Глава 125
13 июля 2026 г., 04:43
— Ишь! Грит, робить ему надобно! На дитё времечко нету, — уперев кулачки в бока и сердито нахмурившись прошептал Лаимм.
— Я говорил, у меня много работы, поэтому я попросил тебя помочь и приглядеть за моим Котёночком!
И как начали они спорить-ругаться! Народ в холле и так молча стоял, а тут и вовсе притих, боясь вздохнуть лишний раз, опасаясь, что от маленького-миленького Пирожочка, а то и Мышоночка как прилетит! Забавно на них смотреть: они же одного росточка. Почти одного телосложения, ну Лаимм малость попухлее. Зато у Миллиата его вечно сползающие очки. К слову, из-за того, что Мышоночек ругался с Пирожочком, иногда очень рьяно жестикулируя, очки не просто сползли по носу, но и упали с него. Лаимм среагировал побыстрее, почти схватил очки, но тут дёрнулся Миллиат, нечаянно шлёпнув по рукам друга, отчего тот чуть не выронил очки, несколько раз подкинув их: выглядело так, будто они горячий пирожок подкидывают.
— Намана? — Лаимм осторожно надел очки на Мышоночка, поправляя ему волосы.
— Намана! — кивнул Миллиат, и очки снова съехали на край носа.
— Мож, у них дужки ослабли? Давай Манюничке дадим, он посмотрит. Он умеет! Он рукастый!
— Не знаю, вроде нормально всё.
— Да де ж намана? Спадывают и спадывают сё! Надобно поглядеть! А то потеряшь ещё!
— Ну ладно тебе, чего ругаться-то?! — шикнул Миллиат, привычно поправив очки.
— Дык как ни ругаца, как ни ругаца-то?! Вы жи ничиво сами не делаити! Вот и пиходица ругаца! — Лаимм Мышоночка под руку взял и увёл в столовую, где сидели некоторые из домочадцев: правильно, чего всей толпой в холле торчать. Пока одни гостей встречали, другие быстро на стол накрывали!
Оставшиеся проводили их взглядами, а потом начали переглядываться. Джек и Джейкоб, наблюдающие за своим мапуликом с круглыми глазами, даже не сразу от места отлипли. Пришлось Маркусу их подтолкнуть. Потрясения какие!
— Чего вы так долго-то? — проворчал Хестан: понятное дело, что он гостей не встречал. Заняв своё законное место во главе стола, он не пошевелился ни когда пришли гости, ни когда народ на стол накрывал. Иллиан его лентяем нарёк. Отец на сына поглядел как на дурочка, но ничего не стал говорить. Он даже промолчал, когда Рэйкс над этим угарнул. Дети!
— Пашто долго? — не понял Лаимм. — Намана сё!
— Да папа просто лентяй! — припечатал Иллиан. — Привет! — Он помахал гостям, указывая на приготовленные им поближе к мапуле местам, — присаживайтесь!
— Привет, кому не привет! — отозвался Миллиат, приземляясь рядом с Лаиммом: потом сел сыночек, а дальше муж. — Наготовили-то опять! — Покачал он головой. — Ага! — Миллиат вылупился на запеканку. — Сделал всё-таки! — Он с подозрением уставился на шмыгнувшего Пиражуню.
— А чу не так-то? Лопанькайте до полных пузикафф и спати айдати!
— Как спать?!
— Ура, спать!
В голос выкрикнули Абелас и Ревас. Народ уставился на детей, переводя взгляд с одного на другого.
— Играть же! — надулся Абелас.
— Бегать! — навострился Оливий.
— Уроки делать, — припечатал Сяо, и бедных детишек перекосило.
— Да мы половину дня эти уроки делали! — возмущённо заголосил Ревас.
— Ничего не меняется, — тихо рассмеялся Кентрис.
Реваса от возмущения шариком так и раздуло. Он даже кулачками воздух побил. Всё, проходит его спокойствие… Абелас ткнул пальчиком в графин с водой, а потом указал на Реваса. Но водичка осталась на месте.
— Не подставляй меня! — шёпотом заругался он не то на графин, не то на воду в нём.
— Э-э… Капыточка, а что ты делаешь? — спросил Вэйлан, подёргав сына за ушко, а тот, встрепенувшись, сел ровнее, делая невинный вид. — Сыночек, — с укором протянул Вэйлан, сообразив, что тот пытался сделать.
— Ну а чего он?! — забавно скрестив руки на груди и вжав голову в плечи, Абелас надулся обиженным колобочком.
— Ну не бить же сразу! — шепнул Карас, наклонившись к сыну.
— Немного-то можно, — Абелас сделался ангелочком, глянув на папу. Папа не мапа! Сразу ругаться не будет!
— Не! Нельзя, — Карас приобнял сына, чмокнув его в макушку. — Не будь хулиганом! Хорошо?
— Я очень постараюсь!
— И в школе так же будешь?
— Папа, там невозможно быть скромняшечкой! — уверенно заявил Абелас.
— Это ещё почему? — удивился подслушивающий их Вэйлан.
— Потому что школа — это опасное место! Там надо друзей защищать! Чтобы никто не посмел их обижать! — Абелас даже воинственно кулачки сжал.
— Капытка, ты же плодоносяшка, — подметил Карас.
— И что? — искренне не понял Абелас, уставившись на отца огромными ничего не понимающими глазищами. Ровно так же на мужа вылупился и Вэйлан: так-то плодоносящие могут такого прописать, что доминант кости не соберёт!
— Плодоносящие очень милые и нежные создания! — уверенно сказал Карас, подкрепляя свои слова кивком.
— На диду нашего глянь, — как бы между прочим протянул Вэйлан: так как у каждого за столом велись свои беседы, что весьма без проблем перекрикивал Лаимм, то на их троицу никто внимания не обращал.
— Я понял… — не то чтобы Карас имел в виду, что плодоносящие ни на что не способны: их в стражах хватает. И пусть их основная масса занималась какой-то бумажной работой, но есть такие, как его собственный супруг, идущие в бой в первых рядах. Карас имел в виду, что плодоносящие, несмотря ни на что, более нежные. Более милые! Может, на что-то Карас смотрел старомодно, но всё же он предпочитал видеть плодоносящих на кухне, а не в бою. И это опять же не потому, что он считал их слабыми и ни на что более не способными, он считал, что главная миссия плодоносящих: выносить, родить и воспитать ребёнка. Это ввиду того, что у доминантов привязка к воспитанию гораздо слабее. Но, несмотря на свои взгляды, он не собирался препятствовать, хотя и продолжал надеяться, что любимый найдёт своё предназначение в чём-нибудь другом. Например, как Лаимм с его вязанием, или как те же Сяо, Иллиан и Кристан. Может, постараться получше и детей ему побольше?..
— Поухаживай за своим плодоносяшенькой! — мило хихикнул Абелас. — Поклади, пожалуйста, мне кусочек печёночного пирога и налей куриный супик! — Он миленько захлопал ресничками. Ну настоящий плодоносяшенька прям! — И чаёк фруктовый! И лепёшеньку сырную! — Абелас сделался совсем ангелочком. Вэйлан там подхихикивает над мужем!
— Как скажешь, — рассмеялся Карас, берясь выполнять просьбу сына, складывая порезанный небольшими квадратами печёночный торт на блюдечко, наливая суп в небольшую пиалу, ибо когда хочется попробовать всего и побольше, приходится кушать маленькими порциями. Рядом на салфеточку Карас положил кусок сырной лепёшки, причём специально оторвал корочку, забирая себе, оставляя сыну более мягкую сырную сердцевину. Вэйлан даже умилился от такой заботы. А Абелас навострился, что кушать уже можно! Правда, до еды он так и не дошёл. Потому что там дид опять начал кренделя выписывать…
— Папа, а можно мне ещё мантик и пару пельмешек? — попросил Абелас, хватая столовые приборы, готовясь есть супик.
— Конечно! — Карас взял ещё одно блюдечко, накладывая из общих тарелок мант поменьше и несколько пельменей. — Ты о салатах не забывай, пожалуйста, — попросил он и сам пододвинул сыну пиалу с овощным салатиком.
Так вот, дид!
— О! Кстати! — всполошился Джек, сунув руку в свою сумку через плечо. Они в целом пришли не с пустыми руками, купив тортик и несколько контейнеров с пирожеными. Одним-то на такое семейство не обойтись! — Я твою просьбу выполнил, — он достал какую-то баночку и, поднявшись с места, поставил её на стол, поближе к Лаимму.
Что тут началось! Никто и слова пикнуть не успел, как Лаимм, — на самом деле в этот самый момент все оборвали свои разговоры, — схватив банку, стартанул с места, запнулся на ровном месте и растянулся. Несчастная баночка выпала из рук и покатилась подальше. Лёд даже подошёл понюхать её. Пыхтя и чего-то паникуя, Лаимм подскочил на ножки. Хестан буквально чуть-чуть не успел его перехватить. Сложно не догадаться, что это за баночка такая! Добравшись до «контрабанды» ползком, Лаимм с ходу открыл баночку, — напугал Льда, что тот аж к Ревасу убежал: ага, спрячет он его, как же! Там и коты в рассыпную, а то хозяюшка этот сшибёт и не заметит!
— Не смей! — рявкнул Хестан, подрываясь на ноги.
Лаимм посмел! Ещё как! С ходу большой глоток сделал! Причём лёжа. Банку задрал. Но от мужа пришлось откатиться, потому что он начал руки распускать. Шалун! Лаимм как на спине оказался, так энергетик весьма свободно полился в открытый рот. Хестан снова рванул за любимкой, а тот банку зажал, из рук мужа просочился, как тот песок, и чуть ли не на четвереньках прочь побежал, практически лбом открыв дверь.
— А ну стоять! — зарычал Хестан и ломанулся следом.
В столовой повисла тишина. Кто бы мог подумать, что простой энергетик подымет такую шумиху. Джек, конечно, помнил, что Хестан категорически против, чтобы его супруг, и без того пышущий энергией, употреблял такие напитки… Только что вспомнил… Поэтому, собственно, он так уверенно эту банку Лаимму и купил. Из холла раздались отборные маты Хестана, а после и безумный ржач Лаимма: судя по нему, можно легко догадаться, что энергетик он выпил полностью.
— Плохие слова! — испуганно пискнул Мэйлиан, дёргая ушки вниз и накрывая их ладошками. При этом вид у него такой, точно ему кто-то угрожал.
— Вы что, забыли, как Хестан реагирует на энергетики в руках Лаимма? — немного офигевшим голосом протянул Тим.
— Я надеюсь, они там дом не разнесут, — прошептал Айкен, накрывая рот рукой.
— Да я только об этом вспомнил, — развёл руками Джек, судя по его лицу, виноватым он себя не чувствовал. Просто он настолько растерялся, что не до конца понимал, что вообще происходит и из-за чего такая паника. Энергетики, конечно, та ещё вредная химия, но не до такой же степени! Вон, Хестан кофе хлещет по несколько кружек за день! И ничего же. Ещё и ругаться с любимкой умудряется.
— Можно я просто поем, — тяжко вздохнул Миллиат, начиная накладывать себе всего и сразу.
— А мне? — выпучил глаза Джек: как это за ребёнком не ухаживают?!
— Говори, что хочешь, я тебе положу, — посмеиваясь сказал Джек.
Неожиданно дверь резко распахнулась: настолько, что аж о стену долбанулась, перепугав половину присутствующих. На пороге замерла чета Хао. Тот, что побольше, весь из себя такой недовольный и злой. А тот, что поменьше, счастливый настолько, что даже светится — и лыба такая, как будто сейчас порвётся. Страшненько!
Сияя солнышком, Лаимм, которого Хестан держал за руку, любимого мужа довёл до стола, усадил, в щёчку тьмокнул и навалил мясца побольше! Хлебушек в руку вручил, кружку с кофе принёс и сел.
— Ой, получит кто-то! — сквозь зубы процедил Хестан.
Всполошившись, Лаимм подскочил на ножки, подскочил к мужу, схватил его за щёки и ка-а-а-к расцеловал всё лицо! Хестан раз сто подумал, что ему сейчас челюсть свернут! Вот что делает энергетик с такими энергичными существами, как Лаимм. Как будто в жопе мотор активировался! Его аж потряхивает всего. И как с ним с вот таким спать? Тут у Хестана как лампочка над головой зажглась: не спать! И пойти «спать» пораньше. И запереться! Почуяв от мужа эмоции, Лаимм сначала просто хихикнул, типа нервно, но его этот звук так рассмешил, что он начал ржать в голосину, заражая своим смехом.
— Я поесть хочу! — сквозь хохот выдавил Миллиат, очень стараясь не подавиться пельмешкой.
А Лаимм только громче расхохотался. Энергия же прёт!
— Ну, теперь наглядно понятно, почему я категорически против энергетиков? — крякнул Хестан. Вот ни хрена ж не весело! Чего вот любимка ржёт?! — Ешь давай! — Сердито шикнул на Пиражуню Хестан.
Лаимм рот обеими ручишками накрыл, пытаясь заткнуться. Но безудержный смех так и вырывался наружу! Поэтому затыкал он себя недолго: столовая очень быстро наполнилась новой порцией веселого хохота.
— Интересная реакция, — хмыкнул Джек, накидав себе пюре, а к нему две сосиски и по одной котлетке разных видов.
— Ага, очень, — вытянулся лицом Хестан. — Ну хватит хохотать-то?
— Дык весело! — пропищал Лаимм, забавно задёргав ножками.
— Всевышние, — Хестан хлопнул себя по щеке и, воткнув вилку в кусок мяса, ловко сунул его в рот Пиражуни.
Встрепенувшись, Лаимм прижал ручонки к животику и принялся активно жевать. Хестан вздохнул с облегчением. Он дотянулся до пирожков, сцапал парочку маленьких и, как только любимка переставал жевать, он что-то ему скармливал. А Лаимм ест, да с вселенской любовью на мужа смотрит: кормит! Обычно всё наоборот происходит. Но Хестану же надо как-то любимочку успокоить. И пока ничего другого не придумал. Лаимму и правда это помогло подуспокоиться. Правда, он уже придумал, чем займётся после ужина! Отправит мужа с сыном сказки читать, а сам побежит в погреб порядок наводить! Лаимм даже представить не мог, насколько сильно он промахнулся…
