выдыхая. -- я не вуайерист, спасибо большое. -- вуайе кто? -- не важно. так что случилось то? эрен повернул на него голову и посмотрел, как на идиота. на армина это не действовало лет с восьми, так что он так же уперто смотрел в ответ. -- мы точно в одном месте были? -- риторически спросил эрен. -- на той поляне, до того, как вы нас нашли, я и капитан... -- предавались греху сладострастия, эту часть ты можешь пропустить. -- да ничему мы не успели предаться, потому что он меня от себя отшвырнул! -- воскликнул эрен. -- ты же видел. он просто остановился в какой-то момент и передумал... потому что какого хрена происходило вообще?... армин вздохнул не тяжело, а очень тяжело, и со смешком взъерошил ему волосы, несильно надавливая пальцем на лоб. -- это вся причина, по которой ты здесь, а не в объятиях капитана? потому что если так, то я клянусь... -- армин, я же серьезно, -- у эрена и правда был несчастный взгляд, что заставило армина остановиться. -- я не понимаю. он просто начинает делать странные вещи со мной два дня назад, я начинаю делать странные вещи с ним, и я не знаю, куда это все идет, и главное... -- так, -- армин прервал его, тряхнув головой, и его волосы чуть ударили его по щекам. -- ты о чем на самом деле думаешь? боги, ну как же хорошо армин его знал. -- что меня выставят из разведкорпуса за нарушение субординации, -- прошептал он. но не успел армин что-нибудь ответить, как оба услышали сначала -- скрипнувшую дверь, а затем -- слишком знакомые шаги. -- о чем сплетничаем, мальчики? -- поинтересовалась микаса, тронув их за плечи. они подвинулись и освободили место, чтобы она постелила циновку. -- о том, что у эрена с мозгами все очень плохо, зато все очень хорошо с паникой без повода, -- пожаловался армин. -- сплетничать -- это когда о чем-то тайном, а не о том, о чем все и так знают, -- заметила микаса с легкой улыбкой. эрен обиженно отвернулся, саботируя обоих. ему давно следовало поискать себе друзей получше, и вот прямо сейчас он и начнет. к сожалению, когда эрен представил себе, с кем из группы он мог бы стать ближе, первым в голову пришел понятно кто, что заставило эрена на секунду почувствовать себя самым несчастным на свете; но потом он вспомнил о саше и конни. -- вот буду вместо вас дружить с сашей и конни, -- оповестил он. микаса и армин переглянулись и поменяли тактику действий. они обняли эрена с двух сторон, запутав в своих руках, и когда он начал вырываться, начали щекотать; в итоге все втроем смеялись, шикали друг на друга, чтобы были тише, и почти беззвучно возились на крыльце базы. в конце концов, успокоились; микаса легла головой эрену на коленки, а армин -- на плечо. они очень нагло его эксплуатировали в качестве своей лежанки, но ладно, такое право им принадлежало на вполне законных основаниях. эрен вплел руку микасе в волосы и приобнял армина, повесив голову с тяжелым выдохом. -- так как вы думаете, меня не выгонят за несоблюдение субординации? они оба буквально чуть не разрыдались от смеха, и эрен хотел обоих придушить. -- эрен, если тебя выгонят за несоблюдение субординации, то капитана выгонят за развращение, -- сказал армин, отсмеявшись. микаса кивнула. -- но я совершеннолетний, -- недоуменно сказал эрен. -- и все равно, он тебя старше на десять лет, -- микаса развернулась и встретилась с ним взглядом. -- это вы хотите сказать, что выгонят нас обоих? -- на секунду в глазах эрена промелькнул чистый ужас, как будто он правда этому поверил. -- главнокомандующий не может выгнать капитана! или может? и это будет, получается, из-за мен... -- да перестанешь ты сегодня нести чепуху или нет, -- армин легко стукнул его по голове. -- капитан был так хорош за эти две минуты, что ты с тех пор не соображаешь? -- армин жестоко проигнорировал, как эрен снова вспыхнул, а у микасы буквально загорелись звездочки в глазах от любопытства. -- никто и никого не выгонит. капитан леви незаменим, потому что он капитан леви, это всем ясно, как день, в том числе, главнокомандующему эрвину. а ты единственный среди нас обладаешь силой титана. даже если кто-то о чем-то узнает, то вас прикроют, потому что здесь, в разведкорпусе, взгляды на жизнь другие, -- тут голос армина стал серьезным. -- да узнавать-то не о чем, потому что ничего не было, -- пробормотал эрен. -- о, -- микаса обратилась к армину, -- кажется, это первая умная мысль за весь вечер. армин засмеялся, а эрен смирился с тем, что от этих двух истязателей и идиотов ему, кажется, до конца жизни никуда не деться. -- он, получается, тоже хотел со мной... -- задумчиво выдал эрен. -- ох черт... -- а ты думал, ты можешь с капитаном делать что-то, чего он не хочет? -- микаса очень удивленно на него посмотрела. -- серьезно? -- я... не думал, наверное... -- интересно, о чем сейчас капитан думает, -- подлил масла в огонь армин. -- после того, как ты сбежал от него, не сказав ни слова, полностью проигнорировал и ушел сюда дежурить со мной. -- когда было очевидно, что вам предстояло спать вместе, потому что мы все еще на втором этаже. да, мне тоже интересно, как он теперь к тебе относится, -- наигранно-задумчиво произнесла микаса, поднеся палец ко рту. эрен передернул плечами и начал выглядеть так, будто под ним развели костер; он пару раз оглянулся на окна второго этажа, и микаса с армином над ним сжалились. -- иди уже, -- сказал армин, и микаса поддерживающе вскинула кулак в воздух. -- хватит с тебя на сегодня дежурств. -- удачи, -- пожелала она. -- а теперь, армин, ты рассказываешь мне, что это были за две минуты, о которых шла речь, -- она сказала это тоном, не терпящим возражений, и армин был более чем рад повиноваться. эрен попросил бы его молчать, если бы думал, что это хоть сколько-нибудь поможет; но шансов не было, так что он поочередно поцеловал каждого в лоб и вихрем унесся на второй этаж. *** на второй этаж леви поднялся вместе с микасой. они молча скинули с себя верхнюю одежду и упм и залезли на кровать. микаса свернулась в клубочек, а леви лёг на спину. снова никому не спалось; наследственное это у них, что ли? -- капитан, -- сказала вдруг микаса. леви повернул к ней голову. -- иногда лучше слишком много не думать. они говорили на каком-то своём языке, очевидно, и только поэтому леви понял, что она хотела сказать; дожили, подчинённые ему теперь и советы раздают. леви смерил её что-то выражающим взглядом, из которого микаса тоже что-то поняла, и закрыл глаза; и, к своему удивлению, довольно быстро заснул. *** когда эрен буквально взлетел на второй этаж, стараясь на ходу никого не разбудить на первом, он обнаружил капитана спящим. эрен вроде как и хотел задать пару насущных вопросов, но судьба распорядилась вместо него; в самом деле, его кредит лояльности закончился еще примерно на моменте, когда он выполз на дежурство, и ушел в минус, когда он не стал сидеть на базе. он правда не горел желанием проверять, что будет, если он разбудит капитана после всего этого и предложит поговорить о жизни. вот тогда леви точно вышвырнут из разведкорпуса -- за жестокое убийство подчиненного или что-то вроде. так что эрен выбрал единственный верный вариант. расстегнув упм -- и внезапно обнаруживая, что от усталости он на ногах твердо не стоит -- он залез под импровизированное одеяло, прижимаясь к теплому телу и осторожно укладывая макушку на чужое предплечье. леви, конечно, проснулся, немножко недовольно моргнул, но увидев, что это всего лишь эрен, обвил его рукой, поощряя несмелое движение, мол, убивать не собираюсь, даже если ты идиот, ложись уже давай. микаса и армин вернулись всего где-то через полчаса; они и так взяли в очередной раз внеплановую смену, так что их сменили саша и один из статистов. увидев воцарившуюся идиллию, они неслышно отбили друг другу пять и легли досыпать свои законные семь часов -- какое счастье, что завтра был выходной. *** леви проснулся где-то к одиннадцати утра, и то потому что его организму было уже действительно тревожно спать дольше. солнце встало, окна были закрыты, и на втором этаже было даже душно; эрен добропорядочно пускал на него слюни, слева от них спал армин, откинув руку, и чуть дальше -- свернувшаяся вокруг циновки микаса. сегодня был выходной, их никто не видел, и леви, чуть перевернувшись, подложил под голову еще одну куртку; эрен сполз ему на грудь, и он начал задумчиво и почти неощутимо перебирать каштановые прядки волос. они были грязные, как, впрочем, и все они коллективно, но это было как-то привычно игнорировать -- это разведкорпус, тут всегда все были как черти, только что вылезшие из печки. леви лениво думалось, что у эрена, наверняка, гормоны мешаются с природной гиперактивностью, и сейчас, должно быть, в голове вообще бомба. он бы с удовольствием послушал, о чем тот вчера трепался с армином и микасой. ему так отчаянно хотелось бы почувствовать себя способным волноваться из-за чего-то подобного, ему бы хотелось ощутить бабочек в животе и сладость нервного переживания, упоительную влюбленность. наверняка у эрена речи об этом еще и не шло, но куда-то же они двигались, правильно? но правда была в том, что вчера, когда он целовал эрена, когда они сплелись и рухнули на траву, когда он подцепил эти ремешки на узких бедрах -- он не чувствовал ничего, кроме похоти. ему хотелось снять напряжение и перепихнуться, и он поймал себя на том, что его движения ничем не отличаются от тех, которыми он награждал проституток, а вес эрена ощущается точно так же, как вес кого-то, кого на следующее утро он уже забудет и не вспомнит никогда. от мысли о сексе с эреном как с тем, кто случайно подвернулся под руку, тоже оказался согласен и совершенно случайно хотел того же, чего и он сам, становилось тошно. почему это все опять повторяется. почему все вечно повторяется. он никогда в своей жизни не хотел и даже особо не думал о какой-то любви, каких-то признаниях, разговорах, не хотел держаться за ручку и обещать "вместе и навсегда, пока титан не сожрет кого-нибудь из нас". такое, может, бывало у гражданских, но не здесь и не у них. и все же. эрен пошевелился, немного переворачиваясь, и неосознанно прижался крепче, цепляясь за подушку с другой стороны. и все же, мог ли он выбить из вселенной право на одну маленькую глупость? ну так, в перспективе. они все еще немного полежали в тишине, пока леви наслаждался философскими мыслями и своим выходным, когда на лестнице послышались шаги. он не очень вежливо спихнул с себя эрена, но тот все равно подпрыгнул на месте одновременно с проснувшимися армином и микасой, когда ханджи распахнула дверь и громко ударила поварешкой о кастрюлю. -- выходной -- это означает труд на благо общества, -- объявила она слишком громко для них всех. -- и вы пропустите завтрак, так что поднимаемся и шуруем вниз. -- а в какой день мы не трудились на благо общества, простите? -- проворчал эрен, очень недовольный своим пробуждением. микаса и армин согласно промычали, а леви мысленно улыбнулся сам себе, мол, добро пожаловать в мир за пределами. не прийти на зов ханджи было опасно для жизни; они кое-как скатились с кровати и привели себя в относительный порядок. взгляды, которые бросал на него эрен, можно было считать и складировать на полочку, но сейчас у леви не было вообще никакого желания говорить, так что он проигнорировал все семь с половиной из этих взглядов и отправился завтракать. *** на кухне было очень шумно. саша болтала с микасой о ножах, эрен и ханджи -- о титанах, эрен не нашел ничего лучше, чем опять сканировать его взглядом, за что леви хотелось ему врезать. заимев совесть, он присоединился к разговору о титанах, скорее по причине того, чтобы спрятаться в знакомое общество армина, чем потому что его так уж интересовала научная сторона титанов. они провели свою обычную двухчасовую тренировку, полчаса из которых ушли на десять километров бега. в выносливости леви и микасе не было равных, так что они прибежали раньше остальных и развлекали себя разговором на любимом языке косых взглядов. следующим шагом в списке дел были обещанные ханджи общественные работы -- состояние базы оставляло желать лучшего, и кто, если не мы. оба статиста, эрен и саша отправились чинить крышу; микаса с армином занялись пополнением и сортировкой уже имеющихся запасов еды, лекарственных и съедобных трав и ревизией медикаментов. леви бросил на ханджи вопросительный взгляд -- они единственные остались не заняты. -- а что? -- ответила она. -- пусть работает новое поколение, а мы получаем заслуженный отпуск. -- достанешь из заначки пару бутылок пива и сделаешь мне массаж? -- усмехнулся он. ханджи вытаращила на него глаза. -- а у кого-то чертовски хорошее настроение, как я погляжу, -- просияла она. -- если б ты сказал раньше, что восемь часов сна так на тебя действуют... конечно, ханджи оставила им самое сладкое, потому что когда в последний раз было иначе; и в голову ей пришло соорудить укрепленный вариант дорожной бани. он представлял из себя палатку на деревянных распорках, внутри которой располагалась печка, с трубой, выходящей наверх через отверстие в крыше. с этим проектом икс они провозились почти до самого вечера. конечно, было бы разумнее строить такое на базах поближе, чем эта, но, справедливости ради, до них и не было шестнадцати часов конного пути, так что в такую даль никто бы не стал ехать ради одного дня ночевки, а значит, баня была даже более актуальной. да и в конце концов, должны ли они оправдываться за нежелание выливать на себя ушат ледяной воды после дня танцев с титанами? в конце концов, крыша была почти без эксцессов починена, еда и лекарства разобраны, баня растоплена, а в казане кипел ужин. -- может, ну их, эти стены? тут жить останемся, -- предложила саша, растягиваясь на лавочке с диким яблоком в руках. ее поддержал нестройный хор в целом согласных голосов. ханджи действительно пожертвовала своей заначкой; но три бутылки пива она отдала развлекаться всему честному народу, а для себя и леви припрятала немного коньяка. на улице стемнело; у них горел теплый огонь и несколько кристаллов. все подустали от дневной работы, предвкушали баню и поедали какую-то бурду из консерв трехлетней давности с теплым пивом и были как никогда счастливы. и уж тем более никто не был против, когда саша предложила во что-нибудь поиграть; они и так часто развлекали себя, чем могли. остановились на "я никогда не", как великой классике всех времен. начинать выпало микасе. -- я никогда не пила ничего крепче вина, -- сказала она, и леви с ханджи молча чокнулись стопками с коньяком; также выпила саша и один из статистов. -- я никогда не была в подземном городе, -- выдала саша. леви молча выпил в одиночестве; для всех, кроме ханджи, конечно, этот факт был новым, но не то чтобы луна собиралась падать на землю или леви -- разговаривать об этом. -- я никогда не воровала, -- эстафета перешла к ханджи. на этот раз выпили леви, саша и, что было немного неожиданно, микаса. эрен хорошо помнил эту историю, как и армин, и они бы оба предпочли забыть. -- я никогда не бывал в столице, -- сказал один из статистов, и тут выпили почти все. -- я не целовался с девушкой, -- сказал другой. леви и армин молча выпили, выпила также ханджи, но это даже почти никого не удивило: научный интерес и все дела, это же ханджи. -- а с парнем? -- тут же поддела она, едва проглотила коньяк. действительно, интересная была формулировка; и вопросы, наконец-то, двигались к тому, ради чего все всегда и затевается. ханджи поддержали негромким шумом и одобрительным свистом. за эту идею и зацепился армин, которому пришла очередь говорить. -- я никогда не целовался с парнем, -- сказал он. -- а как же тот раз, когда... -- никогда больше ты не произносишь этих слов, -- он перебил начавшую говорить микасу. -- никогда. вообще. эрен бы посмеялся с этого и вспомнил бы в следующий раз о том, чтобы не давать армину, которого легко развозило, пить, но он был слишком занят тем, что ему пришлось по правилам делать глоток. и понятно, кому тоже; эрен не нашел в себе сил посмотреть на него, поэтому ограничился тем, что выместил свои эмоции на практически ни в чем не повинном армине и несильно пнул его под столом. выпили, конечно, и микаса с ханджи. теперь говорить предстояло эрену. он очень редко пил, чтобы иметь к этому хоть малейшую сопротивляемость; события недавней ночи; все то русло, куда уже зашел этот разговор... -- я никогда не занимался сексом. пара человек присвистнули. ханджи выпила, как и микаса. армин посомневался, глядя на свой стакан, но тоже сделал глоток; леви буквально осушил всю стопку, чем насмешил ханджи. -- да, если мы делаем глоток в знак того, что делали вещь, которую не делал говорящий, один раз, то тебе тут можно выпить целую бутылку, -- поддела она. леви бросил на нее недовольный взгляд. не об этом он думал, честно говоря. а вот эрен думал как раз именно об этом. целую бутылку? это в смысле... и кто?... эта мысль ошеломила его; он понял вдруг, как мало знает о капитане. он был какой-то свой, потому что все присутствующие были своими -- тот отряд, за который они держались, и когда переживаешь с людьми с десяток смертельных опасностей, а мир делится на своих и чужих, ты не всегда задумываешься, что было с ними в период до вашей встречи; эрену тут не помогало и то, что его ближайшими людьми на свете были армин с микасой, и в прошлом, которое предшествовало их знакомству, они разве что научились ходить, разговаривать и читать по слогам. его абсолютно неправомерно окатило волной ревности. он не имел никаких прав ни на что в отношении капитана; три дня назад он бы и не подумал, что захочет их иметь. но у них такой мир -- может быть, они умрут завтра, а может быть, через пять минут. времени соображать и растягивать было не слишком, и если тебе что-то хочется -- хватай это и защищай до последней капли крови; вот как оно работало. пришла очередь говорить леви, но он медлил, думая, чем бы ответить на эту неявную провокацию; коньяк вряд ли мог ударить ему в голову на количестве алкогольного опыта, но определенно развязывал язык и подключал азарт. вокруг кто подначивал его, кто ждал, затаив дыхание; среди таких был и эрен, уставившийся на него немигающим взглядом, несмотря на армина, который пытался его чуть отвлечь, дергая за рукав, чтобы не пялился так явно. -- я никогда ни в кого не влюблялся, -- наконец хрипло произнес он. все притихли. выпили микаса и армин. выпили статисты; выпила, подумав, саша, и выпила ханджи. глядя прямо капитану в глаза, выпил и эрен. и что вы думаете? конечно, леви это проигнорировал -- да даже если бы ему и пришло в голову такое желание, он все равно не мог бросить эрену что-то вроде "пойдем выйдем" сразу после такого. его беспокоили двое статистов и саша; не то чтобы он не доверял кому-то из них, но знаете, есть большая разница между "этот человек может прикрывать мне спину" и "этому человеку позволено знать обо мне настолько личные вещи". что касается ханджи... он опасался ее реакции. не в смысле "с каких пор ты по мальчикам" -- да с каких бы пор ее это беспокоило. ханджи могла стать серьезной, а это был бы очень, очень плохой знак; леви бы проигнорировал десятерых титанов в комнате, не то что слона, лишь бы не рассказать что-то ханджи и встретить этот ее серьезный взгляд, не увидеть, как она будет улыбаться или смеяться, а вместо того, чтобы подъебать его, со вздохом пожелает удачи или что-то вроде. от одной мысли мороз по коже. словом, игра продолжалась. они успели обсудить кучу интересных подробностей, посмеяться, поудивляться и постебать всех по десять раз. "я никогда не" плавно перетекло в "правду или действие", и микаса отменной тактикой отвоевала у ханджи немного коньяка. немного пьяными все потащились дружной толпой в баню; саша со статистами и ханджи устроили битву, обливая друг друга ледяной водой. в одиннадцать тридцать был объявлен отбой, положивший конец всем их развлечениям; дежурить осталась ханджи, успевшая отойти от выпитого коньяка (не то чтобы она сильно пьянела; опыт у нее был в любом случае огромный, и свою меру она знала прекрасно) и тоже вполне себе живенькая саша. по выпавшему жребию статисты занимались уборкой первого этажа, а армин с микасой болтали о чем-то в бане и там так и оставались, сказав, что придут спать попозже. примерно так эрен с капитаном оказались на втором этаже полностью одни. эрен закрыл дверь в темную комнату, остро почувствовав, как изменилась атмосфера. его самую малость вело от выпитого пива в сочетании с жаркой баней, от ночного воздуха и от присутствия леви, с которым они остановились на каком-то вполне интересном месте; он замер, едва закрыв дверь, и не успел толком об этом подумать, как уже знакомое и пышущее жаром тело прижалось к нему сзади, впечатывая в стену. он завелся с пол-оборота; не то чтобы у него были время и возможность удовлетворять некоторые естественные потребности, свойственные юношам в почти двадцать лет. у леви были горячие руки и горячие поцелуи, не касавшиеся губ; он сладко терся о шею, и эрен решил не отставать, нашаривая в темноте завязки на рубашке и почти тут же ее нетерпеливо стаскивая; леви подхватил его, будто эрен ничего не весил, и донес до кровати, нависая сверху -- в отличие от того раза в лесу. и когда эрен взглянул в чужие глаза, он понял, что капитан даже близко не трезв. его взгляд был будто подернут дымкой, и было абсолютно не понятно, когда бы он успел столько выпить; эрену казалось, что у ханджи вообще не было столько алкоголя, чтобы пронять такого, как леви. эрен растерялся; к такому жизнь вообще мало кого готовит. поразмыслив немного на досуге, он согласился, что капитан был прав, оттолкнув его в лесу, хотя, на его собственный взгляд, можно было хоть что-нибудь объяснить или повести себя менее резко; но с тем же успехом можно было ожидать, что титаны по личным соображениям перестанут есть людей. тьфу, вот вообще не время было думать о титанах... словом, эрен понял, что сейчас его роль быть разумным и ответственным человеком, не все же на капитана сваливать эту функцию. ситуация была более подходящая, но заниматься сексом с пьяным человеком, пусть даже он сам этого хочет? а точно ли он понимает, чего именно хочет? может ли он себя контролировать? если они сейчас это сделают, кто знает, не будет ли все еще хуже. да и армину с микасой нужно было где-то ночевать -- было бы некрасиво вот так занимать комнату. но от одной мысли о том, что он сейчас остановится, что они снова будут ходить сутки или двое, о чем-то думать, что-то там взвешивать... к чертовой матери это все, подумал эрен. он хотел секса с капитаном здесь и сейчас и собирался, нахрен, его получить. -- простите, капитан, но я, в отличие от вас, не железный, -- пробормотал он. -- и даже не бронированный, -- он похихикал с собственной дурацкой шутки. леви благополучно это проигнорировал, не заметив его моральных терзаний и уже наполовину раздел к тому моменту, когда эрен, наконец, соизволил приподняться; его пальцы шустро расстегнули чужой жалобно звякнувший ремень, и он потянулся куда-то наверх, зарываясь лицом в шею и вырывая низкий, полузадушенный, хриплый стон явно сопротивлявшегося издаванию таких звуков леви. они соприкоснулись разгоряченной кожей, члены соприкоснулись друг с другом через тряпки, и это движение выбило из глаз эрена звезды; он зарычал, его взгляд потяжелел и потемнел. уверенным движением он заставил капитана рухнуть на себя, и после перекатился по кровати, разворачивая их обоих и оказываясь сверху, ни на секунду не отрываясь от поцелуя -- леви целовался грубовато, немного неохотно, нетерпеливо, и эрену это не нравилось; кто-то слишком хотел добраться до главного раньше времени. оказавшись на чужих бедрах, эрен посильнее свел свои, чуть проехавшись по члену, и леви прикрыл глаза, откидываясь и тяжело дыша. в полурасстегнутых брюках было ожидаемо тесно, и его возбуждение было так очевидно, как будто на дворе стоял день. руки леви уже потянулись куда-то наверх, но эрен резко пригвоздил их к кровати, надавливая своими сверху. леви моментально распахнул глаза и даже чуть приоткрыл рот, подавившись воздухом. он попробовал дернуть рукой, и эрену пришлось приложить максимум своей силы, чтобы помешать поднять руку. все еще поведенный дымкой взгляд смотрел на него удивленно, ярко, очень-очень жадно. эрен почти задохнулся от своей власти. -- капитан... -- пробормотал он. улыбнулся. -- вам же нравится, когда я вас так называю? нравится, что не по имени? и учитывая, на чем эрен сидел, ответ он почувствовал. леви лежал под ним и ждал дальнейших действий с затаенным любопытством. эрен начал немного покачиваться на бедрах перед-назад; он кусал губы и ловил чужие полузадушенные вздохи, думая, как бы самому не кончить прямо сейчас. в один из толчков леви выгнулся и грязно выматерился, случайно вырвав одну из рук. это было неожиданно, и на силе инерции эрену немного прилетело; он испугался и отпрянул но... при том, как на него смотрел капитан... эрен немного несмело вернул руку туда, где она была, и леви переплел их пальцы, заставив эрена задохнуться буквально. другая рука моментально перехватила леви за запястье, подтянула к себе... и эрен беззвучно втянул два пальца в рот. четыре секунды потребовалось леви, чтобы прийти в себя, и эрен запишет это куда-то в стопку фактов и событий, которыми он гордится. ошеломить капитана леви на целых четыре секунды был способен не каждый, знаете ли, противник. и эрен чертовски надеялся, что не каждый любовник. леви зарычал и согнул два пальца, притягивая эрена к себе за нижнюю челюсть, и поцеловал; но эрен не дал ему делать это долго. у него появился кое-какой план, и ему было немного страшно, но как там говорят? кто не готов ничем рискнуть, ничего не способен изменить, правда? эрен сполз чуть ниже, любуясь тем, как удивляет капитана уже второй раз за вечер. и еще чуть ниже, и еще, пока он не убедился окончательно в том, что тот хочет сделать. -- эрен, -- низко и очень предупреждающе прошипел он. эрен развел его ноги, высвобождая из узких белых брюк, и блеснул уверенным (он очень надеялся, что это так выглядело, потому что ничерта он ни в чем не был уверен) взглядом. -- как вы там говорили, капитан, -- эрен сделал вид, что вспоминает, -- иногда нужно верить в своих товарищей? и, не давая себе передумать, лизнул чужой член через ткань. леви выгнулся, зажимая себе рот рукой, хотя не проронил ни звука. у него немного кружилась голова. на этот раз правда была в том, что он обычно не разрешал никому быть сверху. и уж точно никому не позволял себе отсасывать. у эрена получалось с середины наполовину. он несмело прошелся языком по всей длине и головке, будто думая, как вообще приступиться, и так сконцентрировался на своей задаче, что не заметил, как леви прикусывает себе пальцы. если бы они оба отвлеклись, они бы заметили, что он неосознанно кусает себя за фалангу большого пальца с внешней стороны, и эй, разве это не напоминает кое-что? но эрен, наконец, решился и попытался взять в рот целиком, едва не подавившись. он догадывался, что нельзя задевать зубами, и старался изо всех сил, потому что он был эрен йегер, и если он что-то решил, то будет идти к этому с уверенностью танка и не выложится меньше, чем на сто двадцать процентов. эти сто двадцать процентов заставили леви обронить жалобный, протяжный стон, все еще сильно приглушенный, но неожиданный для них обоих; и эрену показалось, что у капитана даже самую малость покраснели уши. и это почти бросило его за край. от осознания своей вседозволенности, от того, чего он добивается, какую власть ему предоставляет эта машина для убийств -- он практически ощущал себя так, будто засунул голову в пасть титану и ему ее каждую секунду могут откусить. эрен много чего в своей жизни не умел, но что получалось у него прекрасно, так это учиться в процессе и схватывать на лету. он почувствовал руку в волосах, тонкие и грубоватые пальцы, поглаживающие его голову, и почти замурчал; эти же пальцы резко сжали ему клок волос, что было слегка неприятно, но заводило только больше от того, насколько в духе капитана это было. и эрен с головой ушел в процесс, открывая новые и новые маленькие вещи. где нужно надавить, чтобы капитан незаметно дернул верхней губой? как посмотреть, чтобы пересечься с ним взглядом? какой взять ритм, чтобы он снова прикусил ладонь? как заставить его несдержанно толкаться, как сделать так, чтобы он запрокинул голову назад, с такой силой закрывая себе голову рукой, что на ней наверняка останутся отпечатки зубов? как сделать так, чтобы капитан леви кончил от его языка? эрену внезапно было смертельно необходимо знать ответ на каждый из этих вопросов. он настолько был захвачен своим исследованием и всеми маленькими реакциями, которыми награждал леви и которые он жадно ловил и впитывал, как губка, что даже забыл о собственном возбуждении, которое не преминуло о себе напомнить, когда эрен неострожно отклонился назад и проехался членом по кровати, чуть не взвыв от звездочек перед глазами. леви дернулся к нему и запечатал рот влажной и самую малость дрожащей рукой. он осторожно отвел ее, когда убедился, что эрен не собирается кричать. эрен тут же поцеловал его с абсолютно поплывшим взглядом. -- капитан, я, -- он подавился вздохом, -- я сейчас... леви обхватил оба их члена рукой и накрыл чужие губы, увеличивая ритм с такой бешеной скоростью, что эрен крупно содрогнулся в его руках уже через несколько секунд, и леви почувствовал, как его самого накрывает сладкой оргазменной дымкой. они без сил рухнули на кровать, и эрен с трудом разлепил взмокшие ресницы. он чуть кашлянул; горло нещадно царапало, хотелось выпить целую цистерну воды, но еще больше хотелось спать. -- а у вас действенные способы согреться, -- кое-как прошептал он, закашливаясь. потом задумался на две секунды и добавил уважительно-издевательски: -- капитан. леви закатил глаза и позволил себе фыркнуть. -- ты себе где смелости отрастил за последние трое суток? с титанами бы так дрался -- цены бы тебе не было. -- ну, скорее, за последние полчаса, -- эрен задумчиво осмотрел мокрые простыни. -- мы это убирать не планируем? -- тебе надо -- ты и убирай, -- зевнул леви. эрен вытаращился на него, а потом беззвучно расхохотался, утыкаясь в чужое плечо. -- я никогда об этом никому не расскажу, -- фыркая, сказал он, -- но не рассчитывайте, что я этим не воспользуюсь, когда мы вернемся на базу и вы нас там заставите все языком вылизать, капитан. -- кстати, -- леви поймал его взгляд, и эрен заинтересованно склонил голову. -- почему капитан? почему не по имени? ты же явно не разрешения моего тут ждешь, -- проворчал он недовольно. эрен расплылся в шкодливой улыбке, и леви сразу понял, что ответ ему не понравится. -- ну, знаешь... -- что-то сжалось в груди от такого обращения; было так непривычно слышать его от эрена и в то же время -- так по-особенному. -- а впрочем, ты еще поймешь. когда придет время. леви еще в тот момент с кристальной ясностью осознал: просто не будет. но что и когда в его жизни было просто? он лег на спину, приглашающе откинув руку и прижимая ворочавшегося эрена; и они так устали, что уснули почти сразу. напоследок эрен подумал, что он определенно задолжал пару-тройку одолжений микасе и армину за то, как немилосердно их сегодня оставили спать на первом этаже.