Любовь, закон, корона

Екатерина Карловна Данзас всегда знала, что у нее есть истинный. К счастью только один, а не два, как у ее подруги Саши Пушкиной. Но поиски истинного были бы тщетными, вдобавок он никак не давал о себе знать. Принадлежность к особенно чувствующим людям определяется болью друг друга, которую испытывают истинные, но этот незнакомец был очень осторожен. То ли он старался всеми способами избегать травм, то ли чувствовал, когда его истинная – Екатерина – попадала в переделки и старался не ранить ее в ответ. В последнее время он был недоступен, и Катя совсем не знала, что делать. - Во Франции таких людей называют соулмейтами, - Иванка начиталась книг в публичной библиотеке и подлила масла в огонь. - Очень интересно, - вяло ответила Катя. – Это, конечно, очень поможет мне жить дальше. - Ну Катенька, не расстраивайся… Мы его обязательно найдем. - Не надо его искать, - буркнула Данзас, отвернувшись к окну, пока Иванка листала очередной талмуд, найденный в шкафу. – Мало ли, кем он окажется! Еще захочет запереть меня, как Бенкендорф запер Сашу! - Если бы хотел, уже давно бы нашел… - Спасибо, успокоила. - Не огорчайся, пожалуйста, - Иванка выпрямилась и серьезно взглянула на подругу. – Я поговорю с моими друзьями из Союза Спасения, и они что-нибудь придумают. А вдруг… - у нее загорелись глаза, - один из них – твой истинный? Нет, Катя отчаянно не хотела в это верить, и к тому же очень скептически относилась к сообществу, которое посещала Иванка под именем Ивана Пущина. Она боялась потерять еще одну подругу, но не хотела об этом говорить, боясь стать для Иванки кем-то вроде престарелой назойливой няньки. Но судьба распорядилась иначе. Однажды вечером Екатерина получила письмо от родителей, сообщивших ей известие, повергшее девушку в шок и трепет одновременно. Ее сердце замерло, дыхание перехватило, когда слуга вручил ей роковое письмо. Родители сообщали ей о скорой помолвке с неким Сергеем Романовским и выражали желание провести ее как можно быстрее. - Иванка, ты же знаешь этого человека? – впервые за долгое время голос Кати звучал не так твердо и уверенно, как раньше. – Ты несколько раз упоминала его в разговоре… - Да, - просияла та. – Может, он и есть твой истинный? Романовский... Как часто слышала она это от подруги... Сердце екнуло от неожиданности и страха. Что ждет впереди?  По Катиной спине пробежал холодок. Высокая и храбрая девушка с длинной черной косой вдруг стала опечаленной жертвой судьбы, у которой забрали выбор. Может, ей стоит послушаться Иванку и искать? Но найти истинного – задача не из легких, и придется потратить на это не один день. А господин Романовский… Одно дело читать о них в книгах и слышать истории от знакомых, другое – оказаться связанной узами брака с возможным бунтовщиком, чьи идеи могут стоить жизни. Теперь оставалось решить самое важное – готова ли она принять такую судьбу? - Почему именно он? – вырвалось наконец у Екатерины. – Ведь я совершенно ничего о нем не знаю... Иванка, присев рядом, нежно взяла ее руку и мягко улыбнулась. - Катя, вспомни наши разговоры о Союзе спасения. Возможно, он действительно тот самый человек, которого ты искала столько лет... Катя резко встрепенулась, понимая всю нелепость ситуации. Что ждало впереди? Романтика и борьба за справедливость или тихое одиночество и разочарование? Сердце Екатерины бешено колотилось, мысли путались, и страх сковал ее волю. Девушка была потрясена решением родителей, ведь брак с незнакомым человеком мог привести к непредсказуемым последствиям. Ей хотелось бежать прочь, скрыться от всего мира, но чувство долга и ответственности удерживали ее. - Нет, - решительно сказала Екатерина, поднявшись с кресла, когда Иванка ушла на собрание Северного сообщества, с беспокойством оглядываясь на подругу. – Я должна разобраться сама. Никто другой мне не поможет. Она схватила плащ и быстро вышла из дома. Уже давно стемнело, ночь опустилась на Петербург, улицы были пустыми и холодными. Лунный свет тускло освещал дорогу, по обе стороны от нее сгущалась мгла. Шагая по темным улицам, Екатерина думала о своей судьбе. Что ждет ее впереди? Любовь и счастье или страдания и разочарования? Разум боролся с душой, девушка надеялась найти правильный путь и не сбиться с него. Наконец, Екатерина остановилась возле старого особняка, принадлежавшего семье Романовских, осторожно подошла ближе, прислушиваясь к звукам внутри. Она хотела поговорить с Сергеем, которого ей прочили в мужья, но больше всего опасалась, что он не окажется ее истинным, а потом судьба сама столкнет ее с тем самым. И… что тогда? Внезапно дверь скрипнула, и из тени вышел высокий светловолосый мужчина с выразительными глазами. Его взгляд был спокойным, движения – уверенными, несмотря на внешние усталость и тревогу, - Кто вы? – спросила Екатерина, напрягшись и приготовившись защищаться. - А как зовут вас? – мягко поинтересовался он. - Екатерина Данзас, - следовало представиться первой, но что-то ей помешало. Мужчина молча смотрел на нее, изучая каждую черту лица. Затем медленно произнес: - Меня зовут Сергей Романовский. Я ваш будущий муж. Рад, что вы явились. Эти слова прозвучали словно приговор, лишивший Екатерину последней надежды на свободу выбора. Но что-то во взгляде Сергея заставляло ее задуматься. В нем было нечто большее, чем простое любопытство или расчетливость. Возможно, он тоже испытывал неуверенность и сомнения. - Но мы с вами не истинные, - тихо сказала она, подводя основной итог и стараясь сохранить спокойствие. Сергей покачал головой. - Все верно. Но у нас много общего, больше, чем кажется на первый взгляд. Каждая фраза слово звучало доброжелательно и искренне, Екатерина не могла избавиться от чувства тревоги. Она поняла, что решение о замужестве станет лишь началом долгого и сложного пути. Но также она и понимала, что едва ли когда-то встретит своего истинного, если ни он, ни она почти не травмируются и не дарят друг другу свою боль. Но также она осознавала, что, возможно, именно этот человек, далекий от идеального избранника судьбы, сможет подарить ей гораздо больше счастья, нежели мифический «истинный», которого никто не видел и не знал наверняка. В глубине души зародилась надежда, что вместе они смогут преодолеть трудности и обрести свое собственное счастье. Пусть даже это счастье будет лишено той трепетной любви, которую ей мог бы принести истинный. В конце концов, если смотреть на печальный опыт Саши Пушкиной, так даже лучше. Екатерина глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Сердце ее билось быстрее, но руки уже не дрожали – она успела набраться смелости. Перед ней стоял тот самый Сергей Романовский — мужчина, выбранный родителями в качестве мужа. Впервые увидев его глаза, полные мудрости и понимания, Екатерина ощутила странное тепло внутри себя. - Вы действительно согласны стать моей женой? – спросил Сергей мягким голосом, внимательно наблюдая за реакцией девушки. Катя молчала, погруженная в собственные чувства. Казалось, сердце разрывалось между долгом перед семьей и желанием свободы выбора. Однако, глядя в лицо Сергею, она вдруг почувствовала спокойствие и уверенность. Этот человек обладал качествами, которые привлекли ее внимание: сила характера и доброта. - Может быть... – решительно ответила Катя, и сделала шаг вперед. - Мы можем попробовать, - предложил Сергей, протягивая руку девушке. – У нас достаточно времени, чтобы познакомиться и полюбить друг друга. Катя замерла, размышляя над словами мужчины. В душе возникал новый образ жизни, полная неизвестности. Ее родители хотели видеть дочь замужней женщиной, а сами отношения с Сергеем могли создать гармонию и уют в семейной жизни. Но при этом придется забыть веселье и хмельную радость… или это уже ушло от нее? Сашу сослали в Михайловское, Иванка то служит под именем Ивана Пущина, то посещает сомнительные собрания. Она звала и Катю, но той не хотелось ни бунтовать, ни мешать свою жизнь с политикой. А хотелось вернуться к веселой жизни. Но это невозможно. Поэтому сейчас ей придется переступить через гордость и принять предложение. Наступило долгое молчание, которое Катя решилась нарушить. - Мне страшно, Сергей... Он улыбнулся, нежно взяв девушку за руку. - В этой тревоге нет ничего плохого. Но мы справимся. Теплое прикосновение рук придало Екатерине уверенности. Взгляд Сергея говорил о многом: заботе, поддержке и готовности принять ее такой, какая она есть. Осознавая это, Катя приняла важное решение. - Да, я согласна заключить с вами помолвку, - твердо заявила она, чувствуя покой и радость внутри. Лицо Сергея озарила светлая улыбка Их взгляды снова встретились. Сергей бережно взял Екатерину за руку, она не противилась. Так вдвоем они долго стояли рядом, ничего не говоря и понимая все без слов. - Вы не пожалеете об этом выборе, - Романовский заглянул в ее темные глаза. – Я сделаю все возможное, чтобы ваша жизнь стала счастливой. Екатерина кивнула, понимая, что этот выбор определит всю ее дальнейшую судьбу. Страх постепенно уступал место уверенности и надежде. Возможно, рядом с Сергеем она действительно найдет поддержку и понимание. Они пошли рука об руку по ночной улице, тихо беседуя на отвлеченные темы и смеясь. И понемногу Екатерина забыла о тоске и горечи, позволив светлому спокойствию вытеснить их из сердца. Насовсем ли?

***

Иванка Пущина, не привыкшая грустить и унывать, все-таки тяжело вздохнула, перечитав новое письмо от Александры. - Сашенька… - произнесла она умиротворенно, и почудилось, будто низкие облака за окнами чуть-чуть рассеялись, уступив место солнечному свету. Подруга писала о том, как невыносимо жить в Михайловском, и как она уже устала от повышенного внимания надзирателей и жандармов. Из-за того, что Бенкендорф – ее истинный, он поручил следить за каждым ее шагом. Сам отчего-то не мог часто выезжать из Петербурга, и Пущиной это не нравилось. «Лучше бы в свое имение съездил, - напряженно думала она, - чем следить за Северным сообществом…» Прохладная петербургская весна подкралась внезапно и превратила сугробы в мощные потоки мутной воды. Иванке не удалось выехать к Саше в Михайловское – слишком много дел оказалось на службе. А еще по уголовной палате, где она работала, заскользил коварный слух, будто один из служащих – переодетая женщина. Слава Богу, это быстро назвали мифом и развеяли по ветру. Сейчас, когда она числится в Северном сообществе под именем Ивана Ивановича Пущина, нельзя допускать даже тени подозрений до своей персоны. Задумавшись, Иванка не сразу услышала Катиных шагов. - Ты в порядке, милая? – обеспокоилась она, заметив, как обычно румяное лицо Екатерины побледнело, а под глазами залегли темные тени. - Я уезжаю, на год, - ответила Екатерина тихим голосом. – Скоро состоится моя помолвка с Сергеем Романовским. - А потом вы вернетесь в Петербург? - Верно… - И… - Иванка собралась засыпать подругу вопросами, но что-то ее остановило. – Послушай, что с тобой? Где моя веселая Катя? Пока я вижу только похмельного Модеста Корфа в парике! В лучистых глазах Данзас сверкнул яркий огонь, через минуту она не выдержала и громко рассмеялась. - Ну вот, - довольно сказала Иванка. – Теперь я вижу, что тебя не подменили. И подруги обнялись. Их объятие длилось долго, это согрело оба сердца. Когда они отстранились друг от друга, обеих окутало ощущение покоя и гармонии – даже несмотря на недавние невзгоды и страхи. - Спасибо, Ивушка, - шепотом поблагодарила Екатерина, улыбнувшись. – Что бы я без тебя делала… Иванка ласково погладила подругу по плечу, чувствуя, как душу тепло наполняет. - Всегда рада поддержать тебя, дорогая. Мы же сестры по духу! – прошептала она. – Жаль, что ты не сможешь поехать со мною к Саше следующей зимой. - Да, - вздохнула Катя. – Вернусь не раньше марта. Но ты передай ей привет. Девушки обменялись понимающими взглядами, веря в счастливое завтра.