Театр.

Гул голосов, смех, обрывки монологов – коридоры театрального училища жили своей привычной творческой суматохой. Лучи софитов, пробивающиеся из приоткрытых дверей аудиторий, рисовали на потертом паркете длинные световые полосы. Лололошка шел быстрым шагом, нервно перебирая пальцами стопку исписанных листов. Его взгляд был устремлен вперед, но в глазах читалось напряжение – он явно что-то обдумывал, временами даже шевеля губами, повторяя про себя слова. За ним, сохраняя дистанцию в три шага, следовал Джон. Его движения были размеренными и точными – он шел, как по сцене, с той особой грацией, которую невозможно спутать ни с чем. Холодные серые глаза неотрывно следили за Лололошкой, а тонкие губы были плотно сжаты. Пальцы его правой руки слегка двигались, будто он мысленно отбивал ритм или вспоминал текст. "Интересно, сколько еще он будет делать вид, что я не существую?" – промелькнуло в голове у Джона, когда Лололошка резко свернул в сторону костюмерной. Внезапно перед Лололошкой возникла знакомая фигура. Это был Дилан. Старый друг Лололошки. Все такой же весёлый и добрый. – Лололошка, привет! – Дилан широко улыбнулся, его голос звонко разнесся по коридору, заставив пару студентов обернуться. Он стоял, расставив ноги в характерной актерской позе, одной рукой опираясь на косяк двери. Лололошка на мгновение замер, затем его лицо озарилось улыбкой. – Дилан! – Он сделал шаг вперед и крепко обнял друга, похлопав его по спине. – Где ты пропадал? Целую неделю как призрак! Дилан рассмеялся, отстраняясь, но не отпуская его плечо. – Да так, репетиции, кастинги... Ты же знаешь, как тут бывает. – Он оглядел Лололошку с ног до головы, затем бросил взгляд на Джона, который остановился в паре метров, делая вид, что изучает афишу на стене. – А у тебя что за мрачный тень? Лололошка невольно скривился. – А, это... Джон. Нас заставили сцену готовить. Дуэт. – Оу. – Дилан поднял бровь. – Ты же в курсе, что он... – Да, в курсе. – Лололошка махнул рукой, понижая голос. – Но это его инициатива. Он нас порекомендовал. Дилан присвистнул. – Ну, удачи тебе с этим. – Он снова обнял Лололошку на прощание. – Я бегу – если опоздаю на тренинги, Станиславский в гробу перевернется. – Давай, потом созвонимся! Дилан кивнул и скрылся в толпе, а Лололошка, вздохнув, резко развернулся и зашагал дальше. Джон, все это время притворявшийся незаинтересованным, медленно последовал за ним. "Он знает. И все равно согласился... Интересно." *** Костюмерная была пуста. Полумрак, запах грима и старых костюмов, зеркала, отражающие лишь пыльные лучи света. Лололошка зашел внутрь, позволив двери захлопнуться за собой, и прислонился к стене, закрыв глаза. – Черт... – прошептал он, сжимая виски. Текст. Им нужен был текст. А еще хоть капля взаимопонимания. Он достал из кармана помятый листок, начал что-то записывать – и тут же скомкал его. – Бред... Дверь скрипнула. Лололошка не сразу обернулся, но почувствовал, как по спине пробежал холодок. – Дейвисон, как репетировать без слов собрался? Голос был спокойным, но с едва уловимой язвительностью. Лололошка медленно поднял взгляд. Джон стоял в дверях, скрестив руки на груди. Его губы были тронуты легкой усмешкой, а глаза смотрели свысока – буквально и фигурально. – Харрис... – Лололошка напрягся. – Я как раз над этим работаю. – О, правда? – Джон сделал шаг вперед, его ботинки гулко отстучали по деревянному полу. – А мне показалось, ты просто тут стоишь и мечтаешь, чтобы все исчезло. – Может, потому что кто-то с самого начала саботирует процесс? – Лололошка не сдержался. Джон замер, затем медленно рассмеялся. – Саботирую? – Он покачал головой. – Я просто не привык работать с теми, кто считает себя гением, не имея на то оснований. Тишина повисла между ними, густая и тяжелая. Лололошка сжал кулаки. – Ты правда думаешь, что ты единственный, кто тут что-то понимает в актерском мастерстве? Джон ухмыльнулся. – Нет, не единственный. – Он сделал еще шаг. – Но точно единственный, кто не тратит время на пустые разговоры с приятелями, когда дедлайны горят. Дейвисон резко выпрямился. – О, извини, что осмелился пообщаться с другом! Может, тебе вообще запретить людям вокруг себя дышать? Харрис не моргнул. – Если это поможет сосредоточиться – почему бы и нет? Они стояли друг против друга, словно два дуэлянта перед выстрелом. Воздух между ними буквально искрился от напряжения. Лололошка первым нарушил молчание. – Ладно. – Он резко развернулся к столу и швырнул на него скомканный листок. – Вот мой вариант. Если он, конечно, достаточно хорош для великого Харриса. Джон медленно подошел, взял листок, развернул. Его глаза пробежали по строчкам. На лице не дрогнул ни один мускул. – Посредственно, – наконец произнес он, бросая листок обратно на стол. – Но работать можно. Лололошка застыл на месте, его глаза вспыхнули. – Посредственно? – Он сделал шаг вперед. – Да ты вообще... Но Джон уже повернулся к двери. – Завтра в девять. Не опаздывай. – И вышел, оставив Лололошку одного в полутемной костюмерной. Лололошка швырнул листок на пол. – Ах ты... За дверью Джон, прислонившись к стене, тихо усмехнулся. "Неплохо... Но может л̶у̶ч̶ш̶е̶."