Новый старый мир

Лес за пределами Конохи тянулся бесконечно. Солнце пробивалось сквозь листву, оставляя рваные узоры на дорожной пыли. Шаги двух шиноби звучали мерно: старший и младший, идущие рядом, но в молчании. — А вы всегда такой молчаливый? — наконец спросил Саске, не поворачивая головы. — А ты всегда задаешь вопросы, когда хочешь тишины? — лениво отозвался Какаши. Несколько шагов — и всё-таки Саске не выдержал: — Почему вы вообще пошли со мной? — Далеко идти, — Какаши посмотрел на него искоса. — А дорога не из безопасных. Было бы глупо отпускать генина одного, даже если он из клана Учиха. — Я справился бы. — Возможно. Но кто тогда поймает тебя, если ты сломя голову полезешь в западную чащу и попадёшь в ловушку охотников за дождеварами? — ...Что? — Шутка. — Какаши слегка улыбнулся. — Но ты понял суть. Саске вздохнул. Путь предстоял не из простых — несколько дней до северных пределов Огненной страны, где Орочимару ждал в одной из тайных лабораторий, как говорили. Почему Орочимару? Потому что он был силой. А Саске теперь хотел одного — быть сильнее. Намного. "Я не позволю остаться позади. Не позволю ему быть первым. Даже ему." Наруто всплыл в мыслях неосознанно — с той своей вечной улыбкой, с криками "Ты меня никогда не догонишь!". И от этого становилось невыносимо жгуче. Позже, к вечеру Они разбили лагерь у реки. Дрова потрескивали, свет от костра отбрасывал длинные тени. Саске сидел, опершись на локти, всматриваясь в лицо Какаши, который возился с чайником. — У вас же есть... знаменитая техника, да? Та, про которую ходят слухи. — Хм? — Какаши лениво поднял взгляд. — Чидори. Это же ваша техника? — Так называют, да. Хотя по-настоящему — это рака́ри. Молния, сосредоточенная в ладони. Но техника капризная. — Я хочу её выучить. — Это не просто ещё один приём. Она требует точного расчёта, скорости, а главное — готовности убивать. Пауза. Саске смотрит прямо. — Я готов. — Ты слишком молод, чтобы говорить это с такой уверенностью. — Вы ведь всё равно будете рядом. А если я ошибусь — остановите. Какаши тихо рассмеялся. И впервые — не снисходительно. — Ты звучишь, как я в твоём возрасте. — Значит, мы похожи. — Возможно. — Какаши чуть склонил голову. — Ладно. Завтра на рассвете. Если не передумаешь — начнём. Саске кивнул. Спать не хотелось. В груди стучало — не тревога, но предвкушение. Ночь Лес спал. Только потрескивание углей и ночные звуки — сова, журчание воды, ветер в листве. Саске не спал. Он смотрел в небо, в котором затухали последние отблески заката. "Наруто... Я не собираюсь больше смотреть тебе в спину." Утро было холодным и ярким. Трава покрыта каплями росы, и небо чистое, будто вчерашней ночью никто в этом мире не думал о мести или тренировках. Но Саске уже стоял у реки, разминая запястья. — Готов? — Какаши вышел из леса, потягиваясь. — Сперва теория. — Уже? — Ты же не думал, что сразу будешь метать молнии? — ...На минуту — да. Какаши усмехнулся и сел на поваленное дерево. — Чидори — техника, в которой сжимаешь чакру в ладони и на огромной скорости врезаешься в противника. Простыми словами — контроль, усиленный разгоном. Без скорости — это просто шар с электричеством. Без контроля — ты сам себя сожжёшь. — А с опытом? — С опытом — это молния, которая сносит всё на пути. Но тебе до этого далеко. Саске молча кивнул. — У тебя хорошая чакра, — добавил Какаши. — И к тому же — ты Учиха. Стихия молнии у вас в крови. Только не переоценивай себя. — Почему вы согласились меня учить? — Потому что увидел в тебе того, кто не боится идти до конца. Иногда это плохо. Но иногда — это то, что делает из шиноби легенду. — А вы были легендой? — Когда-то. — Какаши встал. — Слушай и повторяй. Первый день ушёл на концентрацию. Руки дрожали, чакра выскальзывала, и ладонь пекло. Но Саске ни разу не застонал. Ни разу не сел. Только сжимал пальцы, пока не начали трескаться мозоли. — Хорошо. Завтра попробуем снова. — Я не устал. — А я — да. И если ты хочешь кого-то догнать, тебе нужно понять: отдых — это тоже часть пути. Саске промолчал. Но в этот раз — не от упрямства, а потому что действительно начал уважать этого странного шиноби в маске. На третий день пути В лесу завыла сирена — не техника, а сигнал. Примитивный, но эффективный. Через мгновение из-за кустов выскочили три фигуры — бандиты, судя по одежде. Какаши даже не шелохнулся. — Ваш последний шанс — сдать оружие! — прорычал один из них, вытаскивая кунай. — Как скучно, — тихо произнёс Какаши и шагнул вперёд. Всё произошло за долю секунды. Взрыв чакры — и тишину прорезал знакомый вой молнии. Саске замер. — Чидори... Какаши выстрелил вперёд, и всё смешалось: сноп искр, грохот, земля, вырванная из-под ног. Один из бандитов успел отпрыгнуть, но двое просто потеряли сознание от шока. Третий — уже бежал. — Хм. — Какаши стряхнул остатки пыли с ладони. — Немного переборщил. Саске стоял, ошеломлённый. — Это... невероятно. — Невозможно объяснить словами, пока не почувствуешь в своей руке. Какаши повернулся к нему, уже более серьёзно: — Хочешь этого — по-настоящему? — Хочу. — Тогда слушайся. И не торопи себя. У тебя есть то, что нужно. Саске отвёл взгляд. В груди всё ещё билось, но уже не от страха — от желания. "Я добьюсь этого. Я догоню его. И перегоню." Четвёртый день путешествия начался с моросящего дождя и тяжёлых шагов. Земля раскисла, ботинки тянули грязь, а воздух пропитался запахом сырой травы. Но Саске ни разу не пожаловался. Какаши шёл молча — и казалось, что слушал не шум дождя, а мысли напарника. — Сколько времени уходит на то, чтобы овладеть Чидори? — спросил Саске, когда они остановились на ночёвку. — У обычного шиноби — несколько месяцев. У тебя... — Какаши бросил в костёр сухую ветку, — всё может пойти быстрее. — Потому что я Учиха? — И потому, что ты упрям как осёл. В хорошем смысле. Саске молчал. Огонь отражался в его глазах, и что-то в этом взгляде становилось всё взрослее. Дни шли. Они пересекли горный перевал, прошли через глухую деревню, где никто не говорил, и обошли территорию, отмеченную как опасную даже для дзёнинов. Но именно эти пути дали время. Для тренировок. Саске вставал на рассвете. Тренировал чакру в ладони, пока не появлялись искры. Поначалу она рассыпалась, жгла кожу. Но с каждым разом — подчинялась лучше. — Сосредоточься на ощущении внутри, — говорил Какаши. — Не заставляй силу — позволь ей течь. — Это же молния. Она не течёт. Она — ударяет. — Тогда стань её ударом. На шестой день Саске впервые почувствовал, как энергия собралась в центре ладони не как пламя, а как точка. Пульсирующая. Опасная. Настоящая. — Получается? — Какаши появился рядом почти бесшумно. — Ещё нестабильно. — Но уже лучше, чем у многих выпускников Академии. — Он присел, наблюдая. — У тебя есть... чувство ритма. Редкое качество для молнии. Обычно она — хаос. — Может, это и есть мой стиль? Какаши удивлённо посмотрел на него: — Возможно. Иногда природа чакры — это не то, что у тебя есть, а то, как ты это ощущаешь. У тебя есть шанс сделать Чидори по-настоящему своим. Саске впервые позволил себе короткую полуулыбку. Почти незаметную. Но Какаши её увидел. Позже, вечером, Саске сидел у костра, наматывая бинты на ладонь. Кожа была красной, почти обожжённой. — Учиха всегда добивались большего. Сравнение с кланом — это... ноша, — произнёс он вполголоса. — Но если честно — я просто хочу стать сильнее Наруто. — Это нормально, — сказал Какаши, сидя чуть поодаль, с книгой в руках. — Он для тебя — ориентир. И ты для него — тоже. — Вы думаете? — Я знаю. Он всегда смотрит на тебя, даже если делает вид, что нет. Между вами нет ненависти. Только вызов. — И что дальше? — Дальше — ты завершишь Чидори сам. Я тебе показал путь. Но ты найдёшь свою форму. — И всё? — Это только начало. А дальше... посмотрим, что ты выберешь. Саске молчал. Но в груди впервые появилось нечто странное — не злость, не жажда силы, а что-то спокойное. Чувство того, что его уважают. Не как Учиху. А как человека. Утро было странно тихим. Даже птицы в лесу казались осторожными, как будто чувствовали, кто ждал впереди. Какаши шёл уверенно, но Саске чувствовал напряжение в его плечах. Он видел это — едва заметную настороженность, которую тот не показывал вслух. Когда они подошли к старому храму, укрытому мхом и временем, из теней вышел Орочимару. Он будто возник из воздуха — мягкий шелест плаща, узкая улыбка и те глаза, от которых внутренне что-то сжималось. — Долго же вы шли, Какаши, — протянул Орочимару, голос тянулся, как шёлковая нить. — Пришлось немного задержаться. Дорога — не самая безопасная. А отпускать одного генина, пусть и из клана Учиха — было бы безответственно. — Ах, Какаши… Ты всё такой же предсказуемый. — Орочимару обвёл взглядом Саске. — Хотя, должен признать, мальчишка выглядит впечатляюще. Почти взрослая осанка. Умный, опасный взгляд. — Надеюсь, ты не слишком его испортил своими методами? — Надеюсь, ты не собираешься его испортить своими, — сухо парировал Какаши, не сводя взгляда с Орочимару. Между ними повисла короткая пауза. Не враждебность. Но и не дружба. Взаимное уважение, граничащее с осторожностью. Саске стоял, немного позади, наблюдая. Он чувствовал себя как будто между двух стихий: одна — молчаливая, строгая, как камень (Какаши); другая — змеиная, текучая и непредсказуемая (Орочимару). — Ты ведь сам решил идти по этому пути? — спросил Какаши, не оборачиваясь. — Да, — ответил Саске. — Тогда слушай. — Он медленно повернулся к нему. — За эти дни ты многое понял. У тебя есть сила. Есть упорство. Но помни, сила — не только в технике. Она в том, как ты её используешь. И кто рядом, когда ты её теряешь. — Я это знаю, — ответил Саске, голос был твёрдым. — Хорошо. — Какаши медленно шагнул вперёд, положив руку на его плечо. — Через три года. Я хочу увидеть, на что ты способен. Покажи мне, чего ты добился. И не подведи. — Я не подведу. — И ещё, — Какаши прищурился, — у Наруто будет три года фору. Так что не расслабляйся. Саске усмехнулся. Тихо, но искренне. — Я и не собирался. Орочимару стоял, сцепив пальцы перед собой, наблюдая за этой сценой, будто за каким-то редким театром. — Умилительно, — произнёс он, когда Какаши развернулся. — Я почти прослезился. — Не переигрывай. — Какаши махнул рукой, направляясь к выходу. — И постарайся не слишком его задушить своей... философией. — Какой вы строгий. Я просто открою перед ним двери, а идти — его выбор. — Надеюсь, так и будет. Саске смотрел вслед Какаши. Тот не обернулся, но как будто чувствовал взгляд. Через несколько шагов он остановился, поднял руку — коротко, резко. Прощание. И снова тишина. Только лес. И Орочимару, который уже жестом звал Саске внутрь храма. — Пойдём, Саске. Начнём твой путь. У нас будет время… познакомиться ближе.