Часть 50
19 сентября 2025 г., 00:24
Я думал, что будет хуже. А так даже ничего мелодии, есть интересные моменты. Звукач вообще всё схватывает на лету. Ещё бы сроки не были такие сжатые, так можно было бы нормально развернуться. Пор прислал смску: «Ты там не теряйся: хватай тексты и беги.» С…, кнопки все постирались. Я ему в ответ какую-то азбуку Морзе из точек и тире отправил. Сам пусть из них себе средний палец сложит. Каспер помахал руками у меня перед носом, но быстро переключился, когда стали разбирать песню.
— А он аранжирует не хуже Реника. Может, ещё свои мелодии тебе притащит.
Князь сдержанно кивает, уткнувшись в снова временно обретённый планшет. Я наигрываю на гитаре вступление, он качает головой и включает свою демку.
— Князь, ё-моё, ну дай ты хоть немного импровизации. Это лучше зайдёт. Устюгов говорит, что вообще образ, он не в режиссёре рождается, а в актёре.
— Актёр — инструмент, на котором играют постановщики спектакля.
— Чего? Кто это тебе сказал?
Князь поднимает бровь.
— Это я тебе говорю. А пианино музыкантом не командует, его настраивают. Под себя.
— То есть, мне типа ждать, пока ты разрешишь слово сказать?
Он опять утыкается в планшет и ничего не отвечает. Скрипка и бас пишутся практически мгновенно. Гитарист не пришёл.
— Андрюх, я вместо Вовы сыграю?
— Да, Димка. Лучше давай ты.
Князь иногда поднимает голову, но почти ничего не комментирует. Звукач показывает мне дорожки. Я пробую спеть.
— Мих, не лезь наверх. Я выше сейчас не потяну.
— Так в чём проблема поменяться? Ты ниже, я выше.
Он дёргает шеей и тихо произносит:
— Бэк — опора, а не основа. Лады, Миш?
— Звук должен быть качественным.
— Согласен. Ты, это самое, полностью прав.
Что? Он в игрушку на планшете параллельно гоняет? Ох..... устроился. Фронтмен века, понимаешь, да?
— Б.…, ну ниже надо тональность. И живее. За эти три такта весь танцпол всхрапнёт.
— И я бы звук пожёстче сделал.
— Нормальная тема, Касп. Паша? Ещё на соло или…
Князь хватает меня за рукав.
— Выйдем на пару секунд.
— Андро, отъе…., не видишь, я занят.
Он подходит к вешалке, демонстративно снимает мою куртку и суёт её мне.
— Есть срочный разговор.
— Князь, ё-моё, работа идёт. Ты не видишь? Сходи, один покури.
Он медленно кладёт куртку на диван и говорит, постепенно повышая громкость голоса.
— Нет, Горшок. Я не Реник и даже не Поручик. Здесь я тебе не шут. И не просто Князь. Я — солист, я — единственный автор и я — абсолютный лидер группы. Моё слово — закон. Я тебе и король, и Устюгов, и родная мать. И ты будешь выполнять именно то, что я скажу.
Он отводит глаза от меня и обводит взглядом всех остальных.
— Касается всех. Кого что-то не устраивает, дверь сразу за моей спиной.
