Глаза счастливые не врут

      С разрешения мамы, я оставила одного бойца в машине, одолжив у него автомат. Кто бы что не говорил, а с него целиться как-то попроще чем из пистолета. Первым пошел спецназ. Кто-то перелез через забор и открыл ворота для остальных. Тишина, которая нас встретила, сразу наводила на тревожные мысли и сводила с толку. Не должно быть так. — Тань, ты не думаешь, что это ловушка? — Тоже чувствуешь, что что-то не то? — Определенно.       Мы медленно продвигались к зданию, а затем раздались выстрелы с одного из верхних этажей. Взгляд сразу метнулся туда. Прицелилась и прямо перед выстрелом Таня утянула меня в кусты, но звук выстрела все же был. Вопросов меньше не стало, но они подождут. Если что анализ пули в лаборатории сделать не откажутся. Такой ожесточенной борьбы я не видела уже давно. Не было какого-то шока или неверия, просто было желание поскорее освободить детей. Свето-шумовая граната обезвредила всех, кто был на первом этаже. На втором Таня вступила в борьбу с одним из преступников, а затем влетела как фурия в комнату, где на кровати лежала привязанная девочка из детского дома. — Стася, она под наркотой в отключке. — Звони в скорую, потом Артему, он подскажет первую помощь. Я пройдусь по помещениям, может найду еще кого-нибудь… — Добро.       Твари. Я посажу каждого, кто смел участвовать в этом преступлении. Мы найдем всех…       По всему зданию и территории нами было найдено двенадцать детских трупов. Мы всю ночь здесь пробыли. Ни один сотрудник СОБРа не говорил, что не хочет в этом участвовать. Все просто делали то, что нужно — искали детей живыми или мертвыми. Получилось конечно по большей части мертвыми… Врачи скоро убирали каждое тело в трупный мешок, а я отправила с Таней компьютер в ФЭС и сидела последние минут пять на ступеньках крылечка и чуть ли не плакала. Дети ничем не заслужили такой ад… Девочки из детского дома и так в своей жизни многого натерпелись, а теперь еще и такое…       Приехал отец Чернецовой и пытался прорваться к мешкам, крича, что там его дочь. СОБР сработал оперативно и остановил мужчину, я же тихо, но строго сказала. — Вам сюда нельзя.       Мне было плевать, что дочка мэра жива и здорова, что она приехала с Таней сюда. Врачи продолжали выносить из гостиницы трупные мешки. Никаких сил не было. Не было ни мыслей, ни чувств. Просто какая-то пустота внутри. Детей использовали как какие-то вещи… Сдавали в аренду за определенную плату. Дети тоже люди. Они все понимают и все чувствуют. Почему с ними так обошлись? Сволочи.       Таня взяла Чернецову на следственный эксперимент, быть свидетельницей которого я отказалась. Меня не интересовало, то это место или нет… Мы нашли пропавших детей. Мы остановили этот конвейер. Вроде бы я должна радоваться раскрытому делу, но… Чувствую лишь опустошение. Не должно такого быть на свете… Дети — цветы жизни, за ними нужно ухаживать, а не губить в столь юном возрасте… — Стася, ты как? — Нормально. Ну что? — Это не то место. Девочка говорит, там была какая-то деревня, где практически не было машин. — Пусть поиском этого место занимаются уже местные копы. Я просто устала, Тань. Я просто… Не хочу больше сталкиваться с такими делами. — Андрей еще звонил, а за ним сразу и Ваня. Ты была права, застрелил снайпера кто-то другой. А похитил Чернецову Архипов. Ты во всем этом была права.       Смех здесь был абсолюьно не уместен, но поделать с собой я ничего не смогла. Я все это время говорила, что именно он причастен к нашему делу, но все отнекивались. Вот так бывает. — Едем на захват? — Едем в ФЭС. У тебя уже нервы сдают. А Архипова уже задержали, не волнуйся.       Хоть что-то хорошее за весь день. Таня усадила меня на пассажирское сидение, тихонько включила музыку и завела машину. По дороге я уснула, потому что музыка и легкая качка без каких-либо усилий способны меня успокоить и усыпить. У самой конторы Белая разбудила меня. В здание мы вошли просто как королевы мира. Точнее она как королева, а я как киллер. Ей было легко и спокойно, что дело закрыто, а вот мне хотелось рвать и метать. Нас обставили как идиотов. Таня ушла в лабораторию, а я направлялась в морг, чтоб высказаться Артему, но в итоге перехватила маму и уговорила разрешить мне провести допрос преступника.       В допросной Архипов чувствовал себя как дома. Спокойный, расслабленный, зато я как тигрица, защищающая своих детей. Папка с доказательствами вины сотрудника ЧОПа оказалась на столе. — Давно не виделись с вами, Олег Павлович. Еще столько же бы не виделись, если честно. Сами расскажете, или мне это сделать за вас?       Улыбка чеширского кота вызвала у меня ответную улыбку. Молчание… Что ж, мне не так трудно рассказать видение ситуации со стороны следствия. — Вы похитили Марию Чернецову с целью навести нас на дело о пропавших детях. — Чушь. Вы же сами видели, что я бегал в парке.       Интересная позиция отрицания фактов. Могла бы я ему за эту улыбку дать потом возможность на чисто сердечное признание, но теперь не буду. — Да что вы? А записи камер видеонаблюдения вам было не так уж и трудно подменить. Они обслуживаются вашим ЧОПом, а лично у вас есть доступ к серверу. Дальше препираться будем?       Мог бы еще о собаке задать вопрос, но и здесь у нас есть ответ на все его возражения. В итоге мы сидели и просто молчали. Я ждала завершения мыслительного процесса в его голове, но так и не дождалась. Он отказался от дачи показаний. — Усугубляете свое положение. Что ж, это уже не мое дело.       Я встала, намереваясь покинуть переговорную, но тут зашла мама с сотрудником ФСЗ. Ну понятно. Дела раскрываем мы, а садят за решетку преступников и все лавры получают они. Как обычно, в принципе.       Архипов без зазрения совести с улыбкой оглядел меня, потом зашедших людей. И остановился он на сотруднике ФСЗ. Улыбка медленно сошла с лица, а мышцы напряглись. Если не знать, на что обращать внимание, то это останется незаметно. — Майор, снимите наручники с задержанного.       Вот такого поворота событий я не ожидала. Подставлять начальство в лице мамы мне не хотелось, поэтому я просто подошла к столу, где Архипов со своей фирменной улыбкой протягивал мне руки. Психовать и злиться было бессмысленно, поэтому я просто расстегнула наручники и отошла обратно к стене. Парень медленно встал и потирая запястья посмотрел снова на меня и подмигнул. Вот теперь я готова его пристрелить. Самого Архипова увел сотрудник ФСЗ. Вся ситуация начала казаться мне такой комичной, что я села на стул и рассмеялась, как только дверь закрылась — Стася, возьми завтра выходной и хорошенько отоспись. Дело было нервное, плюс Артем рассказал о твоей головной боли. — Хорошо. Я себя так погано чувствовала, когда с СОБРом нашла захоронение детей в подвале. Ты себе даже представить не можешь. Двенадцать трупов.       Она грустно улыбнулась и не нашла слов, чтоб выразить свои эмоции. Я и сама понимала, что в нашей работе встречается и не такое. Первое настолько жестокое дело для каждого будет психологически тяжелым. Особенно для морально не подготовленного человека. В данной истории им стала я. Точнее я считала себя готовой, но как оказалось я сильно ошибалась в самой себе…       Когда я более-менее успокоилась, я поняла, что мама уже ушла в свой кабинет, но для меня так и осталось загадкой, кто застрелил пулеметчика. С этим вопросом я снова пошла к ней, уже абсолютно вымотанная и уставшая. Я даже толком не посмотрела, одна она или нет… Просто зашла. — Майор? Что-то еще случилось?       Майор? Обведя комнату взглядом, я осознала, что зашла совершенно не в то время, в которое бы следовало. Архипов стоял напротив мамы и что-то рассказывал ей, пока не зашла я. — Кхм… Приношу свою извинения. Мой вопрос может подождать. Зайду позже. — Постойте, Станислава Евгеньевна. Я же не ошибся с именем? — Ни с именем, ни с отчеством. Что-то нужно или снова просто задерживаете меня? — Я хотел извиниться за свои колкие выражения в Ваш адрес. Признаю, был абсолютно не прав. — Извинения приняты, но я и не обижалась. Кхм… Я пойду.       Я не хотела слушать больше ничего. Если информация будет важной, мама мне потом расскажет, сейчас не вижу смысла находится при их конфиденциальном разговоре. В лаборатории Ваня о чем-то активно рассказывал Андрею и Тане, а я просто прошла мимо и ушла в морг. — Артем, я тут просто полежу, ты не против? — Лежи, сколько влезет. Что за новая история у вас с Архиповым? Все гудят, что он флиртовал с тобой. — Упаси господь, хотя признаю, улыбка отпад. — А еще утром ты говорила, что она тебя бесит. Рогозина признала твою правоту в деле? — Не знаю, да и не мое это дело. ФСЗ его забрали. Отчеты строчить не надо, докладывать тоже… Не жизнь, а сказка. Хотя сначала я была готова на все, лишь бы собственноручно засадить его. — Как он хоть выглядит, а-то я пропустил все самое интересное. — Убийственное сочетание зеленых глаз и черных волос. Высокий. Спортивное телосложение.       Не знаю, откуда в моей голове настолько детальное описание Архипова, но рот мой не закрывался минут пять, пока я валялась на секционном столе. Артем же в конце концов рассмеялся и сказал, что мне точно надо отдохнуть, ведь этот Архипов у меня уже в печенках сидит. Что правда, то правда. Зазвонил телефон морга, на который Тукаев сразу ответил и почему-то посмотрел на меня. — Да, она сейчас подойдет, Галина Николаевна.       Все вопросы отпали. Пришлось чесарить снова в кабинет и снова встречаться с Архиповым. Вопросительный взгляд на маму, ее слегка веселое расположение духа меня очень напрягло. — Вызывали, товарищ полковник? — Да, проходи. Быстро же ты пришла. Познакомься. Наш новый сотрудник, старший лейтенант Воеводин Олег Павлович.       Это стало точкой невозврата для моей психики, которая под конец дня не выдержала еще одного поворота судьбы.