Хирург..

      Тёмная ночь. Сколько сейчас времени? Натаниэль сам не знал. В комнате не было ни часов, ни будильника. Ему не спалось уже долгое время. Он думал рассматривал свои руки, сейчас они ему казались отвратительными. Тонкие, худые, костлявые, бледные. Переведя взгляд на запястье, он провёл ногтем по вене. Сине-фиолетовая. Она выделялась на фоне остальной руки. "Всего одно движение ножом и..."-послышался скрип двери. Сначала Натаниэль подумал, что это ветер, всё таки окно до сих пор открыто, но через пару секунд она отворилась. Кто именно зашёл-не понятно. Не разглядеть. Но он уже понял, что это она. И вправду, через секунду послышался голос. Её голос. Как он понял? Всё легко-Натан никогда не заходил в его комнату, остальные люди-тоже, они кричали ему, чтоб он вышел или же "притащил свою ленивую задницу сюда", но никогда, никогда не заходили, возможно им было противно, хотя он понимал их, ему самому иногда противно и мерзко от себя.

Он-слабое звено в этой цепочке.

—Собирайся.-он и не заметил как она оказалась рядом. Схаватив его за плечи, она сказала.-Уходим. Бегом.       Осознание её слов пришло до него не сразу, только когда Мэри вела его по коридору, а на её плече висела сумка. Она была напихана какими-то вещами. Какими Натаниэль так и не понял.       Пары секунд , пару морганий, пару шагов и вот. Они на улице, далее в машине. Она усадила его назад, не удосужившись пристегнуть его и завела машину. Плавно ли они ехали? Ха, нет конечно. Мэри выехала из владений Натана резко, не церемонясь и не думая о том, что происходит сзади.       Натаниэля бросило в сторону из-за такого вождения. Он ударился виском об обивку сидения. Боль прошибла его по всей правой стороне лица. Заболела челюсть, но не сильно, хотя все удары или ушибы, которые нанёс не он для него были ни чем, он даже не думал о ноющей боли, иногда просто забывал про неё и выносил её за рамки существования. —Мы не вернёмся. Ты больше не он.-слова как вылетевшая из пистолета пуля пронзили Натаниэля его.

Мы не вернёмся.

Ты больше не он.

      Мысли как в жутко душном, наполненом пчёлами рое начали летать туда-сюда в голове Ната-... в голове кого, если он-это не он?       Темнота, звук как под водой и перекрытие воздуха. Он пытался не придовать большого значения этим словам, этой фразе, этим буквам, этому всему.

Тихо.

—Ты меня слушаешь?-не громкий, но отчётливый пробился голос...Как её теперь называть? Голос женщины.-Хватит летать в облаках. Ты уже немаленький. Ты в бегах, а если ты в бегах, значит, ты должен быть взрослым, я понятно объяснила?       Он медленно кивнул, взгляд не поднял. Не всегда надо говорить, чтобы тебя кто-то понял. Она была из тех людей, кто понимает других без слов. Он этим восхищался.       —Мы сменим имена. Мы едем в Шарлотт.-для него это место было новым. Раньше он его не слышал. Раньше он не выходил, а тем более не сбегал из "дома" надолго. Он ничего не ответил, ни сказал, ни кивнул. Мысли ещё не покидали его мозг, заставляли его плавится, но продолжать думать об этом, хоть сам он не хотел этого.–Спи. Нам предстоит долгая дорога.       Эти слова были последние, что он услышал из её уст. В голове была тишина. Её не перекрывало ничего. Ни звук машины, по которой они ехали. Ни звук машин проезжающих рядом. Ни звук собственного дыхания, которое иногда прерывалось, а после снова начинало набирать спокойный темп.       Он понимал её поступок, понимал зачем она это сделала, понимал все её действия, которые были в прошлом, настоящем, будут в будущем. Но он понимал кое-что ещё.

Он-больше не хирург. Он-он не Натаниэль.

Но он-всё ещё слабое звено.