Проклятый родник

Дождь стекал по лицу Артёма, смешиваясь с чем-то горьким на губах. Он стоял у родника, неподвижный, словно часть этого леса, этой воды, этой вечной сырости. Он не отводил взгляд от воды.  Не видел подъехавшую машину. Не слышал шагов. Не почувствовал, как кто-то уже подходит сзади.  — Артём… — Голос был хриплым, едва слышным сквозь шум дождя, но он узнал его сразу.  Сердце ударило так сильно, что стало больно. Он медленно повернулся.  Лицо, которое он хорошо помнил. Саша стоял перед ним — но это был не тот Саша, что уезжал тогда.  Потрёпанный. Похудевший. Тёмные круги под глазами — как будто он не спал неделями. Губы пересохшие, в трещинах, как у человека, который слишком много курил и слишком мало пил воды. Но глаза… Глаза были такими же — яркими, живыми, несмотря на всю усталость. Молчание. Они смотрели друг на друга, не говоря ни слова.  Дождь хлестал по ним, но ни один не шевельнулся, чтобы уйти.  Артём первым нарушил тишину. — Ты... — Голос сорвался, он сглотнул, попробовал снова — Ты выглядишь ужасно. Саша фыркнул, но не засмеялся. — Спасибо, ты тоже. Артём не улыбнулся. Он протянул руку, коснулся Сашиного лица, провёл пальцем под глазом, где синяки были особенно тёмными.  — Ты… не спал?  Саша закрыл глаза, прижимаясь к его ладони. — Не мог. Артём вдохнул резко, будто его ударили.— Почему?  Саша открыл глаза, смотря в янтарные напротив. — Ты же знаешь.  Артём не ответил. Он просто шагнул вперёд — и обнял его, сильно. Так сильно, что у Саши перехватило дыхание.  — Идиот… — прошептал Артём в его мокрое плечо. — Я же ждал… Саша вцепился в его спину, пальцы впились в мокрую мантию, как будто боялся, что тот исчезнет.  — Прости… — Заткнись. Они стояли так, пока дождь не начал стихать, пока Олег, курящий у машины, не закатил глаза и не крикнул. — Вы там вообще живы?! Но они не слышали. Им было достаточно этого. Дождя. Тишины. И того, что они снова вместе, а поговорить — они успеют. Олег затушил сигарету, плюнул в лужу и уверенно зашагал в сторону обнимающийся парочки. — Ну что? Обнимашки закончились? — его голос прозвучал резко, как тяжелый хлопок двери Саша и Артем не реагировали, вцепившись друг в друга, будто боялись, что один исчезнет, если отпустит.  Олег вздохнул, подошел вплотную и грубо ткнул пальцем в плечо брата. — Эй, Ромео! Вы оба сейчас свалитесь с пневмонией, если не просохнете. Дом. Кофе. Сейчас же. — младший не знал, что Артём не человек, неизвестно, болеет он или нет, Саша умолчал это от брата, как другие детали. Артём приподнял голову, его глаза сверкнули раздраженно, но парень даже не дрогнул, фыркнув.  — Ты тоже, Лысик, не делай вид, что не слышишь. Ты уже полупрозрачный от сырости. Саша попытался что-то сказать, но Олег перебил — Нет. Никаких «но». Вы оба выглядите как выжатые тряпки, пахнете костром и несбывшимися мечтами. Двигаемся. Олег развернулся и зашагал к машине, не оборачиваясь, но отлично зная, что они послушно поплелись за ним.  Артём шепотом — А это.. — Мой младший брат - быстро перебил его мужчина — Твой брат… немного пугает.  Саша хрипло рассмеялся. — Подожди, пока он начнет читать нотации за курение в доме. Олег обернулся, поймав последнюю фразу — Ага, и за это тоже получите. Дом встретил их запахом пыли, сырости и чего-то горьковатого — то ли воспоминания, то ли еще что то. Олег швырнул им по полотенцу, которые почему-то оказались в багажнике — Вытирайтесь. Артём поймал свое, растерянно моргая — Ты… это специально привез? — Нет, — Олег фыркнул, — просто всегда вожу с собой полотенца для идиотов, которые стоят под дождем, как вкопанные. Саша уже рылся в шкафах, вытаскивая завалявшуюся кастрюльку и пару кружек. — Кофе есть… в смысле, было. - удручённо говорит он, держа в руках пустую банку Олег достал из кармана фольгированный пакетик — Вот, растворимый. На троих хватит. Артём смотрел на них обоих, как на инопланетян, но вдруг рассмеялся — тихо, но искренне.  — Вы… странные.  Олег налил кипятка, буркнув — Зато не стоим под ливнем, как влюбленные идиоты.  Саша пнул его под столом, но улыбался. Кофе оказался отвратительным. Олег пристально разглядывал чёрные, как смоль, пальцы Артёма, пока тот держал кружку с кофе, из которой тот так ни разу и не отпил. Его взгляд скользил по резкой границе, где чернота переходила в бледную кожу запястий — слишком четкой, слишком неестественной, чтобы быть просто татуировкой.  — Эээ, а это что, типа... тату? — не сдержался Олег, тыча пальцем в его руки.  Саша резко поднял голову, открыл рот, чтобы оборвать брата, но Артём уже ответил — спокойно, но с лёгкой издёвкой — Ну да. Я в прошлой жизни был панком. Набил себе «чтобы мама ругалась». Олег не поверил, но захихикал — Брешешь, Лысик. Это ж до локтей! Да и смотрится как... — Как проклятие? — Артём приподнял бровь, глаза сверкнули в полумраке комнаты.  Саша напрягся, но Олег не отступал — Ну, если честно — да. Хотя выглядит круто. Стремно, но круто.  Артём неожиданно рассмеялся — искренне, глухо, будто давно не слышал ничего смешнее. — Спасибо, наверное. Саша выдохнул, потирая переносицу, но тоже улыбнулся.  Олег допил кофе, поставил кружку и ухмыльнулся — Ладно, не буду доставать. Но если захочешь рассказать — я слушаю. Артём кивнул, но взгляд его скользнул к Саше — будто спрашивая: «Ты ему ничего не говорил?» На что мужчина отрицательно покачал головой. Пока. Но, возможно, скоро придётся. А пока... Они пили кофе. И этого было достаточно. Олег, поставив чашку в раковину, потянулся и громко щелкнул пальцами. — Ладно, я пойду отогреюсь под душем, а вы... — он бросил взгляд на Сашу, затем на Артёма, — ...не устраивайте тут драму, пока меня нет. Ясненько?  — Не дождавшись ответа, он ушел, оставив за собой громкий хлопок двери ванной и шум воды.  Артём сжал кружку в чёрных пальцах, не поднимая глаз. — Ты что-то хотел сказать? — его голос прозвучал сухо, но без злости.  Саша не ответил. Вместо этого он резко встал и вышел на улицу, захлопнув за собой дверь. Парень замер, глаза удивлённо распахнулись. — Вот же...  Он бросил взгляд в сторону ванной — вода всё ещё шумела — затем на дверь, за которой исчез Саша.  Минута. Две. Три. Артём уже хотел пойти за ним, когда дверь распахнулась. Мужчина стоял на пороге, мокрый от дождя, в руках — чёрная бархатная коробочка.  — Вот, — он протянул её Артёму, не смотря в глаза.  Артём медленно взял коробку, открыл крышку. Внутри лежал браслет — серебряная нить с голубым топазом, точно под цвет его линз, которые то всегда носит. — Это... — Для тебя, — Саша проглотил ком в горле, наконец подняв взгляд. — Я...давно хотел отдать его, но боялся Артём прикоснулся к камню, провёл пальцем по холодному металлу. — Ты... помнил.  — Как я мог забыть? Артём медленно надел браслет, застегнув его на запястье. Идеально.  Дверь ванной распахнулась, оттуда повалил пар.  — Ну что, помирились? — Олег появился в дверном проёме, вытирая волосы полотенцем.  Его взгляд упал на браслет на руке Артёма, затем на Сашу, который стоял, будто ожидая приговора.  — О, так вот зачем ты носился как угорелый! — Олег фыркнул, швырнул полотенце в Сашу. — Теперь твоя очередь в душ, Ромео. А ты, — он ткнул пальцем в Артёма, — переодевайся. В шкафу есть вещи Сашки и тоже топай купаться Артём поднял бровь — Ты серьёзно? — Ага. Ты же не хочешь сдохнуть от переохлаждения в мантии, да? Саша сдавленно засмеялся, поймав взгляд Артёма. — Он не отстанет. Артём вздохнул, но встал, направляясь к шкафу. Он быстро перебрал вещи в шкафу, вытащив белую футболку Саши и спортивные штаны. Олег, развалившись на диване, наблюдал за этим с довольной ухмылкой.  — Я тут на первом этаже буду спать — заявил он, нарочито громко зевая. — Но, ребята, если что... постарайтесь не орать, как в порно. Сон у меня чуткий. Артём аж подпрыгнул, о порно, сексе и прочем в СССР вообще не говорили, а тут так прямо и в лоб, футболка выскользнула из его рук. Его бледное лицо моментально залилось краской. — Я... мы... это...иди ты — он даже не закончил, просто схватил одежду и буквально вылетел на второй этаж, спотыкаясь на ступеньках.  Олег раскатисто захохотал, уткнувшись лицом в подушку.  Из ванной снова повалил пар, и Саша вышел, натягивая на себя футболку, мокрые волосы капали на плечи. Он огляделся, не найдя Артёма, и наткнулся на довольную рожу Олега. — Где...?  — Сбежал, — Олег ухмыльнулся, подперев голову рукой. — Я просто намекнул, что вам, возможно, стоит... эм, "веселиться" потише. И он испарился. Саша закатил глаза, но губы дрогнули в сдержанной улыбке. — Ты невыносим. — Зато теперь у тебя есть шанс его "успокоить", — Олег закрыл глаза, изображая сонную благодать. — Только, ради бога, не стучите кроватью в стену.  Саша швырнул в него мокрым полотенцем, но Олег лишь засмеялся, не открывая глаз.  Мужчина поднялся по лестнице, застал Артёма стоящим посреди комнаты, жимающего в руках его же футболку.  — Ты... не слушай его, — Саша прошелся пальцами по влажным волосам, смущенно кашлянув. — Олег просто любит провоцировать. Артём не ответил, только сжал ткань крепче, его черные пальцы выделялись на фоне светлой материи.  — Я... не знаю, как это работает, — он проговорил наконец, голос тихий, но четкий. — У нас о таком не говорили, даже не думали лишний раз  Саша замер, потом медленно шагнул ближе. — Ничего сложного, — он аккуратно взял футболку из его рук, их пальцы ненадолго соприкоснулись. — Но если хочешь... я могу показать.  Артём вдохнул резко, но не отстранился.  Где-то внизу Олег громко захрапел — явно наигранно. Саша фыркнул, а Артём... Артём наконец рассмеялся, возвращая футболку и направился в душ. Вода стекала по телу Артёма, смывая остатки дождя, леса, всех этих долгих дней ожидания. Он стоял под почти обжигающими струями, закрыв глаза, чувствуя, как дрожат его руки.  "Что, если он передумает?" "Что, если это просто жалость?" В зале было темно, только тусклый свет луны пробивался сквозь шторы. Олег лежал на диване, спал — на этот раз по-настоящему, рот приоткрыт, один ботинок так и не снят. Артём задержался на секунду, разглядывая его.  "Он правда привез его обратно." Глупо. Страшно. Но невыносимо трогательно. Он поднимался на цыпочках, стараясь не скрипеть половицами. Дверь в спальню была приоткрыта. Там горел свет. Артём замер на пороге.  Саша сидел на краю кровати, уже переодетый, волосы слегка влажные от душа. В руках он крутил тот самый браслет с голубым топазом — подаренный Артёму. Увидев его в дверях, Саша поднял глаза. — Долго же ты.. — Голос был тихим, без насмешки. Артём не ответил. Он вошел, закрыл за собой дверь, повернул ключ в замке. Щелчок прозвучал громко в тишине.  — Я...  Саша отложил браслет, встал, сделал шаг навстречу. — Ты передумал? Артём резко покачал головой, сжал кулаки. — Нет. Артём сделал шаг. Еще один. И еще. Пока не уперся лбом в Сашино плечо.  Мужчина аккуратно коснулся холодной кожи и потянул в сторону кровати, упав на матрас, они тихо рассмеялись, решив, просто отдохнуть после насыщенного дня, или так решил только Саша? Темнота комнаты была густой, лишь лунный свет скользил по контурам тел. Артём лежал рядом с Сашей, но не спал — его янтарные глаза светились в полумраке, пристально наблюдая за профилем мужчины, который уже начал засыпать.  — Саша, — его голос прозвучал тихо, но чётко, без тени сомнения.  Мужчина вздрогнул, приоткрыл глаза, повернул голову — и сразу попал в ловушку. Артём уже нависал над ним, его чёрные пальцы впились в простыни по бокам от Сашиной головы, а холодное дыхание коснулось губ.  — Артём…? — Ты всё время говорил мне, что я стесняюсь, — он приблизил лицо, но не целовал, заставляя Сашу задыхаться от ожидания. — А если я хочу тебя? Саша проглотил ком в горле, почувствовав, как кровь приливает к щекам, а внизу живота затягивается узел возбуждения.  — Тогда чего ты ждёшь? Артём наконец закрыл расстояние, его губы были холодными, но настойчивыми, а язык — требовательным.  Саша застонал, вцепившись в его плечи, но не пытался оттолкнуть. Артём не просил разрешения. Он брал. Олег внизу громко перевернулся на диване, буркнул что-то неразборчивое — но они уже не слышали. Потому что в эту ночь именно Артём диктовал правила. И Саша с радостью их принял. Его чёрные пальцы скользнули под футболку Саши, когти слегка впились в кожу, когда он сорвал её одним резким движением, бросая на пол, Холодные ладони обхватили рёбра, прошли вверх, ощупывая каждый шрам, каждый изгиб, как будто запоминая навсегда.  — Ты такой... тёплый, — прошептал Артём, и его голос звучал почти болезненно, будто это было чудом.  Саша вздохнул, закинув голову назад, когда холодные губы опустились на его ключицу, затем на грудь, на плоский живот.  — Артём... я... — Молчи, — тот прикусил нежную кожу у бедра, заставив Сашу вздрогнуть. — Сегодня я решаю. — И Саша подчинился. Палец обошёл чужое возбуждение, задержался на внутренней стороне бедра, впился когтем — до боли, до сладкого жжения.  Саша закусил губу, но бёдра сами раздвинулись шире. Артём усмехнулся, наклонился, чтобы прошептать прямо в губы — Ты так отчаянно хочешь меня? Его ладонь, наконец, обхватила чужое возбуждение, но не давая облегчения, а лишь медленно сжимая, заставляя стонать, извиваясь под прикосновениями.  — Чёрт... да...  — А если я решу не торопиться? — Два пальца скользнули ниже, обошли вход, лишь разок едва надавив, заставив всё тело Саши дёрнуться. — Ты... чёртов... садист... Артём тихо засмеялся, прикусил его нижнюю губу, пока наконец не ввёл один палец, медленно, мучительно, заставляя каждую мышцу внутри сжиматься.  — Так тесно... — он выдохнул, чувствуя, как Саша обжигает его холодную кожу. Он ввел второй палец, растягивая, готовя, но не давая того, чего мужчина  так жаждал. Саша только стонал, цепляясь за простыни, когда холодные пальцы скользнули вниз, шире раздвигая его ноги, исследовали, дразнили, пока мужчина не зарычал от нетерпения.  — Чёрт... Пожалуйста.. — Что "пожалуйста"? — Артём наклонился, чтобы поймать его взгляд. — ..Войди в меня.. Артём усмехнулся, янтарные глаза сверкнули в темноте, и он наконец сжал бёдра Саши, втолкнув себя в него одним резким движением.  Саша застыл в немом крике, ногти впились в спину парня, оставляя красные полосы, перечеркнувшие черные символы на его спине. — Боже... так давно... — он задыхался, обвивая ногами его талию, притягивая ближе, глубже.  Артём не спешил. Он двигался медленно, мучительно, как будто растягивая момент, чтобы Саша почувствовал каждый дюйм.  — Ты хотел этого, — он наклонился, прижал лоб к его плечу, голос дрожал. — Сколько ночей...  Саша обхватил его лицо руками, заставил поднять взгляд. — Всегда. Всегда хотел тебя... Их губы слились, языки сплелись, дыхание смешалось, когда Артём наконец потерял контроль.  Он впился зубами в шею Саши, движения стали резкими, глубокими, отчаянными, как будто боялся, что всё это исчезнет с рассветом.  Саша чувствовал, как его тело горит там, где касается холодная кожа Артёма, как каждый толчок доводит до безумия, как мир сужается до этого момента, до этого парня над ним, который любит его так же яростно, как и терзает.  — Я... люблю тебя... — Саша выдохнул, когда волна наслаждения накрыла его, тело еще сильнее задрожало, пальцы вцепились в плечи Артёма, будто боясь, что тот испарится.  Парень застыл, затем простонал, упав на него, холодный лоб прижался к горячему плечу.  Тишина. Только тяжёлое дыхание, стук сердец, шелест простыней, когда они перевернулись на бок, не размыкая объятий.  Саша провёл рукой по его спине, ощущая под пальцами символы, которые теперь казались частью его самого.  — Ты мой Артем оставил короткий поцелуй на макушке, стискивая мужчину в своих объятиях.