Сквозь завесу ночи

      Тишина поместья Атрау никогда не звучала так оглушающе. Отсутствие большинства членов семейства позволило среднему сыну не церемониться с сохранением своей тайны, ибо никто не мог заметить его быстрого передвижения по коридору.       В свои девять лет Айен был уже весьма талантлив в скрытии неких тайн даже от самых близких людей.       Он бежал к ягодам аполеска — казалось бы, к единственному, что могло помочь очистить разум, развеять симптомы вспышек магнетара.       Он мчался по тёмному коридору и слышал их, видел, чувствовал. Он бежал, закрыв глаза, но всё равно ощущал присутствие.       Добежав до заветной комнаты, он захлопнул за собой дверь, надеясь, что здесь преследование закончится. Прижался к двери, скатился вниз и закрыл уши руками, стараясь унять дрожь.       Пусть замолчат. Пусть успокоятся хотя бы на секунду. Пусть всё это ему просто мерещится.       Оторвавшись от двери, Айен подбежал к кустам, пытаясь поскорее набрать горсть ягод и проглотить их, чтобы унять тревожность.       Не помогало.       Ему никогда не помогало то, что было способно спасти младшего брата. А поддержка родителей и вовсе не была обязательной. С рождением Лайса, Айен с каждым годом всё больше убеждал себя, что поступил правильно, решившись не рассказывать о том, что с ним происходило.       Вдруг дело было вовсе не в магнетаре?       Возможно, он просто сходил с ума?       У него никогда не болела голова. Никогда не сводило конечности. Его не отличали те симптомы, которые могли наблюдаться у «поцелованных Разрушителем Солнца».       По крайней мере... до определённых моментов.       Тогда, может, он действительно просто спятил?       Айен присел на пол у одного из кустов и спрятал лицо в ладонях. Он жил в одиночестве с этой проблемой уже много лет.       Возможно... пора было принять это?       Если бы он только постарался игнорировать, не показывать эмоций, если бы он мог... принять их.       Возможно, тогда это не казалось бы такой непосильной ношей?       Возможно, тогда бы он стал равнодушен и силён?       Айен поднял голову, переводя взгляд на очередную проблему.       Пора было дать отпор. Или договориться.       Ибо только приняв все свои грани, даже самые тёмные из них, всё ещё оставалась возможность не потерять рассудок и остаться самим собой.