***
Позже, в своей крохотной комнатке, которую ему любезно выделила начальница агентства, он разглядывал в зеркале следы на запястьях — недавний клиент любил "поиграть в наручники", а Вэй Ин снова... — Чёрт, — Вэй Усянь швырнул в стену подушку. — Почему я вообще думаю об этом ледяном истукане? Но пальцы сами потянулись к дряхлому ящику стола, где лежали... нет, не деньги. Маленький серебряный зажим для галстука — единственная вещь, которую он нечаянно утащил из спальни Лань Чжаня. Холодный металл обжигал кожу. Совсем как его руки...***
Вэй Усянь лежал на потрёпанном диване в своей каморке над агентством, швыряя в потолок виноградины из пакета. Каждая сочная ягода оставляла на штукатурке малиновый след, зачем он это делал? Да просто задумался, да и пальцы чесались что-то испортить, настроения никакого! — Чтоб тебя! — он с силой раздавил ягоду в кулаке. Сколько клиентов прошло за эти две недели? Пять? Десять? Все сливались в одно сплошное пятно из жирных пальцев, небритых подбородков и дешёвого парфюма. А тот... Вэй Усянь закрыл глаза, вспоминая, снова мечтая: - Холодные пальцы, обвивающие его запястье — не как эти жадные лапы, а точно зная, где остановиться... - Резкий запах сандала вместо перегара и пота... - И эти глаза — янтарные льдинки, в которых он с удивлением увидел себя: растрёпанного, задыхающегося, настоящего. .. Дзынь! СМС от агентства: "Клиент на 23:00. Вип. Любит кожаные ремни" Вэй Усянь с отвращением швырнул телефон в стену (экран и так был разбит, так что этому кирпичу уже нечего боятся) — Чёрт возьми! — парень выругался под нос, болезненно ударившись мизинцем об угол кровати. Досадно потирая ушибленную ногу, он принялся считать деньги, вот бы хватило ещё на недельку... Тогда можно было бы пропустить сегодняшний визит, сказать, что плохое самочувствие и лежать бездельничать, так парень делал уже не раз, получая беспокойные замечания от своих сестёр по работе. Монеты звякнули, катясь по полу, руки Вэй Ина сегодня совсем не контролировались, впрочем как и мысли. Парень наклонился, подбирая деньги, среди них он обнаружил тот самый серебряный зажим. Вэй Усянь замер, потом медленно поднял его, разглядывая гравировку: "Гусу Лань" —...сукин сын, — вдруг рассмеялся парень, уже набирая номер на разбитом телефоне, этот номер он нагло взял из записной книжки по информации клиентов на прошлой неделе, когда старая начальница отлучилась. Где-то в городе зазвонил телефон. Чёрный. Дорогой. С отключённым определителем номера. Лань Чжань посмотрел на экран... и почти улыбнулся.