"Трансляция любви"

Яркий свет кольцевой лампы высвечивал лицо Йеджи, заставляя её кожу казаться еще более гладкой и безупречной. Сегодняшний эфир обещал быть особенно жарким, и дело было не только в температуре в комнате. Йеджи, обычно сдержанная и милая, сегодня позволяла себе больше обычного. Уголки губ приподнимались в игривой усмешке, взгляд скользил по чату с вызывающим блеском. – Ну что, мои хорошие, — промурлыкала она в микрофон, – о чем сегодня поговорим? Чат взорвался сообщениями. Вопросы, комплименты, дерзкие предложения – Йеджи купалась во внимании. Она знала, чего от неё хотят. Знала, как завести аудиторию. И сегодня она была настроена на максимум. Ее пальцы медленно скользили по собственному горлу, а губы растягивались в хищной ухмылке. – Вы же знаете, я сегодня в игривом настроение, — прошептала она, намеренно замедляя слова.

Чат взорвался.

"Йеджи, ты в порядке?"

"Боже, остановите её кто-нибудь!"

"Где Рюджин? Она тебя точно прибьёт за это."

Как будто в ответ на последний вопрос, дверь в комнату открылась. В кадр попала лишь часть силуэта – высокая, статная фигура в строгой черной рубашке и темных брюках. Ремень с матовой бляхой притягивала взгляд. – Ох, — голос Йеджи дрогнул, но ухмылка не сошла с лица. – Похоже, кто-то пришёл раньше времени… Темная фигура в дверном проеме замерла, словно хищник, оценивающий добычу. Рюджин, с её всегдашней невозмутимостью, медленно вошла в комнату, закрывая дверь за собой. Её взгляд, холодный и пронзительный, скользнул по Йеджи, а затем по экрану, где чат продолжал бешено обновляться. – Что это за шоу, Йеджи? — её голос был тихим, но в нём чувствовалась сталь. Йеджи, не отрывая взгляда от экрана, слегка наклонила голову, её пальцы играли с цепочкой на шее. – Просто общаюсь с фанатами… — промурлыкала она, слегка откинувшись в кресле, так, чтобы вырез её топа стал чуть заметнее. В чате началось безумие. Фанаты умоляли Йеджи показать лицо её Альфы, но она лишь загадочно улыбалась, игнорируя их мольбы. Она знала, что Рюджин не любила публичность, предпочитая оставаться в тени, оберегая свою приватность. Рюджин шагнула ближе, и теперь в кадре было видно, как её рука с заметными венами легла на подлокотники стула рядом с бедрами Йеджи. – Общаешься? — она наклонилась, губы почти касались уха Йеджи. – Или провоцируешь?

Чат взбесился.

"О боже, что происходит???"

"Рюджин, спаси нас!!!"

"Йеджи, беги, пока не поздно!"

Йеджи закусила губу, повернула голову в сторону Рюджин, но не отстранилась. Наоборот - её тонкая рука поднялась, кончики пальцев скользнули по шее альфы. – Провоцирую, — прошептала Йеджи, её голос звучал как шелест шёлка, скользящего по коже. Её пальцы, всё ещё касающиеся шеи Рюджин, слегка дрожали, но не от страха – от предвкушения. Рюджин замерла на мгновение, её дыхание стало чуть глубже, а взгляд, всегда такой холодный, загорелся тёмным огнём. Альфа чувствовала, как учащается ее пульс, а внизу живота зарождается знакомое томление. Она знала, что Йеджи делает это намеренно, испытывает ее, играет с ее терпением. И она ненавидела и любила ее за это одновременно. Она медленно провела большим пальцем по бедру омеги, слегка надавливая. – Ты знаешь, что я терпеть не могу, когда ты так себя ведешь, — прошептала она, ее голос стал хриплым от желания. Йеджи томно вздохнула. – Разве мне не позволено немного повеселиться? — спросила она, ее взгляд был полон вызова. Рюджин не ответила, лишь сжала бедро Йеджи, заставляя ее вздрогнуть. Этот жест был полон силы и доминирования, и Йеджи, казалось, это нравилось. – Может, мне стоит показать им, как ты умеешь меня любить? — прошептала Йеджи, ее пальцы скользнули ниже по шее Рюджин, к пуговицам ее рубашки. Чат был в панике. Количество сообщений росло в геометрической прогрессии, смайлики с кричащими лицами и взрывающимися головами заполонили экран. Многие умоляли остановить эфир, боясь увидеть то, к чему все явно шло. Одним движением Рюджин схватила Йеджи за запястье и вытащив ее из кресла, прижимая к столу. Та охнула от неожиданности, но не сопротивлялась. – Раз ты так этого хочешь, — прорычала Рюджин, глядя Йеджи прямо в глаза, – то так и будет. Но вместо того, чтобы наброситься на Йеджи с поцелуями, Рюджин опустила взгляд на её запястье, которое всё ещё держала в своей руке. Её хватка была крепкой, но не причиняла боли. – Знаешь, — медленно произнесла Рюджин, её голос звучал как шёпот, – мне всегда нравились твои руки. Йеджи растерялась. Она ожидала страсти, гнева, чего угодно, но не этого. – Что? — выдохнула она. Рюджин подняла её руку, развернула ладонью вверх и начала медленно водить большим пальцем по её коже. – Они такие нежные, такие изящные. И такие… умелые. Глаза Йеджи расширились. Она вдруг поняла, куда клонит Рюджин. Это была игра. Опасная, захватывающая игра, в которой ставки были выше, чем когда-либо. Рюджин поднесла руку Йеджи к своим губам и оставила на её костяшках медленный, влажный поцелуй. Кожа Йеджи покрылась мурашками. Этот простой жест, исполненный с такой медленной, нарочитой нежностью, возбудил ее гораздо сильнее, чем грубые ласки. Она почувствовала, как кровь приливает к щекам, а внизу живота зарождается тяжелое, сладкое томление. – Умелые? — переспросила Йеджи, ухмыляясь. В её голосе ещё звучала лёгкая дрожь, но она изо всех сил старалась скрыть её. – В чём же? Рюджин отпустила её руку, но не отступила. Она наклонилась ближе, так что их лица разделяли всего несколько сантиметров. Запах её парфюма – терпкий, с нотками сандала и кожи – опьянял и сбивал с толку. – Ты прекрасно знаешь, в чём, — прошептала Рюджин, её взгляд скользил по губам Йеджи. – Твои руки умеют доставлять удовольствие… не только тебе. Йеджи почувствовала, как ее щеки заливаются краской. Чуть отстранившись, Рюджин расстегнула верхние пуговицы своей рубашки. Движения ее были медленными и уверенными, каждым своим жестом она дразнила Йеджи, заставляя ее сердце биться все быстрее и быстрее. – Ну же, — прошептала она, – не заставляй меня ждать. Йеджи, словно загипнотизированная, подняла руки и, повинуясь ее невысказанному приказу, начала медленно расстегивать пуговицы рубашки Рюджин. Ее пальцы дрожали, прикасаясь к горячей коже альфы. Она чувствовала, как учащается ее дыхание, как кровь бурлит в венах. В чате творился полный хаос. Многие уже не выдерживали напряжения и покидали эфир, но большинство оставалось, завороженно наблюдая за разворачивающейся сценой.

"О боже, я сейчас умру!"

"Это слишком горячо!"

"Рюджин, пощади нас!"

Когда последняя пуговица была расстегнута, Рюджин распахнула рубашку, обнажая свой тонкий стан. Йеджи задохнулась от восхищения. Она всегда знала, что Рюджин красива, но сейчас, когда она видела ее такой открытой и уязвимой, ее красота поражала воображение. Рюджин взяла руки Йеджи в свои и приложила их к своей груди. – Чувствуешь? — прошептала она. – Чувствуешь, как бьется мое сердце? Йеджи почувствовала быстрый, сильный ритм под своими пальцами. – Да, — прошептала она. – Это из-за тебя, — прошептала альфа. Она повела руку Йеджи вниз, к своему животу. – А теперь, – прошептала она, – покажи, что ты умеешь делать. Руки Йеджи, повинуясь невидимой воле, медленно скользнули вниз, очерчивая рельефные мышцы живота Рюджин. Альфа шумно выдохнула, запрокинув голову вверх. В чате, казалось, застыло само время. Лишь бесконечный поток сообщений свидетельствовал о неистовом возбуждении аудитории. Йеджи несколько секунд помедлила, словно собираясь с духом, а затем уверенно расстегнула ремень. Звук открывающейся пряжки эхом пронёсся по комнате, заставляя кровь в жилах закипать. Она медленно опустила ширинку брюк Рюджин, обнажая тёмную ткань нижнего белья, плотно облегающего её пах. Йеджи опустилась на колени перед альфой, не отрывая от нее взгляда. – Не томи меня, — прошептала Рюджин, ее голос был хриплым от желания. Йеджи улыбнулась, игриво и соблазнительно. Она знала, что Рюджин теряет терпение, и ей это нравилось. Она хотела насладиться каждым мгновением, каждым прикосновением, каждым взглядом. Медленно, дразняще, Йеджи провела кончиком языка по ткани боксеров, очерчивая контур члена Рюджин. Альфа вздрогнула, ее тело пробила волна возбуждения. – Йеджи… — прорычала она. Но Йеджи не слушала. Она была полностью поглощена моментом, опьянена запахом Рюджин, ее властью, ее красотой. Она знала, что делает, знала, как довести ее до предела. Схватившись за край боксеров, Йеджи медленно потянула их вниз, обнажая упругий член Рюджин, пульсирующий от возбуждения. Альфа застонала, откинув голову назад. Рюджин подняла руку и выключила свет кольцевой лампы. Комната погрузилась в полумрак, и в кадре осталась только тусклая подсветка от монитора. Теперь было видно лишь силуэты девушек. Йеджи взяла член Рюджин в руку, медленно и уверенно сжимая его. Альфа зарычала от удовольствия, ее тело пробила дрожь. – Ты… — прохрипела она, – ты делаешь это… так хорошо. Йеджи улыбнулась, чувствуя себя все более и более уверенно. Она знала, что доставляет Рюджин огромное удовольствие, и это пьянило. Она подняла голову и посмотрела Рюджин в глаза. – Это только начало, — прошептала она. И, наклонившись, Йеджи взяла член Рюджин в рот. Альфа застонала во весь голос, ее тело содрогнулось от удовольствия. Она впилась пальцами в волосы Йеджи, нежно поглаживая ее голову. Чат был в агонии. Это было слишком. Слишком горячо, слишком откровенно, слишком… реально. Захлебывающийся стон Рюджин эхом отдавался в полумраке комнаты. Йеджи двигалась умело и жадно, полностью погрузившись в процесс. Она знала каждый изгиб, каждую чувствительную точку Рюджин. Рюджин, обессилевшая от наслаждения, оперлась свободной рукой на стол, позволяя Йеджи полностью контролировать ситуацию. Ее дыхание было тяжелым и прерывистым, сквозь стоны вырывались отдельные слова восхищения. Пальцы Рюджин запутались в мягких волосах Йеджи, то нежно поглаживая, то слегка сжимая их, словно пытаясь удержать ее от безумия. Аккуратно она отстранила Йеджи от себя. Та растерянно выдохнула, не понимая, что происходит. Рюджин, не говоря ни слова, схватила ее под бедра и подняла, сажая на стол, спиной к экрану. – Довольно шоу, — прорычала Рюджин, ее голос звучал глухо и требовательно. – Теперь все только для меня. Альфа потянулась к мышке и, не глядя, завершила эфир. Экран погас, оставив их в тишине, нарушаемой только их прерывистым дыханием. Рюджин встала между колен своей возлюбленной, прижимаясь телом к ее бедрам. Запах Йеджи сводил с ума, ее кожа горела под пальцами. – Рюджин… — прошептала Йеджи, ее голос дрожал от возбуждения и небольшого страха. Рюджин молча опустила голову и начала оставлять горячие поцелуи на ее шее, спускаясь ниже, к ключицам. Она чувствовала, как Йеджи вздрагивает под ее прикосновениями, как ее пульс учащается. Это разжигало ее еще больше. Руки Рюджин скользнули под топ Йеджи, оглаживая ее грудь. Йеджи вздрогнула, ее соски напряглись от прикосновений. Рюджин медленно стянула топ вверх, обнажая нежную кожу. Йеджи позволила ей это, наслаждаясь каждым прикосновением. Когда аккуратная грудь Йеджи полностью обнажилась, Рюджин припала к ней губами, нежно посасывая соски. Йеджи задыхалась от удовольствия, ее тело пробивала дрожь. Она вцепилась пальцами в волосы Рюджин, прижимая ее ближе. Рюджин продолжала ласкать грудь Йеджи. Та, в свою очередь, стонала все громче, не в силах сдержать свои эмоции. Она чувствовала, как внизу живота нарастает томление, требуя удовлетворения. Рюджин оторвалась от груди Йеджи и посмотрела ей в глаза. Ее взгляд был полон любви и желания. – Ты готова? — прошептала она. Йеджи кивнула, не в силах произнести ни слова. Она была полностью поглощена Рюджин, ее прикосновениями, ее запахом, ее властью. Рюджин медленно стянула с Йеджи юбку вместе с трусами, обнажая ее нежные бедра. Она ласково провела рукой по ее коже, вызывая у Йеджи мурашки. – Обхвати меня ногами, - прошептала Рюджин. Йеджи повиновалась, обвивая ее талию своими ногами. Рюджин почувствовала, как ее член упирается в ее влажный вход. Она прижалась сильнее, раздвигая ее ноги. Рюджин сделала первый толчок, медленно и осторожно входя в нее. Йеджи застонала от удовольствия, ее тело пробила волна наслаждения. Она вцепилась пальцами в стол, пытаясь удержаться. Рюджин замерла, давая ей привыкнуть. – Все хорошо? — прошептала она. Йеджи кивнула, ее дыхание участилось. – Безумно. Продолжай, — прошептала она. Рюджин подчинилась. Она начала двигаться, медленно и глубоко, наполняя Йеджи собой. С каждым толчком ее стоны становились громче. Йеджи отвечала ей тем же, обвивая ее руками и ногами, прижимаясь к ней, как можно крепче. Рюджин ускорила темп, ее движения стали более резкими и требовательными. Она чувствовала податливое тело омеги, ее стоны, ее страсть, и это лишь подстегивало ее. Рюджин не давала Йеджи передышки. Она двигалась все быстрее и быстрее, доводя омегу до исступления. Йеджи стонала, кричала, умоляла, но Рюджин не останавливалась. Она хотела почувствовать, как Йеджи полностью принадлежит ей, как она теряет над собой контроль. – Рюджин, я сейчас.. — прошептала Йеджи, обхватывая альфу крепче. Наконец, Йеджи взорвалась, ее тело содрогнулось в конвульсиях. Рюджин продолжала двигаться, не останавливаясь ни на секунду. Она знала, что тоже близка к пику. И вот, это произошло. Ее тело пронзила волна невероятного удовольствия, она зарычала, изливаясь в Йеджи. Они оба рухнули на стол, обессиленные, но удовлетворенные. Рюджин лежала на Йеджи, тяжело дыша. Она чувствовала, как бьется ее сердце, как ее тело все еще дрожит от удовольствия. Она прижалась губами к ее волосам, вдыхая ее запах. – Я люблю тебя, Йеджи, — прошептала она. Йеджи прижалась к ней в ответ, ее руки крепко обхватили ее спину. – Я тоже тебя люблю, Рюджинни, — прошептала она. Они лежали так еще долго, наслаждаясь тишиной и близостью друг друга. Наконец, Рюджин приподнялась и посмотрела на Йеджи. – Нам нужно принять душ, — сказала Рюджин, подмигивая. Йеджи кивнула, и Рюджин поцеловала ее, вкладывая в этот поцелуй всю свою любовь и нежность. Они были вместе, и это было все, что имело значение.