Глава 28. Свадьба или перестрелка.
18 сентября 2025 г., 06:15
15:14. У алтаря.
Последние струны оркестра ещё вибрируют в воздухе. Фаско доедает третий канапе с копчёной индейкой и рассказывает кому-то из пожилых гостей историю о том, как он однажды «выдал Шоу за наркоторговца, чтобы прикрыть операцию, но она в итоге получила премию и сломала ему палец». Мама Самин, в изящном светлом платье и с тремя платками в руках (все мокрые), смеётся и хлопает его по плечу.
Финч, в свою очередь, сидит чуть в стороне, глаза у него затуманены: то ли от слёз, то ли от выдержанного рома. Его фраза кому-то из официантов:
— Вы не понимаете… она сказала "да". Она назвала её сладкой. Я… я… — тут он шмыгает носом и вдруг заговорщически склоняется к парню в наушнике. — А знаете, что бы сделало это ещё лучше? Традиции. Кто-нибудь должен украсть невесту. Это же… классика.
Парень непонимающе кивает, но куда-то уходит. Финч удовлетворённо улыбается. Он вёл не одну операцию в своей жизни. И сейчас он вёл одну с текилой.
А в это время — совсем в другом крыле.
15:16. Восточное крыло.
Музыка и смех снаружи — как фон к другому спектаклю. Свадьба шла идеально. Вино, огни, журналисты, цветы. Никто не заметил, как у Херша в ухе коротко щёлкнул канал и ровный, почти безэмоциональный голос сообщил:
— Перегрузка по линии освещения, «Север-4». Несоответствие потребления. Метка: AG-альфа.
Он поднял взгляд на Рут. Ей не нужно было объяснять.
— Не взлом, — тихо сказал он. — Физика.
— Заминировали? — без удивления.
— Похоже. Шесть источников. Пока молчат.
Рут выдохнула. Спокойно, будто речь шла о сбое в расписании поставок.
— У нас примерно двадцать минут до возвращения Шоу. Ходим вдоль восточного крыла, проверяем питание и световые цепи. Если это она, то поставила триггеры на сеть и движение.
— И кто из нас идёт первым?
— Ты — старше, — усмехнулась она.
Он только кивнул.
15:23. Служебный коридор.
Узкий проход пах металлом и нагретыми проводами. Пульт освещения светился красным.
Рут достала планшет, подключилась напрямую. Херш стоял рядом, наблюдая за дверьми.
— Сигнал идёт с фазы В. Подключение к свету — ложное. Зарядов минимум шесть. Всё через PoE.
— Без отключения, — коротко он.
— Без. Любое падение тока — взвод.
Она открыла меню ручного управления.
— Я дам ложную нагрузку, подменю показания датчиков. Ты вытащишь питание с первого блока, под аркой.
Он уже снял пиджак.
— Мне нужны двадцать секунд тишины.
— Держу. — Она щёлкнула по экрану. — Двадцать ровно.
Всё происходило молча. В зале смеялись, кто-то произносил тосты, а здесь под пальцами Херша плавился клей, тонкий корпус отлипал от металлической рамы. Он снял первый заряд, будто выдернул занозу.
— Один. — Он сунул капсулу в мягкий чехол.
— Ещё пять, — ответила она. — Сцена, вентиляция, кухня, колонна, задний выход.
— Три я сделаю. Остальные твои.
— Я всегда беру больше, — бросила она.
Через десять минут всё было кончено. Шесть корпусов лежали в футляре, питание восстановлено. Ни одна лампа не мигнула. Ни один гость не заметил, что у них под головами только что перестала существовать смерть.
— Всё? — спросил он.
— Почти, — Рут посмотрела на показания. — Она оставила подпись в ядре: «Вы любите спектакли. Я люблю финалы. Уронить потолок — это так… символично». Передаёт привет. Но не на сегодня.
— Тогда идём, — сказал он просто.
Флешбек. Одиннадцать лет назад.
Сырой запах бетона и ржавчины. Скрип каната на запястьях и лодыжках. Из разбитого окна сквозил холодный ветер. И лишь изредка звук сквозняка заглушал звук капающей крови.
На полу — открытый ноутбук с разбитым углом. Он работает: экран мигает строками кода, как сердце.
Трое мужчин — «рабочие» без особых черт. Один держит нож, другой — перечень имён, третий ушёл за набором для «веселья».
Её держали крепко, но не профессионалы — самоуверенные бандиты, привыкшие к страху. Рут была в старой кожаной куртке, колени сбиты, чёрные джинсы разорваны и потёрты в нескольких местах, губа разбита, на лице кровоточащие ушибы. Но глаза — холодные, прямые.
Тот, что с ножом, нервно ходил кругами.
— Ты продала наши данные, девка. Всё, что мы хранили.
— Вы хранили мусор, — ровно ответила она. — Я просто его вывезла.
Он ударил её. Снова. Она сплёвывает кровь и улыбается ему, запоминая его движения, его руку, его запах, чтобы однажды сломать правильно.
— На тебе теперь долг, сука, — говорит он, грубо хватая Рут за волосы и поднимая её голову вверх. — Деньги. Информация. Возвращай.
Её улыбка становится ещё шире, кровь, наполняет рот, стекает по зубам:
— Я не продаю дважды. Это снижает ценность.
Второй подошёл с телефоном.
— Хозяин сказал — без лишних с этой шавкой. Просто сделать красиво.
Она знала, что «красиво» значит грязно и больно. Ни страха, ни слёз. Только ритм в голове. «Держи дыхание. Не показывай страх».
Они потянулись, чтобы перерезать верёвку и «поставить на колени». И в этот момент дверь хлопнула. Раз, два, три выстрела. Коротко. Точно. Без предупреждения. Первый упал, даже не поняв, откуда. Второй попытался вытащить ствол — не успел. Третий рванул к выходу — успел на полшага.
В проёме стоял мужчина. Сухой, крепкий, без суеты. Чёрная куртка, взгляд серый, ровный. Держал оружие, как продолжение руки.
— Alt_Zero, — говорит он в наушник. — Живая. Руки связаны. Пульс — нормальный.
Он прошёл к ней, разрезал верёвку ножом. Она не пошевелилась. Только дёрнула плечом, сбрасывая канат, и потянулась к ноутбуку на полу.
— Ты в порядке? — хрипло спросил он.
— Пока не выключат питание, — отрезала она.
Подняла ноутбук, проверила экран. Работает. Значит, жива.
— Интересный приоритет.
— Единственный, который приносит деньги.
— Забавно, — произносит он, присаживаясь на корточки. — Ты спасла железку, а не себя.
— Это не железка, — ровно она. Голос дрожит, но смысл нет. — Это мой выход.
— Как тебя зовут? — сухо.
— Никак. — Она поднимает глаза. Карие. Упрямые. — Ты кто?
— Никто. — Он берёт её под локоть — аккуратно, как редкий артефакт. — Тебе повезло, что у тебя есть кто-то, кто платит вовремя. И кому ты почему-то дорога, — он кивает в сторону. — Вставай, «Никак». Я не люблю задерживаться.
Они идут к выходу. На пороге она мимолётно улыбается — впервые.
— Тебе бы псевдоним посимпатичнее, — бросает она через плечо. — «Никто» — это скучно.
— Я и так симпатичный, — тихо он. — Разберёмся.
Позже. Бар на окраине.
Тусклый свет, запах дешёвого виски и мокрой древесины. Она в мужской рубашке, которую ему пришлось отдать — её собственная куртка осталась в крови. Сидит у стойки, обхватив бокал двумя ладонями.
Он рядом, молча.
— Ты не похож на наёмника, — говорит она.
— А ты — на жертву.
— Это комплимент?
— Факт.
Она делает глоток.
— Спасибо за склад.
— За что именно? За то, что я пришёл вовремя?
— За то, что не спросил, зачем они хотели меня убить.
— Зачем?
— Видишь, теперь поздно.
Он усмехнулся, наливая себе.
— Имя?
— Рут.
— Настоящее?
— Взяла пару дней назад.
— До этого было какое?
Она посмотрела на него сквозь стакан, будто через прицел.
— Неважно. Это имя работает лучше. В сети я всегда была Рут.
Он кивнул, будто соглашаясь с логикой, понятной только им.
— Работает — значит живёт.
Она слегка улыбнулась.
— Мы ещё встретимся, Херш. Такие, как ты, не исчезают.
Он ответил спокойно:
— Такие, как ты, тоже.
Они будто уже понимали, что в следующий раз будут стоять спина к спине.
15:58. Настоящее.
Зал сиял. Дроны снимали торжество. Рут и Херш вошли обратно, будто ничего не произошло.
— Всё чисто, — сказал он, тихо, будто о погоде.
— В этот раз, — ответила она.
Он кивнул.
— Её почерк?
— Всегда один и тот же. Убить нельзя — напугай. Но сегодня ей не повезло. Я невеста, у меня иммунитет.
Херш позволил себе редкую улыбку:
— Хорошо выглядишь для сапёра.
— А ты — для ангела-хранителя.
— Я в чёрном, как и положено.
Она кивнула и вышла на террасу. Он остался в стороне — наблюдать, как мир снова делает вид, что всё в порядке. И, впервые за долгое время, позволил себе короткую мысль: «С ней не страшно даже ждать взрыва».
16:04. Центральная терраса.
Всё уже выглядит… странно. Гости веселятся. Музыка играет. Финч… или нет.. где-то под цветочной аркой поёт на итальянском. Рядом с ним Шоу… нет. Не Шоу. Это... официантка в тёмном парике. А где…
— Где Самин? — Рут выходит на середину, взгляд — клин стали. Голос — низкий, опасный.
Фаско, по-прежнему болтая с матерью Шоу, оборачивается:
— А что? Разве она не с… — Он замолкает. Потом, в полголоса, — Дерьмо.
— Фаско, — Рут в шаге от него. — Где она.
— Я... Эм… Ну. Последнее, что я слышал…
Он нервно смотрит в сторону.
— …Финч говорил что-то о традициях. Что надо «украсть невесту», чтобы всё «было по традициям». Потом... он утащил бутылку рома и исчез. Вместе с кем-то. Но я был уверен, что это ролевой эпизод. Я.. это свадьба!
Рут медленно, очень медленно, выдыхает. Подходит к столу. Наливает себе бокал. Смотрит на маму Шоу. Улыбается изящно, почти трагично, затем незаметно подходит к Фаско, отчего тот подпрыгивает, роняя тарталетку, и злостно шипит ему на ухо:
— Найди его. Найди её. До того, как я найду обоих.
— Рут, ты не видишь, что я веду сейчас важный диалог с ТВОЕЙ ТЁЩЕЙ, между прочим. И вообще, по традиции жених сам должен найти невесту… ну или в твоем случае… эээ… в общем ищи.
— Я лично проконтролирую, чтобы все, ближайшие к участку и твоей квартире, кондитерские и рестораны быстрого питания закрылись на пару месяцев, — с безумной, холодной улыбкой процедила Рут, — И если потребуется, Лайонел, я лично буду платить им зарплату эти пару месяцев.
— Ладно, хорошо, Рут, сейчас я только закончу свою мысль и присоединюсь к тебе в поиске,
— Он вновь хватает со стола тарталетку, закидывает в рот и продолжает, — …и вот она, значит, врывается в зал, и я ей говорю: «Шоу, это собрание ветеранов, тут нельзя просто так размахивать пистолетом!» А она, не моргнув, не хмурясь, отвечает: «Если хоть один из этих стариков пошевелится не так, я им покажу, как правильно маршировать», — Лайонел Фаско драматично разводит руками и делает вид, что снова наполняет свой бокал.
— И что, правда показала? — уточняет Лейла, улыбаясь с мягкой хитринкой в глазах.
Она высокая, стройная, и с такой внутренней силой, что Фаско на её фоне кажется сбитым щенком.
— Ну… почти. Если бы не Рут. Она вошла так, будто она — генеральный прокурор в суде, и сказала: «Самин, если ты устроишь тут пехотный батальон — то сегодня я неоспоримо буду сверху». Вот это я понимаю — флирт по-армейски! Только я не совсем понял смысл её угрозы, но вы бы видели, насколько хмурым стало лицо Шоу, у неё даже глаз задергался!
Лейла сдержанно хихикает, прикрывая рот рукой.
— Вы, Лайонел, точно были там?
— Ну конечно! — искренне возмущается Фаско. — Если бы я не видел, как Шоу целует Рут после того, как чуть не отстрелила мне ухо, я бы подумал, что мне это просто привиделось.
Лейла качает головой, чуть смущённая, но явно довольная.
— А ещё было дело в баре, — вспоминает Фаско, нахмурившись, как будто подбирает слова. — Я не знаю, кто первый начал, но в какой-то момент Шоу бьёт какого-то накачанного типа, а Рут спокойно сидит за барной стойкой и... говорит: «Если твоя голова не выдержит — скажи заранее». А когда парень рухнул, она ещё и прикрыла Шоу своим пальто, чтобы никто не запачкал её кровью.
Лейла всхлипывает от смеха.
— Шоу потом говорит: «Ты же не любишь чужую кровь на своих вещах». А Рут: «Ещё больше я не люблю чужую кровь на тебе, сладкая». Романтика, блин.
— Потрясающая пара, — говорит Лейла, смахивая слезу. — Спасибо, Лайонел. Я только из новостей узнала о свадьбе, но, кажется, вы явно знаете больше, чем я.
— О, мэм, — многозначительно отвечает Фаско, — вы не представляете. Я, конечно, могу быть слишком эмоциональным для детектива полиции, но эта парочка заставляет меня чувствовать себя как зритель на самой чокнутой мыльной опере.
И именно в этот момент Рут вновь появляется за его спиной.
— Лайонел, — её голос мягкий, но в нём звучит ледяная нота. — Ты еще не закончил? И ты только что рассказал моей тёще, как её дочь избила наркоторговца в баре?
Фаско оборачивается и едва не роняет бокал.
— Эм... я просто... передавал культурные особенности вашей... кхм... новой ячейки общества, Рут.
Рут выдерживает паузу, затем поворачивается к Лейле и с уважением кланяется.
— Лейла, я надеюсь, ваш полёт был комфортным? Я лично организовала чартер с вашим любимым салоном и небольшими подарками на борту: плед из кашемира, набор шоколадных трюфелей и, конечно, альбом с вашими любимыми мелодиями.
Лейла улыбается чуть шире.
— Рут, вы, как всегда, внимательны. Это было потрясающе. И скрипач у трапа — чистая магия. Я чувствовала себя принцессой.
Рут смущённо опускает глаза, на мгновение теряя свою ледяную уверенность.
— Я просто хотела, чтобы вы знали — для Самин и для меня ваша поддержка очень важна.
Фаско фыркает, но тут же замолкает под строгим взглядом Рут.
— Лайонел, — негромко произносит она, — если ты хотя бы намекнёшь моей тёще на то, как ты оказался приклеен скотчем к стулу на нашей кухне после попытки "помочь" с техникой, я лично обеспечу твоё отсутствие на любом празднике до конца времён.
— Язык за зубами, — пробормотал Фаско, пытаясь не смеяться.
Лейла мягко коснулась руки Рут.
— Я горжусь вами обеими. Я знаю, как Самин сложна. Но... я не могла бы мечтать о лучшей спутнице для неё. Вы... вы сделали её счастливой. И это всё, чего мать может пожелать.
Рут почувствовала комок в горле, но не дала себе расслабиться.
— Я... я обещаю, Лейла. Я сделаю всё, чтобы она знала — она в безопасности. Со мной. Всегда.
Фаско усмехнулся.
— Она и так знает. Иначе не угрожала бы мне пальцем перед алтарём.
Рут закатила глаза.
— Я найду её. И надеюсь, что Финч не решит обвенчать её с бутылкой портвейна.
Лейла засмеялась, и Фаско прыснул в кулак. Рут повернулась и пошла дальше по залу, сквозь гостей, уже готовая найти Финча и вернуть свою жену.
16:46. Зал под люстрами.
Рут шла, как дым по мрамору. Чёрный костюм сидел на ней с такой неприступной элегантностью, будто костюм был частью её собственной кожи. Гости расступались, словно чувствовали: если на пути Рут — лучше исчезнуть.
— Мисс Гроувс, а правда, что вы финансировали «Стену Протоколов» ещё до начала проекта?
— Ваш брачный контракт включал пункты о невмешательстве в дело AG-α?
— Рут! Вы правда были связаны с…
— Вы родом из России или это просто манипуляция прессы?
— А кто был доминант в брачной сцене?
Рут остановилась. Медленно повернулась. На её лице заиграла фирменная чеширская улыбка — тень и свет одновременно.
— Тот, кто выжил.
Микрофоны дрогнули, словно их держали призраки. Один из репортёров, молодой и смелый, почти рискнул задать новый вопрос, но его взгляд пересёкся с её глазами — и смелость мгновенно испарилась.
Кто-то выкрикнул:
— Свадьба тысячелетия — мы верим в Shoot!
Рут не снизошла до ответа. Лишь кокетливо приподняла подбородок, как будто эти слова были должной похвалой. Один из официантов, явно на грани нервного срыва от её вида, подал ей грушевый коктейль. Рут взяла его и выпила одним глотком.
— Всё-таки вкус утреннего скандала. — Она вернула бокал на поднос с почти театральной грацией.
17:14. Зона сцены.
На сцену, как метеор на вечеринке дипломатического скандала, поднялся Херш. Но не просто так — с боем. Ведущий, самоуверенный и слишком много говорящий о бывших, вдруг оказался прижатым к колонне с таким изяществом, что не сразу понял, кто его толкнул. Микрофон уже был у Херша.
— Гости! Друзья! Уважаемые, частично трезвые, частично… впечатлённые! — голос Херша был настолько бодрым, что показался угрожающим даже тем, кто уже опьянел от шампанского. — Пока невеста номер два ищет невесту номер один… — зал уже хохотал, — …я предлагаю… сыграть.
Фаско, не теряя момента, выкрикнул тост из толпы:
— За тех, кто нашёл любовь и не забыл оставить мне пончики!
Зал загудел одобрительно. Кто-то в углу выплеснул вино на чужой костюм.
Херш продолжил:
— Первый раунд — угадай, кого Херш больше всего боится: Рут, Шоу или их будущую тёщу? Победитель получит право не объяснять свои политические убеждения в Твиттере!
Толпа дружно грохнулась в смех. Фаско, продолжая своё шоу, выкрикнул:
— Я ставлю на тёщу! — и мигом оглянулся, не слышала ли Лейла.
— Второй раунд, — продолжал Херш, — что сказала Рут, когда узнала, что Финч украл невесту. Подсказка: там было одно слово и три слоя угрозы.
Рут, проходя мимо сцены и ловя взгляд Херша, приподняла бровь. На её лице промелькнуло что-то вроде предупреждения, но Херш лишь подмигнул.
— Раунд третий — угадай, сколько свадебных тостов Лайонел выдержит до того, как расскажет, как Шоу пыталась зарезать его за критику её кофейных привычек.
— Да я и так расскажу! — выкрикнул Фаско, сжимая бутылку текилы. — Она однажды бросила в меня стакан, потому что я сказал, что её американо больше смахивает на раствор из шиномонтажа.
Зал захохотал. Даже музыканты, которые уже собирались играть, отложили инструменты, чтобы не пропустить шоу. Рут, уже успев взмахнуть рукой на очередного фотографа, скользнула взглядом по толпе и пробормотала сквозь зубы:
— Если я когда-нибудь позволю Лайонелу организовать ещё что-нибудь в моей жизни, пусть меня вычислят и сотрут.
Кто-то в толпе, возможно, даже мама Шоу, закричал(а):
— Херш, скажи правду: ты боялся свадьбы?
— Боялся? — Херш на миг задумался. — Я до сих пор боюсь. Даже когда они говорят "да", это звучит как приговор.
Смех раздался с новой силой. Ведущий, наконец осознавший, что микрофон ему уже не вернуть, нервно пытался утихомирить толпу, но Херш, почти благородно, подал ему микрофон обратно.
— Не переживайте, сэр, — спокойно проговорил он. — Просто помните: свадьба — это не просто праздник. Это место, где опасно шутить про бывших. Особенно, когда невеста может взломать вас даже без пароля.
Рут чуть приподняла подбородок и сдержанно улыбнулась, словно говоря: "Тебе повезло, Херш. Но только потому, что ты держал всех в тонусе".
Почти каждый гость на террасе уже подхватил идею игры. Начались ставки: на кого Рут посмотрит с большим неодобрением — на журналиста, рискнувшего задать вопрос о бюджете, или на того официанта, который осмелится предложить ей ещё один коктейль.
Херш обернулся к Рут и с искренним облегчением по внутренней связи через наушник сказал:
— Рад был помочь. Теперь они хотя бы отвлеклись.
Рут кивнула, но её взгляд снова был устремлён куда-то вдаль — туда, где исчезла Шоу.
— Осталось найти невесту номер один, — буркнула она, оглядывая толпу.
— Лайонел говорил что-то про Финча, но я не уверен… — пробормотал Херш.
Рут задержалась на мгновение, прищурила глаза и выдохнула:
— Если этот гениальный старик украл мою жену, я его запру в архиве на ближайшие двадцать лет.
И снова — вперёд. Её взгляд был острым, как лезвие. Никто не смел стоять на пути. Гости расступались, даже не пытаясь вмешаться в это торжественное шествие хищницы, которая искала свою добычу.
17:31. Винный погреб. Задний зал особняка.
Рут с трудом удерживала самообладание. Поиски Шоу превратились в бесконечный квест с барьерами в виде пьяных гостей, папарацци и тех, кто упорно стремился сделать селфи с самой влиятельной женщиной в мире.
Она уже обошла половину зала, когда кто-то из официантов, боязливо глядя на её напряжённое лицо, прошептал:
— Простите, мадам Гроувс, но я видел, как ваш спутник с бутылкой текилы и молодой женщиной ушли в погреб.
Рут замерла. Пальцы сжались. Глаза сузились.
— Спутник? — холодно уточнила она.
— Этот… мистер в очках. Очень… пьяный.
Рут кивнула и устремилась к лестнице.
Винный погреб.
Там, в тени между стеллажами с выдержанными винами, Финч облокотился на бочонок с яркой надписью "Reserva 1975", держа в руках бокал с бурбоном. Рядом — Шоу, с бутылкой текилы на полу и надкусанным лаймом в руке.
— Гарольд, — Шоу пожала плечами, — тебе уже хватит.
— Я, — Финч, хмуро глядя в бокал, качнулся, но устоял, — всего лишь анализирую… контексты.
— Я так и думала, — саркастично ответила Шоу, отпивая из горлышка. — Очередной контекст с привкусом алкоголя.
— Видишь ли, Самин, — голос Финча был удивительно проникновенным, как у преподавателя, объясняющего основы бытия.
— Любовь… она как алгоритм. Нельзя просто взять и решить её. Она складывается из... переменных.
Шоу фыркнула:
— Звучит так, будто ты только что открыл калькулятор.
— Нет, — Финч поморгал. — Я говорю о том, что Рут… она — не код. Она — сценарий. И ты не можешь просто сказать ей, как поступить. Она… всегда на грани ошибки, но всё равно делает правильный выбор.
Шоу поставила бутылку на бочку и прищурилась:
— Пьёшь бурбон, а говоришь, как профессор философии. Тебя бы в суд присяжных — они бы уснули до вердикта.
Финч выдохнул, как будто потерял последнюю мысль:
— Я просто… рад. Что она нашла кого-то. Кто может не выстрелить ей в голову во сне.
Шоу усмехнулась:
— Ты это сейчас мне или себе говоришь?
— Нам обоим, — тихо признался Финч. — Потому что я боялся… что однажды она... вернётся к тем теням, из которых вылезла.
Шоу подняла бокал и чокнулась с его бокалом:
— За то, что ты умудрился не сбежать с этой свадьбы. Даже когда твоя техника решила, что лучшая охрана — слёзы.
Финч потёр глаза:
— Я… просто тронут. И немного пьян.
В этот момент дверь погреба распахнулась, и в проёме появилась Рут — как молния в тёмном небе. Её взгляд сразу упал на Шоу и Финча.
— Вы двое… — начала она, глядя на них как на двух преступников.
Шоу повернулась, лениво улыбаясь:
— О, ботаник. Нашла нас. Я уж думала, ты забыла обо мне в толпе.
Финч поднял бокал в приветствии:
— Мисс... Ой... Миссис Гроувс. Вы великолепны даже в гневе.
Рут прищурилась:
— Вы понимаете, что я только что чуть не сломала челюсть репортёру, который спросил, кто у нас в браке главный. А вы тут… обсуждаете… чувства?
Шоу облокотилась на бочку и смерила Рут ленивым взглядом:
— Я пыталась его переубедить. Но он настаивает, что любовь — это алгоритм.
Рут покачала головой и шагнула ближе, смотря на Финча:
— Гарольд, если ты ещё раз украдёшь мою жену, я лично заблокирую тебя во всех базах данных.
Финч тяжело кивнул:
— Приму к сведению. Но, полагаю, нас тут всё равно бы нашли.
Рут наклонилась к Шоу и прошептала:
— Ты любишь заставлять меня разыскивать тебя?
Шоу кивнула, улыбаясь:
— Особенно когда ты знаешь, что я не потерялась. Просто отдыхаю от твоей... репутации.
Рут присела на бочонок рядом:
— И теперь ты решила устроить философский клуб с пьяным Финчем?
Финч вдруг грустно посмотрел на них обеих:
— Я… просто хотел сказать. Вы… лучшее, что случилось в моих архивах.
Шоу зевнула и потянулась:
— Ладно. Пойдём наверх, ботаник. Пока наш философ не начал цитировать Камю.
Финч, облокотившись на стену, прошептал:
— Но ведь в сущности… мы все — восстание против абсурда…
Рут с улыбкой потянула Шоу за руку и выдохнула:
— Пойдём. И больше я не оставлю вас наедине.
Шоу, ухмыляясь, обняла её за талию:
— Может, и не надо. А то он ещё решит воспитать нас в духе стоицизма.
Они покинули погреб, оставив Финча размышлять над смыслом жизни и количеством бурбона в бокале.
А наверху Фаско теперь уже выслушивал пьяную актрису, которая на полном серьёзе уверяла его, что свадьба Рут и Шоу — это новая серия криминальной драмы.
— Да, детка, — вздохнул Фаско. — Если бы я это снимал, то за каждый эпизод получил бы инфаркт.
Рут прошла мимо и бросила ему:
— Лайонел, отвлеки её чем-нибудь. Расскажи, как пытался уговорить меня надеть белое платье, а Шоу — фату.
Фаско тяжело вздохнул:
— Да это целый сезон сериала!
Шоу только хмыкнула, крепче прижимая к себе Рут, и они прошли в особняк, оставляя позади философские излияния Финча и неадекватные откровения актрисы.
Когда они поднялись на второй этаж, солнце уже опускалось за горизонт, заливая стеклянные стены тёплым медным светом.
Рут выглядела безупречно в чёрном приталенном костюме, сидевшем на ней, как вторая кожа. Под пиджаком — голое тело, кружевной топ лишь намеком выделялся на груди, но никто бы не догадался. Только Шоу знала. И это сводило её с ума.
Шоу, напротив, выглядела восхитительно в белом приталенном свадебном платье с лёгким разрезом на бедре. Ткань струилась по её фигуре, подчёркивая каждую изгибистую линию. Волосы, слегка взъерошенные после суматохи церемонии, делали её почти дикой. Рут украдкой провела языком по губам, словно не могла насытиться этим видом.
Шоу лениво обвила руки вокруг её талии, прижимаясь чуть ближе. Её глаза блестели, как у хищника, готового вцепиться в добычу.
— Ты ещё не поняла? — голос Шоу прозвучал низко, хрипло. — Мы не просто сбежали от толпы. Мы украли этот момент. Я его украла.
Рут приподняла бровь, её ухмылка обычно обещала немало неприятностей.
— Ты решила украсть моё право принимать решения?
— Я уже украла тебя, — ответила Шоу, прежде чем резко толкнуть Рут к застеклённой колонне.
Стекло было холодным, но руки Шоу на талии воспламеняли кожу. Рут прикусила губу, когда Самин жадно впилась в её рот, поцелуй был требовательным и бесцеремонным, горячим и непримиримым. Пальцы Шоу резко скользнули по спине, забираясь под пиджак, оглаживая обнажённую кожу.
— Ты сейчас... — Рут не успела договорить, потому что Шоу снова впилась в её губы, царапая ногтями спину и бока, как будто стараясь оставить отметины на её коже.
Шоу приподняла бедро, и разрез платья открылся ещё шире, обнажая загорелую кожу. Она надавила бедром между ног Рут, заставив ту резко выдохнуть.
— Нет больше Мисс Гроувс, — прорычала Шоу, прикусывая её нижнюю губу. — Ты теперь Миссис. Моя Миссис.
Рут выгнулась, прижавшись сильнее, ногтями царапая шею Шоу.
— И ты тоже, — прошептала Рут, проведя рукой по груди Шоу, опускаясь ниже и чуть приподняв край платья. — Теперь ты — моя.
Шоу хрипло засмеялась, её бедро продолжало давить между ног Рут, создавая мучительное, сводящее с ума трение.
— Миссис Гроувс? Или миссис Шоу? — Шоу чуть отклонилась, чтобы посмотреть в глаза Рут, её дыхание было тяжёлым.
— Ещё не решили, — ответила Рут, едва удерживая себя в руках, — но если ты продолжишь в том же духе... я возьму обе фамилии. Чтобы все знали, что я твоя.
Шоу резко притянула её к себе за волосы, прикусывая шею, оставляя яркий красный след. Рут не удержалась и коротко вскрикнула, когда пальцы Шоу уверенно проникли под пиджак, грубо срывая его с плеч. Чёрный пиджак упал на пол, оголив тонкий кружевной топ, едва скрывавший грудь.
— Думаешь, что теперь, когда мы женаты, ты можешь мной управлять, сладкая? — выдохнула Рут, пытаясь сохранить контроль над голосом.
— Я думаю, что теперь ты не сбежишь, — прошептала Шоу, проводя языком по её шее, оставляя влажный след.
Рут задрожала, её руки бессознательно скользнули под платье Шоу, нащупывая гладкую, горячую кожу бёдер. Она с трудом подняла голову, её дыхание было рваным, но она не собиралась сдаваться.
— Я ещё не отомстила тебе за игру в прятки, — хрипло выдавила она, притягивая Шоу к себе за волосы и впиваясь в её губы в поцелуе, от которого у обеих закружилась голова.
— Сделаешь это позже, — усмехнулась Шоу.
Затем Рут резко развернула её к стеклу, теперь уже сама захватывая контроль. Рут прижалась к ней всем телом, её руки скользнули вниз по платью, раздвигая ткань на бедре.
— Сейчас я покажу тебе, какого быть миссис Гроувс, — прошептала она, прежде чем снова захватить её губы в поцелуе.
Холодная поверхность прижалась к оголённой спине Шоу, заставляя её выгнуться и зашипеть от неожиданного контраста температур.
— Думаешь, ты сможешь удержать меня? — прошипела Шоу, её голос был полон вызова, но в глазах мелькнула тень нетерпения.
Рут наклонилась к её уху, мягко кусая мочку, и выдохнула с насмешкой:
— Я уверена в этом.
Её пальцы уверенно скользнули вдоль разреза на платье, оголяя загорелую кожу бедра, нежно, но настойчиво гладя. Рут прошлась ладонью вверх, подтягивая ткань и открывая себе путь. Она провела языком по шее Шоу, оставляя влажный след, затем прижала её сильнее к стеклу, ухватившись за запястья, будто не позволяла даже попытаться вырваться.
— Теперь моя очередь решать, — прошептала Рут, её голос был мягким, но от этого только опаснее. — Ты хотела показать, кто тут главная? Отлично. Но ты забыла одну деталь.
Шоу выгнулась, когда бёдра Рут надавили на её бёдра, прижимая плотнее.
— Какую? — хрипло спросила Шоу, не отводя взгляда от её глаз.
— Что ты сама хотела этого, сладкая. Всегда. — Рут целовала её шею, медленно, но с яростью собственницы. — Ты любишь, когда тебя удерживают, когда твои руки связаны и нет пути к бегству. Ты хочешь быть покорённой, но слишком упряма, чтобы признать это.
Шоу закусила губу, чтобы не выдать рваный вдох, но Рут знала каждую её слабость. Она провела рукой вдоль талии, затем пальцы скользнули к внутренней стороне бедра, слегка сжимая. Шоу выдохнула, когда костяшки пальцев едва коснулись её кожи под платьем, создавая мучительное ощущение приближающегося взрыва.
— Скажи, — прошептала Рут, впиваясь губами в шею, — кто здесь главный?
Шоу выгнулась сильнее, её руки по-прежнему были крепко удержаны. Она ненавидела сдаваться, но желание уже было слишком сильным, чтобы бороться.
— Ты... — прошипела она, закрывая глаза, когда пальцы Рут уверенно скользнули между её ног. — Чёртова ботаник...
Рут рассмеялась, но смех был низким, хриплым, едва слышимым. Она провела языком по линии шеи Шоу.
— Ты слишком громкая, — прошептала Рут, с лёгкой насмешкой. — Все узнают, насколько ты покорная.
Шоу зашипела, пытаясь повернуть голову и укусить её, но Рут перехватила её подбородок, заставив смотреть прямо в глаза.
— Ты моя, — повторила Рут, усиливая давление бедром, надавливая, чтобы Шоу не смогла сдержать рваный стон.
— Я твоя, — выдохнула Шоу, её дыхание сбилось, когда Рут прижала её к стеклу ещё сильнее, надавливая на самое чувствительное место.
Рут ухмыльнулась, видя, как гордость Шоу сгорает в этом огне. Она медленно провела языком по её губам, наслаждаясь тем, как та пыталась сохранить контроль, но уже проиграла в этой битве.
— Говори, — потребовала Рут, сжимая её бёдро так, что на коже останутся следы.
— Чёрт возьми, Рут, ты... — Шоу не закончила, когда Рут пальцами резко сдвинула её трусики в сторону и проникла внутрь, её пальцы двинулись с безжалостной уверенностью.
Шоу выгнулась, её руки инстинктивно попытались вырваться, но Рут держала крепко, не давая ни малейшего шанса.
— Чёрт, ты такая мокрая, — выдохнула Рут, усиливая темп, её голос был полон удовлетворения.
Шоу закусила губу, чтобы не закричать, но Рут знала, как довести её до предела. Её пальцы двигались ровно так, как нужно, быстрые, уверенные, скользкие от желания Шоу.
— Рут... — хрипло выдохнула она, срываясь на крик, когда её тело выгнулось в напряжении.
Рут наклонилась к её уху, не останавливаясь:
— Громче. Я хочу, чтобы все знали, кому ты принадлежишь, — добавляя третий палец, прошептала Рут.
Шоу не смогла сдержать крик, её тело сотряслось в волне оргазма, а Рут удерживала её, продолжая медленно двигать пальцами, пока Шоу не перестала дрожать.
Когда дыхание Шоу начало выравниваться, Рут не отпустила её руки, а лишь прижалась к ней всем телом, скользя губами по шее.
— Вот теперь ты понимаешь, кто главный? — с улыбкой прошептала Рут. Глаза Шоу всё ещё были затуманены, но на губах играла упрямая усмешка.
— Думаешь, этого хватит, чтобы я сдалась?
Рут усмехнулась, обхватывая её бёдра и поднимая на руках, прижимая к стеклу.
— Я с удовольствием приму этот вызов, миссис Гроувс.
Рут прижала Шоу к стеклу так, что прохладная поверхность коснулась её обнажённой спины, оставляя холодные следы на горячей коже. Шоу инстинктивно выгнулась, обвивая ноги вокруг талии Рут, её руки слабо сжимали плечи, пытаясь удержаться на весу.
— Ты такая упрямая, сладкая, — прошептала Рут, её голос был насыщен похотью и уверенностью. — Но мне нравится, как ты кончаешь.
Рут крепко держала Шоу за бедра, пальцы обхватили нежную плоть так, что на коже уже точно останутся следы. Она приподняла её чуть выше, позволяя платью скользнуть вверх, открывая вид на сдвинутое в сторону кружевное белое бельё.
— Ты специально выбрала это, чтобы подразнить меня? — с улыбкой прошептала Рут, её пальцы прошлись по краю кружев, слегка натягивая их.
— Тебе нравится, — огрызнулась Шоу, пытаясь сохранить хотя бы тень уверенности, но голос дрогнул, когда Рут провела пальцами вдоль внутренней стороны её бёдер, слегка надавливая. Шоу хрипло выдохнула, пытаясь сдвинуться, но Рут удержала её на месте, прижимая к стеклу бедрами.
— Ты всегда такая мокрая для меня? — хрипло спросила Рут, её губы касались уха Шоу, язык прошёлся по мочке, заставляя ту содрогнуться.
— Заткнись и трахни меня, — прошипела Шоу, её ногти вонзились в плечи Рут, но та лишь усмехнулась, наслаждаясь её беспомощностью.
Рут слегка приподняла её бедра и одним движением пальцев проникла внутрь, заставляя Шоу громко вскрикнуть. Она с силой прижимала её к стеклу, чтобы не дать сбежать от наслаждения, и начала двигаться быстро и глубоко, чувствуя, как Шоу двигает бёдрами навстречу, пытаясь глубже насаживаться на пальцы, но сдерживает стоны.
— Ты такая гордая, — прошептала Рут, продолжая безжалостный ритм. — Но я хочу, чтобы ты кричала моё имя.
Шоу зажмурилась, её дыхание было прерывистым, когда Рут усилила темп, не давая шанса отдышаться. Она пыталась укусить Рут за шею, но та резко повернула её лицо к себе, впившись в губы жадным, влажным поцелуем.
— Чёрт... — сорвалось с губ Шоу, когда Рут снова надавила сильнее, её пальцы нащупали самую чувствительную точку и не отпускали.
— Вот так, — удовлетворённо выдохнула Рут, её голос был низким, насыщенным. — Ты знаешь, что я могу держать тебя здесь сколько угодно?
Шоу пыталась уцепиться за контроль, но её тело уже предало её. Рука Рут подхватила её крепче, заставляя бедра толкнуться навстречу движению, и новый крик сорвался с губ Шоу.
— Я убью... тебя... — её голос сорвался, когда волна оргазма прошла по телу, заставляя мышцы сжаться вокруг пальцев.
Рут не останавливалась, продолжая насаживать Шоу на пальцы, пока та не начала дрожать всем телом, её ногти царапали спину Рут, оставляя длинные красные полосы.
— Вот так, сладкая, — Рут провела языком по её шее, наслаждаясь вкусом её пота и возбуждения. — Ты так красиво кончаешь.
Шоу обмякла в её руках, дыхание было прерывистым и рваным. Но когда Рут попыталась отстраниться, Шоу резко схватила её за волосы, притянув к себе:
— Не смей останавливаться, — прошипела она, её глаза горели. — Ты ещё не закончила.
Рут резко оторвала Шоу от стекла, буквально поставив её на ноги, но не дав опомниться, развернула спиной к себе. Шоу не успела даже восстановить дыхание, как руки Рут уверенно скользнули по её талии, чуть подталкивая вперёд. Платье задралось ещё выше, оголяя округлые, подтянутые ягодицы.
— Не думай, что я позволю тебе так просто закончить, — прошептала Рут с хриплым смешком, обхватив Шоу за бедра и толкнув вперёд, заставив наклониться, опершись ладонями о холодное стекло.
Шоу захватила воздух рваным вдохом, когда Рут уверенно раздвинула её ноги шире, не давая сомкнуть их обратно. Шёлковая ткань платья натянулась на талии, оставляя весь низ обнажённым. Рут провела ладонью по ягодицам, оценивающе сжимая, будто проверяя её готовность.
— Ты даже не представляешь, как я люблю смотреть на тебя в таком положении, Самин, — шепнула Рут, прежде чем резко и сильно шлёпнуть по правой ягодице.
Шоу коротко вскрикнула, её тело дёрнулось вперёд, но Рут лишь крепче удержала её на месте. Шоу закусила губу, но не смогла сдержать тихий стон, когда Рут повторила удар, на этот раз по левой ягодице, оставляя на коже яркий красный след.
— Громче, сладкая, — Рут наклонилась ближе, её голос был насыщенным, почти ласкающим.
Ещё один шлепок — на этот раз сильнее, Рут наслаждалась тем, как кожа под её ладонью становится горячей, а дыхание Шоу всё больше сбивается на хриплые стоны.
— Ты любишь, когда я так с тобой обращаюсь, Самин? — насмешливо спросила Рут, проводя рукой по пылающей коже. — Ты ведь так уверенно пыталась доказать своё лидерство... А теперь просто стоишь и принимаешь.
Шоу попыталась огрызнуться, но стоило Рут провести пальцами вверх по внутренней стороне бедра, как её ноги снова задрожали.
— Скажи мне, — продолжала Рут, надавливая на бедро так, чтобы заставить Шоу ещё больше раздвинуть ноги. — Хочешь, чтобы я продолжила?
— Чёрт... — прошипела Шоу, с трудом удерживаясь на ногах. — Ты просто...
Но Рут снова не дала ей договорить, резко введя внутрь сразу три пальца и слегка прокручивая их внутри. Шоу выгнулась, громко вскрикнув, её руки соскользнули со стекла, и она едва не потеряла равновесие.
— Тише, — прошептала Рут, усмехнувшись, её рука уверенно двигалась, заставляя Шоу содрогаться с каждым толчком. — Ты же сильная, не так ли? Или ты уже сломалась?
Шоу пыталась ответить, но её голос сорвался на полувсхлип, когда Рут усилила давление, двигаясь резко и глубоко, не оставляя ни секунды на передышку. Её длинные пальцы грубо проникали внутрь, растягивая, заставляя Шоу принимать их, пульсировать на них, и буквально повиснуть на собственных руках, чтобы не рухнуть на пол.
— Рут... — с трудом выдохнула Шоу, когда её тело снова содрогнулось в очередной волне наслаждения. — Ты... сука...
Рут рассмеялась, её голос звучал низко и хрипло, когда она прижалась к её спине, толкаясь бёдрами, помогая руке, кусая шею и одновременно грубыми толчками вбивая пальцы в мокрую, дрожащую плоть.
— Говори громче, — потребовала она, вонзая зубы в плечо Шоу, оставляя глубокий след. — Скажи, что ты моя.
Шоу закричала, её руки судорожно сжались в кулаки, когда Рут надавила ещё сильнее, её движения стали более жёсткими и безжалостными. Шоу казалась сломленной, но её глаза всё равно сверкали вызовом, даже когда тело предавало её, отзываясь на каждый толчок.
— Я твоя... — прошипела она, не в силах больше бороться с собой. — Только твоя, Рут...
Рут довольно выдохнула, прикусив её за шею, не сбавляя темпа. Она знала, что Шоу уже на грани, продолжая глубоко и быстро двигаться, заставляя её кричать громче. Рут двигала бёдрами в такт, помогая руке и, вбивая пальцы как можно глубже, пока второй рукой медленно вела от груди Шоу вниз, к клитору.
— Вот так, — удовлетворённо прошептала Рут, когда Шоу с громким криком содрогнулась в её руках, тело пронзила новая волна оргазма, ещё более мощная и сокрушительная.
Шоу тяжело дышала, прижавшись лбом к стеклу, её колени дрожали, а руки слабо цеплялись за гладкую поверхность. Рут наконец замедлила темп, но не отпустила её, проводя губами по шее и лаская языком солёную кожу.
— Ты идеальна, — прошептала Рут, чуть вынимая пальцы и снова надавливая, чтобы вытянуть остаточные волны наслаждения.
Шоу лишь рвано выдохнула, не в силах больше сдерживать стоны, когда её тело откликнулось ещё одним судорожным спазмом.
— Чёртова ботаник... — выдавила она, не в силах больше сопротивляться.
Рут удовлетворённо поцеловала её в шею, улыбаясь:
— Ты всегда такая дерзкая, пока не окажешься в моих руках.
18:48. Второй этаж особняка.
Шоу тяжело дышала, прижимаясь к стеклу, её волосы растрепались, лицо всё ещё горело от пережитого оргазма. Рут, не отпуская её бёдра, провела губами по шее, оставляя влажный след.
— Сладкая, — прошептала Рут с лёгкой насмешкой, — кажется, мы установили новый звуковой рекорд.
Шоу, всё ещё сбитая с дыхания, хрипло ответила:
— Ты... ещё жалуешься?
Рут собиралась что-то ответить, когда внезапно дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял Фаско. Галстук наполовину ослаблен, рубашка расстёгнута на пару пуговиц, лицо красное и потное, явно не от жары.
— Рут, ты где... Охренеть! — Фаско застыл на месте, будто его ударило током. Глаза расширились, рот открылся, и он едва не выронил стакан с виски.
— Лайонел, — лениво протянула Рут, не отстраняясь от Шоу, тем самым прикрывая её — ты выбрал неудачное время для экскурсии.
Шоу резко подняла голову, выровнялась, поправила платье, вытирая губы тыльной стороной руки, и посмотрела на него с раздражением:
— Лайонел, если ты хотел умереть от сердечного приступа — поздравляю, ты на правильном пути.
Фаско зажмурился, будто пытаясь стереть увиденное из памяти:
— Я... эээ... искал туалет. Тут, чёрт подери, лабиринт! На третьем этаже я уже наткнулся на парочку дипломатов, которые тоже что-то там "обсуждали". Потом на криптогениев из Швейцарии, которые, кажется, проводили симпозиум прямо на полу. Но... чёрт! Я знал, что вы ненормальные, но чтобы ТАК?!
Рут с трудом сдерживала смех, приподняв бровь:
— Лайонел, я заранее позаботилась о количестве туалетных комнат. Их больше двадцати. Возможно, ты просто неудачно выбираешь направление.
Фаско развёл руками:
— Все они, клянусь, заняты! И я уже не уверен, что все там делают то, ради чего эти комнаты предназначены! На третьем этаже — дипломаты, на четвертом — криптоаристократы, и я только что застукал пару сенаторов, которые обсуждали "вопрос безопасности" в соседних кабинках.
Шоу едва удержалась от смеха, закусив губу:
— Лайонел, может тебе просто выйти в сад Там точно никто не ведёт дипломатические переговоры.
Фаско буркнул:
— Уже подумывал об этом. Но кусты тоже не вариант. Там толпа фотографов караулит. Я не хочу, чтобы моя физиономия с выражением облегчения попала на первые полосы.
Рут, наконец, отстранилась от Шоу и, приглаживая волосы, спокойно заметила:
— Лайонел, если ты ещё раз забредёшь в мою личную зону комфорта, я лично назначу тебя ответственным за контроль всех туалетных комнат.
Фаско нервно кивнул:
— Принято. И давайте договоримся — табличку "ЗАНЯТО" начните вешать на дверь. Я чуть не умер. Хотя... с тобой это неудивительно. Я ж всегда говорил, что ты сумасшедшая! Но, чёрт, Рут, в чёрном костюме... это уже не просто сумасшествие. Это аномалия природы.
Шоу лениво обняла Рут за талию:
— Учитывая твои гастрономические привычки, Лайонел, не удивительно, что ты устраиваешь рейды по уборным.
Фаско, уже более уверенно, хмыкнул:
— Вы двое — аномальные явления. И вот я, честный полицейский, должен тут разбираться не с преступностью, а с вашей... ботанической оргией.
Рут усмехнулась:
— Ты всегда был мастером находить неприятности, Лайонел. Может, тебе стоит сменить профессию?
Фаско покраснел и, бормоча что-то о том, что "неуравновешенные гении ему не по зубам", ретировался.
19:08.
Когда Рут и Шоу привели себя в порядок и направились обратно на террасу, их встретил рой шепчущихся официантов. Один из них, молодой парень с дрожащими руками, подошёл к Рут с явным смущением:
— Простите, мадам Гроувс... Мы... эээ... тут... проверяем звукопередающие системы. Были жалобы на... крики.
Рут приподняла бровь:
— На крики? Официант покраснел и пробормотал:
— Да... очень громкие. Кто-то подумал, что... на свадьбу кто-то проник.
В этот момент подошёл Херш и, словно не замечая смущения официантов, сказал:
— Миссис Гроувс, один из дронов записал подозрительный звуковой файл. Могу включить для анализа?
— Включай, — кивнула Рут, не предчувствуя подвоха.
Звук раздался громко на весь холл:
— "Чёрт... Я убью тебя... Сука... Рут!"
Следом — отчётливый стон и звучное:
— "Не смей останавливаться... Чёртова ботаник..."
Шоу закатила глаза, но Рут ухмыльнулась. Все официанты замерли, как будто они стали свидетелями древнего ритуала. Один пожилой официант наклонился к коллеге и прошептал:
— Я думал, что это теракт... А это, оказывается, любовь.
Херш сухо уточнил:
— Удалить запись?
Рут, с усмешкой, махнула рукой:
— Нет, Херш. Сохрани её. Это ценный учебный материал. На случай, если кому-то понадобится курс по звуковой архитектуре.
Шоу хмыкнула, не сдержав смеха:
— Ты просто хочешь оставить себе на память, чтобы потом дразнить Лайонела.
Рут кокетливо подняла бровь:
— В этом тоже есть смысл. Он ещё долго будет обходить второй этаж.
Официанты начали расходиться, стараясь не смотреть в глаза Рут и Шоу, а Херш, не теряя невозмутимости, спросил:
— Хотите ли вы создать копию для личного архива?
Рут усмехнулась:
— Только если ты включишь её на следующий благотворительный ужин. Это было бы хорошим началом вечера.
Шоу фыркнула:
— Оставь на чёрный день, ботаник. Чтобы напоминать себе, как ты выбрала не просто сумасшествие, а конкретное бедствие.
Рут провела рукой по её плечу и с ухмылкой ответила:
— Я всегда выбираю лучшее из худшего.
Фаско, проходя мимо, хмыкнул:
— Ну конечно. Эта свадьба как боевая операция с грохотом, криками и моральными травмами.
Рут кивнула ему:
— А ты — как всегда, незаменимый свидетель катастрофы.
Фаско только развёл руками:
— Если я переживу эту свадьбу, меня уже ничего не добьёт.
Шоу ухмыльнулась:
— Проверим на следующем тосте.
19:15. Открытая терраса.
Рут и Шоу, приведя себя в порядок и накинув на плечи пиджак (Шоу всё ещё с ярким следом на шее от укуса), наконец вышли на открытую террасу. Вечер был тёплым, воздух наполняли ароматы цветов и свежего морского ветра, а гостей уже явно развезло от коктейлей и шампанского.
Толпа, завидев их появление, моментально оживилась. Журналисты, стоящие за оградой, словно хищники, почуявшие добычу, тут же нацелили камеры. Гости переговаривались, кто-то поднимал бокалы, кто-то оглядывался, пытаясь не упустить главных героинь вечера из виду.
Фаско, заметив их первыми, попытался сделать вид, что не видит, но Лейла хлопнула его по плечу:
— Лайонел, не будь трусом. Это же твоя лучшая история для мемуаров.
Фаско поморщился:
— Да я лучше напишу автобиографию о том, как выжил после свадьбы душевнобольной хакерши.
Лейла сдержанно хмыкнула:
— Тогда тебе лучше начать с того, как ты вообще дожил до этого дня.
Рут и Шоу прошли вперёд, держась за руки. Их появление вызвало целую волну аплодисментов и одобрительных криков. Пара репортёров вырвалась вперёд, протягивая микрофоны:
— Рут, что вы чувствуете после этой невероятной церемонии?
— Г-жа Гроувс, как вы прокомментируете слухи о вашем сотрудничестве с разведкой?
— Шоу, как вы вообще выдерживаете жизнь с такой... эксцентричной женщиной?
Рут усмехнулась, не отпуская руки Шоу:
— Моя жизнь с Самин — это как хакерская атака на правительственные сервера: сложно, рискованно, но чертовски увлекательно.
Шоу подмигнула журналистам:
— А я просто привыкла к взрывам и неожиданным поворотам. Рут держит меня в форме.
Среди гостей раздался смех. Но, прежде чем репортёры успели задать новый вопрос, вперёд вышел высокий мужчина с седеющими висками и знакомым политическим выражением лица. Это был сенатор Джеймс Уилсон, известный своими заявлениями о национальной безопасности.
— Мисс Гроувс, — его голос был громким и уверенным. — Вы так легко говорите о личной жизни, но почему-то забываете, что RootNet — самая мощная киберсеть, созданная человеком. Это ведь не просто программа, а интеллектуальная машина, способная влиять на глобальные процессы. Вы осознаёте, что её контроль должен принадлежать государству, а не использоваться в личных целях?
Толпа слегка напряглась, а Рут повернулась к сенатору с хищной улыбкой:
— Сенатор Уилсон, я понимаю вашу обеспокоенность. Но позвольте мне прояснить: RootNet — это не игрушка, а результат многолетних исследований и личного труда. Если бы у Мартина хватило ума и моральных принципов, он бы не пытался продать её на международном рынке.
Шоу, перебивая Рут, сухо добавила, убийственно посмотрев на сенатора:
— "Миссис Гроувс".
Рут усмехнулась, продолжая:
— И не забывайте, что угроза не в сети, а в людях, которые стремятся её контролировать. Вопрос не в RootNet, а в том, кто хочет стать "Богом" с её помощью.
В этот момент из колонок по всему периметру раздался резкий звук:
— "Чёрт... Я убью тебя... Сука... Рут!"
Следом — отчётливый стон и звучное:
— "Не смей останавливаться... Чёртова ботаник..."
Толпа замерла, как будто время остановилось. Кто-то нервно рассмеялся, кто-то покраснел до ушей, кто-то уронил бокал. Несколько журналистов переглянулись, пытаясь осознать, что это было. Лейла отпила из бокала с выражением: "Я всё видела в этой жизни, но не это".
Фаско, пытаясь не рассмеяться, прошептал Лейле:
— Я же говорил, что они ненормальные. Но чтоб ТАК?!
Из-за сцены вывалился покрасневший Финч с бокалом шампанского:
— Я... я хотел включить медленный танец для Рут и Самин... — пробормотал он, осознавая свою ошибку.
Шоу подняла бровь и ехидно посмотрела на Рут:
— Учитывая, как ты умеешь заниматься саунд-дизайном, ботаник, нам действительно нужно больше танцевать.
Рут покачала головой, сдерживая смех:
— Гарольд, я знала, что ты талантлив, но озвучка эротических сцен — это что-то новенькое.
Финч потёр глаза и пробормотал:
— Я просто... хотел сделать их первый танец особенным...
Гости начали аплодировать и смеяться, а кто-то из толпы выкрикнул:
— Это было лучше, чем любая клятва!
Фаско, отдышавшись, громко заявил:
— Да вы двое — ходячая катастрофа! Я думал, что Рут максимум взорвёт сервера, а не публичное пространство с помощью Шоу.
Финч, понимая, что нужно исправлять ситуацию, неловко нажал на пульт, и на этот раз из колонок заиграла медленная, мелодичная композиция. Толпа немного разрядила обстановку, кто-то начал танцевать.
Рут протянула руку Шоу, пригласив её на танец:
— Ну что, Миссис Гроувс, пора показать им, что мы умеем не только устраивать апокалипсис. Шоу хмыкнула и вложила руку в её ладонь:
— Если я наступлю тебе на ногу, ботаник, это будет не случайно.
Они вышли на середину террасы, медленно закружившись под музыку. Гости, наконец, выдохнули, наслаждаясь романтичной сценой, хотя на лицах ещё оставалась тень шока от недавней "презентации".
Финч, покраснев до корней волос, пробормотал Хершу:
— Я больше никогда не буду пить на свадьбах.
Херш, глядя на танцующую пару, ответил с каменным лицом:
— Ваши эксперименты с саундтреками всегда были рискованны, сэр.
Рут, притянув Шоу ближе, шепнула на ухо:
— Думаю, это было лучшее публичное признание.
Шоу усмехнулась:
— Я уверена, что сенатор Уилсон теперь точно запомнит, кто здесь главный.
19:32.
Музыка обволакивала террасу мелодичными аккордами, и гости с уважением расступились, создавая импровизированный танцпол. Рут держала Шоу крепко, плавно ведя её в медленном танце. Шоу, хоть и старалась сохранять своё привычное безразличие, выглядела на удивление спокойной и даже... мягкой. Рут наклонилась к её уху, губы едва касались кожи:
— Ты знаешь, что сейчас на нас смотрят больше камер, чем на инаугурации президента?
Шоу лениво оглядела толпу и фыркнула:
— Думаешь, я боюсь камер? Я боюсь только одного — что кто-то сейчас подойдёт и спросит про наши планы на детей.
Рут с усмешкой:
— Ну, мы можем сказать, что они будут созданием совместного кода.
Шоу приподняла бровь:
— Какой-нибудь биокибернетический проект с функцией уничтожения?
Рут обняла её чуть крепче:
— Звучит как идеальный ребёнок.
Шоу хмыкнула, поглаживая её плечо:
— Ты уверена, что хочешь быть "миссис Гроувс-Шоу" перед всем миром?
Рут, не скрывая самодовольной улыбки:
— А ты уверена, что выдержишь мою репутацию?
Шоу, сжав её руку чуть крепче:
— Я уже выдержала твою попытку взломать мою базу данных на работе. Думаешь, одна свадьба меня испугает?
Рут наклонилась ещё ближе:
— Тогда почему ты так нервничала, когда я поцеловала тебя на глазах у всех?
Шоу лениво прищурилась:
— Просто я надеялась, что ты не решишь устроить ещё один публичный порносеанс.
Рут тихо рассмеялась:
— Учитывая запись с дрона, мне кажется, мы уже сделали это.
Шоу закатила глаза:
— Ботаник, если ты ещё раз позволишь дронам записать нас, я отправлю их к твоей дорогой RootNet на принудительное форматирование.
Рут лишь усмехнулась и прижалась ближе, словно не воспринимая угрозы всерьёз.
19:33. Лейла и Фаско: разговор на фоне танца.
Лейла наблюдала за танцующей парой с выражением лёгкого удивления и недоверия. Рядом стоял Фаско, как всегда нервно подёргивая плечом, когда видел Рут в непосредственной близости к Шоу.
— Никогда бы не подумала, что Самин может быть... мягкой, — произнесла Лейла с задумчивым выражением.
Фаско фыркнул:
— Ох, мэм, это просто... чудо на все времена. Знаете, сколько времени прошло, пока эта ледяная стена не треснула?
Лейла подняла бровь:
— Рут долго пыталась?
Фаско покачал головой:
— Рут вообще не из тех, кто терпит отказы. Она привыкла, что мир подчиняется ей. Но когда встретила Шоу, это было как столкновение двух комет. Шоу сначала вообще не воспринимала её всерьёз. Если честно, думала, что Рут — просто какая-то психопатка с манией величия.
Лейла чуть прищурилась:
— Почему?
Фаско усмехнулся:
— Ну, когда тебя кто-то постоянно преследует с идеально выверенной улыбкой и предлагает "дружбу с привилегиями", а ты только что закончила перестрелку с мафией — как тут не подумать о психушке?
Лейла удивлённо:
— И Рут не отступила?
— Никогда! — с жаром ответил Фаско. — Знаете, когда Шоу впервые поняла, что Рут не просто шутница с хакерскими замашками? Когда та взломала сервер полиции и выдала себя за нового начальника отдела. Шоу чуть не пристрелила её прямо на рабочем месте.
Лейла покачала головой:
— И как они после этого вообще заговорили?
Фаско усмехнулся:
— А потом Рут вытащила Шоу из засады, когда на неё охотились какие-то наёмники. Просто взломала камеры и направила спецотряд прямо к ним. Шоу тогда подумала, что Рут её сдала, и чуть не задушила её в лифте.
Лейла:
— И что сделала Рут?
Фаско пожал плечами:
— Улыбнулась и сказала: "Умереть в твоих руках — уже не так плохо, сладкая". И знаете что? Шоу её отпустила.
Лейла тихо засмеялась:
— Звучит как... странная романтика.
Фаско кивнул:
— А потом они случайно переспали. Ну как случайно... Шоу пришла разбираться с тем, что Рут слила её данные в даркнет, чтобы поймать банду. Ну и... началась ругань, потом борьба, потом поцелуй, и... ну вы понимаете.
Лейла улыбнулась:
— А после?
Фаско почесал затылок:
— Шоу неделю ходила злая и молчаливая, делая вид, что ничего не было. А потом... снова пришла к Рут. А потом снова. И снова. И когда Шоу осознала, что это уже не просто случайности... Рут вдруг начала сбегать.
Лейла удивлённо:
— Почему?
Фаско вздохнул:
— У Рут тогда назревал крупный проект, и оказалось, что в неё была поуши влюблена дочь одного президента. Потом оказалось, что они когда-то того... вместе, — Лайонел немного замялся и покраснел, но продолжил, — Там было много разборок, и когда Шоу попыталась серьёзно поговорить, Рут как-то раз исчезла на целый месяц. Но, если честно, я думаю, что там Рут просто сама испугалась, что "дружба с привилегиями" у них была со слишком большими привилегиями...
Лейла:
— И как они справились с этим?
Фаско, смутившись:
— Ну... Шоу упекла Рут в психушку на пару дней. Ну, чтобы "остудить её". А потом сама же и вытащила её оттуда. Это, конечно, секрет, так что... если Рут узнает, что я проболтался — я труп.
Лейла, смеясь:
— Самин упекла её в психушку?
Фаско, наконец осознавая, что выложил абсолютно всё, покраснел:
— Я... мне нужно проверить, как там Финч.
19:34. Финч, Херш, Фаско и Беар.
Финч, покачиваясь, шептал Хершу:
— Мы должны... спеть. Это будет... величественно.
Херш, нахмурившись:
— Вы уверены, что ваше представление вызовет положительные эмоции?
Финч кивнул, но когда начал петь, его голос был похож на подвывание кота под окнами. Херш взял гитару и мягко подхватил мелодию, стараясь перекрыть этот кошмар. Фаско, подошедший поближе, внезапно оказался у микрофона и, не удержавшись, начал петь сам. Его голос звучал, как у подвыпившего бармена в караоке. Херш, понял, что катастрофа неизбежна, начал петь громче, подавая сигнал Беару, который тоже начал подвывать в такт.
Рут, обнимая Шоу, тихо засмеялась:
— Ты знала, что у нас на свадьбе будет хор сумасшедших?
Шоу фыркнула:
— Учитывая наших друзей, я бы удивилась, если бы было иначе.
Финч, Херш и Фаско всё ещё пытались сохранить музыкальный темп, несмотря на то, что вокал был скорее, как случайная коллаборация караоке-бара и приюта для бездомных собак. Беар, кажется, лучше всех держал ритм, вовремя подвывая и периодически оглядываясь на Херша, как будто спрашивая: "Всё ли я делаю правильно?"
Рут и Шоу стояли обнявшись, не сдерживая смех. Рут прижала пальцы к губам, стараясь не выдать своё удовольствие слишком явно, но Шоу не пыталась скрыть улыбку.
— Я так понимаю, они репетировали весь день? — с усмешкой спросила Шоу.
Рут пожала плечами:
— Если честно, мне кажется, они вообще не репетировали. Это просто экспромт в духе "давайте опозоримся все вместе".
Фаско, поймав их взгляд, осёкся, понимая, что не только петь не умеет, но ещё и случайно попал в центр внимания. Он попытался сбежать с импровизированной сцены, но Финч, вдохновлённый успехом Беара, начал петь громче, и Фаско пришлось неловко подпевать.
Когда номер закончился неожиданным хором "ууууууу!" от Беара, гости разразились аплодисментами, явно не понимая, что именно они только что услышали. Финч, раскрасневшийся и довольный, шепнул Хершу:
— Это... было красиво, да?
Херш кивнул с каменным лицом:
— Безусловно, сэр. Незабываемо.
Фаско, пытаясь скрыть смущение, пробормотал:
— Я теперь вообще петь никогда не буду. Даже в душе.
Рут обернулась к Шоу:
— Согласись, это было лучшее музыкальное представление на свадьбе.
Шоу пожала плечами:
— Если бы не Беар, я бы посчитала это военным преступлением.
19:41.
После бурного музыкального номера внимание переключилось на следующий пункт программы — разрезание свадебного торта. Гости с интересом наблюдали, как официанты катили на террасу сооружение, больше напоминающее архитектурное чудо, чем десерт. Торт был настолько огромным, что его выкатывали на специально сконструированной платформе с подсветкой, как будто это был новый межконтинентальный лайнер. На его вершине красовались фигурки Рут и Шоу, идеально точные до мельчайших деталей: Рут с хищной улыбкой и Шоу с мрачным взглядом.
Фаско, увидев эту кулинарную махину, выпучил глаза:
— Охренеть! Я думал, это новая штаб-квартира АНБ!
Лейла, стоявшая рядом, изумлённо произнесла:
— Это всё... торт?
Фаско, понизив голос, явно не в себе:
— Слушайте, мэм... а вдруг там бомба? Ну серьёзно! Это же Рут! Она на собственной свадьбе могла бы устроить техногенную катастрофу для эффекта, понимаете?
Лейла, слегка улыбаясь:
— Бомба? В торт?
Фаско, задумчиво:
— Ну да. Торт — это идеальное прикрытие! Все думают, что будет сладко и красиво, а потом БАЦ! Крем на потолке, гости на полу, пресс-конференция на следующий день...
К сожалению для Фаско, его бормотания услышал охранник, и тут же начался хаос.
По рации передали тревожный сигнал:
— Возможная угроза! Объект: торт! Всем боеготовность!
Дроны, до этого мирно парившие над террасой, внезапно активировались, опускаясь прямо к Фаско и торту. Охранники мгновенно достали оружие, направив на Лайонела. Гости замерли в панике — кто-то попятился назад, кто-то упал на газон, пытаясь спрятаться за декоративные кусты.
Фаско побледнел и поднял руки:
— Эй! Я ничего не взрываю! Я вообще тут не при делах! Это просто шутка! Блин, опустите пушки! Я не террорист!
Толпа замерла в мёртвой тишине. И тут раздался заразительный, громкий смех — настолько искренний, что даже самые напуганные начали оглядываться в замешательстве. Рут и Шоу стояли обнявшись и буквально катались от смеха.
Рут, сквозь приступы хохота:
— Лайонел, если бы я хотела взорвать торт, я бы устроила это в прямом эфире с музыкальным сопровождением и танцующими дронами!
Шоу, вытирая слёзы:
— Ты реально подумал, что я бы позволила устроить взрыв на собственной свадьбе, которую даже никогда в жизни не планировала?
Фаско, всё ещё не опуская рук:
— Ну... это же Рут! Я не знаю, чего от неё ждать! Год назад она взломала систему управления климатом в полицейском участке, и у нас было настолько жарко! А всё для того, чтобы поглазеть на твоё декольте!
Херш, абсолютно невозмутимо, сделал шаг вперёд:
— Ложная тревога. Обычный юмор детектива полиции.
Дроны медленно вернулись на исходные позиции, а охрана опустила оружие, понимая, что произошло недоразумение. Гости начали тихо посмеиваться, а один из журналистов задумчиво произнёс:
— Это, наверное, первая свадьба в истории, где торт признали стратегической угрозой.
Фаско, тяжело вздохнув:
— Ну, чёрт... Я так и знал. С этими двумя всё время на грани ядерной войны.
Рут подошла к Шоу с довольной улыбкой:
— Ты ведь знала, что он что-то выкинет?
Шоу пожала плечами:
— Я знала, что если Лайонел скажет что-то умное, то точно в неподходящий момент.
Финч, всё ещё не понимая комичности ситуации, громко провозгласил:
— Традиции! Мы забыли! Тот, кто откусит самый большой кусок торта, — тот и главный в браке!
Шоу недовольно нахмурилась:
— Я не верю в дурацкие традиции.
Рут, приподняв бровь:
— Но ты же любишь побеждать.
Шоу на мгновение задумалась, потом ухмыльнулась:
— Ладно. Если на кону моё главенство — пусть будет так.
Официант поднёс нож, но Шоу проигнорировала его и просто подошла к торту и вгрызлась в гигантский кусок, вырвав крем и бисквит зубами. Гости на секунду замерли, не понимая, смеяться или удивляться.
Шоу, не обращая внимания на окружающих, методично прожевала огромный кусок, а затем гордо проглотила, на миг прикрыв глаза. Крем размазался по подбородку, и она спокойно вытерла рот рукой.
Рут подошла ближе, обхватив её за талию, провела пальцем по подбородку, стирая остатки крема. Не отрываясь от взгляда Шоу, она медленно облизала палец.
Шоу застыла на секунду, её глаза опасно сузились, дыхание стало рваным. Рут с улыбкой:
— Ты всегда такая ненасытная, сладкая?
Шоу, едва подавляя желание, хрипло ответила:
— Только когда знаю, что победила.
Гости, которые только начали смеяться, внезапно замолкли, поймав этот откровенный момент. Атмосфера разрядилась, но сразу стала куда более напряжённой — уже не от страха, а от внезапного нарастающего возбуждения.
Фаско, который всё это время судорожно пил шампанское, чтобы прийти в себя, наконец не выдержал:
— Эй! Ребята! Вы вообще понимаете, что тут дети есть? И дипломаты! И один детектив полиции, которому ещё реабилитацию проходить после этой свадьбы!
Рут, не отрывая взгляда от Шоу:
— Лайонел, ты правда думаешь, что после сегодняшнего ты сможешь когда-нибудь прийти в норму?
Фаско обречённо вздохнул:
— Да я вообще не уверен, что переживу этот день. Одна хочет всё взорвать, вторая — всех прибить. Но они целуются так, будто после этого начнётся апокалипсис.
Шоу, слегка толкнув Рут в плечо:
— Я всегда целуюсь так, как будто конец света на подходе.
Финч громко хлопнул в ладоши:
— Прекрасно! Победительница — Шоу! И да здравствует главный в семье!
Рут усмехнулась:
— Ну, что ж, миссис Гроувс, наслаждайся своим титулом.
Шоу ухмыльнулась и притянула её ближе:
— Я его заслужила.
Рут смотрела на Шоу, её глаза блестели от удовлетворения и хреново скрытого желания.
Шоу, стараясь скрыть растерянность, хмыкнула:
— Ты понимаешь, что все на нас пялятся?
Рут мягко провела рукой по её щеке, на этот раз не торопясь, а затем чуть наклонилась и коснулась губ Шоу в нежном поцелуе. Это был не тот хищный поцелуй, к которому все уже привыкли. Нет. Этот был мягким, почти трогательным, как будто они впервые позволили себе показать настоящие чувства.
Толпа вдруг замерла, не ожидая такой искренности. И тут раздалось громкое:
— Горько!
Все повернулись на звук — это был Финч, воодушевлённо поднявший бокал, но при этом пошатывающийся, как будто его ноги не вполне подчинялись командам мозга. Гости замерли, переглядываясь в полной растерянности. Даже дроны остановились в воздухе, словно их искусственный интеллект пытался переварить услышанное.
Финч, заметив удивлённые и слегка напряжённые взгляды, покраснел и замялся:
— Простите... У меня просто... русские корни. Я... часто бывал на свадьбах. Ну и... это как традиция. Хотел соблюсти её...
Некоторые гости заулыбались, кто-то из русскоязычных посмеялся и даже крикнул "Горько!" ещё раз, но как-то неуверенно, словно проверяя, правильно ли понял сценарий.
Один из сенаторов, стоявший ближе к сцене, озадаченно шепнул своему соседу:
— Это что, русская свадьба?
Рут хмыкнула и обернулась к Шоу:
— Похоже, Финч только что официально превратил нашу свадьбу в международный культурный эксперимент.
Шоу, закатывая глаза:
— Теперь все будут думать, что мы женились по славянским традициям. Дальше что? Финч предложит разбить тарелку об пол и плясать вокруг огня?
Фаско, который к этому моменту уже успел сделать несколько глотков текилы (в целях «нервного восстановления»), не удержался:
— Ну, раз уж у нас тут микс из культурных катастроф, может, перейдём к американским традициям? Например, просто сожрём этот чёртов торт, пока он не начал мстить нам за все оскорбления.
Херш, коротко кивнув, дал указания официантам:
— Разрезать. Подавать. Никому не упоминать слово "бомба".
Официанты закивали с облегчением, как будто с них только что сняли смертельный приговор. Гости начали рассаживаться за столы, переговариваясь о странной смеси традиций и эксцентричности этой свадьбы. Когда все разместились за большие круглые столы, официанты начали разносить торт и шампанское. Атмосфера стала заметно теплее, хотя напряжение от торта-бомбы ещё не до конца улеглось. Финч, явно перебравший, но полный решимости, решил выступить первым.
Финч, шатаясь и держа бокал как оружие:
— Дорогие друзья, коллеги, агенты, спецназовцы, шпионы, хакеры и... все, кто выжил после первой части вечеринки. Я... я хочу сказать... что я честно не понимаю, почему я пьяный, а миссис Шоу — нет. Потому что я украл её в погреб, она там выпила сначала бутылку текилы, а потом полбутылки виски... А я вроде ничего почти не пил...
Фаско, переглянувшись с Рут, усмехнулся:
— Ну, всё логично. После того как Рут нашла её в погребе, их активность резко возросла. Шоу просто сожгла алкоголь как топливо.
Гости, на секунду осознав намёк, хихикнули, а Шоу, приподняв бровь, смерила его взглядом:
— Лайонел, ты знаешь, что у меня есть оружие.
Фаско поднял руки, как бы сдаваясь:
— Да я просто сказал, что все уже слышали, кто главный!
Шоу пожала плечами:
— Я откусила самый большой кусок торта.
Рут с ухмылкой:
— Значит, 1:1.
Финч, не обратив внимания на их пикировку, продолжил:
— Так вот... Я... я думал, что они никогда не женятся. Потому что Шоу — она как... бронетранспортёр: не остановишь и не проймёшь. А Рут — как вирус: проникает в систему, даже если не знаешь, как и когда. Когда я понял, что они начали спать вместе, я подумал: "Ну всё, готовься к войне". Но потом... я увидел, как Рут смотрит на неё, и как Шоу позволяет ей прикасаться к себе... и я понял — это что-то серьёзное. И, знаете что? Я рад, что они наконец-то дали себе шанс. За Рут и Шоу!
Гости хлопали и смеялись, а Рут, усмехнувшись, тихо прошептала Шоу:
— Даже пьяный Финч понял, что мы серьёзны.
Фаско, держа бокал как микрофон:
— Ладно, мой черёд! Я давно знаю Шоу. Она как бронированный танк. Пройдёт через что угодно и даже не оглянется. А Рут — как ядро с автоподзарядкой: взрывается в нужный момент. Когда я узнал, что они начали встречаться, я подумал: "Кто кому пистолет к виску приставил?" А когда понял, что это они так влюбляются, я чуть не задохнулся от смеха. Шоу сначала загремела с Рут в психушку, потом вытащила её и сказала, что "она просто не нашла более подходящего места для отдыха". Если это не любовь, то я больше вообще ничего не понимаю! За катастрофу под именем "Гроувс-Шоу"! Толпа разразилась смехом и аплодисментами, а Шоу фыркнула:
— Лайонел, если ты ещё раз вспомнишь психушку, я и тебя туда засуну.
Херш коротко кивнул:
— Если кто-то ещё попробует объяснить их союз логически — не пытайтесь. Эти двое разрушают даже законы физики. За Рут и Шоу.
Все снова рассмеялись, но тишина наступила, когда поднялась Лейла. Её спокойный и уверенный голос заставил замолчать даже самых говорливых гостей.
— Я всегда знала, что моя дочь — сила. Такая сила, что рядом с ней могут выдержать только самые стойкие. Я знала, что никто не сможет её покорить, потому что она сама — борьба. Но когда я увидела Рут рядом с ней, я поняла: это не просто любовь, это союз двух стихий. Рут, если ты смогла выдержать Самин — ты уже доказала свою силу. Но помни: если хоть раз позволишь ей почувствовать себя одинокой — я приду за тобой.
Гости замерли, а Рут вдруг распрямилась и кивнула с видимым уважением:
— Угрозу приняла, миссис Шоу.
Херш тихо прошептал:
— Я так и знал. Самая большая угроза для Рут — теперь её тёща.
Гости снова захохотали, а Шоу, наконец улыбнувшись, притянула Рут к себе:
— Ты готова к семейной жизни с угрозами на каждом шагу?
Рут засмеялась и коснулась её губ в лёгком поцелуе:
— Сладкая, я выбрала тебя. Я переживу и это.
После того как Лейла завершила свой трогательный и угрожающе-вдохновляющий тост, гости ещё некоторое время молчали, обдумывая услышанное. Затем кто-то из дальних столов хлопнул в ладоши, и аплодисменты разнеслись по всей площадке.
Фаско, отмахиваясь от слез, пробурчал:
— Ну всё, я официально объявляю Лейлу самой крутой женщиной на этой свадьбе. Серьёзно, я даже Рут так не боюсь.
Финч, всё ещё немного покачиваясь, махнул рукой:
— Я согласен. Я, пожалуй, перепишу протоколы безопасности, чтобы Лейлу пропускали без проверки.
Рут тихо усмехнулась и бросила взгляд на Лейлу:
— Я как-то не планировала обзавестись настолько опасной тёщей.
Лейла лишь приподняла бровь, но уголок её губ дрогнул в улыбке.
21:12.
Праздник продолжился с новой волной энтузиазма. Оркестр заиграл легкую джазовую мелодию, и Рут, взяв Шоу за руку, повела её на танцпол. Люди начали расходиться по танцевальной площадке, оставляя в центре новоиспечённую пару.
— Надеюсь, ты готова к ещё одному медленному танцу, — прошептала Рут, прижимая Шоу к себе.
Шоу закатила глаза:
— Если ты ещё раз попытаешься меня вести, я отдавлю тебе ногу.
Рут усмехнулась:
— Сладкая, я и так тебя веду — с тех пор, как впервые увидела.
— Ага, а я как раз пытаюсь понять, кто тут главный.
— После торта — 1:1. Я готова к реваншу.
Танец был странным, нежным, но в то же время напряжённым. Гости замерли, наблюдая за тем, как эти две непокорные силы находят в танце баланс.
Финч, утирая слезы, тихо прошептал Хершу:
— Они как огонь и бензин. Я думал, они взорвутся прямо на танцполе.
Херш кивнул:
— Если взорвутся, то мы хотя бы будем знать, кто был инициатором.
Когда танец закончился, Рут нежно провела рукой по спине Шоу и прошептала:
— Если бы я знала, что ты так хорошо танцуешь, устроила бы этот бал намного раньше.
Шоу ухмыльнулась:
— Ну, мне пришлось научиться, чтобы не дать тебе вести.
21:47.
Праздник набирал обороты: кто-то уже оседлал фонтан (пока не вмешался Херш, чтобы предотвратить катастрофу), дроны делали замедленные съёмки пьяных танцев, а Финч тем временем тащил за собой Шоу и Фаско к дальнему столику.
Финч, всё ещё слегка пошатываясь, предложил:
— А давайте сыграем в карты. На раздевание.
Фаско выпучил глаза:
— Гарольд, ты вообще в своём уме?
Шоу с коварной улыбкой:
— А что, Лайонел, боишься проиграть и показать свои семейные трусы?
Фаско хмыкнул:
— Ха! Ты сначала попробуй выиграть. Я в покер играл ещё тогда, когда ты драпировала себя в армейские плащи.
Финч, пододвигая карты:
— Правила просты. Проиграл — снял вещь. Начнём с пиджаков, я полагаю.
Тем временем Лейла и Рут сидели чуть в стороне и наблюдали за процессом. Лейла, заметив лёгкую растерянность Рут, улыбнулась:
— Не переживайте. Самин не умеет проигрывать. Если затеяла что-то подобное, то уже всех просчитала.
Рут усмехнулась:
— Звучит правдоподобно. Мне кажется, она даже на нашей свадьбе решила доказать, что ведёт.
Игра началась бурно. Шоу хищно щурилась, Финч задумчиво прикусывал губу, а Фаско громко ругался каждый раз, когда ему выпадала плохая карта. В какой-то момент Фаско проиграл первый раунд и с возмущением снял пиджак, бросив его на стул:
— Да чтоб вас всех...
Шоу победоносно ухмыльнулась:
— О, Лайонел, я надеялась увидеть твою футболку с эмблемой Нью-Йоркской полиции чуть позже.
Финч, невинно глядя:
— Кажется, у нас есть чемпион.
Шоу усмехнулась:
— Да я вас обоих раздену к концу вечера.
И тут раздался спокойный голос Рут сзади:
— Раздевание мужчин в моём присутствии — довольно нестандартный выбор, сладкая.
Шоу чуть не поперхнулась. Фаско, в отчаянии схватив пиджак обратно, пробормотал:
— Я знал, что мы обречены.
Финч, пытаясь выглядеть невозмутимо:
— Рут, мы просто... осваиваем новые социальные игры.
Рут, приподняв бровь:
— Ага. В следующий раз, детишки, давайте играть в "Кто первым убежит от мамочки".
Шоу, хмыкнув:
— Всё равно выиграю.
Лейла засмеялась и отвела Рут обратно за стол:
— Знаете, когда Самин была маленькой, она устроила в школе переполох. Один мальчик сказал, что девочки не могут быть сильными. Через пять минут этот мальчик сидел на крыше школьного автобуса, связанный скакалкой.
Рут рассмеялась:
— Скакалкой?
— Да. Она умудрилась его туда затащить, пока учителя отвлеклись на пожарную тревогу, которую она же и устроила.
Рут покачала головой:
— Я всегда знала, что непокорной она была с детства.
Лейла с тёплой улыбкой:
— Она всегда защищала слабых, даже если её методы были... не совсем стандартными.
Рут посмотрела на Шоу, которая уже спорила с Фаско, и тихо добавила:
— Она и сейчас такая. Просто теперь её слабые — это все, кого она любит.
Лейла посмотрела на Рут с мягкой строгостью:
— А вы — её главная слабость. И если хоть раз позволите ей упасть, я вам этого не прощу.
Рут тихо рассмеялась:
— Лейла, вы меня пугаете больше, чем целая армия спецназовцев. Лейла кивнула с невозмутимым видом:
— Хорошо. Значит, моя миссия выполнена.
После диалога с Лейлой, Рут огляделась: где-то в стороне гости уже пытались устроить пьяные состязания по армрестлингу, на террасе кто-то нёс тосты в формате рэп-баттла, и даже дроны, казалось, начали кружить как-то не по плану — явно сбившись с программы.
Шоу с Финчем и Фаско вновь устроили себе маленькое «казино» за тем же дальним столиком, и хотя попытка сыграть на раздевание «провалилась», они перешли на обсуждение «самых диких поступков на службе».
Фаско, уже порядочно перебрав, хохотал на весь стол:
— Короче, мы как-то с Шоу устроили засаду на этих наркоторговцев. Самин взяла ружьё, надела на голову какую-то сетку от комаров и заявила, что это её новый образ "Леди Паутина". Я чуть штаны не намочил от смеха!
Шоу, не моргнув глазом:
— Если бы ты так не храпел в машине, мы бы поймали их раньше. А твоя "маскировка под мусорный бак" вообще была шедевром — один бомж пытался забросить тебя туда вместе с пустыми бутылками.
Финч, подливая себе ещё виски:
— Вы двое — как герои абсурдного комикса. Но меня больше волнует, почему я трезвею так медленно, а Шоу выглядит так, будто вообще не пила.
Фаско, насмешливо:
— Гарольд, ты просто не привык пить с убийцами и психопатами. У них алкоголь сгорает на уровне молекул.
Шоу прищурилась:
— Это ты сейчас про кого?
Фаско сделал вид, что не слышал, и Финч, махнув рукой, задумчиво пробормотал:
— Просто странно... Я точно помню, как Шоу выпила всю бутылку текилы и полбутылки виски.
Фаско фыркнул:
— Гарольд, это все Рут... Ты же слышал. Вот тебе и метаболизм...
Шоу лениво ухмыльнулась:
— Это называется "боевой режим". Я просто оптимизирую ресурсы.
Фаско поднял бокал:
— Ага, все уже поняли как!
Лейла тихо кивнула Рут на столик, где вновь началась игра в покер и снова на раздевание, где Шоу, угрожая вилкой, уже пыталась заставить Финча показать карту:
— Я, признаться, никогда не думала, что Самин сможет влюбиться. Она всегда была... такой необузданной.
Рут улыбнулась:
— Я долго пыталась её в этом убедить. И когда наконец получилось, сама чуть не сбежала.
Лейла приподняла бровь:
— Почему?
Рут на мгновение замялась, но потом честно призналась:
— Потому что она — единственная, кто может заставить меня чувствовать себя уязвимой. Я привыкла к контролю. А с ней... всё иначе.
Лейла, с лёгкой улыбкой:
— Вы знаете, она никогда не могла понять, почему люди пытаются быть ближе. В детстве она приходила домой с синяками и говорила, что "победила" кого-то, кто пытался с ней дружить.
Рут засмеялась:
— А я... я просто ломала системы, чтобы меня не трогали.
Лейла посмотрела на неё долгим взглядом:
— Знаете, когда Самин сказала мне: "Я, кажется, нашла кого-то, кто ещё более упрямый, чем я", я поняла, что её захватили. Но я рада, что это оказались вы.
Рут кивнула:
— Я не отпущу её, Лейла. Обещаю.
Тем временем игра у столика набирала обороты. Финч, пытаясь сосредоточиться, выставил свои карты:
— Шоу, ты мухлюешь!
Шоу, ухмыльнувшись:
— Я просто умею выигрывать.
Фаско, уже с двумя снятыми слоями одежды (пиджак и рубашка), нервно оглядывался:
— Так, если ещё раз проиграю, останусь в одних носках.
Финч грустно посмотрел на свои ботинки:
— Я не готов к такому общественному разоблачению.
Рут подошла к ним и холодно сказала:
— Сладкая, если ты решишь раздеть их обоих... снова... хотя бы предупреди.
Шоу безразлично пожала плечами:
— Они сами предложили. Я просто не отказываюсь от вызовов.
Фаско, краснея:
— Я... я вообще-то не думал, что Шоу окажется настолько чертовски умной в покере.
Финч, явно теряя контроль над ситуацией:
— Она нас просто уничтожает.
Шоу, с ленивой улыбкой:
— Это называется стратегическое превосходство.
Фаско громко вздохнул:
— Ладно, я понял. Ты официально самый страшный игрок в покер, Шоу. Я лучше пойду найду ещё текилы и забуду, что почти остался без штанов на вашей свадьбе.
Рут, скрестив руки на груди:
— А я пойду разбираться с гостями, которые пытаются соблазнить Беара.
Финч, задумчиво:
— Беар действительно стал звездой вечера.
Шоу потянулась к Рут, её голос был слегка хриплым после смеха:
— Если кто-то ещё попробует заткнуть нас на этом празднике, я устрою им мастер-класс по ближнему бою в платье.
Рут прижала её к себе:
— Я только за. Но сначала потанцуем ещё раз.
Шоу ухмыльнулась:
— Только если ты дашь мне вести.
Рут, игриво подняв бровь:
— Попробуй — и посмотрим, кто кого доведёт до грани.
Шоу хмыкнула:
— Ммм, новый вызов.
Финч и Фаско, наблюдая за этим диалогом, синхронно закатили глаза.
Фаско пробормотал:
— Эти двое — как атомная бомба с таймером. Не знаешь, когда рванёт, но знаешь, что точно рванёт.
Гости продолжали веселиться, но все чувствовали, что бурное продолжение вечера ещё впереди.
22:54.
После очередного танца Рут и Шоу вернулись к столам, где пьяные Финч, Фаско и уже подключившийся к ним Херш обсуждали что-то с таким жаром, что казалось, будто они решают судьбу мирового правительства.
Фаско, уже изрядно раскрасневшийся:
— Я просто говорю, что если Беар украдёт туфельку Шоу, это будет отличным продолжением русской свадьбы!
Финч, на полном серьёзе, слегка покачиваясь:
— Точно! Я вспомнил! Ещё одна традиция! Украсть туфельку невесты!
Рут, присаживаясь рядом с Шоу:
— Кто-то опять пытается внедрить русские традиции в американский протокол?
Фаско, энергично жестикулируя:
— Да! Ну как же! Они же кричали "Горько!"! Теперь кто-то должен украсть туфельку!
Шоу прищурилась:
— Кто-то конкретный?
Фаско вдруг осознал, что его подозревают, и замахал руками:
— Не-не-не! Я не ворую туфли! Это должен сделать кто-то... эм... символический! Например, собака!
Беар, услышав своё имя, поднял голову и посмотрел с таким видом, будто он категорически против любого криминала на этой свадьбе.
Рут задумчиво протянула:
— Так, если я правильно понимаю, мы уже отметили русскую свадьбу с кражей невесты, затем соревнования по поеданию торта, "Горько"... А теперь ещё и кража обуви?
Финч кивнул с необычной для себя уверенностью:
— Это... это всё часть культурного обмена!
Херш, глядя на них всех с лёгким сожалением:
— Вам нужно меньше пить.
Шоу фыркнула:
— Это не кража, если я просто сниму туфлю сама и отдам её Беару.
Фаско заговорщически зашептал:
— Это не считается. Нужно, чтобы её украли. Например... Финч! Ты же самый тихий тут!
Финч обиженно вскинул голову:
— Я — преступник? Я? Да я один раз попробовал в магазине взять апельсин без оплаты, и потом целый месяц мучился угрызениями совести!
Рут, прижав руку ко лбу:
— Лайонел, если ты хоть раз попытаешься украсть туфлю Шоу, ты потеряешь конечность.
Шоу лениво подтвердила:
— И потом мне придётся объяснять всем, почему у тебя теперь одна нога короче другой.
Фаско буркнул:
— Да ладно вам, это ж весело!
Финч вдруг глубокомысленно посмотрел на Херша:
— Ты вообще умеешь веселиться?
Херш, слегка напрягшись:
— Моё понятие веселья включает в себя отсутствие беспорядка и неожиданностей.
Фаско громко хохотнул:
— Так вот почему тебя никто никогда не зовёт на вечеринки!
Шоу, глядя на Херша:
— Как ты вообще умудрился так долго терпеть Рут?
Херш холодно ответил:
— Привычка. И... навыки выживания.
Рут ухмыльнулась и, наклонившись к Шоу, тихо прошептала:
— Знаешь, если кто-то и может выдержать наш брак, так это он.
Фаско вдруг решил быть откровенным:
— Я вот что вам скажу... Я раньше думал, что Рут — просто сумасшедшая хакерша с манией величия. А потом, когда понял, что Шоу с ней... Я даже начал немного жалеть Самин. Типа... ну, я тоже псих, но хотя бы не с опасным искусственным интеллектом на поводке.
Шоу лениво уточнила:
— Ты всё ещё жалеешь?
Фаско задумался:
— Нет. Теперь я просто рад, что кто-то смог тебя приручить. Хотя приручить — не совсем то слово... Скорее, убедить не стрелять при каждом раздражении.
Шоу покачала головой:
— Я просто прячу пистолет под одеждой, чтобы Рут не догадалась.
Фаско вздохнул:
— А я-то думал, почему у тебя всегда такой загадочный вид.
Финч вдруг с энтузиазмом хлопнул по столу:
— Я понял! У нас есть музыка! Давайте танцевать!
Херш недовольно заметил:
— Ты уже танцевал. Один. С бутылкой.
Финч обидчиво:
— Это был эксперимент! Я изучал, как плавные движения влияют на восприятие алкоголя!
Шоу не удержалась от саркастичного комментария:
— Ага. Как правильно и грациозно упасть.
Фаско, не сдаваясь, подошёл к Рут и шепнул:
— Давай хотя бы притворимся, что туфельку украли. Ну, ради традиции!
Рут хмыкнула:
— Лайонел, у меня для тебя новость: если Беар решит украсть туфлю, я ему даже помогу. А вот если ты... Ты точно хочешь объяснять Шоу, зачем ты трогал её обувь?
Фаско тут же замолчал и, сделав вид, что просто поправляет галстук, медленно отполз в сторону.
Финч вдруг просиял:
— Так! Я придумал! Раз никто не хочет красть туфельку... я её выкуплю!
Шоу с подозрением:
— Ты хочешь предложить деньги за мою туфлю?
Финч гордо кивнул:
— Это традиция! Я слышал! Если украсть не получается, можно выкупить!
Рут задумчиво:
— И сколько ты готов предложить за ногу моей жены?
Финч, порывшись в кармане, достал какие-то купюры и пару мелких монет:
— Эм... пять долларов и три четвертака?
Шоу холодно прищурилась:
— Гарольд, если ты ещё раз предложишь мне пять долларов за ногу, я реально перестану тебе доверять.
Фаско прыснул от смеха:
— Гарольд, ты просто профи по созданию неловких ситуаций.
Рут нежно поцеловала Шоу в висок:
— Не переживай, сладкая. Мы можем потом украсть туфельку Финча в отместку.
Финч испуганно спрятал ноги под стол:
— Я согласен на компромисс: никто не крадёт обувь, но мы все танцуем.
Херш покачал головой и сказал тихо Рут:
— Я начинаю понимать, почему ваша свадьба уже считается катастрофой с человеческим лицом.
Рут кивнула с довольной улыбкой:
— Добро пожаловать в нашу семейную жизнь.
23:15.
После нескольких минут бурной дискуссии о русских традициях и ценности туфель, гости начали рассаживаться по местам, ожидая продолжения веселья. Финч, изрядно перебравший, продолжал задумчиво изучать туфли Шоу, словно в голове у него зародился какой-то отчаянный план.
Шоу, приподняв бровь:
— Гарольд, если ты ещё раз посмотришь на мои ноги таким странным взглядом, я начну сомневаться в твоих мотивах.
Финч, невинно:
— Я просто... просто думаю, что, если никто не украдёт туфельку, свадьба будет неполной.
Фаско фыркнул:
— Гарольд, я тебя умоляю, оставь её ноги в покое. Иначе ты быстро окажешься на земле в менее элегантной позе.
Рут с лёгкой ухмылкой:
— Финч, если ты правда хочешь попробовать украсть её туфельку, я бы на твоём месте сначала убедилась, что у тебя есть план отхода.
Херш, поправляя пиджак:
— План отхода, план эвакуации и медицинская страховка.
Финч вдруг замер, а затем в одно мгновение, с неожиданной ловкостью для пьяного человека, рванул вниз, схватил туфлю с ноги Шоу и побежал со скоростью, которой от него никто не ожидал.
Шоу на мгновение замерла, глядя на свою босую ногу:
— Что за...
Фаско, подавившись смехом:
— Охренеть! Он реально это сделал!
Гости, наблюдавшие сцену, разразились хохотом и аплодисментами, многие тут же достали телефоны, чтобы запечатлеть это "грандиозное преступление".
Финч, держась за туфельку как за драгоценность, промчался мимо ближайшего стола, где кто-то крикнул:
— Эй, это что, новая русская традиция?
Фаско, не прекращая ржать:
— Гарольд, ты вообще понимаешь, кого ограбил?
Шоу, наконец очнувшись, с мрачным выражением:
— Финч, ты обречён!
Она рванула следом, на ходу прихватив шот с текилой у одного из официантов, но, пробежав несколько метров, внезапно остановилась и начала смеяться, понимая, как нелепо всё это выглядит.
Финч, уже выбежав на террасу, оглянулся с триумфальной улыбкой, не заметив скользкую плитку у фонтана. Поскользнулся, размахивая туфелькой, и с эпичным всплеском рухнул прямо в воду.
Гости взорвались от смеха. Даже строгий сенатор, не понимая, что происходит, не сдержал хохота.
И тут из тени у фонтана появилась Рут, как ни в чём не бывало, склонилась над мокрым и ошеломлённым Финчем и забрала у него туфлю.
— Гарольд, — с тихим хищным голосом сказала она, — я, конечно, ценю твою смелость, но если бы ты предупредил, я бы подсказала тебе более безопасный маршрут.
Финч промокший и красный от смущения:
— Я... я просто хотел соблюсти традицию!
Рут, приподняв бровь:
— Ну, поздравляю, ты официально первый человек, который пытался украсть туфельку у Шоу и при этом выжил.
Фаско, стоя чуть поодаль и продолжая ржать:
— Гарольд, я знал, что ты иногда псих, но, чтобы настолько...
Шоу подошла к фонтану, сдерживая смех:
— Финч, ты всегда умудряешься удивить меня своими безумными идеями.
Финч кивнул, всё ещё не понимая, почему он оказался в фонтане.
— Я просто хотел... сделать правильно...
Рут улыбнулась и подошла к Шоу, держа туфельку на ладони.
— Если позволите, миссис Гроувс, я помогу вернуть вам ваше законное достояние.
Она присела на одно колено перед Шоу, аккуратно подняла её ногу и нежно надела туфельку, обхватив пальцами её щиколотку и чуть сжав, словно отмечая, что это её территория.
Гости, которые уже собрались вокруг, одобрительно загудели. Кто-то крикнул:
— Рут, ты как в Золушке нашла свою принцессу!
Рут наклонилась и провела пальцем по щиколотке Шоу, не отводя взгляда от её глаз.
— Я, конечно, понимаю, что это не стеклянная туфелька, но ты точно моя, пусть и безумная, убийственная сказка с дробовиком.
Шоу, пытаясь сохранить невозмутимость, но слегка покраснев:
— Ты не перестанешь меня шокировать даже после свадьбы?
Рут усмехнулась и прошептала:
— Только если ты попросишь.
Финч, всё ещё сидя в фонтане, сдался:
— Я... сдаюсь. Любовь победила логику.
Фаско, поднимая бокал:
— Ну, я не знаю, что это было, но это официально самая странная свадьба в моей жизни.
Шоу, покосившись на мокрого Финча:
— Ну и что, Гарольд, как оно — быть водным духом?
Финч с укоризной:
— Это не то, на что я рассчитывал, когда разрабатывал план кражи.
Рут, выпрямляясь, громко заявила:
— В следующий раз я организую свадьбу, где все сразу будут в фонтане. Экономия на алкоголе и дезинфекции.
Шоу хмыкнула:
— Не думаю, что ты доживёшь до следующего раза. Я грохну тебя, если он вдруг тебе понадобится.
Рут с загадочной улыбкой:
— Ты всегда можешь попробовать. Но учти: теперь ты официально моя.
Гости аплодировали, смеясь и переговариваясь. Финч, сев на бортик фонтана и тяжело дыша, заявил:
— Я официально признаю, что русские традиции — это опасно.
Фаско, ещё не отдышавшись от смеха:
— Гарольд, на твоём месте я бы задумался о смене профессии. Может, в цирк пойдёшь?
Рут, поднимая бокал шампанского, громко провозгласила:
— За самую безумную и нелепую кражу туфельки в истории!
Гости дружно поддержали тост, а Шоу, слегка толкнув Рут плечом, тихо пробормотала:
— Ты просто любишь заставлять меня смущаться.
Рут, не скрывая удовлетворённой улыбки:
— Это один из моих любимых хобби, сладкая.
Финч, глядя на туфлю на ноге Шоу, философски заметил:
— Но хотя бы традиция соблюдена... даже если я потерял достоинство в процессе.
Фаско с сарказмом:
— Да у тебя его и так не было.
И снова взрыв смеха — свадьба продолжалась, и каждый момент становился всё более сумасшедшим и непредсказуемым.
23:37.
Когда сцена с туфелькой закончилась, гости начали понемногу расходиться к столам, но настроение в толпе оставалось приподнятым и слегка хаотичным. Беар, после своей короткой роли в драме с фонтаном, спокойно улёгся рядом с Хершем, который методично вытряхивал воду из ботинок Финча.
Финч, всё ещё слегка потрясённый и промокший, попытался оправдаться перед Рут:
— Я просто хотел следовать традиции!
Фаско, всё ещё давясь от смеха:
— Гарольд, ну ты и чудик. Я знал, что ты иногда паясничаешь, но, чтобы так рискнуть своей жизнью ради туфли...
Шоу с лёгким прищуром:
— Если бы он надел её на себя, мне бы пришлось стрелять.
Рут, ухмыляясь:
— Ты была бы права, сладкая. Но он и так наказан. Мокрый и униженный — почти как после собеседования с ЦРУ.
Гости, всё ещё обсуждая произошедшее, начали вспоминать другие русские традиции. Кто-то вслух отметил, что свадьба напоминает экшн-фильм с элементами комедии, и в этот момент к паре подошёл русский посол — высокий мужчина с густой бородой и серьёзным выражением лица, которое не могло скрыть хитрую улыбку.
— Прекрасная свадьба, — сказал он, кланяясь Рут и Шоу. — Я должен признать, я редко видел, чтобы русские традиции так уверенно внедрялись на американских свадьбах.
Рут слегка кивнула:
— Благодарю вас, мы всегда выбираем самое эффектное.
Шоу покосилась на Финча, который продолжал мокрым сидеть на краю фонтана:
— Ну да, особенно когда это почти заканчивается утоплением.
Посол рассмеялся:
— Но вы, кажется, упустили один важный момент.
Рут приподняла бровь:
— Ещё один?
Посол с хитрой улыбкой:
— Поздний выкуп невесты.
Фаско, оживляясь:
— Это как? Ещё раз украсть туфлю?
Посол покачал головой:
— Нет-нет. Это когда уже после свадьбы жених должен доказать, что действительно заслуживает свою супругу. Обычно это делается в момент, когда гости расслабились и думают, что все традиции завершены.
Финч, наконец поднимаясь и вытряхивая воду из карманов:
— Это как... повторное подтверждение главенства?
Посол кивнул:
— Именно. Ведь в союзе, где обе личности сильные, нужно не просто пожениться, а ещё раз доказать, что ты готов бороться за свою половинку.
Шоу прищурилась:
— И кто решает, готов или нет?
Фаско с ухмылкой:
— Ну, в нашем случае, наверное, это Рут. Она ведь вечно пытается доказать, что она тут главная.
Рут с гордым видом:
— Я не пытаюсь, Лайонел. Я просто констатирую факт.
Шоу, скрестив руки на груди:
— Серьёзно? Напомни мне, кто откусил самый большой кусок торта?
Рут прищурилась и мягко усмехнулась:
— Я разрешила тебе победить, чтобы ты не чувствовала себя ущемлённой, сладкая.
Посол рассмеялся:
— Вот и отлично! Поздний выкуп — это шанс ещё раз продемонстрировать свою силу и смекалку!
Гости начали перешёптываться, предвкушая очередное шоу. Кто-то крикнул:
— Да, пусть Рут снова поборется за Шоу! Это было бы зрелище!
Лейла, услышав разговоры, подошла к группе и с улыбкой произнесла:
— Если честно, я впервые вижу, чтобы кто-то так яростно спорил о том, кто главный на свадьбе. Но, зная Самин, могу сказать: если Рут сможет ещё раз убедить её в своём главенстве, это действительно будет впечатляюще.
Фаско, заряжаясь идеей:
— Так, я предлагаю испытания! Сначала проверим, кто лучше знает Шоу!
Шоу, закатив глаза:
— Если там будут вопросы про убийства и кофе, я сразу выиграю.
Рут хитро прищурилась:
— Хорошо. Спрашивай, Лайонел. Я готова к любым испытаниям.
Фаско заговорщицки посмотрел на гостей:
— Итак, вопрос первый: какое блюдо Самин готовит лучше всего?
Рут без раздумий:
— Яичница с пятью острыми приправами и недовольным выражением лица.
Шоу ухмыльнулась:
— Ну ладно, угадала.
Фаско кивнул:
— А какой у неё любимый пистолет?
Рут:
— SIG Sauer P226. А если не хватает патронов — ближайший тупой предмет.
Гости захохотали, а Шоу подмигнула:
— Ладно, это было легко.
Посол вмешался:
— А теперь проверим, насколько вы действительно страстные. Поцелуй, который заставит всех забыть свои имена!
Рут улыбнулась и, не отводя взгляда от Шоу, уверенно наклонилась. Она притянула Шоу за бедра, прижала к себе и поцеловала с такой силой и нежностью одновременно, что у некоторых гостей перехватило дыхание. Один из операторов дронов, пытаясь сделать кадр, случайно уронил пульт.
Лейла, слегка смутившись, тихо прошептала Фаско:
— Иногда я забываю, насколько моя дочь может быть... экспрессивной.
Фаско со смехом:
— Это ещё цветочки, мэм. Поверьте, я видел их в деле. Это как ураган с интеллектом.
И вот тут посол решил сделать неожиданное заявление:
— В некоторых случаях главным признаётся тот, кто удержит инициативу в споре. Если обе стороны не согласны, кто-то должен уступить.
Шоу усмехнулась:
— Не дождётесь.
Рут ухмыльнулась:
— Я же говорила, что главная.
Вдруг один из молодых журналистов, который снимал всю свадьбу для какого-то новостного портала, решился вмешаться:
— Простите, я загуглил ещё несколько русских свадебных традиций. Тут написано, что иногда главный определяется по танцу, иногда — по тому, кто сильнее ударит по караваю, а иногда — по тому, кто дольше продержится на танцполе.
Фаско, пытаясь быть серьёзным:
— То есть, предлагаешь устроить баттл на танцполе?
Рут и Шоу переглянулись с явно опасным блеском в глазах. Гости начали одобрительно гудеть, предвкушая новую волну безумия.
Посол, улыбаясь:
— Друзья мои! Мы уже выяснили, кто главный, но, как говорится в старой русской традиции — любовь нужно отвоевать у всех желающих её заполучить!
Фаско, заливаясь смехом:
— Да кто вообще рискнёт? Эти две — как боевые роботы, запрограммированные на уничтожение! Хотите сказать, что найдутся смельчаки, готовые рискнуть жизнью?
Финч, чуть покачнувшись, отпивая виски:
— Я бы на их месте дважды подумал... если бы вообще осмелился думать в такой ситуации.
Рут с холодной улыбкой:
— Виктор, вы действительно думаете, что кто-то рискнёт?
Посол с лукавой улыбкой:
— Но ведь это свадьба века! Если не сейчас, то когда?
Толпа, подогретая алкоголем и азартом, взорвалась аплодисментами и одобрительными криками. Атмосфера резко поменялась — люди оживились, начали переглядываться, решая, кто готов бросить вызов этим двум.
Фаско, видя это, подмигнул Финчу:
— Ладно, сейчас будет цирк с огнём!
Первым к Шоу подошёл конгрессмен Джеймс Клейтон, политическая звезда с вызывающим поведением. Он самоуверенно расправил плечи и, стараясь не смотреть на пистолет на бедре Шоу, заявил:
— Миссис Гроувс, вам не кажется, что такой сильной женщине, как Самин, нужна звезда с весом в политике?
Рут, с лёгкой усмешкой, достала телефон:
— Джеймс Клейтон. Конгрессмен от Нью-Йорка. Два развода, три интрижки на работе. Вечеринка на яхте в мае 2030-го — твои ассистентки тогда не просто "помогали с документами". Досье уже утром может быть у твоей жены.
Клейтон побледнел и быстро исчез в толпе, а гости захохотали.
Лейла, слегка покачав головой:
— Рут, дорогая, ты бесподобна.
Следующим подошёл медиамагнат Маркус Клейн, известный ловелас в безупречном костюме.
— Миссис Гроувс, такой женщине, как Самин, нужна звёздная слава. Я могу сделать её настоящей иконой.
Рут вскинула бровь:
— Маркус Клейн. Плагиат сценария. Уголовное дело на стадии возбуждения. И ещё — неудачное свидание с юной моделью в одном из твоих клубов. Ты знаешь, что модель уже дала показания полиции?
Клейн покраснел и, не говоря больше ни слова, ушёл под одобрительный смех.
Следующим был известный актёр Люк Харпер, сияя своей фирменной улыбкой:
— Рут, страсть — это то, что нужно, чтобы поддерживать огонь. Думаешь, ты одна с этим справишься?
Рут медленно кивнула:
— Люк Харпер. Видео с дублёром на площадке — я думаю, его жена не оценит твоё "искусство поддерживать огонь".
Фаско, заливаясь смехом:
— Чёрт, Рут, ты только что превратила эту свадьбу в панихиду по карьерам!
Когда же вперёд вышел один из влиятельных дипломатов и попытался притянуть Шоу за талию, она резко заломала ему руку, прижав к столу. Гости ахнули, когда из-под платья блеснул пистолет.
— Ты что-то хотел сказать?
Дипломат только выдохнул сквозь боль:
— Я... хотел поздравить... с... счастьем.
Рут с ледяной усмешкой:
— Сладкая, верни человеку руку.
Шоу нехотя отпустила дипломата, который поспешно ретировался. Гости замерли, не зная, смеяться или бояться.
Фаско, оглядывая мужчин:
— Ну, теперь очередь Шоу доказывать, что Рут — её добыча.
Толпа с опаской переглядывалась, но несколько уверенных мужчин двинулись вперёд.
Первый — миллионер Джексон Рейн, крепкий и самоуверенный, заявил:
— Каждая женщина должна чувствовать опору своего сильного МУЖЧИНЫ. Ни одна женщина не способна дать это другой женщине. А Рут, очевидно, нуждается в этом.
Шоу кивнула Хершу:
— Стол.
Херш с безмолвной грацией дал указание официантам вынести массивный стол, и буквально через минуту все столпились вокруг импровизированного ринга.
Шоу присела, лениво перебросив ногу на ногу, её платье немного задралось, открывая стройное бедро. Она провела ладонью по столу, словно проверяя его прочность, и, наклонившись, поманила Джексона пальцем:
— Ну давай, покажи, на что способен.
Джексон сел напротив, специально играя мышцами перед гостями, и нагло ухмыльнулся, когда услышал одобрительные возгласы.
Шоу склонилась к нему, её губы почти касались его уха:
— Надеюсь, ты не привык сдаваться.
Рука Джексона даже не успела напрячься, как Шоу с хищной улыбкой вжала её в стол с такой силой, что хруст костей заставил всех вздрогнуть.
Фаско, хлопая в ладоши:
— Ох, бедняга. Думаю, его эго сейчас ломается сильнее, чем кости.
Следующий смельчак — боксер в отставке — тоже не продержался и двух секунд, прежде чем его рука оказалась на том же месте.
Затем подошла уверенная брюнетка с эффектной фигурой и попыталась наклониться к Рут:
— Может, тебе нужен кто-то более... женственный и, не скрывающий свою сексуальность и чувства?
Шоу, лениво, но с опасным блеском в глазах:
— Интересно, продолжай.
Брюнетка замерла, её уверенность испарилась. А Шоу, не торопясь, будто невзначай, приподняла платье на несколько сантиметров, демонстрируя бедро с пистолетом, и, не отрывая взгляда от Рут, сексуально перебросила ногу на ногу, отчего платье соскользнуло ещё выше.
Рут, не выдержав, подошла к Шоу, наклонилась, провела рукой по её бедру и резко выхватила пистолет. Притянула её к себе, поцеловала страстно и, не отрываясь от губ, выстрелила вверх. Гости ахнули, некоторые от страха вскочили с мест.
Шоу, чуть тяжело дыша:
— Что это было?
Рут с усмешкой:
— Просто хотела напомнить, что ты моя, сладкая, и отвлечь всех от твоего бедра.
Фаско, хохоча:
— Да чтоб вас! Это свадьба или перестрелка?
Лейла, хлопая в ладоши:
— Это определённо свадьба века!
После выстрела Рут, когда дым ещё не успел рассеяться, толпа на мгновение замерла. Кто-то откровенно испугался, кто-то уже привык к тому, что на этой свадьбе все грани реальности стираются.
Шоу, слегка приподняв бровь:
— Ты собираешься устроить стрельбу на свадьбе?
Фаско, с хохотом:
— Господи, я уже не знаю, чего ожидать дальше! Может, кто-то из гостей решит взорвать лимузин?
Финч, в полном замешательстве:
— Рут, ты же понимаешь, что выстрел на свадебной церемонии — это, мягко говоря, не совсем этично?
И тут вмешивается Херш. Он, как обычно, невозмутим, подходит к микрофону, делает лёгкий поклон публике и объявляет:
— Дамы и господа! Как вам известно, на этой свадьбе ничего не происходит случайно. И чтобы соответствовать уровню события века, Мисс Гроувс — а ныне Миссис Гроувс-Шоу или Миссис Шоу-Гроувс, они пока не определились, — решила лично дать сигнал для старта праздничного салюта.
Гости с удивлением переглянулись. Даже Шоу прищурилась, не понимая, куда клонит Херш.
— Именно поэтому выстрел — это не просто эксцентричность, — продолжил Херш с идеально спокойным лицом. — Это был продуманный и запланированный сигнал для запуска самого масштабного и дорогого салюта в истории свадебных церемоний.
Рут с лёгкой усмешкой:
— Сладкая, видишь? Всё под контролем.
Шоу фыркнула:
— Ты это называешь контролем?
Фаско, хлопая в ладоши:
— Херш, ты гений! Я уже думал, что нам всем пора прятаться под столы.
Финч, всё ещё покрасневший:
— А я был уверен, что сейчас приедет полиция.
Херш кивнул одному из охранников, и в небо мгновенно взмыл первый залп. Огромные яркие огни разорвали ночное небо над виллой, раскрашивая его в оттенки пурпура, синего и золотого. Залп за залпом, искрящиеся шлейфы фейерверков расцвели в грандиозные огненные цветы, отражаясь в воде фонтана.
Посол, смеясь:
— Вот это я понимаю — свадебный размах!
Журналисты, забыв о предыдущем смущении, начали снимать великолепное шоу. Кто-то даже прокомментировал в прямом эфире:
— Кажется, это первая свадьба, где выстрелы из пистолета являются частью праздничной программы!
Шоу, закатывая глаза:
— Ты всегда умудряешься из любого хаоса сделать перформанс?
Рут, обнимая её за талию:
— Я же не могу позволить себе быть предсказуемой.
Фаско, не выдерживая:
— Вы хотите сказать, что это всё было спланировано? Или ты просто решила выкрутиться?
Херш, стоя рядом с Рут, без тени улыбки:
— Естественно, сэр, это было запланировано. Иначе как мы бы смогли удивить всех присутствующих?
Финч, явно пытаясь сгладить неловкость:
— Гениально. Я бы никогда не подумал, что выстрел из пистолета — это новый способ запустить салют.
Херш, почти серьёзно:
— Я всегда знал, что у миссис Гроувс-Шоу безупречное чувство стиля.
Рут с улыбкой:
— Конечно. Я же не могу подвести гостей.
Лейла, с гордой улыбкой:
— Что ж, Самин, похоже, твоя жена умеет удивлять.
Шоу с лёгкой усмешкой:
— Если бы кто-то ещё выстрелил на свадьбе, я бы отправила его в отделение.
Фаско, облокотившись на колонну:
— Ладно, мне нравятся такие традиции. Русско-американская свадьба с элементами боевика.
И в этот момент Херш подал ещё один знак — и на финале салюта небо озарилось надписью из фейерверков:
"Гроувс-Шоу"
Гости разразились овациями, а кто-то из влиятельных политиков с лёгкой завистью пробормотал:
— Никогда не видел, чтобы свадьба была такой... взрывной.
Фаско, всё ещё хохоча:
— Да уж. Когда они говорили "взорвём свадьбу", я думал, это метафора.
Финч, чуть качнувшись от выпитого:
— Я хочу подать идею для новой книги. Назову её "Как невеста взорвала свадебный салют".
Рут, потянувшись к губам Шоу:
— Сладкая, напомни мне потом поблагодарить Херша.
Шоу с ленивым взглядом:
— За то, что он мастерски прикрыл твой импульсивный зад?
Рут, с довольной улыбкой:
— Именно.
Когда фейерверки начали затухать, гости, всё ещё поражённые масштабом представления, продолжали аплодировать.
Херш, подойдя к Рут, тихо сказал:
— Напоминаю, что у нас ещё три набора фейерверков на случай непредвиденных ситуаций.
Рут кивнула с серьёзным видом:
— Держи наготове. На случай, если мне снова захочется продемонстрировать свою главенствующую позицию.
Фаско, утирая слёзы от смеха:
— Да вы двое просто динамитная смесь.
Лейла, со смешком:
— Ну, по крайней мере, теперь все точно знают, что эта свадьба — настоящее шоу.
Рут, склонившись к Шоу:
— У меня есть ещё пара идей на тему "взорвать эту вечеринку".
Шоу, скрестив руки на груди:
— Если ещё раз выстрелишь, я тебя пристрелю.
Рут, чмокнув её в уголок губ:
— Договорились.
Гости, всё ещё обсуждая неожиданное шоу, не заметили, как Финч тихонько предложил Хершу:
— А может, ещё разок? На финал?
Херш посмотрел на него с лёгкой улыбкой:
— Гарольд, не думаю, что Рут переживёт ещё один залп без выстрела.
Фаско, вытирая слёзы:
— Я просто в восторге. Это не свадьба — это экшен-фильм!
Когда последние искры салюта погасли, толпа наконец-то немного расслабилась. Всё ещё переговариваясь и смеясь, гости пытались осмыслить произошедшее.
Лейла с мягкой улыбкой вернулась к Рут и Шоу.
— Дорогие мои, — начала она, поднимая голос чуть выше, чтобы зал стих, — думаю, настало время моего подарка.
Шоу напряглась — с матерью всегда стоило быть начеку. Рут напротив — явно заинтригована, уголки губ дрогнули.
— Зная вас обеих и ваш… скажем, нестандартный подход к жизни, — Лейла сделала паузу, ловко растягивая внимание, — я решила подарить вам кое-что, что, как мне кажется, отражает вашу динамику.
Фаско не удержался, шепнув Финчу:
— У меня плохое предчувствие, но хорошее любопытство.
Лейла достала небольшую резную шкатулку из тёмного дерева и протянула её Рут.
— Это семейная реликвия. Передавалась по женской линии много поколений. Я подумала, что именно вам она подойдёт лучше всего.
Рут, слегка приподняв бровь, осторожно открыла крышку — и замерла.
Внутри, на бархате, лежал тонкий кулон из старого серебра. Фигура птицы с расправленными крыльями — не совсем орёл, не совсем павлин. Симург.
По краю гравировка на фарси: "سیمُرغ هرگز نمیسوزد" — Simurgh hargez namisoozad — Симург не сгорает.
Лейла посмотрела на них обеих.
— Симург — символ моего рода. Его носят только женщины. В легендах он сгорает и возрождается вновь, сильнее прежнего. Это напоминание, что истинная сила — не в победе, а в способности восстать после падения.
Рут провела пальцем по изгибу серебряного крыла, и уголок её губ чуть дрогнул.
— Невероятно красиво.
— Не просто красиво, — ответила Лейла. — Он о тех, кто способен любить даже в огне.
Шоу, схватившая шот текилы с подроса официанта, приподняла бровь.
— Мама, ты сейчас подарила нам символ… птицы, которая горит и воскресает? Прекрасно. Очень реалистично.
— В вашем случае — идеально, — парировала Лейла. — Вы обе такие. Сильные и свирепые.
Пауза.
— Я вижу, как ты мягчеешь рядом с ней, Самин. И как Рут становится живой рядом с тобой. Это редкость. И это — чудо.
Финч, тронутый, тихо пробормотал Хершу:
— Признаться, я ожидал чего угодно. Но не философского тоста о любви из уст юриста.
Фаско не выдержал:
— Да уж. Я думал, она подарит им наручники с гравировкой «удачи». А тут — Симург.
Херш, сдерживая улыбку:
— Иногда угрозы приходят не в форме оружия, а в форме мудрых женщин.
Лейла повернулась к гостям, подняв бокал:
— За любовь, которая не боится выстрелов, салютов и даже старых русских традиций. За силу, которая поддерживает в самые тёмные времена. И за смелость, с которой мои девочки смотрят в лицо любым вызовам. Итак… за тех, кто не сгорает. И за тех, кто всё равно летит.
В зале поднялись бокалы. Рут и Шоу обменялись взглядами — коротко, но достаточно, чтобы весь зал понял: да, именно они — та пара, о которой эта фраза.
Рут, поднимая кулон, тихо сказала Шоу:
— Ну что, сладкая, кажется, это знак, что мы объявлены самой опасной парой года.
Шоу, лениво улыбаясь:
— Мы всегда были опасной парой, ботаник. Просто теперь это признано официально.
Фаско, закатывая глаза:
— Я так и знал, что это закончится угрозами и клятвами на крови.
Финч, чуть смущённо:
— Знаете, несмотря на всё это... они действительно созданы друг для друга.
Херш, кивнув:
— И даже эта реликвия — идеальный символ их союза.
Фаско не унимался:
— Я думаю, если кто-то попробует украсть этот кулон — его просто разнесут на
молекулы.
Рут, поднимая бокал:
— Лайонел, ты прав. Если кто-то даже попробует дотронуться до нашей символики — его ждёт не просто разборка, а стратегическое уничтожение.
Шоу, слегка фыркнув:
— План у неё уже, конечно же, готов.
Херш, не удержавшись:
— Я надеюсь, что план на дальнейший праздник не включает больше выстрелов.
Фаско:
— Ну, если только финальный салют!
Лейла, оборачиваясь к Фаско:
— Лайонел, а ты ведь не думал, что попадёшь на свадьбу года и не будешь бояться за свою жизнь?
Фаско, смеясь:
— Знаете, мэм, я просто не знал, что нужно брать бронежилет на свадьбу.
Рут, с улыбкой:
— Расслабься, Лайонел. Сегодня мы не планируем никого убивать.
Толпа снова разразилась смехом и аплодисментами, а салют продолжал расцветать в небе, отражаясь в глазах гостей и создавая атмосферу праздника и немного безумия.
04:00.
Праздник постепенно утихал. Гости начали расходиться, оставляя после себя лёгкий аромат дорогих духов и воспоминания о самой сумасшедшей свадьбе века.
Фаско снова оказался рядом с Лейлой, явно уставший, но всё ещё бодрый. Они сидели на веранде, обсуждая прошедшее событие.
— Вы знаете, мэм, — проговорил Фаско, закусывая очередное канапе, — я никогда не думал, что свадьба может быть такой... взрывоопасной.
Лейла, чуть усмехнувшись:
— Вы просто не знали, на что подписываетесь, Лайонел.
Фаско, задумчиво:
— Да уж... Я вообще-то думал, что свадьба — это когда два человека просто говорят "да" и целуются. А не когда все боятся, что их расстреляют за лишний взгляд.
Лейла:
— Вы как будто не знаете Рут и Самин.
Фаско, закатывая глаза:
— Я-то знаю... Но вот остальным повезло меньше. Теперь весь мир точно знает, что эти двое — самая безумная пара на свете.
Финч шатался по саду, покачиваясь, и разговаривал с Беаром, который следовал за ним, словно тень.
— Ты понимаешь, Беар, — затянул Финч, покачиваясь на месте, — они... они женились. А любовь... она ведь как... как паровой котёл! Давление, взрыв и... неожиданный салют! Беар посмотрел на него с выражением полного понимания, как будто соглашался с каждым словом.
Финч наклонился к собаке и понизил голос:
— А ты ведь знаешь, что они? Они... нетрадиционны! Хакер и полицейский... Это как если бы чайник решил жениться на микроволновке. Но... это так... трогательно.
Беар молча лизнул его в щёку и легонько ткнул в бок носом, намекая, что пора идти спать.
Финч, похлопав Беара по голове:
— Ты прав, старина... Может, утром я пойму, что я сейчас сказал...
Херш стоял у выхода, с безупречной осанкой провожая гостей. Одновременно он просматривал отчёты на планшете, оценивая ситуацию с утечками именно нужной информации.
— Всё под контролем, — сообщил он Рут через внутренний канал связи. — Личных данных гостей в сети нет, не запланированной утечки нет. Репортёры... напились и поют на заднем дворе.
Рут ответила сухо:
— Хорошо. Если кто-то из них осмелится опубликовать что-то лишнее — уничтожь все их данные.
Херш кивнул:
— Принято.
Тем временем Рут и Шоу выбрались на крышу террасы. Они забрались под один тёплый плед и сидели рядом, любуясь звёздным небом. Рут склонила голову на плечо Шоу, её пальцы медленно гладили руку жены.
— Даже не верится, что всё закончилось без массового убийства.
Шоу усмехнулась:
— Ещё не вечер. Дай им протрезветь.
Рут, с лёгкой улыбкой:
— Ты думаешь, все переживут утро?
— Если никто не выложит фото с оружием в соцсети — да.
Пауза. Рут тихо вздохнула:
— Сладкая... я никогда не думала, что буду чувствовать себя так, будто принадлежу чему-то настоящему и живому.
Шоу, чуть задумчиво:
— Хоть это и стоило больших усилий.
Рут усмехнулась:
— Всё хорошее стоит усилий.
Вдруг небо снова вспыхнуло. Яркие залпы осветили тёмный небосвод, но вместо обычного фейерверка на нём медленно проявилась надпись:
"Элиан"
Рут мгновенно напряглась, тело стало словно пружина. Шоу нахмурилась:
— Что за чертовщина?
Рут уже доставала телефон, когда он завибрировал.
Сообщение от неизвестного номера: "Шоу знает, что ты убиваешь своих бывших?"
Рут замерла, глядя на экран. Внутри неё что-то резко оборвалось. Шоу заметила её напряжение:
— Что там?
Рут медленно повернулась к ней, пытаясь скрыть волнение:
— Похоже, кто-то решил испортить нам вечер.
Шоу кивнула на надпись в небе:
— Элиан. Я думала, эта искусственная копия с Мартином — единственное её проявление.
Рут, медленно:
— Так и должно быть.
Шоу чуть прищурилась:
— Ты уверена?
Рут глубоко вдохнула:
— Насколько можно быть уверенной, когда речь идёт об искусственно созданной копии.
Шоу пристально посмотрела на Рут:
— Ты так никогда и не рассказала, чем всё закончилось между вами.
Рут отвела взгляд:
— Потому что это не та история, которую хочется рассказывать.
Шоу наклонилась ближе, её голос стал тише:
— Она ведь была для тебя кем-то важным, да?
Рут, спустя мгновение:
— Когда-то.
Шоу усмехнулась:
— Я знаю одно: если она жива — я найду её первой.
Рут слабо улыбнулась, но в глазах горело беспокойство.
— Если она жива... это значит, что она манипулирует не только своим образом, но и моим прошлым.
Шоу, резко:
— Рут, ты никогда не говорила, чем всё закончилось. Ты просто сказала, что она исчезла.
Рут опустила взгляд на свои руки, будто пытаясь найти там ответ.
— Я никогда не говорила, потому что не знала, как ты отреагируешь.
Шоу с недоумением:
— Отреагирую на что?
Рут повернулась к Шоу, глаза тёмные, голос тихий, но уверенный:
— Это я убила её.
