Ricordami

- Сине-белое трико?! - Даже не смей шутить на эту тему. Стряхнув с широкого белоснежного подоконника видимую лишь ему пыль, Ривен с вымученным вздохом приземлился на шероховатую поверхность и, скрестив руки на груди, со скепсисом покосился на подругу, что отчаянно закрывала рот ладонями. Однако, как бы ни старалась Бьянчи подавить внезапный приступ веселья, это оказалось сильнее неё, и вскоре по коридору пронёсся задорный девичий смех. Благо, обилие голосов, исходящее от толпы вокруг, смогло его заглушить. С недовольным сопением Моранди закатил глаза. Он уже начинал жалеть, что решился рассказать девушке об этом странном сне. А ещё больше сожалел о том, что согласился на всю эту авантюру. Утро воскресенья не задалось ещё с того момента, как на мобильник поступил первый звонок от Женевьевы. Изначально Ривен принял его за будильник, который ставил себе в будни для работы. Посему, откинув надоедливый аппарат подальше, - к углу холодильника, - накрыл голову подушкой и продолжил спать. Звонки, тем временем, не прекращались. Где-то на десятом проигрыше некогда любимой мелодии парень не выдержал и, с рыком подскочив с дивана, добрался до мобильника. И какого было его удивление, когда он обнаружил несколько пропущенных звонков от подруги. Обычно, если человек получает звонок от близкого поздно ночью или рано утром, - при условии, что не было о том договорённости, - сразу начинает подозревать худшее: авария, больница…смерть? Вот и Ривен ничем от таких людей не отличался, ибо не мог припомнить ни одного случая, когда Женевьева тревожила бы его в половину шестого утра. Но узнав истинную причину такого звонка, в первые секунды перепуганный Моранди был готов сам устроить ей это «худшее»…как минимум - придушить. Так или иначе, для этого парень всё равно будет вынужден одеться и приехать в обозначенное место, поэтому выбора у него особо не было. И вот, Ривен уже сидит на подоконнике третьего этажа городского спортивного центра и слушает, как Бьянчи, ещё недавно умолявшая выручить её, насмехается над подробностями сегодняшнего странного сна. - П-погоди, погоди, - вернув себе возможность внятно говорить, девушка утёрла выступившие слёзы и выпрямилась. - То есть я правильно поняла: ты стоишь посреди толпы антропоморфных монстров в окружении доблестных рыцарей в обтягивающем трико со световыми мечами наперевес? Пару секунд Моранди молчал, играя желваками, после чего раздражённо процедил: - Да. - И при этом сам ты одет точно так же? - Ага. - Слушай, а ты давно, ну...? - Жен! - не выдержал парень, буквально взрываясь. Трудно было сказать, был ли румянец на его щеках смущением или гневом. Как бы то ни было, проверять это Женевьеве не хотелось. Особенно после того, как Ривен показательно хрустнул кулаками. Отдышавшись, наконец, от долгого смеха, Бьянчи прочистила горло и, нацепив на лицо нарочито заумное выражение, подняла вверх указательный палец, тряся им в воздухе. - Прости, дружище, но как будущий психолог могу сделать только одно заключение: у тебя явно есть нереализованные сексуальные фантазии на тему толпы мужиков в облегающих нарядах. На этих словах Ривен слегка завис, словно обдумывая реакцию на сказанное, а затем, хмуря брови, вопросительно уставился на девушку: - Причём тут тогда монстры? - Действительно, - Женевьева пожевала нижнюю губу, уходя в глубокие раздумья, а потом звонко щёлкнула пальцами. - Что ж, в таком случае, у тебя есть две нереализованные сексуальные фантазии. - Очень смешно... - тяжко вздохнув, Моранди отвернулся к окну и, казалось, потерял к диалогу всякий интерес. Не в силах видеть друга таким подавленным, Бьянчи несильно сжала его плечо и присела рядом. - Эй, ну, если серьёзно, - осторожно начала девушка, тепло улыбаясь. - Звучит интересно. Ты ведь сам говорил, что сны тебе не снятся…а тут такой сюжет. В ответ парень лишь неопределённо повёл плечами. - Не знаю, что хуже: то, что мне не снились никогда сны…или то, что этот сон был таким реальным. - Он тебя пугает? - Не то что бы, - на выдохе произнёс Ривен, вновь поворачиваясь лицом к подруге. Та по-прежнему держала ладонь у него на плече, что создавало некоторый контраст между температурами их кожи. Невольно парень даже поёжился. - Забыть бы уже об этом. А то у меня какое-то плохое предчувствие. Просто…во сне мне на минуту даже показалось, что… - Что? - настороженно спросила девушка полушёпотом, придвигаясь ближе. Так, словно друг должен был поведать ей какой-то очень важный секрет. - …что я знал когда-то этих людей, - таким же полушёпотом ответил Моранди, неотрывно смотря в глаза Женевьевы, будто силясь разыскать там разгадку на ещё неизвестный ему самому вопрос. Бьянчи внимательно оглядела его с ног до головы. На мгновение парню даже почудилось, что девушка пытается понять, не сошёл ли он с ума. Тем не менее, Женевьева просто похлопала его по плечу и убрала руку, добродушно похихикивая. - Мне кажется, ты слишком близко к сердцу принимаешь обычные сны, - резюмировала она, слезая с подоконника и поправляя спортивный топик. - Сны всякие бывают: реалистичные, сюжетные…а некоторые люди во снах даже запахи ощущают, представляешь? Правда, в основном это встречается у слепых, но всё-таки. Немного размяв руки и шею, девушка сладко потянулась, сгоняя с себя остатки сна, и, бойко подпрыгнув, обернулась к другу. - А ты-то раньше вообще никакие не видел, вот тебе и на, - подвела итог Женевьева, раскинув руки в стороны как конферансье в цирке или театре, а затем тяжело уронила их себе на бёдра. Ривен её мнения не разделял, однако решил не продолжать спор и остаться при своём. Возможно, они вернутся к этому разговору позже - в более спокойной обстановке. А сейчас, на голодный, - по крайне мере, у парня, - желудок и замыленный глаз последнее, что хотелось - разводить бессмысленные демагогии, из которых ни один не выйдет правым. Да и, ко всему прочему, уже скоро должен был начаться мастер-класс. - А с чего ты вдруг решила снова заняться бачатой? - прервал недолгое молчание Моранди, глядя на электронные часы на экране мобильного. Те показывали без трёх минут восемь. - А с чего ты взял, что я её бросала? - Бьянчи бросила на друга изумлённый взгляд, старательно собирая непослушные волосы в пучок. Резинку при этом держала в зубах, хотя Ривен был готов поклясться, что ещё минуту назад её не было. - Танцы я всегда любила, а бачатой занималась лет с...двенадцати? - Да, - подозрительно сощурился парень, откладывая телефон в сторону. - А потом бросила, сама же говорила. Потом ещё бросала танго, сальсу и, э-э...танец живота, кажется. Мы с твоей подругой Луизой даже спорили, что ты бросишь в следующий раз. - Блять, вы серьёзно?! Угкх, да ёбанные волосы... Потеряв всякое терпение в очередной попытке собрать кудряшки в единый пучок, Женевьева яростно топнула ногой и ограничилась простым хвостом. Плотно перевязав волосы резинкой, она свирепо сверкнула глазами на парня. Тот тут же примирительно выставил вперёд руки. - Не на деньги. - И на том спасибо! - притворно обиженно шикнула девушка, оценивающе осматривая фигуру Моранди. Но на сей раз уже более придирчивым взглядом. - На танцы мог бы и поприличнее одеться. Например, в сине-белое трико... - Жен, хорош уже! - прикрикнул Ривен, смачно хлопая себя по коленкам. Та лишь скривила губы и вскинула ладони вверх. - Да всё, всё…перестала, - заверяющим тоном сказала она, сдувая выбившуюся из причёски прядь. - Мне просто жалко твои ноги. К этому моменту зал, возле которого уже собралось не менее трёх десятков людей разных возрастов, оказался открыт, и вся орава дружным потоком хлынула внутрь. Завидев это, Бьянчи накинула на плечо спортивную сумку и двинулась за ними, жестом поторапливая замешкавшегося друга. - Постой-ка, - отойдя от состояния ступора, Моранди соскочил с насиженного места и быстрым шагом проследовал за ней. Аккуратно протискиваясь сквозь толпу, он периодически что-то недовольно бормотал под нос, пока, наконец, не добрался до деревянных лавочек в самом углу танцевального зала, где уже расположилась Женевьева. Она достала небольшую бутылку энергетика и, отпив немного, протянула Ривену. - Не-не, постой, - поспешил осадить подругу парень, отмахиваясь от предложенного напитка. - В каком это смысле тебе жалко мои ноги? Сделав ещё пару глотков, девушка плотно закрутила крышку на бутылке и, откладывая ту обратно в сумку, смущённо шаркнула ножкой. Давать ответ она, судя по всему, не собиралась. Однако суровый взгляд Ривена, подкреплённый расставленными в бок руками и нетерпеливым постукиванием носком ботинка, девушка долго терпеть не смогла. - Ну-у, помнишь, я говорила, что мне нужна твоя поддержка на этом мастер-классе? - лицо Бьянчи озарила неловкая улыбка, в уголках которой прятались хитринки. - И ещё я упомянула, что заодно ты сможешь размяться… В глазах Моранди мелькнуло осознание. Подобно грому среди ясного неба, оно пронзило тело насквозь, и тот, неверующе мотая головой, отшатнулся. - Нет…не-не-не, не-а! - Ривен, пожалуйста, - в отчаянии взмолилась Женевьева, пытаясь приблизиться к другу. Но стоило ей сделать шаг вперёд - Моранди сразу отступал на два шага назад. Долго игра в догонялки не продлилась: Ривен на полной скорости впечатался спиной в стену напротив, что и позволило Бьянчи буквально в один прыжок сократить между ними расстояние и, изображая жалобный скулёж, кинуться парню на шею. - Да не стану я танцевать, ты совсем с дуба рухнула?! - громко возмутился парень. И пока все остальные раскладывали свои вещи и занимали места, расчерченные на паркете едва заметными квадратами из белого мела, Моранди изо всех сил пытался отцепить от себя девушку. Несколько людей даже начало перешёптываться, косо поглядывая на них, на предмет того, стоит ли вмешиваться в их перепалку. Когда острые ноготки, наконец, перестали вцепляться в рёбра, парень шумно выпустил из лёгких воздух и выпрямился. Однако не успел он расслабиться, как Женевьева вновь влезла в его личное пространство крепкими объятиями, чем вызвала сильное негодование. - Женевьева… - Пожа-а-алуйста, - почти плача, лепетала Бьянчи, буквально сжимая друга в тисках. - Партнёра у меня нет, а этот мастер-класс по бачате парный! Я всю жизнь мечтала попасть к этому преподавателю, когда ещё представится такая возможность? - Не вижу проблемы. В другой раз к нему сходишь, значит, - несмотря на мольбы, Ривен оставался непреклонен. Он, казалось, смирился со своим положением и, сложив руки в карманы, терпеливо ждал, пока девушке надоест. При этом мысленно планировал маршрут домой через фаст-фудную забегаловку за углом - за всеми этими метаниями парень совсем забыл про завтрак, о чём и свидетельствовало возникающее периодами урчание в животе. Поняв, что подобные ухищрения на Ривена не действуют, Женевьева утёрла влажные щёки краем его майки и отстранилась. Затем страдальчески выдохнула, надувая щёки: - Да ладно, Ривен, чего тебе стоит? Ты уже здесь, ехать никуда не надо...теперь. А ещё после мастер-класса я могу угостить тебя обедом! - Я что, похож на того, кто способен продать себя в рабство за еду? - возмущённо вопросил парень, на что девушка многозначительно вскинула бровь. - ...ладно, я похож на того, кто способен продать себя в рабство за еду, - потупился Моранди. - И как у тебя это, блядь, получается? - Достаточно знать, сколько денег ты тратишь на запчасти для своей колымаги - простая математика, - губы Женевьевы растянулись в победной ухмылке, и, подскочив от радости, она потащила Ривена на единственное оставшееся свободным место в середине левого ряда. Парню оставалось только подчиниться, хотя он и не был доволен таким раскладом. - А ничего, что я танцевать-то не умею? На минуточку, от слова совсем, - Моранди предпринял последнюю попытку избежать позора. Как бы то ни было, вопрос, казался логичным, и невольно девушка призадумалась. Сколько она помнила, Ривен никогда не любил танцпол. Вернее сказать, всячески его избегал. Сама Бьянчи иной раз выбиралась на какие-нибудь шумные мероприятия с подругами из колледжа, и, будучи горячей любительницей танцев, никогда не упускала возможности продемонстрировать свои таланты, отточенные за годы практики, перед большим скоплением народа. Тогда как её друг, по собственным воспоминаниям, не ходил даже на школьные балы. А выпускной и вовсе провёл в гараже, перебирая дряхлый карбюратор. Что могло свидетельствовать об отсутствии у него не только базовых, но и вообще любых маломальских навыков движения под музыку. Чего уж говорить о бачате - чувственном латиноамериканском танце, для воспроизведения которого требовалась чуть ли не идеальная техника ног и, безусловно, страсть. У хорошо сложенного в плечах, но инертного в плане романтических чувств Моранди не было ни того, ни другого. И он сам прекрасно это понимал. Раздумывая над этим, Женевьева несколько раз глубокомысленно хмыкнула и, прикинув все обстоятельства, открыла рот, дабы озвучить итоговый вердикт. Но прежде чем она успела что-то сказать, послышался хлопок двери, а за ним по залу прокатились громкие аплодисменты. От столь неожиданного всплеска эмоций со стороны присутствующих Ривен вздрогнул и с выражением абсолютного непонимания устремил свой взор туда же, куда и остальные - к входу в помещение. Бьянчи поступила точно так же, и уже через секунду тоже разразилась аплодисментами, задыхающимся голосом выпалив что-то вроде: «Mamma mia!». У входа стояла высокая женщина с платиновым каре, одетая в до боли знакомое сиреневое пальто. Ничуть не смутившись столь радушному приёму, она скинула с себя верхнюю одежду, отправляя её на вешалку и, прошествовала вперёд. - Эй, да я её знаю, - воскликнул Моранди с толикой удивления. - Это же та ненормальная, которая позавчера у нас букет покупала. Это её все так приветствуют? - Не-е-е…она, конечно, тоже известная танцовщица, но не настолько, - протянула девушка шёпотом, горящими от нетерпения глазами впиваясь в один-единственный объект. - Все смотрят на него! Прервав аплодисменты, девушка ткнула пальцем в скромно стоящего у лавочки смуглого мужчину, чьи вещи разместились неподалёку от рюкзака Женевьевы. И ведь действительно - все взгляды были прикованы к нему. Каждое его движение, каждый вздох и шаг сопровождался восхищением толпы. И его это, судя по кривоватой полуулыбке, слегка обескураживало. На мгновение стушевался и Ривен. И вовсе не от того, что внезапно узнал этого явно известного в узких кругах человека, или потому что вдруг подхватил общую атмосферу. Он просто едва ли не впервые в жизни…залюбовался. Выглядел мужчина, без всяких сомнений, очень и очень хорошо. Статный, высокого роста, - точно выше среднего, - он неспешно прошествовал вглубь зала и встал рядом с блондинкой, заводя руки за спину. Этот жест лишь подчеркнул и без того идеальную осанку, ко всему прочему ещё и выделяя точёную талию. Накачанная, широкая грудь, обтянутая бледно-розовой майкой с коротким рукавом, прерывисто вздымалась, словно виновник всего этого ажиотажа волновался. Золотисто-коричневый оттенок кожи выдавал в нём типичного представителя восточных стран, отчего белоснежные спортивные штаны, в сочетании с такого же цвета кроссовками, выгодно выделялись на фоне общего образа. Его дополняли ещё и длинные, туго сплетённые тёмные косы, ниспадающие по плечам едва ли не до бёдер. Моранди стоило огромных усилий, чтобы сдержаться и не присвистнуть. Один внешний вид этого незнакомца вызывал в нём огромную бурю эмоций, а если уж он сейчас начнёт танцевать... - Божечки, - послышался сбоку тихий писк, и именно он вывел парня из транса. Тряхнув головой в попытке прийти в себя, Ривен повернулся на звук и тут же нахмурился, обнаружив, что он исходил от его раскрасневшейся подруги. - Что? - Ты…мать моя женщина, Ривен, - едва не взвизгнула Бьянчи, прикрывая рот ладонью. - Да ты на него засматриваешься! Ты засматриваешься!! Боже, а я была уверена, что ты асексуал… - Хуй там плавал, - недовольно шикнул Моранди, не имея понятия, куда деть глаза. Высказывание подруги поставило его в тупик. - В смысле, не засматриваюсь я! Опять своих бабских историй начиталась?! Женевьева вновь издала невнятный писк, как стоящая впереди супружеская пара бросила на них предупредительный взгляд и жестом попросила быть потише. Девушку это немного отрезвило, и ей ничего не оставалось, кроме как успокоиться и извиниться. Однако в глубине души она знала, что после мастер-класса они к этому разговору обязательно вернутся. А сейчас Бьянчи, следуя примеру других участников, затихла и принялась слушать вступительную речь. Она последовала сразу после двух громких хлопков в ладоши - так организатор хотела привлечь к себе внимание. - Доброе утро, уважаемые коллеги и те, кто только начинает свой путь в мир латиноамериканских танцев, - слегка гнусавым, но ровным голосом начала женщина, выступая на полшага вперёд. Мужчина же остался чуть позади. - Не буду тратить драгоценное время на самопредставление, ибо те, кто у меня учится, и так всё прекрасно знает, а остальное уже неважно. Так или иначе, я рада приветствовать ваши светлые лица на сегодняшнем мастер-классе по замечательному танцу - бачата. Но проведу этот мастер-класс не я, а наш специально приглашённый гость. И все вы наверняка наслышаны о его талантах... Женщина мягко улыбнулась, делая что-то отдалённо похожее на книксен, и уступила место мужчине. - Прошу любить и жаловать, - полным воодушевления и гордости голосом продекламировала она. - Танцор мирового класса, чемпион множества международных фестивалей, обладатель титула World Bachata Masters четыре года подряд и революционер направления Bachata Sensual - сеньор Набу Бхаттар! Последние слова организатор буквально прокричала, и все присутствующие вновь разразились горячими аплодисментами. Вышеупомянутому танцору в ответ оставалось лишь поклониться, приложив ладони к груди, в знак признательности за столь тёплый приём. - Это сейчас на каком языке было? - решил уточнить Ривен, наклоняясь к Женевьеве, однако в ту же секунду получил лёгкий подзатыльник. - Ауч! - Что ж, - после недолгого рукоплескания зал замолк, и сеньор Бхаттар выпрямился, продолжая речь уже со своей позиции. - Похоже, сеньора Розетти немного меня перехвалила, но, вероятно, тем лучше. По крайне мере, теперь вы знаете, за что отдали такие деньги? - мужчина развёл руками и неловко хохотнул. По помещению прокатилась волна смеха, эхом отскочившая от полых стен. Моранди же, пожалуй, был одним из тех немногих, кто эту волну не подхватил. Обладая с детства прекрасным музыкальным слухом, чувствительный к малейшим звуковым колебаниям парень просто-напросто заслушался. Мягкий, бархатный голос из уст иностранца лился как симфония, отыгранная слаженным оркестром. Хотя местами всё же сбивчатая - из-за специфического акцента последнего. Было видно, с каким трудом ему даются длинные итальянские слова. Вступительная часть завершилась демонстрационным танцем сеньоры Розетти и новоприбывшего мастера. Под отрывистый ритм малоизвестной в здешних кругах латинской песни они двигались в такт так плавно и естественно, что создавалось впечатление, что вся их жизнь соткана из этого бесконечного танца. Набу мягко, но в то же время решительно вёл партнёршу по танцевальной зоне, вкладывая всё, что скрывала душа. Она же, в свою очередь, отвечала ему телом. Каждое движение бёдер, рук; взгляды и даже вздохи - они всё делали синхронно, словно один чувствовал другого изнутри, и чувства эти шли из самого потаённого уголка горячо бьющегося сердца. Присутствующие наблюдали за танцем, затаив дыхание. И никто не смел даже на секунду оторвать взор от двух фигур, поглощённых столь откровенным танцем страсти. Ведь прямо на их глазах из того, что обыватель назовёт пошлостью, рождалось настоящее искусство. По окончанию, выполнив традиционный поклон, организаторы объявили, что этот и несколько более сложных танцевальных номеров участники смогут выучить на специальном закрытом курсе, куда сеньор Бхаттар лично отберёт учеников по результатам сегодняшнего мастер-класса. - Так что выложитесь на полную, дамы и господа, - сдувая налипшую на лоб чёлку, произнесла Розетти. - За сим оставляю ваши судьбы на нашего маэстро! Откланявшись ещё раз и получив свою порцию внимания, женщина покинула помещение. Люди к тому моменту успели разойтись обратно по своим местам. - Ну-с, начнём, пожалуй, с небольшого разогрева, - слегка промокнув лоб маленьким махровым полотенцем, Набу занял позицию инструктора и потёр ладони. Разминка длилась не более десяти минут и не содержала в себе ничего, с чем Ривен не сталкивался бы раньше. Парочка упражнений для рук, повороты корпусом и растяжка не только не вызвали у парня дискомфорта, но и позволили немного расслабить задубевшие после сна на поломанном диване мышцы. А на приседаниях он и вовсе потерял бдительность, наивно полагая, что ничего сложнее этого их сегодня не ожидает. Впрочем, Моранди довольно скоро осознал, насколько сильно заблуждался. - Ри-ивен, - угрожающе протянула Женевьева, сверля друга строгим взглядом. - В этой позе ты должен положить руку мне на бедро. Не на плечо. Не на шею. На бедро! С того момента, как инструктор начал показывать им танцевальные движения, - для наглядной демонстрации он позаимствовал партнёра у крайней справа девушки, - всё пошло наперекосяк. Практически все, кто проявил интерес к участию в мастер-классе, оказались либо супругами, либо влюблёнными парами, желающими укрепить свои отношения при помощи необычного занятия. Во всяком случае, именно такой вывод напрашивался из того, как спокойно и без всякого стеснения они взаимодействовали друг с другом в особенно откровенных моментах танца. Оставшееся же меньшинство, по всей видимости, являлось профессионалами в этой области, и для них тем более не составляло никакого труда сыграть глубокие чувства под музыку. Чего нельзя было сказать о Ривене, который уже на третьей позиции застыл подобно дубовому изваянию, наотрез отказываясь продолжать этот, как он выражался, «цирк». - Я. Не. Собираюсь. Класть. Руку. Тебе. На. Бедро, - ровным тоном отчеканил парень, морща нос. Он намеренно отводил глаза, стараясь смотреть куда угодно, но только не на подругу, чьи руки прямо сейчас обвивали его шею. Местами на ней даже вздулись вены - не то от напряжения, не то того, насколько сильно противился Моранди этим прикосновениям. - Мы уже минут десять так стоим. И мы единственные, кто до сих пор не выполнил это движение, Ривен, - уже более настойчиво произнесла девушка, крепко хватаясь за его запястье. Моранди, однако же, уступать не собирался, упорно стараясь отвоевать свою конечность обратно. - Иди нахуй, я не стану тебя лапать! - процедил он сквозь зубы, с усилием оттягивая руку назад. Издалека их импровизированная борьба напоминала перетягивание каната, но окружающих это мало волновало: каждый был увлечён исключительно практикой. - Сам иди нахуй! - вполголоса рявкнула Бьянчи, теряя терпение. Упрямство Моранди её откровенно бесило, а перспектива потерять драгоценное время на пустые препирания и вовсе не прельщала. - Живо положил руку мне на бедро! - Признаться, впервые вижу пару, у которой проблема именно с этим... Голос с уже знакомым восточным акцентом прозвучал так близко, что невольно заставил друзей синхронно обернуться, совершенно позабыв о недавнем споре. Сеньор Бхаттар стоял совсем близко, обнимая себя руками и немного растерянно наблюдая за их действиями. По взгляду мужчины можно было понять, что находится он здесь довольно давно. Воспользовавшись замешательством подруги, Ривену всё-таки удалось вырваться и отойти на пару шагов в сторону, на всякий случай. Бросив на девушку косой взгляд, он принялся растирать покрасневшее запястье. - Нет у нас никаких проблем, - фыркнул парень. - И мы не пара! - С таким характером у тебя её и не будет, - фыркнула Женевьва в ответ, скрещивая ладони на груди. - Радуйся, что хотя бы я у тебя есть… С губ инструктора сорвался смущённый смешок. После чего, покачав головой, он медленно приблизился к Моранди, мягко беря того за ногу. А затем одним резким движением, пока парень не успел сообразить, что к чему, закинул её себе на бедро и чуть присел, тем самым сокращая расстояние между ними до минимума. Горячая ладонь мужчины при этом так и осталась на чужом бедре, поддерживая, не давая упасть. Ривену, буквально повисшему куклой при такой позе, не оставалось ничего, кроме как схватиться за плечи инструктора для надёжности и баланса. Женевьева едва сдержалась от очередного писка. - Вот, видите, - добродушно улыбнулся Набу, жмуря глаза. - Это не так уж и страшно, и совсем не больно. Моранди, ещё не успевший прийти в себя от столь непредсказуемого поворота событий, только молча кивнул, так до конца и не осознав, с чем конкретно он согласился. По правде говоря, Ривен даже не мог определиться с тем, как реагировать на всё это. В обычной ситуации он бы непременно взъелся на мужчину и наверняка полез бы в драку - ведь парень всегда был той ещё недотрогой. Но даже при этом умом Ривен сознавал, что мужчина же, по-хозяйски держащий его за бедро, никаких превратных целей не преследовал и просто-напросто выполнял свою работу. Однако под ложечкой всё же что-то засосало. Такое неприятное, липкое - прямо как вчера, когда Бьянчи надела на него то странное светящееся кольцо. Словно было в этих двух событиях какое-то связующее звено, природа которых парню была неясна. И пока шестерёнки в голове Моранди упорно вертелись, постепенно разгоняя мысли от одной точки к другой, Набу вновь хихикнул и отпустил "пленника", ставя того обратно на паркет. - Как-то так, - пожал плечами он, одёргивая задёрнутую майку, в процессе решая всё-таки заглянуть в лицо потенциального ученика и, возможно, извиниться за подобное своеволие. - Теперь Вам просто нужно повторить то же самое со своей девушкой и… Набу вдруг осёкся. Застыл, жадно ловя ртом воздух, будто выброшенная на сушу рыба. Казалось, на секунду он совершенно забыл, как дышать. Ривен к тому моменту окончательно пришёл в сознание и, отряхивая штаны, с опаской воззрился на инструктора. - Э-э-э, Вы норм?.. Может, воды? - Глазам не верю, - выдохнув, наконец, полной грудью, радостно выпалил мужчина, чем вызвал у последнего довольно неоднозначную реакцию. Снова. - Ривен. Это же ты?