Встреча выпускников

      Вахтанг сидит на лавке в раздевалке, не собирая свои вещи, хотя обычно готов первее меня.       — Андрей, ты если на свою встречу пойдёшь, то точно сляжешь. А у нас и так всё невесело.       А может, реально домой? Отоспаться, собраться с мыслями. Угу, а Горшок ещё и ребятам небылиц понарассказывает. Пусть это сделает, хотя бы глядя мне в глаза.       — Ничего мне не станет. Я в таком режиме живу уже добрую пятнашку.       — Это очень х..... привычка.       — Я тренированный.       — Но не бронированный.       — Я даже с температурой концерт не сорвал.       Вахтанг качает головой и швыряет полотенце в сумку.       — Андрюх, мы только с дороги, а скоро уже на студию.       — Песни готовы. Только аранжировки, но это по ходу действия. Он вздыхает.       — Если ты не хочешь новых проблем, то тебе не стоит туда идти.       — Потому что там будет Горшок, Вах?       — Да. Или его там не будет. Что хуже, Андрей?       — Когда тебе промывают мозги.       — Делай, как знаешь. Просто не нарывайся хотя бы.       — Я постараюсь.       У меня пиликает мобильник, и я выхожу из раздевалки на морозный воздух. Дима открывает дверь машины, и я сажусь на переднее сидение, кинув сумку за собой. Надо глянуть от кого: мама, Агата, Алёна… --------------------------       Постараюсь, б..... Каспер скинул очередные дублирующие афиши. Я вот просто приду туда и напьюсь под рассказы, кто кого родил и какую хату заимел.       — Не мешай разное. Лучше только коньяк пей.       — Блин, Дим, ты хотя бы не начинай. У меня на роже написано, что я алкаш?       — Андрюх, ты идёшь на встречу с друзьями, а не на войну.       — Ты о чём вообще?       — Очень сильно паришься сейчас, а, может, тебя там никто и не вспомнит. Ну, кроме, сам понимаешь…       — Надеюсь.       — Гарантирую. Мы каждый год с одноклассниками собираемся. Так девчонка одна в Турцию с мужем уезжала на пять лет, и мы её только по мужу и узнали.       — То есть он совсем не поменялся?       — Он у неё тёмный.       — Как большинство грузин.       — Нет, Андрюх, слегка потемнее. Он из Нигерии. ---------------------------       От Горшка шмонит уже на подходе к бару. Великолепное начало. Ну, мне осталось потерпеть здесь пару часов — и домой. И не видеть его рожу минимум ещё полгода. Или всё-таки спросить про отмены? Вахтанг просил не нарываться. А если он сам спросит? Тогда буду действовать по ситуации. Забираю у охранника последний бейджик со своей фоткой из выпускного альбома.       — Князев? Ну, наконец-то доехал самый дальний. Здорово! Что, как не родной? Давай, проходи!       Толик Савёлов. Это же шустрый такой был, кудрявый? Ну да, судя по фотке. Мы ещё дрались с ним один раз на указках.       — Что, вспомнил? Химия, спиртовка протекла, парту прожгли.       — А, да, точно. Было дело.       Он радостно улыбается.       — Вот я как раз этим и занимаюсь. Поставки бытовой химии.       — Круто. А как фирма называется?       Толик протягивает мне визитку. Там довольно скучные буквы Х и Б и огромный список предлагаемых товаров.       — А ты, Андрюх, где себя нашёл? Чем маешься?       Горшок кривит рот. Но ему явно смешно. Ну, круто. Меня не узнали. Опять. Ну и пох… Пришёл набухаться, этим и займусь.       — Разным.       — Бизнес свой?       Горшок хмыкает. Что ты вот хмыкаешь? Не так разве?       — Типа того.       Б.…, вроде и не болтал сегодня почти, только на футболе чутка поорал, а горло болит. Надо было ещё ибупрофена шахнуть. Или лучше заранее накатить? Лучше было бы вообще не приходить, как Ваха предупреждал. Но стрёмно как-то. Все пришли, даже Горшок, а я отщепенец?       — Он ипэшник.       Ох..... помощь, Горшок. Просто гуманитарная. Щедрая благотворительность.       — Спасибо, Горшок. Я лучше сам расскажу.       — Естественно. Только сам.       А Толик светится от счастья, как будто мы тут перед ним комические номера на пару исполняем.       — А ты, Миш, чем занимался после того, как вас из лицея выперли?       Моя очередь хихикать про себя и хмыкать вслух. Неизвестный публике Горшок, вот это номер! Миха поджимает губы, втягивая щёки:       — Я выступал…       — В цирке?       Сзади подгребает наша староста Смирнова.       — Маринка, блин.       — И в цирке тоже. Я…       О, вот и Рябчик.       — Здорово, мужики! Как сами, чем занимаетесь?       — Я сейчас в театре в Москве…       — Круто, Мих. Большой приканчиваете?       — То есть?       — Ну его же уже торжественно открыли. Там доделываете внутрянку?       Рябчик спятил?       — Мы так-то вместе с тобой, Дим, начинали.       — А, то есть вы до сих пор после работы лабаете в барах?       Горшок лыбится.       — Это по Князевской части. Вы ему поставьте ящик пива, он вам и здесь какую-нибудь свою халтуру изобразит.       — Б.…, Гор…       Я закашливаюсь так сильно, что из глаз проступают слёзы.       — Какого хрена припёрся заразу разносить, сидел бы уже дома, раз болеешь?       Я пытаюсь вдохнуть воздух, но выходит какой-то напряжный свист. У меня лицо, наверное, уже вишнёвое. Я не могу нормально отдышаться, а все тупо пялятся на меня. По факту, Горшок прав. И Вахтанг говорил, что мне нужно посидеть дома. А я опять лезу в идиотские приключения. Марина копается в сумке.       — Андрюх, ты астматик, что ли? Ингалятор дать? У меня с собой, на пару пшиков хватит.       Я отрицательно качаю головой. В горле будто что-то застряло. Когда уже спазм этот пройдёт? Горшок ловит официанта за рукав и что-то говорит ему на ухо. Закрываю рот правым локтём. Из-под куртки немного вылазит кожаный браслет.       — О, так ты типа рокер? ДДТ, Бутусов, Ария?       — А я только на концерты надеваю.       — Слав, завянь.       Пытаюсь дышать диафрагмой, не обращая внимания на окружающих. Вдох-выдох, вдох... Горшок пихает меня в бок и протягивает бутылку с водой. Даже открытую. Поистине ситуация, когда примешь помощь даже от врага. Делаю глоток. По ощущениям, будто гвоздём по гортани. Смирнова странно подмигивает Толику.       — Давайте уже, мальчики, в гардероб — и сядем. Андрей, ты нормально?       Я киваю и иду за ней по направлению к вешалкам.