Часть 26. Новый игрок.
13 марта 2026 г., 13:42
297 г. от з.э./ Королевская гавань
Стремительно шагая по длинным каменным коридорам Красного замка, я решительно сжимала руки в кулаках. Долгие месяцы ожидания, затраченные на доставку и обработку материала наконец завершились, и выводы были, увы, разочаровывающими. А ведь это только первый этап, – подумала я, с негодованием вспоминая отзыв кузнеца, который получила буквально пару часов назад во время очередной поездки в город. Следом за мной спешили сопровождающие, в числе которых Рон, тащивший довольно объёмную сумку с получившимися изделиями, Сандор и относительно новый человек в свите – Эндрю Эстермонт, выбранный дядей Станнисом в качестве командира моего личного отряда. Откровенно говоря, присутствие последнего было вообще необязательным, но, как и старший дядя, он обладал каким-то излишне повышенным чувством ответственности, потому старался не оставлять со мной других гвардейцев на длительные периоды времени. Были ли тому причиной мои частые вылазки в город или данные ему строгие указания, как знать, но вылазками в город также руководил именно он. Рыбак рыбака, подумала я, сравнивая их упрямые лица и чрезмерную приверженность долгу. Наконец добравшись до места назначения и забрав сумку у мальчика, я не колеблясь шагнула в кабинет, оставив спутников у двери. Находящиеся в покоях Ренли и его новый оруженосец Лорас Тирелл, посмеивались с какой-то незамудренной истории, отчего последний светился от радости и довольства. Однако, завидев меня, Ренли молча кивнул мальчишке на дверь и ленно откинулся на спинку дивана. – И? – коротко спросил он, когда дверь с другой стороны закрылась. – Здесь пара кинжалов, лезвий, наконечников для стрел и копий, – бросила я на диван сумку, – на вид получилось весьма недурно, однако есть огромный минус. Они хрупкие, слишком хрупкие, чтобы ввести в оборот. Даже если продавать по дешевке, на выработку оружия из драконьего стекла уйдет очень много средств, покрыть которые мы не сможем. Ренли нахмурился, наблюдая как пройдя вдоль стены и нащупав слегка выпирающий камень, я нажала на него, ввалив его внутрь. Каменная кладка подалась вперед, открыв скрытый проход. Заглянув внутрь и не обнаружив никого, я с облегчением задвинула проход. – Ты говорила, что это единственное, что сработает в борьбе с Иными, – сказал Ренли, вытащив из сумки получившееся лезвие. – Не считая валирийской стали, да, – ответила я, наконец присаживаясь на софу. – И что же нам делать? Едва ли кто-то захочет оружие, которые легко перерубить и сложно починить. – Понятия не имею, Таргариены использовали его в качестве украшения. Может тоже следует пойти по этому пути? Оно довольно острое, мы можем использовать его как дополнительное или скрытое острие на самом оружии. Что-то вроде шипастого молота, тайного кинжала или ножа со сменным лезвием. – Все равно оно не окупится, – помрачнел Ренли, – я и так тяну из Бейлиша все соки. Мне уже кажется, что неровен час как он устроит мою встречу с Неведомым. – Я так не думаю, – хмыкнула я, вспоминая самодовольного мужчину – Чем больше ты у него берешь, тем сильнее он уверен в твоей зависимости от его средств и, следовательно, своей власти над тобой. – Спасибо за попытку успокоить, конечно, – раздраженно отозвался Ренли, – но как ты сама и говорила, он слишком непредсказуем, чтобы расслабляться. – И то верно, – усмехнулась я. – Ладно, давай вернемся к главному вопросу. Что делать будем? Едва ли ночной дозор обрадуется, когда на просьбы о помощи я пришлю им стекляшки. Я задумчиво кивнула. Это будет как минимум неуважительно и испортит отношения с Орденом, чье доверие нам в будущем следует заслужить. – Как такового выбора у нас нет, – мрачно отозвалась я – производство будет запущено вне зависимости от убытков, поменяем лишь форму, но продавать будем в ограниченном количестве. Может все–таки удастся набить цену на красоте и оригинальности оружия, но сдается мне, что вряд ли. Ренли кивнул и оглядев меня внимательным взглядом, тихо спросил: – Ты не передумала? – Нет, – покачала я головой, – Мне не хочется так поступать с Джофом, но ты прав, с ним у нас не будет шансов выжить. – Он редкостный засранец, – негодующе произнес дядя, – слышал недавно он слишком увлёкся, наказывая какую-то служанку. – Знаю, я говорила с ним об этом, но бестолку. – Благо хоть к тебе не лезет. Я нахмурилась. – Со мной он ведет себя нормально. Не знаю боится он меня или просто не хочет причинять вреда. – Скорее первое, – ответил дядя, изогнув губы в улыбке, – характер у него дрянной, но он не глупец. Ты сильнее его физически и постоянно общаешься с отцом, к которому сам он подойти боится. – Ему будет тяжело адаптироваться к другой жизни, – повела я плечом, вспоминая изнеженного мальчишку, который так и не смог отбросить свои худшие черты. Первоначальное ощущение, что тот небольшой прогресс, которого мы достигли до моего отъезда в Предел, остался подспорьем для его ментального состояния, спустя время разбилось в пух и прах. Джоф медленно, но, верно, шел к своей худшей ипостаси, знакомой мне по описанию из канона. Единственное чему он выучился, это не давать волю своим эмоциям прилюдно, оттягивая вспышки ярости и отыгрываясь уже за закрытыми дверьми. Однако отголоски о его недобрых поступках, несмотря на замалчивания, все же начали просачиваться, и слуги, уже наученные горьким опытом, старались не оставаться с ним один на один. Уличив его в подобном, я попыталась завести с ним диалог, однако наткнулась лишь на глухую стену отрицаний и гнева. Ссора, произошедшая тем вечером, наконец подтолкнула меня к принятию самой неизбежности дальнейших событий, а также подарила некоторое чувство облегчения. Ведь Джоф не изменился, а значит и мои действия были хоть немного, но оправданы. Сейчас же мы с Ренли наконец перешли к первому акту. Акту, который определит дальнейшую линию событий. Затея была крайне простой и как сказал сам дядя «крайне наивной, опасной и глупой». Однако это было единственным шансом не воспламенять в стране новые восстания и бессмысленные жертвы. К тому же в случае ее неудачи, был также просчитан и план «Б», жестокий, но более действенный. Временем запланированных действий был выбран период празднования именин Джоффри, на которые по определению должна съехаться половина аристократии страны, и в числе первых тот, на чью адекватную реакцию мы рассчитывали более всего. Когда мы с Ренли обсуждали возможные стратегии и линии поведения, сделка с Тайвином казалась самым безрассудным и инфантильным решением из всех возможных решений. Однако после, обсудив различные варианты отстранения Серсеи и Джейме, в том числе и их умерщвление, мы все же вернулись к первому плану, ведь сам дед был человеком рассудительным и крайне гордым. Подобный поступок от своих детей он мог принять как оплеуху и потому был шанс договориться с ним в моменте обличения их истинной связи. – Нельзя давать ему времени на обдумывание ситуации, нужно воспользоваться его смятением – говорил Ренли, постукивая пальцами по столу. Я промолчала, загадывать заранее не хотелось, слишком велика вероятность провалиться причем на всех этапах нашего замысла. Внезапно в дверь постучали. – Милорд, – обратился к нему сир Ролланд, когда дядя позволил ему войти, – у нас чрезвычайная ситуация. – В чем дело? – насторожился дядя. – Один из сосудов взорвался при переправе, задев и другие. Пятеро погибли, восемь ранено. Шум привлек горожан. – Пекло! – выругался Ренли, подрываясь с места. – Рен, – обратилась я к нему, схватив за руку, – они наверняка уже получили информацию. Давай перевернем ситуацию.*****
День определенно шел наперекосяк, раздражённо думал Ренли, возвращаясь с места взрыва. Дикий огонь в целом субстанция крайне опасная, а просроченный дикий огонь и вовсе непредсказуем. Он знал это, знал и потому ему следовало отказаться от его транспортировки, но он все равно решил рискнуть, и чем это кончилось? Идиот! Как можно быть столь самоуверенным? Но теперь ничего не поделать. Лиара права, весь Совет и партия Королевы наверняка уже в курсе попытки вывоза огня из столицы. Нужно придумать, как успокоить братьев и отвести подозрения от себя, подумал Ренли, услышав позади приближающийся цокот каблуков. Легка на помине, усмехнулся он и приветственно поклонился Серсее. – Лорд Ренли, – поздоровалась королева и сладко улыбнулась, – выглядите потрепанным. – Простите за внешний вид, Ваша милость – отозвался он, – у меня был не самый простой день. – О, все в порядке, – усмехнулась женщина, – я слышала о каком-то происшествии в городе. Говорят даже есть пострадавшие. – К сожалению, слухи не врали, – ответил Ренли, подстраиваясь под ее шаг, – я как раз иду на совет, чтобы доложить о ситуации. – Могу ли я полюбопытствовать о том, что произошло? – спросила Серсея, невинно улыбнувшись. – Алхимики Эйриса, чтобы их пекло побрало, – почти искренне выругался Ренли, решив сообщить полуправду – кое-кто из горожан обнаружил неучтенный склад, полный дикого огня. Мы попытались вывезти его, но сами понимаете. За 10 лет эта смесь стала неуправляемой и чрезмерно взрывоопасной, и вот результат. Серсея кинула на него быстрый взгляд. – Вывезти? – спросила она, бросив на него настороженный взгляд – и куда же позвольте спросить? – За пределы города, где его можно уничтожить без риска для окружающих, – отозвался Ренли. – Вот как, – ответила Серсея, – и ранее Вы не знали о его местонахождении? У Эйриса ведь было много алхимиков, неужели никто из них не сообщил Вам о них? – Ключевое слово «было», – отозвался Ренли, – после Восстания многие пироманы были казнены, орден почти перестал существовать, и действующие главы гильдии не знали о схроне. Единственный кто точно знал о его местонахождении был Россарт, который погиб при попытке к бегству. Серсея задумалась, однако ответить ей не дал вышедший из ближайшего поворота лорд Бейлиш. – Опаздываете, милорд, – бросил он, слегка поклонившись королеве – я как раз хотел послать за Вами людей. – Простите-простите, – усмехнулся Ренли, – все уже внутри? – Да, и Его Величество тоже, – ответил Мизинец, развернувшись и застыв в ожидании. – Что ж, приятно было увидеть Вас, Ваша милость, но раз даже Король почтил нас своим присутствием, мне лучше поторопиться. Отпустив поклон, Ренли поспешил к светлице, отмечая несущего у дверей службу Джейме Ланнистера. Похоже день вдруг стал чуточку лучше, – подумал Ренли, улыбнувшись шурину. Зайдя внутрь помещения, он обнаружил Совет в полном его составе. – Какого пекла происходит? – рыкнул на него восседавший во главе стола Роберт, – почему в моей столице происходят взрывы? Разве мы не предупреждали тебя об опасности этой проклятой вещи, когда ты просил разрешение на ее изучение? Оглядев присутствующих Ренли вздохнул, сел за стол и налил себе вина. День был долгим, трудным и вдаваться в какие-либо объяснения после изнурительной беготни ему хотелось меньше всего, однако внешний вид Короля, казалось, был олицетворением девиза их дома. Медленно и тщательно продумывая слова Ренли наконец начал рассказ, отмечая попутно как успокаивается старший брат и настораживается средний. – Сколько ты говоришь, было обнаружено сосудов? – неверяще спросил Роберт. – Более ста, мы как раз собирались вывезти несколько, когда один из них взорвался и задействовал другие. – Почему ты не доложил мне о находке раньше?! – взревел Роберт, яростно ударив рукой по столу. – Ты назначил меня Мастером над Законом, брат, – серьезно взглянул на него Ренли, – Прежде чем предоставить тебе доклад, я должен был выяснить каким именно образом оно там оказалось и единственный ли это тайник в столице. – В каком смысле единственный? – спросил буравящий его взглядом Станнис. – У нас есть некоторые основания полагать, что таких схронов по столице несколько. Я приказал своим людям обыскать Гавань, но дело это не быстрое, сами понимаете. – Необходимо допросить алхимиков и тех, кто был ближе к Эйрису в тот год, – добавил лорд Аррен, предостерегающе посмотрев на Роберта, что кажется вновь пытался возразить. – С алхимиками мы уже почти закончили, что же касается ближнего круга, – усмехнулся Ренли, крикнув в сторону двери – сир Джейме! Отворив дверь, в помещение вошел рыцарь в белом плаще. – Вы звали меня, милорд? – спросил он, удивленный своим вызовом. – Вы ведь несли службу при Эйрисе в тот, последний, день и ему предшествующие? – спросил Ренли, глядя на то, как молодой лев, застывший напряженной струной, кивнул. – И Вы, сир, как единственный его гвардеец наверняка несли службу денно и нощно, ведь паранойя, как говорят, не отпускала Эйриса даже в нужнике, – вновь задал он вопрос, наливая себе еще вина. Джейме вновь кивнул, соглашаясь со сказанным. – Много же бреда, Вам удалось выслушать, – сочувственно улыбнулся ему Ренли, – как впрочем и запаха, слышал он даже не мылся в последние месяцы. Джейме снова кивнул, к своей чести, не став комментировать последнее утверждение. – В таком случае Вы полагаю, должны были слышать о его планах на город в случае поражения, ведь Вы также руководили и обороной замка в день прибытия Вашего отца. – Я не совсем понимаю, милорд, к чему Вы ведете, – недоуменно отозвался Ланнистер. – Вы ведь наверняка слышали новости, сир, – с уставшей улыбкой ответил ему Ренли, – недавно в столице произошел взрыв и причиной его был дикий огонь десятилетней давности, спрятанный в руинах Драконьего логова. Я успел допросить за сегодня достаточное количество людей, и кое–что мне удалось выяснить. Краска схлынула с лица гвардейца. Откинув свои златые волосы назад, он прямо взглянул на совет. Тишину вокруг можно было резать ножом, Роберт глядел на них с явным нетерпением, Станнис подозрительно нахмурившись переводил взгляд с одного на другого, в то время как остальные затаились как змеи. – Потому я и спрашиваю Вас о том, какую участь готовил Эйрис для своих недругов и для себя самого? – все также улыбаясь, мягко сказал Ренли. Вопрос вновь повис в воздухе, и некоторое время спустя Джейме тихо ответил: – Я не совсем уверен, милорд, ведь как Вы и сказали, Король Эйрис часто был в бреду и мечтах. – Однако? – продолжал давить Ренли. – Однако я слышал, как он говорил о погребальном костре какого еще не видел свет. Полагаю, что он хотел поступить с врагами также, как и поступал всегда. – Полагаете? – насмешливо подняв бровь отозвался Ренли, – то есть Вы уверяете, что достоверно Вам неизвестно о сумасбродных идеях, выданных этим безумцем, которого, как Вы сами и подтвердили, сопровождали днем и ночью? – Я не несу ответственности за его идеи, милорд, – серьезно отозвался Ланнистер. – О, что Вы, – рассмеялся Ренли, вскинув ладони перед собой, – разумеется я ни в чем Вас не виню! Нам всем, и некоторым даже из личного опыта, известно о том, что из себя представлял этот безумец, и насколько он был ревнив к власти и нетерпим к советам. Однако, как я уже и сказал, в городе были обнаружен склад с диким огнем, и вопрос его возможного количества – это прежде всего вопрос нашей безопасности как жителей этого города и как родичей Королевской четы. Потому я и обратился к Вам, чтобы вы пояснили нам размер вставшей перед нами угрозы. – Мне неизвестны места их хранения, милорд, – ответил Джейме. – ИХ хранения? – вмешался Станнис, вычленив из диалога самое главное. – То есть я все же правильно рассудил, что складов несколько? – тут же спросил Ренли, внутренне посмеиваясь с озадаченного лица гвардейца. Джейме замолчал, осознав в какую ловушку угодил своими ответами. – Похоже Вам известно больше, чем Вы пытаетесь показать, сир, – улыбнулся Ренли, – чего же Вы опасаетесь? Меня? Совета? Его Величества? Вы брат нашей Королевы и, как мы уже сказали, не несете ответственность за действия безумца, так что говорите свободнее. Тяжело вздохнув и закрыв глаза, словно пораженный внутренней борьбой, Джейме Ланнистер наконец решился. В его взгляде читалась усталость, усталость и некоторая обречённость, и Ренли, предчувствуя свою победу, улыбнулся тонкой, холодной и отнюдь не доброй улыбкой. Остальные же наблюдали за ними с затаенным дыханием, наконец восприняв Ренли как равного.
