Похищенный из ада

Лас-Вегас пульсировал огнями, как если бы сам город не мог уснуть — и не давал спать другим. Рекламные экраны мигали, зовя в клубы, казино, на шоу. Повсюду — смех, музыка, аплодисменты, подсвеченные фонтаны, пьяный смех. Витрина счастья: громкая, вычурная, утомительно навязчивая. Он шёл сквозь этот праздник, как сквозь плотный туман. Ни один свет не грел, ни один звук не звал. Он не пришёл развлекаться. Адрес был в телефоне, и именно к нему он держал путь — не ускоряя шаг, но и не позволяя себе свернуть. Обычный вызов. Тонкая футболка в облипку и джинсы в обтяг: клиентки такое любят. Светлые волосы зачёсаны в хвост. Взгляд усталый, но на губах вот-вот появится выученная улыбка: с тех пор, как клиентка пожаловалась, что он хмурый и неприветливый и Джеймс был оставлен на два дня без еды, он старался улыбаться. Юноша зашёл в большой дом недалеко от центра Лас-Вегаса. Он уже бывал здесь и раньше: дом сдавался богачам, приезжавшим отдохнуть, клиенты разные, дом тот же. Джеймс вскрикнул, когда ему открыла не женщина, а молодой парень в длинной футболке на голое тело. Она прикрывала всё интимное, но смотреть на такое всё равно было неловко. — Всё впорядке? — спросил парень, отступив, чтобы пропустить Джеймса внутрь. — Меня зовут Арон. Проходи. — Да, всё в порядке, — ответил юноша устало и напряжённо, медленно проходя внутрь, оглядываясь по сторонам, всё ещё сбитый с толку тем, что его вызвал мужчина. — Как зовут тебя? — спросил Арон, садясь на диван, указывая сесть рядом. — Джеймс, — ответил он неуверенно, присаживаясь рядом с парнем. Он нервно комкал края футболки, чувствуя себя не в своей тарелке. Арон долго смотрел на него. Он был почти такого же роста, с волнистыми чёрными волосами до плеч и тёмными любопытными глазами. На вид ему было лет двадцать. В глазах было какое-то сомнение. — Сколько тебе лет, Джеймс? Юноша немного поколебался, прежде чем ответить: — Семнадцать, — ответил он, отведя взгляд. Арон вскочил, как ошпаренный. — Чёрт, какого хрена? Ты несовершеннолетний. И проститут... Это совсем незаконно. Жесть... Он бросился в комнату, оставив Джеймса в гостиной одного. Он услышал, как хлопнула дверь в другом конце коридора, и просто сидел тихо, ожидая возвращения Арона. Джеймса удивляло такое волнение молодого человека. По его опыту, никто не волновался о его возрасте. Арон вернулся полностью одетый. — Ты в порядке? Давно в этом деле? Джеймс посмотрел на него, растерянный, и кивнул. — Довольно давно. Он старался, чтобы в его голосе звучало спокойствие, чтобы не показать, что он на самом деле чувствовал. — С какого возраста? — спросил Арон со странным напряжением в голосе. Джеймс отвёл взгляд в сторону. — С четырнадцати лет, — ответил он безжизненным тоном, словно это была что-то обыденное. Арон побледнел. В глазах появился страх и гнев. Он какое-то время ходил по комнате, напряжённо о чем-то думая. Потом вернулся на диван, с видом, будто что-то для себя решил. — А почему ты вскрикнул, когда вошёл в квартиру? Джеймс ненадолго прикусил губу, вспоминая. — Ты просто меня напугал, — ответил он, пожав плечами. — Обычно меня зовут женщины. Арон кивнул: — Ну да. Я должен был догадаться: чтобы вызвать тебя, пришлось говорить фальцетом. Но ничего. Сексом я заниматься с тобой не буду. А для того, что я планировал, пол не важен, — он посмотрел на часы. Было около одиннадцати вечера. — Ещё целая ночь впереди... Юноша снова посмотрел на него растерянно, его голова кружилась от вопросов. — Что значит "нечто, что ты планируешь" ? — спросил он, пристально глядя Арону в глаза. — Ничего того, что бы повредило тебе, — ответил Арон обтекаемо. В его словах не было смысла. И юноше это не нравилось. — Что именно ты планируешь? — попытался ещё раз спросить Джеймс. — Скажи, у тебя есть близкие? Друзья, родственники? Юноша снова отвёл взгляд, сжав губы в тонкую полоску. — Нет, — коротко ответил он, а после добавил. — У меня никого нет. Арон кивнул: — Я так и думал... Он подошёл к нему, не прикасаясь. — Голоден? Или хочешь спать? Он почувствовал себя не так уж и комфортно от того, что незнакомец так близко приблизился, но ответил: — Не очень голоден. Я устал. Арон отошёл, указал на одну из дверей: — Тут ты можешь отдохнуть. Джеймс встал и потянулся, устало зевнув. Спать после тяжёлого дня явно было хорошей идеей. — Спасибо, — поблагодарил он. Если клиент пожалуется, что Джеймс не проявил инициативу и заинтересованность, хозяйка его накажет. Но это сейчас не важно. Он слишком устал. С этими мыслями он зашёл в комнату. Спальня была простой: кровать, телевизор, тумбочка. Ничего особенного. Сел на кровать, рассеянно подумав, что она мягкая. Лёг и уснул: прямо в одежде, без одеяла. Ему снился странный, довольно неприятный сон: что-то с едким запахом прижималось к носу. Звучало растерянное: "Прости, так надо". Включался свет, мелькали тени. И чернота. Проснулся он в месте, где никогда не был. Всё вокруг подрагивало. Слышался тихий гул. Вместо большой комнаты он лежал на узкой койке между двух стенок. Выход был со стороны ног, судя по всему, в узкий коридор. Вдали был слышен знакомый голос: — Ты сам идиот! Какая полиция? Они все явно повязаны... Над Атлантикой. А что? Часов восемь ещё... Спит. Уверен, Дейв! Всё нормально будет. Да, перестань ругаться. Хорошо. Собеседника слышно не было. Видимо, человек говорил по телефону. Джеймс лежал очень тихо, стараясь не издавать звуков, не выдать того, что он не спит. Он всматривался в темноту и вслушивался в слова, надеясь хоть что-то понять из ситуации, в которой оказался. Вскоре голос затих. Арон появился около койки. Сел на корточки у его ног: — Прости за похищение. Это для твоего блага. Я не мог посвятить тебя, вдруг у тебя этот... Стокгольмский синдром? Джеймс вздрогнул, услышав голос Арона, приподнявшись на локтях, посмотрел на него испуганно. — Что? — растерянно переспросил он, всё ещё не до конца придя в себя. Ему сложно было осознавать что происходит. — Мы летим в Уэльс. Там у меня дом. Одну границу пересекли нормально, другую будет легче: мой самолёт хорошо знают и обычно не досматривают. Джеймс непонимающе посмотрел на него. — Великобритания? Мы в самолёте? Почему? Я не понимаю... — тихо прохрипел он, сглотнув. Ещё вчера он спал под одеялом, как положено, в кровати, в борделе... А вечером уснул дома у незнакомого парня, и вот, чем это кончилось. — А что мне оставалось делать? Оставить тебя этой банде педофилов? Педофилок? Арон был нервным, но говорил тихо, будто боялся напугать. Джеймс сел на койке, сцепил руки в замок, не зная, что ответить. Сначала накатила паника. Желание бежать, желание ударить человека, который решил за него... Но Арон выглядел слишком неугрожающе. Смотрел так, что хотелось довериться. Открыто, по-доброму. Так никто не смотрел, только бабушка в детстве... То, что его похитили, и отвозят в другую страну, было не так страшно, как все то, что происходило прямо у него "дома". Если можно было назвать бордель домом. — Откуда вы вообще знаете обо мне? — спросил он немного хриплым голосом. — Я не знал. И ничего особо не знаю. Я вызвал тебя вчера, потому что понравилась фотография. Дейв велел. Мой парень. Не ради секса, просто... — Арон замялся. Джеймс поджимал губы, стараясь казаться серьезнее и старше своих лет. — Но я не понимаю, зачем?.. Вы просто видели мою рожу на фото, и... похитили? — спросил он, сцепил руки крепче. Арон раздраженно вздохнул. — Нет! Я тебя увидел. Решил, что именно ты сможешь меня выпороть. Так Дейв сказал. У нас с ним не вполне ванильные... Не вполне стандартные отношения. Я заслужил наказание, он велел найти мальчика по вызову и предложить ему выпороть меня. Но когда я тебя увидел вживую, я заподозрил, что ты очень молод. Слишком. Подозрительно молод. Джеймс в растерянности посмотрел на парня, не осознав ещё происходящее. — То есть, вы пригласили меня, чтобы я вас порол... Вы сейчас говорите про себя и своего парня? И после увидели меня вживую и передумали?... Арон кивнул. — А когда я понял, что ты жертва, то осознал, что не могу оставить тебя там. Ох, Дейв зол на меня! Я постоянно влипаю в неприятности... — последние две фразы почему-то были сказаны с улыбкой и странной гордостью. В голову всё лезли вопросы. Он чувствовал себя немного глупо, пытаясь понять, правильно ли он понял услышанное. — То есть, вы и до этого похищали людей? И ваш парень... Он против такого? — спросил Джеймс, и тут же поспешно добавил, — то есть... мне просто интересно... Арон рассмеялся: — Нет, похищение для меня в новинку. Раньше были мелочи: воровство в магазинах на спор, езда на тележке из супермаркета по крутой горке, скалолазание без страховки. Джеймс непонимающе посмотрел на него. Всё было слишком странно. Не вязалось одно с другим. А тут до него дошло: — Вы меня спасли... — пробормотал он тихо. Арон весь просиял: — Умный мальчик! Мальчику было трудно осознавать, что только что он переместился от места, которое представляло для него настоящий ад, в совсем другую ситуацию. Он всё ещё чувствовал себя немного дезориентированным и сбитым с толку. — А сколько ещё времени мы будем лететь? Арон посмотрел на часы. — Ещё долго. Часов семь... с половиной. Можешь поспать ещё. Или ты голоден? Джеймс почесал затылок и устало зевнул, почувствовав, что сон действительно подкрадывается. — Кофе был бы неплох, — ответил он, — если есть конечно. — Тогда тебе лучше пройти в салон и сесть. Сейчас велю стюарду сделать кофе. Джеймс кивнул, он послушно встал с койки и, слегка покачиваясь, скорее от усталости чем от качки, пошёл вслед за Ароном. Они пришли в просторный салон. Стол, несколько больших кресел. За иллюминаторами яркий рассвет над бескрайним белым морем облаков. Джеймс никогда раньше не летал на самолёте, поэтому был очень заинтересован, почувствовал, как сердце пустило вскачь от любопытства. Так далеко от дома он ещё никогда не уезжал. — Мы уже над водой? — спросил Джеймс, не отрывая взгляда от окна. — Да. Атлантический океан. Вскоре облака расступятся, ты сможешь увидеть. Джеймсу хотелось, чтобы они расступились скорее, чтобы он мог разглядеть как выглядит всё с такой огромной высоты. Вид ангельского пейзажа вселял надежду. Чем-то, что обещало очищение и новую жизнь. Вошёл стюард, поставил перед ним металлический поднос: чашка кофе, маленький кувшинчик сливок, кубики сахара на тарелочке и пирожное: тарталетка с вишней, покрытая взбитыми сливками. Джеймс посмотрел на еду, и на миг снова его затошнило от голода. Он осознал, что последний раз ел в середине дня, и то очень скудно... Схватил пирожное и принялся уплетать, запивая кофе. Арон смотрел на это одобрительно. Он тоже пил кофе. Чёрный, из большой металлической кружки. Кофе был отличным, и пирожное оказалось сладким, с небольшими ягодами. Джеймс довольно замычал. — Очень вкусно, — пробормотал он, запивая кусочек вишни, и посмотрел на Арона. — Я очень рад. Хочешь курицу по-азиатски? Мы взяли с собой пять порций на всякий случай. — Ну, если есть, то почему бы и нет? — Джеймс довольно пожал плечами и рассмеялся. Он так давно не смеялся... Кофе немного взбодрил его, возвращая в реальность. Арон позвал стюарда и велел разогреть им еду. Джеймс посмотрел на стол, покрытый белой накрахмаленной скатертью. — Удобно вы здесь устроились, — пробормотал он тихо. — Мои родители богаты, как ты мог догадаться. — То есть, это ваш самолёт? — Джеймс удивлённо посмотрел на него, забыв о своих манерах и не успев проглотить кусок пирожного. Арон как-то смущённо кивнул. Джеймс молчал несколько секунд, переваривая услышанную информацию. Он вообще ещё немного не до конца осознал, что с ним произошло, с кем сейчас разговаривает, и что такое вообще происходит. — То есть, вы богатый парень, чей-то сын и у вас имеется собственный самолёт? — проговорил он медленно, словно пробуя слова на вкус. Арон усмехнулся. — Да, именно так. Джеймс недоверчиво смотрел на него. Мальчик вообще не знал, что такое быть богатым, и сложно было представить, что человек, похитивший его, живёт столь вольготно. — А ваш парень тоже богатый? — спросил он вдруг, не совсем понимая, правильно ли вообще задавать этот вопрос. Арон пожал плечами. — Пожалуй. Но далеко не настолько, насколько моя семья. Джеймс задумчиво кивнул, и снова немного молчал, уставившись на окно, сквозь которое были видны только розовые облака. Но потом все же не выдержал и снова спросил: — Можно я задам ещё один вопрос?... Только не обижайтесь. Арон усмехнулся: — Я не обидчивый. Спрашивай. Джеймс помялся, не зная, как сформулировать вопрос так, чтобы это не прозвучало так глупо: — Ничего, если я задам... оскорбительный вопрос? Арон явно веселился: — Можно. Обещаю не оскорбляться. Джеймс на миг отвёл взгляд в сторону, и снова почувствовал себя глупо. — Откуда у богатого парня, у которого есть собственный самолёт, такой странный фетиш?.. Арон не обиделся, но очень удивился. Вернее, скорее он просто удивился, но все эмоции отражались на этом лице очень ярко: — Разве благосостояние связано с предпочтениями? Я вообще думаю, что мой мазохизм, как и ориентация, нечто врождённое. Всегда любил сцены порки в кино и книгах, с детства. Хотя родители никогда не били меня, я много фантазировал на эту тему. — То есть, вы всегда хотели быть выпоротым? — спросил Джеймс тихо. Арон кивнул. Лицо не выражало никакого стыда. Джеймс посмотрел на него, какое-то время молча рассматривая его лицо. Потом отвёл взгляд, посмотрел в окно и спросил: — И ваш парень тоже... В смысле, он тоже любит боль?.. — Постольку поскольку. В основном, он доминант. Джеймс нахмурился, не понимая. — Доминант?... Что это значит? — Он как раз тот, кто меня наказывает, — с лёгкой гордостью ответил Арон. Джеймс покраснел, когда наконец понял, о чём речь. — А почему он велел вам меня найти?.. И вообще... Зачем вам проститут. Просто странно. Вы могли найти других людей с таким же... пристрастием. Арон хихикнул: — Я очень провинился. Напился, хотя мне нет двадцати одного, а дело было в Штатах. Дейв узнал. Вернее, я сам ему пьяный позвонил. Он сказал, что меня нужно выпороть как можно скорее. Искать на форумах дольше. К тому же, Дейв всегда говорил, что проституты порят больнее, выплёскивают злость, так сказать... А ты ещё и по женщинам, я рассчитывал, что это приведёт к более сильной порке. Это не очень безопасно, но такому адреналиновому наркоману как я, в самый раз. Джеймс слушал, и старался осмыслить услышанное. Он не знал, что ответить, а потому просто спросил тихо: — А много раз вас... пороли? Арон в ответ лишь махнул рукой: — Не сосчитать. Мы с Дейвом уже полтора года вместе. Джеймс смотрел на него с огромным любопытством. Жизнь богатых людей казалась ему какой-то волшебной сказкой. Он не представлял, каково живётся Арону, сколько у него привилегий, денег. И сколько всего у него может быть. — А вы многое пробовали?... Арон не ответил, потому что вернулся стюард и поставил перед ними подносы с едой: курица с рисом, соус с кунжутом, салат из овощей с оливками и сыром, стаканчик яблочного сока, круасан, сливочное масло. Джеймс сразу же начал уплетать за обе щеки. Он чувствовал себя немного сонным, а потому доел быстро. Курица была восхитительно вкусная, юноше давно уже не доводилось так вкусно есть. От усталости и сытости стало трудно держать глаза открытыми, он зевал, прикрывая рот рукой. Последнее, что увидел Джеймс, прежде, чем уснуть: Арон с сочувствующим взглядом накрывает его мягким пледом. — Джеймс, пора вставать, — прошептал Арон, осторожно тряся его за плечо. — Через пятнадцать минут начнём снижаться в аэропорту Кардиффа. Джеймс медленно открыл глаза и сонно посмотрел на Арона. Он почувствовал себя немного дезориентрованным, не сразу поняв, где он и что происходит. Сон был крепким и слишком комфортным, не хотелось вставать. — Посмотри в иллюминатор. Уже вечер. Снаружи было совсем светло. Джеймс сел ровнее в кресле и потянулся устало до хруста в костях. Потом встал и подошёл к окну, заглядывая в иллюминатор, который указал Арон. Солнце едва выглядывало из-за облаков, медленно клонившихся к закату. Внизу виднелся океан, залив и большой город, состоявший из крошечных домов. Это было чудесное зрелище. Джеймс никогда не видел ничего подобного. — Неужели я спал так долго? — Ты спал часов пять, и три до этого. Но учитывай ещё разницу часовых поясов. Джеймс посмотрел на Арона сонными усталыми глазами, стараясь осознать. Не понял, снова развернулся к окну, с восторгом всматриваясь в темнеющие вдали полоски земли. Снижение было тяжелым. У Джеймса закладывало уши. Арон взял его за руку. Юноша не сопротивлялся, крепко сжимая пальцами пальцы Арона. Он старался не дать воли своим чувствам, стараясь казаться сильным. Это не давалось ему легко. Когда самолет все же коснулся земли, Джеймс не смог сдержать вздоха облегчения. — Рано радуешься, большинство аварий происходит на земле, — с усмешкой выпалил Арон, а потом, поймав панический взгляд, залепетал: — прости, пожалуйста, прости. Неудачная шутка. Я иногда не могу вовремя заткнуться. Джеймс кивнул, немного успокаиваясь. Спуск по трапу был коротким, но всё равно было тревожно, он сжимал пальцы Арона в своей ладони. Они быстро прошли до дорогого чёрного автомобиля. Сели на заднее сиденье. Машина поехала. Заслонка, отделяющая салон от водителя, вдруг поднялась, Арон издал восторженный вопль: — Дейв! Джеймс поспешно повернул голову, не успев до конца осознать, что происходит. Но вместо того, чтобы испугаться, почувствовал заинтересованность. Дейв сидел рядом с шофёром. Он был не таким, как Джеймс представил по одному слову "доминант". Обычный парень, стройный, молодой. Сложно было сказать, кто старше, он или Арон. Черты тонкие, даже изящнее, чем у Арона. Русые волосы, зачёсанные на сторону, едва закрывали ухо. В голубых глазах — гнев и плохо скрываемая радость. — Арон, я не думал, что ты в своей безалаберности зайдёшь так далеко. Арон привстал и потянулся к нему. Они коротко поцеловались. Джеймс впервые видел поцелуй двух мужчин. Почему-то эту сцену хотелось запомнить. Потом Дейв отстранился и сказал строго: — Пристегнись! Арон пристегнулся. Джеймс тоже. Он медленно выдохнул, пытаясь казаться невозмутимым. От увиденного что-то непонятное начало покалывать в районе груди, он почувствовал себя очень странно, когда посмотрел на Дейва. Тот обернулся сильнее, разглядывая Джеймса, сидящего прямо за ним. Арон смотрел на них обоих, в глазах был восторг. Наконец, Дейв спросил: — Ты точно в порядке? Я про похищение, — он поморщился. — Тебе правда требовалась помощь? Джеймс посидел несколько секунд молча, рассматривая Дейва ещё внимательнее. Руки музыканта: тонкие, длинные пальцы. Странно представлять, как такие руки кого-то бьют... — Я... Я впорядке. Вы спасли меня, — это прозвучало несколько неуверенно, и почему-то стало немного стыдно за себя. Арон самодовольно улыбнулся. Дейв погрозил ему пальцем и обратился к Джеймсу опять: — Тебе требуется помощь врача? Джеймс покачал головой. Дыхание немного сбилось. Он нервно сжимал свои колени, стараясь не пялиться на Дейва. Но было интересно и хотелось смотреть. — Я в порядке, — ответил он тихо, стараясь не выдать эмоции. Дейв явно не поверил, но сел ровно. Арон заговорил возбуждённо, рассказывая подробности "похищения". — Дейв, прикинь, какие у меня верные и преданные люди! Всё идеально провернули, лишнего не спросили... — Это и настораживает, — скептически ответил Дейв. — Похищение человека — это не шутка. — Посмотри сам на этого человека! Он не против! — воскликнул Арон, кивая на Джеймса, с интересом разглядывающего дома, проносящиеся за окном. — Арон! — поднял голос Дейв. — А теперь представь, где бы ты был, поймай тебя американская полиция с подростком в отключке в багажнике. — Мы везли его в салоне, — обиженно возразил Арон. — Ага. Так вас поймать не могли, — саркастично заметил Дейв. Машина снова повернула, теперь уже в тихий район, полный коттеджей и огромных деревьев. Арон, тем временем, пожал плечами, не успокаиваясь: — Всё бы обошлось. Ты знаешь, я везунчик. К тому же, победителей не судят. Джеймс не видел, как посмотрел Дейв на Арона, но тот перестал улыбаться, вдруг стал выглядеть кротко и немного опустил голову. Невинный ангел, не иначе.