Сверхъестественная четвёрка 2

В этот солнечный летний день люди старались выехать за город – на дачи, в аквапарки или на пикники. Лишь бы поближе к природе и подальше от шумного, пропахшего газовыми выхлопами жаркого города. Парень с каштановыми волосами смотрел на пассажиров в кепках, купальниках под лёгкими рубашками и футболками. Они тоже ехали в душном вагоне за город, на озеро, и громко переговаривались. Но он, в отличие от них, ехал не туда, а чуть дальше, и компанию ему составляли только музыка в любимых наушниках и букет по невеселому случаю. Он давно знал, что надо было это сделать, но решился только сейчас. Через десять минут объявили его станцию, а ещё через полчаса он уже нашёл нужное место на кладбище. …На траву перед каменной плитой лег букет белых лилий. –  Эм, привет, мам. Он чувствовал себя глупо, проговаривая это вслух. Впрочем… если есть шанс, что она его слышит… – Не знаю, как у тебя дела. Хотя после сделок с демонами вряд ли стоит ожидать на том свете чего-то хорошего… Ох, ладно. Я закончил обучение. Папа пришёл на вручение дипломов. Представляешь? Знаю, ты бы расстроилась, узнав, что мы не так уж с ним близки, но – это было мило, что он не забыл. Он помолчал. Не так далеко прошла группа людей в траурно-черной одежде. – Прости, что не приходил раньше. И что скорее всего не приду потом. Я уезжаю из Чикаго – что-то мне подсказывает, что ты и сама не особо любила этот город. Есть места куда интереснее, правда? Он снова помолчал, будто оставляя паузу для ответа. – Я продолжаю расти. Город тоже – наш район застраивают всё активнее. В общем, пока обо мне не узнали, решил по наводке знакомых отправиться и поискать место на природе, где я бы мог найти… кого-то похожего на меня. Сомневаюсь, что это возможно, но попытаться стоит. Вдруг я узнаю больше о своей способности обращаться в дракона? Вдруг мы найдём общий язык? Он вздохнул. – Хотя кого я обманываю, никто не любит чужаков. И мне не по себе от этой мысли. Но оставаться в городе не вариант… Так что я решил потратить деньги не на то, чтобы продолжать учёбу, а на поездку. Спасибо тебе за тот счёт на моё имя, мам. Ты даже не представляешь, как он мне поможет. Жаль, что я не знаю, где именно ты заключила сделку с тем скандинавским старцем. Вот уж кто бы точно пролил свет на мою природу. Озвученные слова растворились в воздухе так же, как и предыдущие. Что ж, вроде всё? – Я, наверное, звучу как сумасшедший, но если ты слышишь, если есть хоть какой-то шанс, что ты слышишь – я тебя не виню. Правда. Ты пострадала в этой ситуации больше меня. Мне жаль, что так вышло. Он сглотнул тяжёлый ком и коснулся плиты. Выше белых цветов на камне было выбито «Валка Хэддок» и годы жизни. – Пока, мам. Покойся с миром. Ещё несколько минут он стоял, как будто ждал чего-то необычного, какого-то знака, дуновенья ветерка, почти не сомневаясь, что что-то произойти должно. Но кладбище было всё так же пусто, тихо и по-летнему сонно. Иккинг засунул руки в карманы и пошёл обратно. Чем ближе он подходил к железнодорожной станции, тем больше понимал, что кое-что необычное действительно произошло: на душе у него стало легче. *** «Привет, как у вас жизнь? У меня всё по-старому, весь в учёбе. Не надумали заглянуть в Чикаго? С наилучшими пожеланиями, ваш Иккинг». «Привет, с Новым годом! Не знаю, правда, отмечаете ли вы его… но что-то мне подсказывает, что Джек точно отмечает. От вас давно не было вестей, всё хорошо? Могли бы встретиться. Ваш Иккинг». «Привет! Скоро закончу с учёбой. Думаю попутешествовать. Наверное, этот адрес давно не актуален, либо проблемы с почтой, либо… Ладно, я стараюсь быть оптимистом и надеюсь, что дело только в почте. Если до вас чудом дойдёт моя открытка, напишите, пожалуйста, как долго вы будете в Валмаунте и куда поедете дальше. Иккинг». Все открытки и письма шли в никуда. Поначалу Джек, познав чудеса почты, заваливал его открытками из посещённых городов и совместными с Меридой фото, как и обещал. Последняя открытка пришла почти полгода назад, из Валмаунта, какого-то городка в Скалистых горах, докуда Иккинг будет добираться несколько дней на всевозможных видах транспорта. В общем, лютая глушь, город даже не был толком занесён в гугл-карты. «Мерида заинтересована в местном туризме, если ты меня понимаешь, – писал Джек. – Наверное, мы тут задержимся на какое-то время». О, Иккинг прекрасно понимал, как именно рыжеволосая вампирша была заинтересована в туризме. Заблудившиеся туристы – лёгкая добыча. Даже если кто-то и выживет, вряд ли их рассказы воспримут всерьёз. Скорее спишут на горную болезнь или чересчур богатое воображение. Поэтому Джек с Меридой и меняли города так часто: никто не должен был заподозрить, что несчастные случаи и пропавшие люди – это работа вампира. Джек в вампира обращаться не хотел, наслаждаясь не так давно вновь обретённым человеческим телом. Проболтавшись больше трёх сотен лет в Чикаго, он с восторгом ребёнка радовался новым местам и впечатлениям. «Солёная карамель именно такая вкусная, как я себе и представлял. Нет, даже лучше!» – Иккинг улыбался, читая такие письма. Впрочем, были и другие, написанные в том же восторженном тоне: «Камден – самый опасный город США, представляешь? Полная разруха, мусор повсюду, наркоманы и бомжы прямо на улицах – дружище, как же я рад, что не застрял в своё время в таком городе! Мы будем здесь с полнедели. Преступления здесь совершаются так часто, что Мер называет это «грибной поляной», самым незаметным местом для охоты. Всем плевать. Правда, некоторые из её, ну знаешь, родственников умудрялись подсаживаться на дурь, пользуясь местными не вполне вменяемыми грибами. Она невысокого о них мнения. Говорит, что нужно тщательнее выбирать еду. Ах да, тебе от неё привет!». Иккинг выгреб все письма и открытки из коробки из-под обуви, запрятанной в шкафу, и переложил в рюкзак. Что ж, они хотя бы писали, в отличие от Рапунцель. От неё на память в коробке лежал маленький защитный амулет, который она дала ещё во время их совместного приключения. Он с сожалением сжал его в ладони – несильно, чтобы не сломать, помня о своей сверхъестественной силе. Вот и все, что напоминало ему о друзьях и о стычке с некромантом полтора года назад. Если бы не эти вещи, кажется, Иккинг бы и позабыл, что всё это было взаправду, как забывает бОльшую часть ночных превращений в дракона. Парень посидел какое-то время перед пустой коробкой, вспоминая девушку с уверенным взглядом лучисто-зелёных глаз, верным кинжалом из серебра, припрятанным в сумке, и с золотистой косой, в которую были воткнуты вечно свежие цветы, а потом привязал амулет на рюкзак. Взял открытку с видом на Миллениум-Парк, пару марок и написал: «Привет! Я уезжаю. Этот адрес больше не актуален. Еду на поиск единомышленников. Загляну к вам в Валмаунт, а там посмотрим. Ваш позабытый Иккинг».