Уён не гей

      Уён и правда никогда не думал, что так вляпается. Настолько глупой и нереалистичной выглядела подобная возможность. Ситуация была банальной и до тошнотворности клишированной. Словно сюжет второсортного фильма.       Однако сколько не сокрушайся очевидной тупости мироздания или собственной судьбы, вот он, лежит в кровати в незнакомой комнате рядом с таким же незнакомым парнем. Голым. Отлично сложенным голым парнем.       Для того чтобы ситуация стала немного понятней, тут необходимо дать несколько вводных. Уён не гей. Абсолютно. Да, он пару раз целовался с парнями по пьяни. Но не более того. Ему нравились девушки. Очень нравились. И он встречался только с ними. Да, Уён был очень общительным парнем, умеющим располагать к себе, очаровывать людей независимо от пола и возраста. Идеальная social butterfly с талантом к флирту. Но он никогда не был заинтересован в физической близости с парнями. Не порицал это, нет, просто не находил мужское тело возбуждающим.       До этого момента.       Ну или, судя по всему, до вчерашней ночи. О которой Уён совершенно ни черта не помнил. Словно кто-то провёл ластиком по его воспоминаниям, начиная с момента, когда Хонджун предложил ему выпить сет новых настоек на скорость, и заканчивая его пробуждением две минуты назад.       Внутренне простонав от невероятной глупости происходящего, Уён попытался осторожно выбраться из-под одеяла, чтобы попросту сбежать. Выяснять о случившемся и обдумывать свою неожиданно пошатнувшуюся ориентацию можно и подальше отсюда. Как можно дальше. Но попытка бесшумно ускользнуть была прервана болезненным стоном, сорвавшимся с обычно послушных собственных губ. Поясницу прострелило болью, пульсирующей волной разошедшейся на бедра и задницу. Вот дьявол. Он ещё и был снизу.       Вспомнив с десяток ругательств, Уён, сцепив зубы, предпринял ещё одну попытку, которая также оказалась безуспешной. В этот раз помехой стала рука его безымянного визави, который в этот самый момент повернулся и обнял Уёна за талию.       Нет, это определённо третьесортный фильм. Тупая комедия с псевдоромантическим уклоном. Но Уён не купится на эту херню. Ни за что.       Едва слышно скрежетнув зубами, Уён осторожно приподнял довольно тяжёлую — качается он что ли?! — руку и, сдерживая болезненное шипение, наконец соскользнул с кровати. Прихрамывая и перебирая про себя ругательства, он принялся быстро собирать одежду, раскиданную по всей комнате — один из носков оказался подвешен на довольно шикарной люстре, так что Уён решил, что кроссовки можно и на голые стопы натянуть.       Быстро собравшись, он уже практически открыл дверь — после пробуждения и десяти минут не прошло, но нужно было поторапливаться — как что-то заставило Уёна остановиться. В конце концов, он ведь реально ничего не помнит, в том числе и внешность парня, с которым провёл ночь. Что если они случайно столкнуться, а он даже не будет готов?! Нет, нельзя допустить такой глупости. Сделав пару шагов назад в комнату, Уён наконец посмотрел на всё ещё спящего парня.       И вот тогда-то эта история окончательно превратилась в идиотский ромком.       Потому что Уён определённо точно знал темноволосого парня, сладко сопящего в подушку. Он видел его множество раз за последние несколько лет. Нет, не в живую. На аккаунте Сонхва в инстаграме, на фотках в рамках в его доме, куда они множество раз заваливались после вечеринок, в дурацком фотоальбоме, который Хонджун заставил их всех посмотреть.       Чон мать его Уён умудрился переспать с драгоценным младшим братом их клавишника, которого тот любит и хранит как дракон своё сокровище. С тем самым братом, получившим какую-то крутую спортивную стипендию и уехавшим в колледж на другой конец США три года назад. До того, как Хонджуну взбрело в голову собрать группу. До того, как Юнхо пригласил на их импровизированное прослушивание знакомого клавишника, так запавшего в сердце и штаны их лидера. До того, как Уён решил, что стать художником, дизайнером или на худой конец тату-мастером он всегда успеет, а вот побыть вокалистом намного веселее.       Короче несмотря на безграничную любовь к своему младшему брату, которую Сонхва категорически не скрывал, таймлайн не дал им встретиться раньше. Но Уён припомнил, как вчера где-то между текилой и самбукой Сонхва упомянул что-то насчёт возвращения брата. Даже вроде говорил, что тот за ним заедет.       Но тогда какого чёрта случилось?! Почему Уён оказался с ним в этом номере отеля? Где Сонхва? И самое главное, как теперь Уёну выжить, если их клавишник прознает, что Уён посмел прикоснуться к святому?!       Проблемы новоиспечённой ориентации быстро отошли на второй план перед лицом неминуемой расплаты. Выругавшись сквозь зубы, Уён быстро — насколько позволяла ноющая поясница — покинул комнату, стараясь придумать хоть одну стоящую отмазку. Единственной его надеждой было то, что брат Сонхва мог тоже хлебнуть лишнего и просто-напросто забыть его лицо. Потому что скрываться от него у Уёна точно не выйдет. Он ведь не собирался покидать группу или неожиданно скончаться. Хотя второй вариант уже не казался таким фантастическим. Сонхва конечно был милашкой, но только пока ситуация не касалась его братского комплекса.       Уёну точно не жить.       Простонав в голос и напугав парочку, едущую вместе с ним в лифте, Уён покинул довольно приличный отель, стараясь пока не думать о скорой расправе. Он уже сел в вызванное такси, когда телефон неожиданно звякнул сообщением. С недоумением посмотрев на незнакомый контакт, Уён открыл приложение и громко выругался. Последняя надежда разбилась с оглушительным звоном как хрустальные туфельки у криворукой Золушки:

«Я рассчитывал, что мы вместе позавтракаем, но у тебя видимо появились очень срочные дела, Ён-а 😁 Тогда заменим завтрак ужином. Заеду за тобой в 18😉»

      И тут же:

«Не забудь записать мой контакт. Я Сан, если ты вдруг забыл 😘»

      А следом контрольный в голову от другого контакта:

«ТЫ ЧТО УЕХАЛ КУДА-ТО С МОИМ БРАТОМ ВЧЕРА???!!!»

      Спрятав лицо в ладонях, Уён смачно выругался. Интересно, ещё не поздно стать тату-мастером и уехать куда-нибудь очень далеко, где его никогда не смогут найти одержимый братским комплексом клавишник и его слишком горячий — Уён уже не может этого отрицать — младший брат?!