Ricordami

Осушив очередной стаканчик с водой, Женевьева прислонила его ко лбу. Ощущение прохладного пластика на коже мурашками пробежалось по разгоряченному телу, принося долгожданное облегчение. Постояв так с минуту, девушка утёрла капельки пота, что щекотали подбородок, и потянулась к диспенсеру за ещё одной порцией живительной жидкости. - Слушай, это уже пятый стакан. Куда в тебя вообще столько влезает? - ворчливо отозвался Ривен. Он был явно чем-то встревожен, о чём и свидетельствовало постукивание ногой по паркету. Звонкие удары эхом отскакивали от полых стен зала, превращаясь в подобие ритмичного соло на барабанах. Это, казалось, ещё пуще нервировало парня, вынуждая то и дело опасливо оглядываться по сторонам. Бьянчи на это ничего не ответила, жадно припадая губами к стаканчику. И лишь покончив с ним и как следует отдышавшись, она заговорила: - Я просто запыхалась, окей? - тон у девушки и правда был довольно вялым, словно последние три часа она без остановки бежала олимпийский кросс. - Дай хоть дух перевести. К счастью парня, шестой заход оказался последним. Женевьева выбросила смятый стакан в урну возле кулера и прошествовала к лавочке, где в начале мастер-класса оставила свои вещи. Моранди осторожно засеменил за ней, не прекращая вертеть головой. - Переводи быстрее, - сквозь зубы процедил парень, помогая подруге складывать спортивную одежду обратно в сумку. К тому моменту Бьянчи уже успела принять душ и переодеться в раздевалке неподалёку, тогда как Ривен решил остаться в том же, в чём и был. Благо, толком не вспотел. - Я не собираюсь тут торчать, пока этот индийский хрен охотится на мою задницу! На эмоциональный выпад друга девушка устало фыркнула и закатила глаза. В любой другой ситуации она бы подумала, что он излишне драматизирует. Однако инструктор по танцам, судя по всему, и правда был заинтересован в парне в вполне…однозначном ключе. Откуда Набу Бхаттар знал Ривена - оставалось загадкой для всех, кто стал невольным свидетелем странной сцены, разыгранной в зале после демонстрации танцевального движения. Женевьева могла предположить, что мужчина зацепился за имя в списке зарегистрированных на мастер-класс, если бы не одно «но»: не будучи на сто процентов уверенной в том, что Моранди всё же явится, имя она ставить не стала, ограничиваясь лаконичным «+1» в электронной заявке. Плюс ко всему, индус вёл себя так, будто был знаком с Ривеном, по меньшей мере, половину всей своей жизни. Жесты, мимика и сияющие от счастья карие глаза при одном только осознании, кто перед ним стоит, говорили сами за себя. Тем не менее, Бьянчи отлично помнила всех, с кем когда-либо общался друг, - список, надо сказать, не доходил и до десяти пунктов, - и ручалась за то, что среди них никогда не значилось иностранцев, тем более таких. Да и сам Моранди заграницу ни разу не выезжал, как и Набу - не посещал Гардению. Девушка давно следила за Бхаттаром, и ещё в бытность его танцором мечтала побывать хотя бы на одном живом выступлении. А потому была осведомлена, в каких городах и странах он успел побывать за время карьеры. Но даже если отбросить все эти нестыковки и попытаться подвести их под более-менее внятное пояснение, - от воли судьбы до жёсткого вранья, - оправдание следующим событиям найти оказалось куда сложнее. «Будда, я так рад…мы можем поговорить? Давай встретимся после занятия в комнате отдыха. Только дождись меня, ладно?» Именно эти слова произнёс мужчина, прежде чем вновь вернуться к работе, оставив парочку в недоумении. И если у Женевьевы оно было, каким-никаким, приятным и, пожалуй, восторженным, то у Моранди дело обстояло иначе. Девушка ещё никогда не видела его настолько потерянным и одновременно раздражённо-обиженным. Причем он, кажется, и сам не понял, на что именно была направлена эта обида, ибо после этого довольно долго стоял как вкопанный, смотря в одну, понятную только ему, точку на потолке. А на попытки Бьянчи выудить хоть какие-то подробности - невнятно мычал, хмурясь и мотая головой, будто болванка. Конечно же, никуда идти Ривен не собирался. Более того - произошедшее так сильно шокировало парня, что он попытался сделать ноги ещё до того, как мастер-класс был официально завершён. И если не быстрая реакция Бьянчи, а также огромная толпа людей позади них, вероятно, у него бы это получилось. И вот, сейчас, когда в помещении остались лишь они вдвоём, Моранди позволил себе окончательно поддаться панике. Женевьева трактовала это поведение именно как панику, так как понимала: в ясном уме парень ни за что не стал помогать ей упаковывать нижнее бельё. - Почему бы тебе тогда не сказать ему об этом прямо? - пожала плечами девушка, застёгивая молнию на сумке. Затем оглянулась и, убедившись, что ничего не забыла, накинула её на плечо и воззрилась на друга. - По-моему, он всё ещё тебя ждёт, так что…вперёд? На столь очевидное предложение Моранди скривился так, словно Бьянчи предложила ему, по меньшей мере, съесть радиоактивного таракана. - Ну, дело твоё, - саркастично усмехнулась Женевьева и, не дожидаясь ответа, направилась к выходу. - По мне, так, очень даже зря…ты ему, кажется, очень понравился. Оказавшись в коридоре, девушка проследовала вперёд, плавно покачивая бёдрами в такт латинской музыке, что прочно засела в голове во время танца. Ривен же покидать зал не торопился: осторожно высунув голову за дверной проём, он хорошенько осмотрелся, и только после этого решился выйти наружу. Затем мелкими перебежками нагнал подругу и, оттащив её к углу, откуда открывался относительно широкий обзор на окружающее их пространство, вполголоса прошипел: - Понравился?! Да ты слышала, как он со мной разговаривал? - при одном воспоминании об этом тело парня покрылось мурашками, и он ощутимо вздрогнул, будто стараясь стряхнуть их с себя. - Сталкер ебучий, не иначе…я не удивлюсь, если обнаружу его ночью под окнами своей квартиры. - Ты эту халупу-то квартирой называешь? - девушка снисходительно улыбнулась, в изумлении вскидывая брови. Не сказать, что выводы Моранди казались совсем уж необоснованными, однако и с тем, что всё настолько плохо, она согласиться была не готова. - Не смеши меня, если ему что от тебя и надо - так только номер телефона! - Блять, а мне от этого полегчать должно?! И вообще, это всё твоя вина, - внезапно взорвался Ривен, резко повышая голос до почти звериного рыка. Женевьеву столь резкая перемена в настроении друга немного выбила из колеи, и она так и застыла с протянутой ладонью, которой хотела похлопать друга по плечу. - Моя?.. - непонятливо хмурясь, уточнила она, растягивая гласные. Так, как обычно это делают воспитатели в детском саду при общении с маленькими детьми. - Причём тут я? - А кто меня потащил на эти грёбанные танцы?! Потом ещё и упрашивала со слезами, мол, оставайся...может, ты вообще с ним в сговоре! Тон Моранди то и дело перескакивал с крика на немного хриплый, но всё же относительно ровный и спокойный. И если это Бьянчи готова была стерпеть, списывая подобное поведение на особенности характера Моранди, то последнее обвинение ударило её в самое сердце. Тут уже и девушка не выдержала и яростно топнула ногой, вымещая всю свою злость на мраморной плитке. - Следи за языком, Моранди! - грозно процедила она, тыкая пухленьким пальцем в чужую грудь. - Если тебе так противно чьё-то внимание - скажи прямо, а не устраивай мне тут сцены. Да если на меня такой мужик посмотрит, я встану как олень перед машиной, а он ещё и нос воротит... Реакция девушки немного отрезвила разбушевавшуюся натуру Ривена. Тяжело дыша, он поиграл желваками и, жуя нижнюю губу, невнятно буркнул что-то извинительное себе под нос. Женевьеве, однако, этого было достаточно, и она коротко кивнула, как бы давая парню разрешение продолжить. Сама же опёрлась о стену позади себя, предчувствуя, что они здесь ещё надолго. - Как я ещё должен себя вести? - развёл руками Моранди, выдыхая сквозь сжатые зубы. - Эта крипота ходячая знает моё имя, понимаешь? Откуда?! - на этом моменте парень начал активно жестикулировать, стремясь выразить оставшееся недовольство хотя бы так, если не криком. - Ещё и крадётся как хуев ниндзя, обернуться не успеешь - как уже... Не успел Ривен завершить мысль, как вдруг прямо позади него раздался щелчок электронного замка, что стоял на всех дверях спортивного центра, вслед за ним - печальный вздох. Он не мог не узнать этот вздох - слишком характерной была его тональность. Посему Моранди вмиг застыл, будто парализованный, в надежде, что мужчина не станет оборачиваться и пойдёт в другую сторону. Увы, этим немым мольбам было не суждено сбыться. Иначе почему в следующий момент печальный вздох сменился облегчённым, а над самим Ривеном нависла тень, и чей-то мягкий, тягучий голос произнёс: - Ривен?.. Ох, хвала богам. Набу стоял совсем близко. Совсем как тогда, в зале, он незаметно подобрался к объекту своего интереса и заглянул тому прямо в глаза, ловя в них неподдельный ужас. Это немного выбило мужчину из колеи, и он издал неловкий смешок, потирая шею. - Извини, я тебя снова напугал? - в эти, казалось, простые слова инструктор умудрился вложить столько нежности и тепла, сколько Ривен не слышал за всю недолгую жизнь. И это заставило его насторожиться ещё больше. Бьянчи, став молчаливым свидетелем разворачивающегося перед ней спектакля, тихонько выскользнула из угла, заняв стратегически более выгодную позицию - подоконник. Второй от той точки, где стоял её друг, таким образом оказавшись по диагонали от интересующей её сцены. Убедившись, что никто не обращает на неё внимания, девушка выудила из бокового кармана сумки небольшой ланч-бокс с бутербродами и принялась жевать, периодически наблюдая за развитием событий. Мужчины, казалось, действительно её не замечали, занятые своими личными делами. Конкретно Моранди, например, пришёл в себя и прямо сейчас сверлил оппонента грозным взглядом. - А я думал, ты уже ушёл, и… - прервав молчание, осторожно начал Бхаттар. Его глаза то и дело скользили по фигуре парня, подмечая мелкие детали его внешности, будто выискивая нечто определённое. - В общем, неважно. Рад, что нам всё же удалось пересечься. В качестве примирительного штриха Набу одарил Ривена ослепительной улыбкой, чуть перекошенной от напряжения и некоторой неловкости, преследовавшей их с самой первой секунды встречи. Тем не менее, на Моранди подобные трюки не действовали. Он продолжал стоять, изображая каменное изваяние. На лице застыло всё то же неприязненное выражение, и ни один мускул при этом не дёрнулся. На долю секунды создалось впечатление, словно он и дышать-то перестал. Пытаясь проверить эту гипотезу, мужчина пригляделся к шее, а затем и груди парня. Увидев, как та тихонько вздымается, а кадык подрагивает, ещё раз облегченно выдохнул, про себя отмечая, что такая реакция вызвана, скорее всего, его изначальной настойчивостью. Поэтому, собравшись с мыслями, решил попробовать ещё раз, но уже издалека. - Эм…твоя девушка? - Бхаттар кивнул на Женевьеву, что от неожиданного внимания к своей персоне поперхнулась очередным бутербродом. Моранди и глазом не повёл, продолжая отслеживать малейшее движение со стороны Набу. Он словно готовился к нападению, но не был в том уверен. И посему, не зная, чего ожидать от незнакомца, анализировал его поведение. - Даже если так, что с того? - спустя минуту молчания вопросил парень. В его голосе не было раздражения, гнева или ненависти. Скорее отчуждение и толика страха, скрытого где-то в глубине. Набу, осознав, что, похоже, знатно проштрафился, позволив себе вольность во время мастер-класса, печально улыбнулся уголками губ и отвёл взор. - А ты не очень-то дружелюбен...значит, не узнаёшь меня? По тому, как парень вздёрнул брови, ответ стал понятен сам собой - не узнаёт. В груди что-то болезненно кольнуло, и Бхаттар тихонько прыснул, ставя руки по бокам. Он не этого ожидал от их беседы. Чего угодно, но явно не этого. - Вот как, - сглатывая солёный ком, безжизненно прошептал мужчина. Глаза, в которых минуту назад плескалась радость обретения, почти мгновенно потухли, подобно свече на ветру. - Извини, что побеспокоил... Посчитав на этом разговор оконченным, Ривен сморщил нос и, бросив на оппонента полный немого презрения взор, обогнул его, слегка задевая плечом, и быстрым шагом направился к лифту в конце коридора. В повисшей тишине, нарушаемой стуком тяжелой подошвы о скользкое покрытие плитки, раздался болезненный выдох. В него было вложено столько отчаяния, будто обладатель испытывал боль, сравнимую с тысячью иголок, что одна за другой впиваются в тело, оставляя на кожном покрове едва различимые отметины. Лишь когда двери лифта закрылись, и стены здания слегка дрогнули от его быстрого движения вниз, Набу выпустил все эти чувства наружу. А затем, зажмурившись, что есть силы, шлёпнул ладонью по стене. Задержавшись на шероховатой поверхности всего на мгновенье, рука вдруг ослабела и плетью упала вниз, обессиленно покачиваясь по инерции. - Я думал, что нашёл тебя, - еле слышно прошелестел губами мужчина, лбом прислоняясь к дверному косяку помещения, из которого недавно вышел. Позолоченная металлическая табличка на нём гласила: «Комната отдыха». Женевьева, - о существовании которой, похоже, забыл даже собственный друг, - неотрывно следила за действиями инструктора. Она уже давно покончила с бутербродами и, до побеления костяшек сжимая пустой ланч-бокс, сочувственно косилась на этот сгорбленный силуэт некогда уверенного в себе мужчины. Девушка не знала, что происходит. Вернее, не имела абсолютного понятия, ведь произошедший между Ривеном и Набу разговор разбил о скалы жестокой реальности не только розовые мечты, но и любые предположения. И даже логическую цепочку, которую она так старательно выстраивала из тех мизерных крупиц информации, что у неё были. Поведение Бхаттара в её глазах казалось нелогичным. Странным и местами даже пугающим. Бьянчи не исключала, что Моранди вполне мог оказаться прав на его счёт…если не во всех аспектах, так во многих - точно. Теперь она видела это куда отчётливее. Но всё же было и что-то такое зыбкое, почти невесомое и едва ощутимое. Оно теплилось в самом укромном уголке девичьего сердца, то угасая, то заново загораясь. Кто-то предпочёл бы назвать это наивностью, присущей всем романтичным натурам. Сама же девушка хотела верить, что то было чутьё. Разрываясь меж этими двумя совершенно противоположными чувствами, снедаемая сомнениями, девушка тихонько сползла с подоконника и, уложив контейнер из-под еды поверх одежды, взяла сумку. В этот же миг послышалось шевеление со стороны инструктора. Они повернулись друг к другу синхронно. Словно стрелки старого хронометра в часовом магазине, секунда в секунду. Возможно, так и стояли бы, не очнись Набу первым. - Оу, - он удивленно расширил глаза, кладя руку на затылок. - Приношу извинения, сеньора. Я могу чем-то помочь? По всей видимости, Бхаттар не узнал её лица. Или же умело делал вид, чтобы избежать постыдных объяснений ситуации, очевидцем которой ей поневоле пришлось быть. Девушка уловила эту неуверенность в голосе мужчины и легонько качнула головой в знак согласия, принимая правила игры. Казалось, именно этот короткий жест помог ей принять финальное решение. Она не знала, пожалеет ли о нём, однако точно была уверена, что иного случая ей не представится. Сейчас или никогда. - Что это? - Набу изумлённо похлопал глазами, принимая от Бьянчи чуть помятый кусочек бумаги с витиеватой надписью - «Зимняя орхидея». - Это визитка нашего цветочного салона, - ответила Женевьева, чуть склоняя голову вбок и сцепляя пальцы в замок на животе. - Быть может, именно там Вы найдёте то, что ищете...если, конечно, понимаете, о чём я.