Charm

      У Джисона просто охуенные пальцы. Минхо любит их в себе. Во рту, чтобы вылизывать их, пока не появятся морщинки на подушечках. В своей вечно нуждающейся заднице, когда они так приятно растягивают колечко мышц.       Они валяются в кровати, залипая в телефоны. Минхо листает новости в тви, зачитывая вслух самые интересные, Джисон смотрит тиктоки без наушников. У них идиллия.       Джисон лежит на боку, одной рукой обнимая Минхо поперёк талии и сплетаясь с ним пальцами. На Минхо трусы с жирафами и задранная до сосков футболка. Он выпутывает руку из пальцев Джисона, чтобы почесать бок, а Джисон, чтобы привычно что-то сжимать в руке, щупает мягкую кожу на его животе.       Джисон даже не замечает, а Минхо почти мурлычет, блокируя телефон. Он лежит так немного, наслаждаясь, а затем поворачивается на другой бок и, обвивая запястье Джисона пальцами, тянет его руку к лицу.       Джисон на мгновение убирает телефон, чтобы посмотреть, как его пальцы исчезают во влажном рту, и понимает намёк, но не спешит реагировать, смахивая видео на экране. Пусть его пальцы станут достаточно влажными, прежде чем он ими трахнет Минхо.       Минхо тоже всё равно на его незаинтересованность. Он прикрывает глаза и шумно причмокивает, вылизывая сначала подушечку. Он смыкает губы на второй фаланге, доходит до костяшки и переключается на второй палец.       Джисон сам сгибает пальцы и давит ему на язык, когда Минхо берёт в рот сразу два. Он не отвлекается от телефона, играя с податливым ртом, но внимает информацию уже вполуха.       Минхо закидывает на него ногу, потираясь твердеющим членом через ткань трусов, которые с жирафами, о его бедро, и нализывает длинные пальцы влажным языком. Он касается губами, целует и не жалеет слюну, запихивая в рот уже третий.       — Губы треснут, — шипит Джисон, блокируя гаджет и убирая его под подушку, когда Минхо пытается уместить во рту четвёртый палец.       — Не треснут.       — Ложись на живот.       Минхо слушается, стягивая с себя трусы с жирафами, и поворачивается на живот, подгибая под себя одну ногу. Джисон, находя смазку в тумбочке, устраивается между его ног, сначала касаясь нежной кожи сухими пальцами. Он оттягивает половинку попы, проходясь подушечкой большого пальца по ободку, просто проверяя в порядке ли дырочка Минхо и можно ли её использовать грубо.       Минхо выпячивает задницу, чтобы было больше доступа, а Джисон выливает лубрикант на ладонь, сначала грея его между пальцами, прежде чем коснуться чувствительной кожи.       Он растягивает колечко мышц, начиная с одного пальца, и медленно прибавляет второй, третий. Минхо полумурчит, обнимая подушку, но недолго.       — Нет, не так, — ноет он, приподнимаясь на локтях.       — А как?       — Ложись тоже. Мне нужна твоя левая рука.       Джисон понимающе кивает у него за спиной и исполняет каприз, просовывая руку под шеей Минхо.       — Теперь всё так, Ваше Котячье Величество? — хохмит Хан.       Минхо довольно мычит, толкая за щеку его пальцы. Теперь всё так.       Джисон медленно растягивает его дырочку, стараясь не отвлекаться на пальцы во рту. Он разводит их на манер ножниц, сгибает пополам. Когда три двигаются внутри свободно, он вынимает безымянный.       — Отпусти, — шипит Джисон, когда самостоятельно не может двинуть рукой. — Ну откусишь же.       — У-у.       — Тогда только нежно.       — Нет! — Минхо сразу выпускает пальцы изо рта, вытирая слюну с губ тыльной стороной его же ладони.       Джисон укладывает руку под его шеей, слегка надавливая на подбородок, чтобы не кусался, и ложится чуть удобнее, оставляя место между своим торсом и его спиной. Он зарывается носом Минхо в шею и, прикрывая глаза, вставляет два пальца в мокрую дырочку до костяшек, начиная быстро их сгибать.       Минхо замирает в немом стоне, а Джисон чуть сильнее давит ему предплечьем на шею, позволяя утонуть в блаженном ощущении.       Ляжки Минхо непроизвольно сводятся вместе, но попа всё равно остаётся выпяченной, пока Джисон трахает его пальцами. Он останавливается, когда Минхо легонько бьёт ему ладонью по руке.       Джисон вынимает пальцы, целуя его в макушку, и гладит влажными пальцами пульсирующую дырочку, иногда специально задевая и оттягивая ободок.       Отдышавшись, Минхо поворачивает голову в его сторону.       — Ещё, пожалуйста, — тянет нежным, сладким голосом и шумно чмокает его в родинку на предплечье.       Джисон снова толкает в него пальцы и, медленно наращивая темп, начинает быстро их сгибать. Минхо красиво извивается под ним на кровати, пытаясь убежать от слишком приятного ощущения, но Джисон держит крепко, не позволяя соскочить со своих пальцев.       Минхо не может попросить, задыхаясь стонами, он царапает руку Джисона под своей шеей, без такта стуча по его ладони, тем самым умоляя прекратить.       Джисону так хочется не прекращать. Разбитый Минхо слаще любой конфеты. Но он вынимает пальцы и отстраняется. Потерять в чувствительности буквально равно лишиться оргазма, а такое Минхо ему не простит.       Джисон целует его в плечи через футболку, трётся носом об открытые участки шеи и ждёт, когда Минхо снова начнёт нормально дышать, а не глотать воздух кусками.       — С-Сони...       — Ещё раз? — Джисон почти возвращает пальцы в его задницу.       — Н-нет, стой!       — М?       — А у тебя стоит? — Минхо тянет руку за спину и пытается найти его ширинку.       — Конечно, блять, ты так вкусно хнычешь, — хмыкает Джисон.       — В-возьми меня. Сейчас, — не просит, приказывает Минхо.       А Джисон так хочет, у самого уже член болит, но...       — Ты не кончишь, кошка. Я физически не смогу так быстро двигаться, как делаю это пальцами.       — Кончу. Пожалуйста.       Джисон медленно выдыхает и поднимается, снова оказываясь между бёдер Минхо. Он быстро справляется с ширинкой, вынимая болезненно стоящий член, и приставляет головку к колечку мышц, понимая, что смазки хватит.       Минхо обнимает подушку, пряча в ней лицо, и глухо стонет, чувствуя, как вместо пальцев в него проникает член.       Джисон придерживает его за талию, начиная быстро толкаться. Он точно знает, что это не то же самое. Ещё в начале отношений, когда они экспериментировали друг с другом, Минхо тоже трахал его пальцами. Такой скорости достичь просто нереально.       Джисон всё равно очень старается, вбиваясь в хлюпающую дырочку. Он делает это так быстро и так долго, как только может, забивая на то, как потом будут болеть мышцы.       Джисон держится из последних сил, чтобы не кончить. Он сжимает кожу Минхо, наверняка, больно. Минхо в какой-то момент просто соскальзывает с его члена, подтягиваясь к изголовью кровати.       Блять.       Джисон до звёздочек жмурит глаза, собираясь извиниться. Он переборщил. На бедре Минхо точно будет синяк.       — Кошка...       У Джисона перехватывает дыхание. Минхо скулит не от боли. Он сжимается в комочек, тяжело дыша, потому что кончил. Он отстранился, потому что стимуляции было слишком много.       Джисон с силой стискивает головку члена в руке, изливаясь в кулак просто от мысли, что Минхо кончил. Без рук. От его члена. После пальцев.       Это пиздец.       Джисон сдавленно стонет, проводя ладонью по всей длине, и, тяжело сглатывая, ложится рядом с дрожащим Минхо, крепко обнимая его со спины.       — Мой чувствительный котёнок.       Минхо всхлипывает, приподнимая и опуская плечи, в которые Джисон его тепло целует.       — Мяу.