Вечер

— Что, правда? — спросил Киаран. — Ну, а вы как думали? — отхлебнул кофе Вернон. — Мы думали, вы расстанетесь, и уже расстроились, — призналась Бьянка. — Ну так веселитесь обратно теперь! Свадьба ждёт, — лучезарно улыбнулся Иорвет. Кольцо смотрелось идеально. Ещё немного поболтав, Роше с Бьянкой вышли покурить на улицу. Эльфы остались в квартире. Выкурив треть сигареты, Вернон всё же спрашивает: — Поможешь мне, хакер? — Ну вот чуть что сразу хакер. — Конечно, — затяжка, — Сможешь женщину пробить? Кроме имени и внешности ничего больше не знаю. — Ты про эту недоначальницу? — Её самую. Саския звать. — Завтра днём наберу. Скажу, нашла или нет. — Спасибо. — Ага, бля, работать заставляешь, а у меня отпуск! — Ой, да ладно. Это не так уж и сложно. — Не сложно?! Так, ладно, я промолчу, — долгая затяжка и сигарета летит в мусорку. — Умница моя, — не сдерживается Вернон и взъерошивает ей волосы, докуривает свою сигарету и тоже выбрасывает, — А вообще, курить — вредно. — Да ты что. Не верю. — Я тоже. Один Киаран молодцом. Следующим днём трещит телефон. Роше нехотя поднимается, перелезает через спящего Иорвета, поцеловав того в щёку, берёт трубку и выходит на балкон. Пришлось обмотаться пледом. — Да? — мужчина не удерживается от зевка. — Чё, тоже спишь? — Да, сиеста у нас. — О, аж даже у вас, ну ничего себе. Давно это теперь вы? — Ты по делу, нет? Спать пойду, — Вернон мнёт шею, чтобы хоть как-то взбодриться, но вместо этого морщится от боли. На укусы Иорвет был щедр. — Нашла не Саскию, а Саэнсентессис, но по внешнему описанию один в один. Скину пару статеек, почитаешь. — Хорошо, спасибо. Что-нибудь интересное? — Судимость в Лок Муинне, и прям накануне суда начинается та знаменитая резня. От такой информации сразу расхотелось спать. Слишком интересный случай, на котором по счастливой — или не очень — случайности Вернон не присутствовал. Спасибо Фольтесту. — Хорошо, благодарю, отдыхай. В раздумьях Роше открывает свой потрёпанный ноутбук, садясь на край кровати. Читает долго, почти не отрываясь, пока не вмешивается проснувшийся Иорвет. Обнимает сзади, целует, лезет, трётся как кот, просит ещё немного поспать, в общем откровенно мешает. Ну как тут не согласиться полежать ещё немного? Иорвет маялся от безделья, накрыла его хандра. Живёт теперь у Вернона, уже все немногочисленные вещи принёс, расставил цветы, сделал ключи. Но всё равно заняться нечем. Мэт и Эйл всё звонят и звонят, болтают и болтают. Просят вернуться: «Мы глупые, Иорвет, не умеем мы кассу считать... Калькулятор? Не-е, мы такое не курим». И прочий бред, лишь бы посмеяться. Когда возвращается Ярпен, они написывают чаще. Но Иорвет больше не раздумывает. Он твёрдо говорит «Нет». Хотя тоже скучает. Делится с Верноном мыслями о том, что ему нужна работа, пока тот варит кофе. Роше смотрит на календарь, на время, на кофе. В итоге вздыхает: — Ладно. Допью и собираемся. Устрою тебя на работу. — Возьмёшь всё-таки к себе в участок? — Пф-ф, что ты, — смеётся он, но удостоверение берёт с собой, — У тебя плохая кредитная история. — Это было почти век назад! — В этом-то и дело, Иорвет, что она настолько плохая, что даже век спустя остаётся актуальной. — И что? Не возьмут только из-за неё? — Да возьмут, но Фольтест будет ржать над тобой ещё век вперёд, — Вернон взохнул и усмехнулся, — И надо мной. Просто потому, что я мы теперь почти мужья. Иорвет стоит в растерянности, когда они подходят к булочной. В ещё большей растерянности, когда Вернон зачем-то сравнивает иорветово кольцо с каким-то другим, которое в итоге и надевает. На вопросительный взгляд Роше поясняет: — Это кольцо будет, пока то не сделают. А устраивать я тебя буду в эту твою... булшную. — Серьёзно? Но там же... — Ни о чём не переживай, — заявляет Вернон с хитрой улыбкой, — Говорить буду я. Ты молчи и делай вид, что не при делах. Хорошо? — Хорошо... — неуверенно отвечает Иорвет и получает поцелуй в щёку. — Ну, вот и вперёд, — и Роше тянет его в булочную. Типичное кафе, если так посмотреть. Просто акцент на свежей выпечке и действительно натуральных продуктах. Но никого нет: разгар вторника. Одинокий колокольчик на двери всё звенит и звенит, когда они доходят до прилавка. Высовывается блондинистая остроухая голова. Вся в муке. Видя Иорвета, эльф сразу улыбается и радостно приветсвует. Судя по голосу, это Эйл. Роше вежливо просит позвать управляющего. Эльф, кажется, догадываясь, кто перед ним, без лишних вопросов уходит. Приходит вместе с краснолюдом. Из-за двери на кухню выглядывает высокий остроухий брюнет. Мэт. Рядом к нему присоединяется Эйл. Мысленно Вернон всё же задаётся вопросом, как же звучат полные имена этих эльфов. — Иорвет! — буквально громыхает краснолюд и пожимает эльфу руку, — Рад, весьма! — Взаимно, Ярпен! — Возьмёте его обратно? — спрашивает Роше без лишних церемоний. — Конечно! — расплывается в ещё большей улыбке Ярпен, — Бумаги те... — А я не возьму, — раздаётся вдруг высокий женский голос с той стороны, откуда вошёл краснолюд. Все присутствующие сразу стушевались. Ну, кроме Вернона. Тот, без стеснения оглядывая вошедшую женщину, совершенно спокойно поворачивает голову в сторону двух эльфов и спрашивает: — У вас есть офирский кофе? Без молока, без сахара, без всего? — Есть! — хором отвечают эльфы и без вопросов удаляются. — И почему Вы, позвольте узнать, не возьмёте к себе этого молодого эльфа? — заинтересованно обращается Роше к женщине, опираясь рукой о стол, — Мне казалось, всегда найдётся место для лишних рук? — Боюсь, конкретно этот эльф будет некомпетентен. — Да? — Вернон придирчиво оглядывает ничего не понимающего Иорвета, — Да не сказал бы. Руки есть, ноги есть, голова на месте. — Боюсь, с воспитанием проблемы. — А-а, ну это серьёзно, да, — предельно сосредоточенно кивает Роше, — Но, позвольте, ведь я говорил с милсдарем Ярпеном о работе, а не с Вами. — Милсдарь Ярпен с завтрашнего дня не работает, — улыбается женщина, — Я буду вместо него. Мэт подаёт кофе, но расчитывать не спешит. Только с вопросом смотрит на человека, и что-то в чужих глазах даёт понять, что всё под контролем. Без лишнего шороха эльф встаёт снова рядом с Эйлом. — Вот как, — слегка удивляется Роше, — И что не так? Тоже беда с воспитанием? Краснолюд за спиной женщины старается не смеяться. — О, что Вы, тут другое. Нет хотя бы истории о домогательствах на рабочем месте. — Домогательствах? — только Иорвет понимает, что узумление наигранное, как и всё до этого, — Неужто Вы об этих красавцах? Вернон показывает на Мэта и Эйла, потом на Иорвета. Женщина заговорщески кивает. — О нет, — вдруг говорит Роше, — Только не говорите, что Вы стали жертвой их... Невоспитанности? Ну, знаете, как бывает у эльфов... А как Вас зовут? Пока он это говорил, женщина активно кивала. И представилась Саскией, протянув руку для рукопожатия. Потом начала откровенно жаловаться на "некомпетентный персонал", "полную антисанитарию", "небезопасное размещение запасных выходов" и подобную чепуху. На всё сказанное Вернон с максимальной серьёзностью кивал, а Иорвет, Мэт, Эйл и Ярпен активно играли в гляделки. У каждого по очереди округлялись глаза от услышанного, а иногда они просто пытались не засмеяться и бросали удивлённые взгляды на Роше, держащегося из последних сил. До краснолюда и двух эльфов уже дошло, кем был этот человек. Когда Саския закончила, она, опомнившись, спросила: — А Вас-то как зовут? Кем Вы будете? — О да, боже, где мои манеры, — Вернон определённо заслуживал какого-нибудь «Оскара», — Во-первых, меня зовут Вернон Роше. Они ещё раз обменялись рукопожатием. — Во-вторых, думаю, я могу помочь со всеми Вашими проблемами, — Роше протягивает ей своё удостоверение. Саския, изучая документ и видя такой расклад, вдруг заговорщески улыбается Вернону, а сама с превосходством окидывает взглядом трёх эльфов и краснолюда. Пока никто не видел, Роше потихоньку взял правую руку Иорвета и согнул на ней все пальцы, оставив безымянный оттопыренным. — Ну, и в-третьих... Когда Саския вернула к нему своё внимание, Вернон одновременно показал и свой, и иорветов безымянные пальцы правых рук. На обоих были белые узорчатые кольца. Эйл и Мэт со странными восторженными звуками прикрыли рты руками. Брови Ярпена поползли вверх почти к волосам. Саския, когда до неё дошло, тоже закрыла рот рукой и тут же покраснела. Иорвет немного смутился, но Вернон Роше ликовал. На его ухмылке так и было написано: «Выкуси, сучка». Поняв, что к чему, Саския неловко протягивает ему обратно удостоверение личности. Но вместо него её хватают за кисть и резко, сильно тянут вперёд. Улыбки на лице Роше как и не бывало. В мгновение ока взгляд стал жёстким и пронзительным, а лицо таким чудовищно невозмутимым, что даже со стороны выглядело жутко. Он склоняется и шепчет ей в самое ухо: — Ах, "подвинется", значит? О нет, боюсь, не в этой жизни. Саския нервно сглатывает и молчит. Вернон зловеще продолжает: — А про Лок Муинне ты помнишь? Знаешь, по-моему, тогда ты ушла от заключения только потому, что меня там не было. А жаль, я, поверь, очень хотел там побывать, да вот по личным причинам не смог. Женщина пытается вырвать руку, понимая, что теперь она в ловушке. Но Роше вдруг отстраняется и очаровательно улыбается: — Дай угадаю? Ему, — он указал другой рукой на Ярпена, — ты пообещала огромный долг за эту булочную, если он не уволится. Им, — рука указала в сторону блондина и брюнета, — наговорила про тюрячку за воровство или чего хуже. А вот ему, — Вернон показал на Иорвета за своей спиной, — срок за домогательство. И всё ради этого помещения. Но, тц-тц-тц, кому-то не везёт. — Чего ты хочешь? — рискует спросить Саския. — Что ты! Я? О нет, я ничего не хочу. А вот остальные может быть. Давай так, — Роше забирает своё удостоверение, но чужой кисти не отпускает, — Сегодня я добрый полицейский по трём причинам: у меня отпуск, здесь вкусный кофе, а через два дня у меня свадьба, — он деловито полюбовался кольцом и спокойно продолжил, — Вот как поступим: я тебя отпускаю, а ты собираешь свои манатки и пиздуешь туда, где я не смогу тебя увидеть. Далеко и надолго. И желательно, чтобы с использованием такого шанса. Шанса исправиться. Говорил Вернон довольно убедительно, Саския потихоньку начала кивать. Роше кивнул в ответ и отпустил, дав ей возможность быстро умчаться за своими вещами. Иорвет понимал, что где-то подвох, но не мог въехать, где именно. На немой вопрос Вернон только пожал плечами, приподняв брови. Как только Саския выбежала на улицу и замерла, решая, куда направиться, Роше издевательски помахал ей и незаметно вытащил свой телефон. Только женщина начала идти, сразу набрал номер. — Тринадцатый? Ты на посту? Отлично. В твою сторону идёт женщина, чёрная юбка-карандаш, белая блузка, чёрный пиджак, с дипломатом. Чего? Да с чемоданом, кейсом! И с глубоким... как его... Декольте, точно! Короче. Поймай и к Фольтесту сразу. Он знает, кто она. В смысле? Скрутил и потащил, что, в первый раз что ли? А он пусть позвонит мне потом. Положив трубку, Роше закусывает губу. В наступившей тишине говорит: — Мне так нравится наивность преступников. У неё уже был шанс исправиться, прям сразу после Лок Муинне. И в итоге она его просрала. Блин, — вдруг спохватился Вернон и посмотрел на Иорвета, — Фольтеста же тоже позвать нужно на свадьбу. Он ж мне как... отец. — Ну... Позовём, хорошо, — немного рассеянно кивает эльф. Тут же к Вернону подлетают взбудораженные Мэт и Эйл, сердечно благодарят, хвалят его актёрское мастерство, даже от объятий и рукопожатий не сдерживаются. Потом также подлетают к Иорвету, смотрят кольцо, поздравляют их двоих и что-то шепчат их остроухому соратнику на Старшей Речи, не стесняясь подмигивать. Роше сделал вид, что ничего не понимает, но румянец всё же проступил на его щеках. Когда подходит Ярпен, то с недоверием спрашивает у Иорвета: — Что, правда муж твой? — Правда, — улыбается Иорвет. Краснолюд кивает и протягивает человеку руку: — Ярпен Зигрин. — Вернон Роше, — и пожимает руку в ответ. — Хороший ты мужик, Вернон! Эй, балбесы! — кричит Зигрин тихо уходяшим эльфам, — Ему кофе бесплатно делаем! — О-о-о, это ты зря, Ярпен, очень зря, — тянет Иорвет, качая головой, — Ты разоришься, я отвечаю. — Хорошему мужику — хороший кофе! Я всё сказал! Завтра на работу, и чтоб как огурчик! А нет, ладно... После свадьбы! Понял? — грозит ему пальцем краснолюд и удаляется восвояси. Вернон и Иорвет медленно переглядываются, оставшись одни. Потом не выдердивают и чуть ли не лопаются со смеху. Но кофе правда был хороший.