Часть 8 Два упрямца
2 июля 2025 г., 14:15
«Переписка двух упрямцев»
Телефон Вэй Ина вздрогнул на крыше, освещая его скулы синим светом. Он чуть не уронил устройство, увидев имя: Лань Чжань: «Вэй Ин, ты привязался ко мне?» «Если да, я сейчас очень занят. Извини.» Он застыл, ощущая, как что-то в груди резко сжимается. Его ответ (набранный с яростью, но отправленный слишком медленно, будто не решался): «Привязался? Ты слишком много о себе думаешь, господин Лань.» «Просто привык к твоим деньгам. А так — клиентов хватает.» Пауза. Затем — вторая часть (набранная вопреки себе, но с явным намёком): «Но если ты истекаешь кровью где-то — не вздумай приползти ко мне с пулей в животе. Я не медсестра.» Ответ Лань Чжаня (мгновенный, будто он ждал этого): «Пуля в плече. Уже вытащил.» «И не приползу. У меня есть врачи.» Затем — новая строка (как после пьянки, но Вэй Ин знал, что каждое слово у того взвешено): «Но если увидишь у своего порога окровавленного кролика — это могу быть я.» Вэй Ин прикрыл глаза, чувствуя, как ухмылка пробивается сквозь ярость. Он ответил последним — намеренно грубым, чтобы скрыть всё остальное: «Тогда приползай дохлым. Я как раз мечтал выкинуть твой дурацкий зажим.» Но не удалил номер. И не выбросил зажим. А где-то в квартале Инь Лань Чжань впервые за неделю почти улыбнулся, пряча телефон в карман окровавленного пиджака. Они оба нарушили свои же законы. - Лань Чжань никогда не улыбался — но его губы искривились в подобии ухмылки, когда он читал сообщение Вэй Ина, стирая кровь с пальцев. - Вэй Ин никогда не грубил клиентам — но для Лань Чжаня сделал исключение, зная, что тот не станет его наказывать. Почему? Лань Чжань: - Его мир был выстроен на контроле. Но Вэй Ин взломал его — не силой, а упрямством. - Он ненавидел привязанности. Но теперь проверял телефон чаще, чем пистолет. Вэй Ин: - Он презирал клиентов, которые воображали себя важными. Но Лань Чжань был действительно важен — и это бесило. - Он не позволял себе скучать. Но крыша агентства вдруг стала слишком пустой.***
Лань Чжань выбрал нового мальчика из каталога «Белого Лотоса» — стройного блондина с глазами, как у испуганного оленёнка. - Без дерзких ухмылок. - Без чёрного шёлка на плечах. - Без того, чтобы смотреть ему в глаза и видеть все свои грехи. Всё прошло быстро, технично, без лишних слов. Новый мальчик вздрагивал, когда Лань Чжань касался его шеи, притворно стонал, словно вспоминал заученные уроки. Слишком быстро устал. Лань Чжань закрыл глаза, позволяя тому закончить. Он пах не так. Кожа была не та. И… Он резко встал, не дожидаясь, пока парень оденется. — Можешь идти. Утром весь «Белый Лотос» шептался о том, что Лань Чжань впервые за год вызвал другого. Блондин вернулся в слезах — якобы его даже не поцеловали. Комната №9 осталась нетронутой — будто ждёт кого-то. Вэй Ин слушал, развалившись на диване в холле, с сигаретой в зубах. — Ну и что? — он выпустил дым в сторону сплетниц. — Меньше работы для меня. Но когда все отвернулись, раздавил окурок в пепельнице слишком резко. Лань Чжань сидел в кабинете, уставившись в окно. «Почему это не сработало?» Вэй Ин заперся в своей каморке, рисуя углём кролика с перечёркнутым сердцем. «Мне плевать.» Но оба знали — это ложь.***
«Кровь и шёпот»
Полночь. Дверь в комнату №9 распахнулась с грохотом. Лань Чжань стоял на пороге — рубашка в крови, левая рука бессильно свисала, в правой — пистолет, всё ещё пахнущий порохом. Вэй Ин, дремавший в кресле, вскочил, мгновенно протрезвев: — Чёрт! Ты... — Вэй Ин, — Лань Чжань шагнул вперёд, оставляя кровавые следы на паркете. — Не до разговоров Его глаза горели лихорадочным блеском, может от боли, которую он тщательно скрывал. Вэй Ин сработал сразу: - Сбегал за аптечкой, - Вытащил пулю пинцетом, морщась от неприятного вида (Лань Чжань даже не застонал, только сжал зубы). - Вытер кровь с его груди, чувствуя под пальцами десять старых шрамов. Лань Чжань наблюдал, как тот трудится с впервые беспомощным взглядом, а в глазах Вэй Ина считался явный гнев. Когда всё было кончено, парень швырнул окровавленную ткань в угол: — В следующий раз умри в другом месте. Лань Чжань схватил его за подбородок: — Врал. — Что? — Про то, что не медсестра. Вэй Ин огрызнулся, но не отстранился: — Просто не хочу, чтобы мой лучший клиент сдох. — Вэй Ин. — Ну что тебе ещё?! — Спасибо.. Но... Лань Чжань притянул его ближе, чувствуя, как тот дрожит: — Я позвал другого... — Мне плевать. — ...потому что боялся этого. Этого — когда Вэй Ин не притворяется. Когда его руки не для денег, а его голос ломается не понарошку. Вэй Ин замолчал. Потом рассмеялся — жёстко, без веселья: — Поздравляю, господин мафиози. Ты действительно опасный. — Не я один, — Лань Чжань коснулся его губ окровавленными пальцами.***
Рассвет застал их в странном перемирии. Лань Чжань, прислонившись к изголовью, наблюдал, как первые лучи скользят по своему перевязанному плечу (Вэй Ин завязал узел слишком туго, будто в отместку), раскиданным по полу вещам (аптечка, окровавленные бинты, его собственный пистолет, разобранный Вэй Ином "на всякий случай"), спине Вэй Ина – тот стоял у окна, куря, напряженные плечи выдавали, что он прекрасно чувствует этот взгляд. Лань Чжань первым нарушил тишину: — Ты... — Не начинай, — Вэй Ин резко повернулся, пепел с сигареты осыпался на пол. — Это не значит, что я... — ...что ты что? Вэй Ин закусил губу, его глаза в утреннем свете казались жидким серебром: — Что я прощаю тебе того идиота-блондина. Лань Чжань неожиданно рассмеялся — коротко, хрипло, впервые за много лет искренне.***
«Следующий ход»
На пороге "Белого Лотоса" Вэй Ин наткнулся на посыльного с букетом: - Черные розы (как его халат) - Колючие ветки (как его характер) - И открытку с единственной фразой: "Комната №9. 18:00. Придешь?" Он хотел смять записку, выбросить цветы, написать что-то язвительной. Но вместо этого сунул розу за ухо и пошел спать, уже предвкушая вечер.
