Красная нить судьбы. Часть 6. Учение - свет! А неучение - пустая голова...

                   — Я вам исчё ведёрок принёс! — объявил Лаимм, просачиваясь в теплицу.       — Ведёрки! — Стив припрыгал к диде, протягивая ручонки. — Давай! Я возьму!       — Ня! — Лаимм передал вёдра малышу и оглядел народ. Робят! Важнюче покивав, Лаимм посеменил дальше дела делать, прихватив с собой полное ведро с помидорами.       Так как Сяо ростом повыше, он собирал помидорки с верхних веток, оставляя те, что пониже, детям. Малышня так радовалась тому, что помогала, просто не передать словами. Такими солнышками светились!       Но!       Немного вернёмся к началу…       Первыми в теплицу, всё ещё хранящую тепло, Сяо впустил детей, а потом уже и сам зашёл. Стив и Мэйлиан держались за ручки, пялясь на частые красные «точки» среди густой зелени. Смотрелось красиво! Как шарики на ёлочке! Когда Стив так и сказал, а Мэйлиан поддержал частыми кивками, Сяо не сдержал смешка. Дети! Такое придумали, что только умиляться и остаётся.       Как посмеялись, так за дело и взялись! Робить же надобно!       Сяо взял ещё одно ведро. Подсказал опыт прошлых лет. Потому что одно ведро под самые большие помидоры. Второе под средние, какие Лаимм чаще всего использовал для закруток. Третье под маленькие — их Лаимм обычно вялил. Такая вкуснота получалась! Наделает несколько маленьких баночек, а потом едят всю зиму! Тут Сяо не выдержал и вздохнул. Потому что, когда Лаимм наделает до хрена закруток, а потом как раздаст часть друзьям, так там Хестан что только в этих самых друзей ядом не плевался. И плевать, что взамен за это Лаимм получал для себя нужные штуки. Иногда полезные, а иногда… Они все полезные! Сладкое всегда идёт в сердечко! Миллиат как-то выпросил пару баночек, а из стекла ничего предложить не смог. А раз помидорки хочется, то надо постараться! Вот и заказал у знакомой торт в виде единорога с крылышками. Бартер! Хестан недоволен. Лаимм счастлив. На этом всё! Хестана же продолжало бесить, что любимый Пиражуничка на всех пашет! А эти все не ценят! Никто так и не понял, как конкретно нужно ценить то, что делал Лаимм. Спасибо сказали, в обмен что-то дали, готовку нахвалили…       Единственный, на кого не ворчал Хестан, так это Элон. Ангел прямолинейно заявил, что за то, что семейство Хао и приближённые к ним наглейшим образом посещают его больницу, влезая вне очередей и получая весь спектр услуг, должны его кормить до самой пенсии. Чьей конкретно пенсии, непонятно, но так и заявил. Ну и на Мортиса больше не наезжал. Потому что тушканчик навзрыд разрыдался, что демон такой злой и страшный. Хестан там и от Лара получил, и от Пиражуни. И от половины семейства. Обижает маленького плодоносяшку! Но даже эти факторы не заставили Хестана поменять своё мнение и каждый раз, как только еда покидала дом в чьём-то пакете, а то и коробке, он начинал свою «песню».       — Какая! — Стив оторвал большущую помидору и показал остальным. Помидорина еле-еле помещалась в ладошках ребёнка, она оказалась загнута, будто пыталась стать пончиком. Выглядело реально забавно. Это как морковка с ножками!       — Ого! — восхитился Сяо. — Огромная какая!       — А чего она такая загнутая? — спросил Мэйлиан, осторожно тыча помидору пальчиком. — Кто её так погнул?       — Никто не гнул, — рассмеялся Сяо. — Выросла просто такая. Ты же вот такой вырос! — он ткнул сынишку пальчиком в нос.       — А почему я такой вырос? — Мэйлиан забавно свёл глазки в кучку, а потом большими глазами на мапу уставился.       — Это мы у тебя должны спросить, — с важным видом сказал Сяо.       — У меня?! — непонятно чего испугался Мэйлиан. — Я не знаю! — заволновался он, грозясь расплакаться.       — Нашёл из-за чего переживать! — воскликнул Стив. — Я ваще вон, ушастик какой! — и он раскрыл крылышки и снова прижал к голове. — Дида говорит, нас родители такими слепили! Что мы от каждого что-то да взяли! Особенно берём от мапуличек много, когда в животиках растём, — Стив сделал важный вид, типа: вон чего я знаю!       — Я всё-о верну-у-у! — разревелся Мэйлиан, обнимая мапу за талию.       — Зверь! Мэйлиан, ну ты чего?! — воскликнул Сяо, растерявшись. — Перестань, — мягко попросил он, доставая из кармана салфетки, вытирая сынишке слёзы и помогая высморкаться.       — Ты чего расплакался-то? — удивился Стив, складывая помидору в ведро. — Дида говорит, что мы от родителей берём много витаминок! Поэтому дида часто готовит специальные лекарственные компотики и поит ими наших мапулек, чтобы они быстрее восстановились! — с та-а-аким важным видом произнёс Стив, вытягивая указательный пальчик одной руки и упирая кулачок другой в бок, что Сяо с большим трудом подавил желание рассмеяться: ещё обидит!       — Правда?! — Мэйлиан с недоверием уставился на друга, мило прижимая ручки к пухлым щёчкам.       — Дида обманывать не будет, — примирительно произнёс Сяо, пряча салфетки. — Ну что, давайте вернёмся к работе? А то не получим от диды вкусного ужина!       — Почему, когда ты сам что-то делаешь, это гораздо вкуснее? — спросил Стив, смотря на ещё не собранные помидоры. — Теплицы такие длинные! Почему диде всегда мало того, что у него уже есть? — и он уставился на Сяо, как на единственного взрослого среди них.       — Ну, если начинать отвечать с первого вопроса, то на самом деле ответ есть в самом вопросе: потому что ты сам это что-то делал. Ты знаешь, что ты старался, находил какие-то ресурсы, тратил время. Обидно, если твои старания обесцениваются, — поучительно произнёс Сяо, возвращаясь к сбору урожая. — Ну а насчёт огорода и Лаимма: он лесной эльф. А у них огородничество в крови. Они не чувствуют себя полноценными, счастливыми и нужными, если у них нет земли, на которой они что-то сажают и выращивают. Если у них нет семьи и не за кем ухаживать и поддерживать. Они очень зависимы от этих двух факторов. Они могут достаточно долго жить, имея что-то одно, но рано или поздно начинают гаснуть без второго. Поэтому у лесных эльфов обычно очень большие семьи. И огороды!       — Дисперсия! — неожиданно выкрикнул Мэйлиан, испугавшись самого себя, и испуганно уставился на мапу.       — А при чём тут она? Вам ещё рано такое изучать, — опешил Сяо, поворачиваясь к сыну.       — Дида говорил, что если что-то не так, то наступает дисперсия! — выпалил Мэйлиан и опять огромными испуганными глазами на мапу вылупился. И видно, что он боится, что его ругать будут, затрясся весь, глазки намокли, а ушки прижались к голове.       — А что это такое? — спросил Стив.       — Это вы где-то в седьмых или восьмых классах будете изучать, а, может, и раньше, — пожал плечами Сяо. — Просто это относится и к математике, и к химии, и к физике, и к биологии, и у каждого предмета своё понятие. Но, как я предполагаю, Мэй, ты говоришь о депрессии.       — Дя! — Мэйлиан радостно подпрыгнул, а Стив опять в него вцепился, опасаясь, что друг куда-нибудь улетит. Прыжки у Мэйлиана иногда бывали слишком сильными!       — Депрессия — это такое подавленное состояние, когда случилось что-то нехорошее, — задумчиво проговорил Сяо, не совсем понимая, как объяснить это состояние наполненным положительной энергией детям.       — А у Реваса депрессия? — неожиданно полюбопытствовал Стив, сквозь листву всматриваясь вдаль на качели.       — Не совсем, — рассмеялся Сяо. — У него просто лень.       — И мы же ленимся! — опять испугался Мэйлиан. — Надо работать! — и он кинулся дёргать помидоры. — А то ещё дида обидится и не будет нас кормить!       — Ты только дёргай осторожнее, а то помнёшь, — предостерёг Сяо, не став заканчивать мысль, что дида за это и по жопе может дать.       Мэйлиан сначала ужаснулся, открыв рот, сморщив нос и сведя брови к переносице — крайне странная и непонятно что выражающая эмоция. А стоило Стиву его «разбудить», как они, обсуждая школу, снова взялись за дело.       Сяо в разговор детей вслушивался внимательно, но старался быть незамеченным. А то мало ли! Стив жаловался, что Джеймс всё играется в игры на телефоне вместе с Саарном и не зовёт его. Мэйлиан же говорил, что им надо внимательно слушать учительницу, потому что она рассказывает что-то нужно-важное. На что Стив начал тихо сетовать, что учительница странная, что она периодически странно повышает голос, будто эмоционально восторгается. Ещё бы понять, чем конкретно. И что она, бывает, начинает петь, а то и плясать, вырисовывая на доске всякие-разные разности. Как понял Сяо, «разные разности», в понимании детей, это какие-то примеры, что учительница, коя по совместительству ещё и их классная руководительница, берёт из учебников и пишет на доске, чтобы наглядно объяснить. Ну и как помнил Сяо — учительница та ещё странная личность. Хестан же сказал: она фанатик своего дела! Откровенно Сяо такое поведение преподавателя несколько пугало. Оно крайне странное! Понятное дело, что так она пыталась вовлечь детишек в уроки, сделать занятия как можно интереснее и запоминающимися. Вот только это не всегда срабатывало. Хотя, судя по всему, Мэйлиану это очень нравилось, когда как Стиву нет. Сколько существ, столько и мнений! Каждому угодить невозможно.       Разговор детей с учительницы и уроков перешёл сначала на друзей, а потом на девчонок. Тут Сяо обратился в слух. Как оказалась, та задиристая доминантная девочка всё так же пристаёт к мальчишкам, а те не молчат и дают сдачи. И Сяо очень не понравилось, что Мэйлиан пожаловался, как она его обзывает: тут Стив заверил друга, что остальные за него готовы вступиться и поколотить несносную девчонку. Мэйлиан смущённо захихикал, а Сяо расслабился — друзья это сила! Даже гордость брала, что у него так много надёжных друзей!       — Ой! — воскликнул Мэйлиан, уронив помидорку. — Ты куда покатилась?! Быстро вернись!       — Лови её! — затопал на месте Стив. — А то червячки украдут!       — Ой-ой-ой! — заойкал Мэйлиан. А потом как пискнет: — Я застрял!       — Какие же вы забавные, — рассмеялся Сяо, присаживаясь и помогая сыну выбраться: в листве подзастрял, а из опасения, что что-то сломает, не стал дёргаться.       — Мапа, я напугался! Это не смешно! — надулся Мэйлиан.       — Ох, Мэй, — Сяо чмокнул сына в щёчку. — Давай, прекращай бояться всего и сразу. Надо быть смелым, чтобы уверенно шагать вперёд!       — Куда вперёд? — напрягся Мэйлиан, делая эти свои огромные глазищи.       — По жизни, сынок! — Сяо легонько стукнул Пончика по носику.       — Мы ему поможем! — заверил Стив, воинственно сжимая кулачки.       — Но он и сам должен уметь за себя постоять, — улыбнулся Сяо.       — Я буду стараться! — слезливым колобочком надулся Мэйлиан.       Крепко-крепко обняв друга, Стив подтащил ведро поближе, и они снова взялись снимать помидоры. Вёдра постепенно заполнялись. Бегающий туда-сюда Лаимм заглянул к ним, одобрительно покивал, схватил полные вёдра и убежал в сторону дома. Наверняка чтобы разложить овощи по местам.       Какое-то время работали то молча, то переговариваясь, то подпевая колонке.       А потом случилось это!!!       Полный ужаса вопль Оливия!       Сяо вихрем вылетел из теплицы, готовый бежать и спасать ребёнка. Он даже не заметил, что снёс ведро и помидоры рассыпались по земле. Вцепившиеся друг в друга мальчишки остались стоять на месте.       — Что у вас?! — спросил Сяо, подбегая к брякнувшемуся на землю оленёнку. — Оливий, что с тобой?! Тебе плохо?! Лаимм, что ты стоишь?!       — Алиффка, ты чу так блажишь? — Лаимма такой вопль оглушил.       — Дида, за что ты со мной так?! — жалобно всхлипнул Оливий.       — Что у вас? — Рэйкс резко затормозил. — Элона вызывать?       — Никаво нинада звать! Алиффка гусиничку испугался, — вздохнул Лаимм, демонстрируя свернувшуюся колечком гусеницу на ладони.       — Так она же маленькая! — пришедший Стив сунул нос на ладонь и осторожно потыкал насекомое пальчиком. — Оливий, ты чего?       — Оно так страшно палочкой сделалось! — заплакал тот. — А дида мне его взял и на палец нацепил! Дида, ты злодей! — заявил Оливий, не в силах встать на трясущиеся ножки.       — Кто-то трусишка, а дида виноват, — крякнул Стив. Он поглядел на гусеничку и сцапал её, положив на свою ладошку. Полежав, насекомое развернулось и делая характерные волны тельцем медленно поползло к пальцам. — И чего с ней не так? — Стив показал гусеницу Оливию, а тот опять побледнел весь. — Не страшная же! Гляди какая! Зелёненькая! Ползёт куда-то. Дида, куда она ползёт?       — Дык на свободу, — Лаимм подставил контейнер, куда скинул несчастную гусеницу.       — Злодеи! — разрыдался Оливий и бегом убежал домой.       — Довели ребёнка, — протянул Рэйкс.       — Дела! — Лаимм почесал затылок. — Пошёл успокаивать! — и он, поставив чашку с насекомыми на скамейку, почапал в особняк.       — С каких пор Оливий так насекомых боится? — растерялся Иллиан.       — Не знаю, — развёл руками Кристан.       — А помните, как он за мухой вместе с котами бегал? — шепнул Кристофер.       — Видимо, муха не настолько страшная, — так же отозвался Абелас. — Но напугал он капец как! — он похлопал себя по груди и вцепился в руку Иллиана, на всякий случай готовясь прятаться за него. Вдруг кто-то напрыгнет! Гусеница та же…       — Да уж, — неодобрительно поморщился Хэльмир.       — Перестань! — возмутился Иллиан. — Это ребёнок! Совершенно нормально, что он чего-то испугался!       — Некоторые и в зрелом возрасте чего-то боятся! — парировал Хэльмир.       — А кто-то кому-то может по башке дать за то, что он ребёнка осуждает! — пригрозил Иллиан, и Кристан встал поближе к нему, как бы намекая старшему брату, что их больше.       — А мне чью сторону принимать? — растерялся Стив, смотря то на отца, то на дядей.       — Лучше в сторонке постой, — посоветовал Рэйкс. — А ещё лучше! — повысил он голос, — вернитесь все к работе!       — Ну я же поспать пришёл! Чё вы все орёте?! — Ревас, хныча себе под нос, прошёл мимо, исчезая в особняке.       — Такие проблемы прям, — округлил глаза Кристан.       — Реально, давайте дальше работать, — вздохнул Сяо.