Новый старый мир

Дорога, утоптанная шагами шиноби, вилась между влажных деревьев, блестела от дождя, как полированное железо. Воздух был чистым, но пах дымом — где-то неподалёку недавно сожгли лагерь. Шли молча. Не потому, что нечего было сказать, — скорее, потому, что каждый держал внутри слишком многое. Наруто шёл чуть впереди остальных, рядом с Саске. Иногда плечи их почти касались, но ни один не смотрел в сторону другого. Только шаг в шаг, будто не разлучались вовсе. Сакура следовала сразу за ними. Её глаза — внимательные, почти насторожённые — скользили по спинам друзей. Что-то изменилось. Она чувствовала это острее, чем хотелось бы. — Как думаешь, что именно за миссия? — тихо спросила Ино, поравнявшись с ней. Сакура пожала плечами: — Если бы Какаши-сенсей сказал всё сразу, мы бы уже беспокоились. — А ты не беспокоишься? — голос Ино был на редкость серьёзен. — Всегда, — честно ответила Сакура. Сзади, как всегда спокойный, Чоджи жевал остатки рисовых шариков. Рядом Шикамару бросал короткие взгляды вперёд — не на дорогу, а на тех, кто шёл впереди. Особенно — на Саске. — Ты тоже чувствуешь, да? — спросил он у Чоджи вполголоса. — М-м? — Между ними, — кивок в сторону Наруто и Саске. — О, это? Давно. Просто никто не говорит. — Да. Никто. А зря, — пробормотал Шикамару. Спереди Какаши, Обито и Рин двигались вровень, иногда обмениваясь короткими репликами. Их тени падали на землю, удлиняясь в холодном утреннем свете. — С тобой всё в порядке? — Рин осторожно повернулась к Обито. Он кивнул, не глядя: — Сейчас — да. Какаши молчал, но его рука невольно коснулась ремня, где висела тонкая маска АНБУ. Он не носил её уже давно, но ощущение за спиной — будто снова в ней. Солнце поднималось медленно, пробираясь сквозь верхушки деревьев. С каждым часом становилось теплее, но ни один из девяти не сбавлял темпа. Когда Какаши поднял руку — знак остановки, все замерли почти одновременно. — Привал на десять минут, — спокойно сказал он. — Не больше. — Уже? — Чоджи с облегчением сел прямо на траву и развернул новый свёрток с закуской. — Твои привалы можно по еде сверять, — усмехнулась Ино и села рядом. Сакура опустилась на корягу и достала флягу. Её взгляд — краем, почти невольно — скользнул к Саске. Он стоял у дерева, спиной к ним, руки в карманах. Наруто рядом. Но между ними всё же оставалось расстояние — в полшага, не больше. И всё же: в полшага. Ни ближе. — Они молчат с самого утра, — проговорила Рин, присаживаясь рядом с Какаши. — Хотя обычно ты не успеваешь сказать «миссия», как Наруто уже говорит за всех. — Молчат, значит, думают, — ответил Какаши. — Иногда это полезно. — Или опасно, — добавил Обито, прислонившись к дереву. Его взгляд — слишком пристальный — был устремлён куда-то в сторону леса. — Слишком ровно идут, — прошептал кто-то между деревьев, почти беззвучно. Девять фигур, четким строем. Взрослые и дети. Наставники и ученики. — Их цель — северная граница? — Скорее, старая крепость у перехода. Какаши ведёт их туда. — Что ж… посмотрим, насколько они готовы. Голос был низким, обволакивающим, как туман. А потом — тишина. Только листва шевельнулась чуть сильнее, чем стоило бы. Когда команда снова двинулась в путь, в воздухе уже не было той ясности, что утром. Солнце скрылось за тонкими облаками. Где-то вдали послышался глухой крик птицы. Наруто шагал рядом с Саске, и вдруг — совершенно не в голос — сказал: — Если что-то случится… ты прикроешь меня? Саске медленно повернул голову. — Ты серьёзно спрашиваешь? — Серьёзно. — Тогда слушай внимательно, — голос его был ровным, но в нём звенело что-то острое, почти невыносимое. — Я тебя не прикрою. Я тебя не отпущу. Они остановились у небольшой речушки, между корнями старых сосен. Вода журчала, как будто мир ещё был в порядке. Костёр разгорался медленно — Рин ловко складывала сухие ветки, Обито поджигал их одним резким движением. Ночь опускалась беззвучно, словно знала, что её нельзя тревожить. — По двое на дежурство, — распорядился Какаши. — Первый пост — Шикамару и Ино. Потом — Сакура и Наруто. Утренний — Саске и Чоджи. — А вы, сенсей? — лениво спросил Шикамару. — Я и Обито будем отдельно. Мы проверим периметр. Ино закатила глаза: — Потрясающе. Ночь, комары, и я — первая. — Можешь поменяться, — пожал плечами Шикамару. — Нет уж, потерплю. Я хочу всё слышать до того, как вы уснёте. Саске сидел у огня, вытянув ноги. Его тень плясала по земле, будто хотела сбежать. Наруто подошёл позже всех. Сел рядом, не глядя. Они молчали. Костёр потрескивал, трещинки разгорались, как в груди. Сакура наблюдала. Она не могла не смотреть. Что-то между ними вибрировало, словно туго натянутая струна. Наруто выглядел напряжённым — не из-за миссии. Из-за Саске. А Саске… Он будто сдерживал себя из последних сил. — Вы как будто ссорились, — тихо сказала она, наклоняясь к Наруто, когда тот встал налить себе воды. — Нет, — отрезал он. — Тогда почему ты смотришь на него так, будто… — Будто? — Будто не знаешь, как дышать рядом. Наруто резко обернулся. Его глаза на секунду вспыхнули. Потом он отвёл взгляд: — Потому что… наверное, не знаю. Обито стоял на ветке, высоко над лагерем. Какаши — чуть пониже, у ствола. — Думаешь, они справятся? — спросил Какаши. — Не знаю. Но если мы будем держаться рядом — шанс есть. — А если враг уже близко? Обито на мгновение закрыл глаза. — Тогда они это почувствуют. Такие вещи не скрываются в темноте. Ночь обволакивала, как тёплое одеяло. Но было в ней что-то… не то. Когда наступила смена поста, Сакура подошла к Наруто. Он всё ещё сидел у костра. Саске уже ушёл вглубь лагеря, лёг, отвернувшись. — Пойдём? — тихо. Они сидели на краю света костра. Сакура прислушивалась к каждому шороху, Наруто — к собственному сердцу. — Он изменился, — вдруг сказала она. — Кто? — Ты. Но и он тоже. Наруто опустил взгляд. — Сакура… — Не нужно. Я не глупая. И, может, я не всё понимаю — но вижу. Ты боишься. Не за миссию. Не за врагов. А за то, что между вами снова что-то разрушится. Он смотрел в темноту. И хотел сказать — да. Но не смог. Вместо этого — еле слышное: — Если оно разрушится… я сам исчезну. Саске не спал. Он слышал каждый их шаг. Каждое слово. Сердце сжималось, когда голос Наруто становился тише. Он закрыл глаза. А внутри — будто ветер: рвущий, ледяной. Если что-то случится… ты прикроешь меня? Я тебя не отпущу. Но он не сказал другого. Не сказал главного. А ведь знал: возможно, времени сказать уже почти не осталось. И за границей света костра — в лесу — кто-то стоял. Без маски. Без звука. Вглядом, острым, как нож. — Наруто Узумаки… и Учиха Саске. Голос прозвучал еле слышно, почти ласково. — Посмотрим, кто вы теперь. Раннее утро обняло лагерь полумраком и запахом росы. Мир ещё не проснулся окончательно: только лёгкий туман плыл над землёй, словно сны, которые не успели рассеяться. Наруто вышел из палатки первым. Он не спал — просто ждал, пока достаточно светлеет, чтобы это не казалось странным. Воздух был прохладным, свежим. Он вдохнул его глубоко. Почти до боли. Он присел у обрыва, с которого виднелась река. Колени под себя, руки в рукава. Молчал. — Ты рано. Саске подошёл почти бесшумно, как всегда. Наруто вздрогнул чуть-чуть — не от неожиданности, а от самого голоса. Он не повернулся. — Не мог спать. — Я тоже. Пауза. Саске сел рядом. Оба смотрели вперёд, на бледное небо, на редкие птицы в дымке. — Ты слышал, что сказала Сакура? — спросил Наруто. — Да. — Она всё чувствует. Наверное, давно. — Возможно. Но не говорит. Наруто кивнул. — Мне это больно. Что я не могу… быть с ней таким честным, как с тобой. — Потому что ты не хочешь быть с ней. Это не был вопрос. Наруто опустил голову. Слова резали внутри. — Иногда я думаю, что был бы проще, если бы мог. Саске смотрел на него, как на пламя. — Но ты не можешь. — Потому что ты, — сказал Наруто. — Всегда — ты. С первого дня. Он повернулся, их взгляды встретились. В них не было вызова. Только правда. — Почему ты не отталкиваешь меня? — прошептал он. — Потому что… я боюсь, что если оттолкну — ты уйдёшь. А я не смогу за тобой идти. Не в этот раз. Наруто смотрел в его глаза. Глубокие, чёрные, полные всего, что тот не говорил. — Ты не говорил, но я знал. — Я тоже, — Саске чуть отвёл взгляд. — Просто надеялся, что это пройдёт. — А оно не прошло, — сказал Наруто. Саске молча кивнул. Ветер подул с реки. Саске дрогнул, как будто что-то оборвалось внутри. — Я не знаю, что будет. Но если завтра — последний день… я хочу, чтобы ты это знал. Наруто поднял руку и на секунду — всего секунду — коснулся его пальцев. Тихо. Почти незаметно. — Я знаю. И этого достаточно. Пока что. И они снова замолчали. Но теперь между ними было не молчание. А обещание. Сакура уже проснулась, когда небо только начинало бледнеть. Она почти всегда просыпалась раньше остальных — привычка с детства: если в доме тихо, нужно убедиться, что всё в порядке. Сегодня тишина казалась другой. Сакура вышла из палатки, накинув куртку, и почти сразу заметила две фигуры у обрыва. Саске и Наруто. Они сидели рядом. Не разговаривали. Просто сидели. И в этом было что-то… неуловимо важное. Она не стала подходить ближе. Развернулась — и увидела, что кто-то смотрит на неё. Обито. Он стоял чуть в стороне, прислонившись к дереву. Его силуэт почти сливался с ветвями, только глаз под повязкой светился неестественным светом. — Не спится? — спросил он тихо. Сакура подошла ближе, остановилась рядом. — Привычка. А вам? — Такая же. Немного помолчали. Потом она спросила: — Вы ведь тоже это видите? Обито слегка повернул голову. — Что именно? — То, как они… — Сакура запнулась. — Как они держатся друг за друга, не прикасаясь. Будто если прикоснутся — всё рухнет. Обито кивнул. — Вижу. — Я не уверена, что понимаю, — призналась она. — Но это сильно. Очень. — Ты чувствуешь, потому что знаешь, каково это — быть рядом, но не вместе. Сакура вздохнула. — Мне больно за них обоих. Но больше всего — за то, что они даже себе боятся признаться. Обито чуть опустил голову. — Страх — это нормально. Особенно когда терять больше, чем когда-либо было. — У вас с Какаши… — Сакура начала, но остановилась. — Мы потеряли слишком много, чтобы позволить себе ещё одну цену. — Но разве не из-за этого стоит хотя бы попробовать?.. Обито посмотрел на неё. Его голос стал чуть мягче. — Может, ты и права. Может, именно поэтому вы — надежда. Не потому что сильнее. А потому что — всё ещё верите, несмотря ни на что. Сакура опустила глаза. — Иногда я завидую им. А иногда… боюсь за них так, что просто невыносимо. — Тогда береги их, — тихо сказал Обито. — Даже если они делают вид, что не нуждаются в защите. Особенно тогда. Они стояли молча. Утро наступало, как обещание — и как предупреждение. В стороне послышались шаги — Какаши выходил из-за деревьев. День начинался. А вместе с ним — и что-то ещё. К полудню они уже углубились в лес, и деревья стали тише. Слишком тише. Даже птицы умолкли. — Не нравится мне это, — пробормотал Шикамару, идя позади. — Похоже на ловушку. Или на… слишком идеальную тишину. — Осторожно, — предупредил Какаши. — Не разбредайтесь. Шаринганы, Бьякуганы — всё, что есть, используем без лишних слов. Саске уже активировал шаринган. Его зрачки мерцали алым, глаза скользили по теням, по ветвям, по следам. Наруто был напряжён, как струна. Он чувствовал чакру вокруг — и ощущал что-то... смазанное. Присутствие, которое не давало зацепки. Крепость возникла внезапно — старая, затянутая мхом и трещинами, словно выросшая из земли. Была тишина, но она была плотной. Не пустой. — Здесь кто-то был, — сказал Обито, присев у следов у входа. — Не более двух часов назад. — И кто-то остался, — добавил Саске, глядя в полуприкрытую щель между воротами. — Запах крови. Свежей. Сакура быстро осмотрела землю рядом. — В этом месте кто-то лежал. Судя по следам — шиноби. Его утащили. Не в лес — внутрь. Какаши обменялся взглядом с Обито. — Варианты? — Засада. Или приманка. Или и то, и другое. — Давайте разведаем, — сказала Ино. — Я могу попробовать просканировать внутренний периметр. — Нет, — жёстко сказал Какаши. — Я пойду первым. Саске, Наруто — прикрытие. Рин, Сакура — держите связь. — Остальные остаются снаружи, — добавил Обито. — Но наготове. Они зашли в крепость, как в старую рану: стены пахли плесенью, мокрой землёй и… смертью. Шаги отдавались гулко. Воздух был тяжёлым, как перед грозой. — Здесь было больше людей, — Саске остановился. — Следы шиноби в доспехах. Не из наших деревень. — И не из Песка, — подтвердил Наруто. — Их чакра другая. Грубее. Необученная. Но сильная. И тут Рин, стоявшая у входа, позвала: — Сюда. Что-то нашла. Они выбежали назад — и увидели это. На траве лежал меч. Длинный, тонкий, в крови. Но самое главное — рядом был символ. Знак Звука. Зачёркнутый. И — рядом с ним — непонятный, новый знак: словно завитки чакры, вплетённые в символ клана Учиха. Саске медленно опустился на одно колено. — Это… не знак Звука. Это… что-то другое. Кто-то играет в знакомые символы. Обито подошёл ближе. — Мы не первые, кто добрался сюда. Но, возможно… мы последние, кто уйдёт живыми, если не будем осторожны. Сверху, с одной из башен, что-то хрустнуло. Наруто напрягся. — Кто-то есть. И тогда — раздался звук. Как будто дыхание. Словно сама крепость — дышала. Треск. Резкий, как удар кнута. Наруто развернулся первым — рефлексы быстрее мысли. В тот же миг из верхнего пролома башни вырвалось движение — тень, длинная, искажённая, будто сама чакра взбесилась. — В укрытие! — крикнул Какаши. Но поздно. Три силуэта спрыгнули с разных сторон одновременно — выверенные атаки, слаженность. Они не шли на бой вслепую. Они знали, кто их ждёт. Первый противник — высокий, с маской, украшенной чем-то вроде символа ветра, — метнул свиток, который распахнулся в воздухе, высвобождая чёрные цепи чакры. — Барьерная техника! — закричала Рин. — Не дать замкнуться! Чоджи врезался в землю, раздувшись, словно мяч — и ударом тела прервал траекторию. Цепи зарылись в землю, но не схватили. Второй враг оказался прямо перед Ино. Его глаза были закрыты. Он просто шептал что-то себе под нос — и чакра вокруг дрожала, вибрировала. У Ино закружилась голова, она пошатнулась. — Гендзюцу, но через звук! — прохрипела она. — Я с ним! — Шикамару выдернул кунай, отбросив тень вперёд, сплетая её, будто сеть. — Задержу на пять секунд — только пять! Тем временем третий появился прямо перед Сакурой. Низкий, в капюшоне, с мечом в обеих руках. Атака шла наотмашь — как у дикого зверя. Но Сакура встретила удар. Земля под её ногами треснула — и ответный кулак пробил воздух, как взрыв. Врага отбросило, но он выпрямился. — Их тела усилены, — крикнула она. — Это не обычные люди! Наруто уже сорвался с места, воскликнув: — Саске! — Знаю! Они вдвоём метнулись к ближайшему нападавшему — тому, что выпускал цепи. Саске активировал шаринган на полную мощь: в зрачках заплясали три томоэ, и чакра врага вспыхнула перед ним, как карта. — Внутренний замедляющий импульс... Разрежу подачу чакры! — Он метнул кунай прямо в одну из точек на плече противника. Тем временем Наруто — в режиме базовой мантры — нырнул под цепи и выбросил руку с Расенганом. Вспышка, удар, крик. — Один минус! — крикнул он. Но радоваться было рано. Тени шевельнулись за крепостью. — Они только разведка, — пробормотал Какаши. — Чувствую… больше. Ближе. Обито встал рядом с ним. — Готовься. Это — начало. И тогда — небо потемнело. Не облаками. А чакрой.