А может нечто большее?

Четверг, 4 сентября

      Артемис запирает входную дверь, сбрасывает кеды и плюхается на диван. Надо разложить купленные продукты, приготовить что-то на ужин и запустить стирку, и, хоть сил уже ни на что не осталось, пробездельничать не получится.       И всё же сейчас есть дело поважнее. Она тянется к шопперу, достаёт телефон, и, найдя почти в самом начале списка недавних звонков нужный номер, нажимает на кнопку вызова, ожидая ответ.       — Алло, — из трубки доносится тихий стук клавиш ноутбука.       — Как у тебя дела?       — Пойдёт. Твои как? — девушка, услышав родной голос, улыбается.       — По тебе соскучилась. Может, хотя бы на этих выходных увидимся?       — Не знаю, — слышится скрип кресла, — думаю, можно. Только предупреди, когда решишь прийти.       — Хорошо, — Артемис, ощутив прилив сил, идёт в коридор и подбирает пакеты с продуктами, относя на кухню. — Хочешь о чём-нибудь поговорить?       — Извини, дел много.       — Жаль, — она вздыхает, но не упрямится. — Кай…       — М?       — Люблю тебя, очень сильно.       — И я тебя, зайчонок. Спокойной ночи.       — Сладких…       Звонок резко обрывается, и блондинка слышит только противные гудки. Убрав телефон, она раскладывает продукты по нужным полкам, параллельно обдумывая то, что можно было бы приготовить на ужин. Может быть, картошку?       Переодевшись в любимую домашнюю футболку и включив музыку на фон, Артемис приступает к готовке: чистит картофель, режет его на слайсы, выкладывает в противень, чередуя с полосками бекона, а после посыпает всё тёртым сыром и ставит в духовку. Через какое-то время по кухне разносится восхитительный аромат, из-за чего в животе девушки громко урчит, и та еле дожидается, когда еда хоть немного остынет.       — Может, и Каю отнести…       В прочем, размышляет она недолго. Доев свой ужин, Артемис наполняет доверху ланчбокс для парня и, переодевшись и захватив сумку, выбегает на улицу. Её встречает тёплый осенний вечер, когда ещё чувствуется присутствие лета, но наслаждаться его последними мгновениями не получается — университет и подработку никто не отменял.       Постояв так минуту, блондинка направляется к автобусной остановке, где как раз подъехала нужная маршрутка. Девушка занимает заднее сиденье рядом с окошком, из которого дует приятный ветерок, и не может сдержать счастливой улыбки в ожидании встречи с любимым. Представляет, как он удивится её неожиданному приезду, как будет рад ей, даже если устал. В последнее время у них никак не получалось увидеться — то у неё завалы на учёбе, то у него.       Выйдя из автобуса, она идёт через небольшую, но очень красивую аллею, где каждый раз останавливается у одного и того же дерева, хотя бы на пару минут — того самого, у которого и познакомилась с Каем. Девушка в тот день спешила к подруге, а он просто не смотрел куда идёт — и столкнулись, как в тех самых сопливых дорамах, которые Артемис смотрит по вечерам. Её юбка немного испачкалась, за что парень долго просил прощения, и хоть блондинка и отнекивалась от всякой компенсации, всё же уломал на новую встречу, но уже в кафе. Ощущение, что это было вчера, а ведь уже года три прошло…       Проходит от силы пять минут, а девушка уже стоит перед нужным ей домом. Немного отдышавшись после быстрой ходьбы, Артемис прикладывает ключ к домофону, что с писком открыл для неё проход в подъезд, поднимается на нужный этаж и, чтобы не быть рассекреченной раньше времени, практически беззвучно открывает дверь…       … лучше бы не открывала.       Ей хочется кричать… истошно, до срыва связок, но всё, что она делает — зажимает рот ладонью и так же бесшумно покидает квартиру, тихо закрыв за собой входную дверь. Девушка приходит в себя лишь на улице, когда уже прошла аллею и почти почти дошла до остановки. Она в панике достаёт телефон, который почти сразу же вылетает из трясущихся рук, но всё же остаётся цел, и, подняв его с потрескавшегося асфальта, листает список контактов, лишь с третьей попытки попав по нужному.       — Привет. Ты чего как поздно? — из динамика послышался знакомый голос.       — Ты не занят? — Артемис пытается взять себя в руки.       — Нет. Хочешь встретиться?       — А можно… — она сильно зажмуривается, чтобы не зареветь прямо сейчас, и с трудом сглатывает комок в горле, — приехать к тебе?       — Конечно.