Болваны!

***

- В соседней школе будет тренировочный матч, - Тецутецу подрыгал коленом, наблюдая за приседающим другом. - Слышал, - Киришима громко выдохнул, начав расхаживать и потряхивать ногами, чтобы сбросить с них напряжение. - Думаю, как туда попасть… - Кхм, - седовласый осмотрелся, а затем тихо буркнул, - свалим? - Ты со мной? - удивился Эйджиро, глянув на товарища. - Мне тоже интересно, - честно сказал Тецутецу. - Если бы не существовало дзюдо, я бы играл в мяч! - Блин, братан, ты лучший! И они свалили… Кендо настороженно обвела взглядом класс. - Где Киришима и Тецутецу? Уже начался урок. Только не говорите мне, что они опять прогуливают! Сегодня не стояло привычной суеты. Слишком тихо и нудно, что Бакуго практически клевал носом, а это было совсем на него не похоже. - Эм, Бакуго, - Серо нашел его на крыше, всё в том же месте, сонного и насупленного, вечно всем недовольного, - Киришима вчера спрашивал твой номер… Кацуки посмотрел на Ханту с прищуром недоверия, как и в прошлый обед, будто сразу ожидая подлянки или прикола. Только вот брюнет спокойно возвышался над ним, просто докуривая сигарету. - Дашь? - Что? - Номер, - Серо показал свой белый смартфон. - Нахуя? - Ну… - юноша даже запнулся, ранее не задумываясь над этим, а потом честно ответил, - чтобы с тобой можно было связаться? Бакуго бы докапался и до этого вопроса, ответно спросив, зачем кому-то из них с ним связываться, да и ему самому не нужна была с ними связь. Но еще свежие воспоминания о прошлом вечере и неспокойной ночи приостановили первый его порыв, заставив повременить с бестактной претензией. - Ладно, - словно делая одолжение, проворчал блондин, протянув руку в жесте, требующем телефон. И Ханта легко дал, ожидая, пока одноклассник вобьет свой контакт. - Не пиши по хуйне, - сразу предупредил Кацуки. - Окей, хах, - добродушно хмыкнул Серо. - Так я могу Киришиме скинуть твой номер? - Тц… - Бакуго покосился на одноклассника, - и давно у тебя его номер? - Давно, - тот пожал плечами. - По-моему, как познакомились, так и обменялись. Поэтому я удивился, когда он попросил твой. Думал, вы тоже давно на связи. - С чего бы? - Ну… - Серо почесал висок, - я думал, вы дружите. - Он с Тецутецу прогуливает, - Каминари долбил в телефон пальцами, где шел матч королевской битвы. - Они говорили, что вернутся к тренировке… - катка была выиграна, поэтому блондин победно вскочил и сел обратно, отбросив гаджет в сторону. - Почему они съебались? - Бакуго нагло грел пятой точкой место Киришимы, покачиваясь на стуле. - В соседней школе тренировочный матч по баскетболу, - Денки заинтересованно навалился на парту, вперившись в Кацуки хитрым взглядом. - Я бы тоже свалил, если честно… Там будет команда из Осаки! Они сильные! Слушай, Бакуго, а ты не хочешь..? - Я че, блять, похож на прогульщика? - Да! - блондин хихикнул в ладонь. - Шучу! Не бей! Я побоялся, что мне прилетит от предков, если они узнают о прогуле, поэтому не пошел. - Ссыкло. - А сам-то? - хмыкнул Каминари. - И че ты их ищешь вообще? У тебя с Киришимой какие-то счеты? - Типа… - Бакуго скривил губы, кидая недобрые взгляды на всех заходящих в кабинет учеников «Б» класса. Те смотрели в ответ с не менее кислыми лицами, очевидно не совсем радуясь его вальяжному присутствию. - Драка? - с азартом прошептал Денки. - Мозгоебля, - не соврал Кацуки, покинув насиженное место. Просто так получилось - он не знал куда себя деть. Досидел уроки, пошлялся по коридорам, случайно подслушал разговор каких-то парней у окна. Два раза пил кофе в банке, лежал на банкетке, пугая девчонок, долго смотрел на школьное поле со второго этажа, курил одну-две сигареты, считал облака, похожие на черепа, маялся от безделия и головной боли до самого вечера. Он несколько раз обдумал одни и те же вещи, немного даже успокоился, будто взяв передышку в затяжном беге… - Пас! - кричали из приоткрытой двери спортивного зала, там же раздавались скрип подошвы кроссовок и звонкие удары мяча о пол. Бакуго подошел к нижним окнам, присев на корточки. Перед его глазами туда-сюда сновали шустрые ноги, стояли бутылки с водой возле брошенных полотенец. - Меняемся кольцами! - воскликнул какой-то парень, видимо, капитан. - Передышка пять минут! Юноши разбрелись по краям площадки, некоторые встали прямо у окон, и Кацуки стало труднее разглядеть Киришиму… Которого он искал. Блондин раздраженно вздохнул, взъерошив голову. Его чувства сигнализировали о дискомфорте из-за всех совершаемых им глупых действий, но они всё равно делались. Точнее, не так. Его мозг устраивал это - давал сигналы о действиях и только после их совершения думал о последствиях, беспокойство о которых перебивалось жаждой по тем давно забытым эмоциям, которые ему посчастливилось недавно испытать. - Бакуго? Блондин резко повернулся, почувствовав себя пойманным с поличным. Эйджиро тяжело дышал после матча, его упавшую прическу подпирала толстая бандана, открывающая блестящий от пота квадратный лоб. Кажется, только сейчас Кацуки разглядел небольшой бледный шрам на чужом веке. - Ты меня ждешь? - прямолинейно спросил Киришима. А Бакуго не знал, как стоило ответить. Сказать «да»? Это могло дать Эйджиро возможность над ним посмеяться, мол, больше не надо было его ждать. А если спросить, нужны ли еще занятия Дерьмовой голове? Дабы она не узнала о гордом ожидании со стороны Кацуки. Сказать, что проходил мимо? Откровенно солгать? Проигнорировать? Он молчал всё это время, тупо пялясь в непонятливого одногодку. - Киришима, на позицию! А того позвали обратно. - Эм… - Киришима мотнул головой назад, а потом опять глянул на знакомого, - подожди меня! Я скоро! - и убежал, налету схватив брошенный в свою сторону мяч. Бакуго не сдвинулся с места… Если бы сейчас можно было видеть его лицо..! И напуганный этим, он сильно потер кожу предплечьем, будто стирая то самое, наверное, жалкое выражение. Он нагло уселся на ступеньках у входа в зал, единолично став не приглашенным зрителем. - Ты видел мой трехочковый? - жужжали на ухо. - Бам-бам… Хуяк! - Киришима бросил невидимый пас в прыжке, а потом довольно рассмеялся. - Меня взяли сегодня в основной состав! Скажи, я крутой! Кацуки не отвечал, всматриваясь в неоновую вывеску круглосуточного магазина. - …подали заявку, так что в августе будут отборочные! Мы обязаны пройти на Региональный! Ты видел нашего тяжелого форварда?! Он под два метра, стриженный который, со второго года! Тупо машина - делает нереальные броски, а еще..! Они сели в «Макдональдсе», заказав много еды и большие стаканы напитков. - Ух, нажрусь! - Эйджиро нетерпеливо развернул бургер, затолкав в рот горсть картошки. Бакуго также распаковал свою булку с острой котлетой. - И, кофофе, капитан тогда заофал, я снафяла дафе не понял… - Киришима запил набитый рот «Колой», - ах, хорош! А оказалось, что тот чел специально выбил ему колено! Так же можно порвать связки! Ублюдок! Его перевели в запасные, а он потом свалил с клуба, сказав, что это мы дебилы, которые играть не умеют! Я ему тогда как..! - он резко махнул кулаком. - Вмазал! Отлетел на три метра! Я серьезно, не веришь?! Три метра! Меня тогда опять вызывали к директору… Но я считаю, что ему нужно было втащить! Настоящие мужики не опускаются до такой подлости! Если хреново играешь, то стань лучше..! - ...и так я сделал себе индивидуальную тренировку, столько-то кругов, столько-то жимов… - Киришима переписывал уравнение, иногда поглядывая в учебник, - сто отжиманий… Бля, не то написал..! - он небрежно стер часть карандашной записи. - Одолжил гантели потяжелее у мужика хорошего из зала возле дома! Потом накоплю, свои куплю… И вот так, короче, натягиваю спортивную резинку, чтобы, понял, сделать дополнительное давление..! - Эйджиро шустро принял позу, деловито бубня под нос. - Вот так сюда тяну, видишь, как бицепс напрягается..! Это я за полгода так накачался! Реально рабочая схема! И, короче, тяну сюда, а потом на вдохе обратно опускаю, чтобы вот тут напрягалось… У меня кумир есть, «Алый Бунтарь», слышал о таком? Наверное, нет. Он, короче, настоящий мужик! Значит, сижу я как-то, когда учился в средней школе, за компом… Они стояли на остановке под тусклым светом фонаря. Возле лампочки кружили мелкие мошки. - Сейчас мыться и спать, а завтра опять в школу! - Киришима потянулся, разминая спину. - А-а, тело гудит, мозг кипит, а-ха-ха! Тренирую не только мышцы! - он глубоко вздохнул, посмотрев в табло со временем прибытия поезда. И смолк, уступив вечернему шуму города, треску каких-то веток и далеким клаксонам гудящих машин. На юношеские плечи навалилась усталость, заволакивающая голову вязкостью. Эйджиро повернул лицо на Бакуго, сонно смотрящего перед собой в домики с горящими окнами. Тот чувствовал на себе взгляд. - Я столько всего сказал, - Киришима сглотнул слюну в слегка пересохшем рту. - А тебе - нечего? Порыв ветра растрепал их волосы, заполнив собой нависшую тишину. Кацуки слегка сощурился от залетевших в глаза песчинок, вокруг зашуршала листва, замотались провода, как качели. К остановке через минуту грохочуще и звучно подъехал старый поезд, озарив темный асфальт яркими окнами. Двери с лязганьем распахнулись, выпустив парочку человек, еще некоторое время ожидая новых пассажиров. А затем, звякнув, створки захлопнулись обратно, техника запыхтела, загудела, медленно поехав по металлическим рельсам дальше, постепенно набирая скорость. Перед Бакуго снова открылся вид тех самых негармоничных домиков разной высоты и ширины. Они будто были налеплены друг на друга, но при этом неплохо смотрелись вместе… Кацуки перевел глаза в сторону. Киришима смотрел на него, кажется, всё это время. Сколько поездов они пропустили? А Эйджиро всё не уезжал. Он считал на небе звезды, запрокидывая сильно голову, затем переводил глаза на молчащего и отрешенного одногодку, успев за это время внимательно его рассмотреть. Хотя рассматривать было особо нечего. - Кто тебе разбил губу? - Киришима глянул туда же, куда направлялся чужой взгляд, уже не ожидая, если честно, ответа. Просто говорил и спрашивал сразу всё, не стараясь произвести на знакомого какого-то впечатления. А смысл? Его видели уже в разных ситуациях, да и, скорее всего, уже для себя лично поняли, какой он человек. - Не пропускай удары от абы кого, - пронудел парень, пихнув камень носком старого ботинка, - или я буду выглядеть не круто, гордясь тем, что однажды тебя поколотил… Но если это было нечестно, то я могу надрать жопу тому ублюдку, который тебя ударил..! И я не считаю тебя слабым! Просто любого могут обмануть, кхм… - Эйджиро замолк, кашлянув. Он осторожно посмотрел на неизменное лицо Бакуго, которое даже стало пугать его своей неизменностью. А от этого нарастающего страха росло и раздражение в качестве защитной реакции. - Я не пойму, если не скажешь прямо! - громко заявил Киришима. - Если что-то случилось - так и скажи! Но ему не отвечали, поэтому злость шарахнула, как молния, прямо в макушку. - Черт! - Эйджиро за мгновение приблизился к Кацуки, схватив его за воротник. - Я для тебя пустое место?! Не игнорируй меня, придурок! Бакуго хмуро уставился в сердитое лицо… - У меня голова раскалывается, блять, - он перехватил удерживающую его руку. - Ты можешь уже закрыть свой блядский рот? - Значит, язык у тебя все-таки на месте! - грозно прорычал Киришима, а затем оттолкнул блондина как можно грубее. - Понял! Я… больше и слова тебе не скажу! - прозвучало обидчиво. Кацуки цыкнул, закатив глаза, уже открыв рот, чтобы привычно послать знакомого куда подальше, но тот догадливо сам отвернулся, быстро спустившись с остановки. Бакуго провожал его спину, потерявшуюся в узком проходе, заросшем кустами, оставшись один. С минуты на минуту подъехала электричка, светящаяся номером, который нужен был тому, кто ее не дождался… Блондин смотрел в открытые двери полупустых вагонов, сжимая губы. Он помнил фразу о «мыться» и «спать» после действительно тяжелого дня, брошенную одногодкой, который сейчас, как ребенок, сбежал из неприятного общества Бакуго, навредив этой демонстративностью только самому себе. Поезд быстро захлопнул ставни, затархтел и уехал, вернув остановке гнетущую тишину. Кацуки смотрел в эти чертовы домики, в некоторых окнах которых уже потух свет. Он достал телефон из кармана, нашел чей-то номер… и нажал кнопку вызова, приложив холодный экран к уху. Кончики пальцев уже замерзли, хотелось в туалет по-маленькому, а гудки назойливо резали слух. - Алло? - отозвался настороженный голос из динамика. Он воспринимался немного иначе из-за сотовых помех. Бакуго обернулся, посмотрев на спуск остановки, проход и кусты. - Вернись. - А? - Вернись, дебил. Как ты собрался ехать домой? Не ответили. Кацуки тоже молчал, дав знакомому пару минут на осознание, что это он. Однако, видимо, Киришиме было нужно больше времени, потому что подросток не издал ни звука. Либо делал это специально. Бакуго недовольно выдохнул через нос, собираясь сбросить вызов, не намереваясь играть в эту тупую игру. Он даже опустил телефон, который загорелся временем текущего звонка с именем абонента… «Дерьмоволосый». Кацуки снова выдохнул, несдержанно размяв шею, и вернул телефон к уху. - Хватит вести себя как молокосос, - вот, что еще он нашел сказать. - И ты реально думаешь, что меня кто-то мог наебать в драке? Нужно быть последним дебилом, чтобы попасться на какой-то трюк… - и, кажется, еще что-то, на чем Бакуго прикусил язык. Он снова опустил телефон, зло посмотрев в сторону, в неопределенное место, раскаляясь от воспоминаний… - Да! - заорал вдруг юноша в микрофон. - Этот ебанный сукин сын..! Он, блять, всегда был жалким ссыклом! Он всегда пасовал при взрослых, чтобы быть гребанной белой овцой! И я подумал, что в этот раз было также..! Я расслабился! Сука, я расслабился! И он, пидор, вмазал мне первым! Этот кусок дерьма! Он знал, что я не ожидал от него удара! Он, блять..! - Кацуки запнулся, задыхаясь от возмущения. - Он всё обо мне знает! Агх! - выкрикнул юноша. От собственного ора звенело в ушах. Голова пульсировала так, что была готова взорваться с секунды на секунду, хотя Бакуго грезилось, что он уже взорвался. Сердце вырывалось из груди, подмышки со спиной взмокли, а лицо раскраснелось от гнева. Он тяжело дышал, переводя дух, дав отдохнуть голосовым связкам… Разум прояснялся накатами. Даже стало боязно взглянуть в телефон после этой сумбурной тирады, но блондин понадеялся увидеть там просто свою черную заставку. Алые глаза смотрели в текущие секунды вызова… С ним всё еще были на связи. - Почему ты не сбросил, придурок? - с наездом хрипловато гаркнул Кацуки. - Ты же съебался, нахуй! Ты же обиделся, как сопливая девчонка! Засрал мне мозг, сам доебался и сам обиделся! Мне нахуй не всрались твои разговоры, понял?! И твои «слова», блять, особенно! Кто вообще тебя слушает?! Ты вообще слышал, какую хуйню постоянно несешь?! У тебя развитие на уровне пятилетнего?! Двух слов связать нормально не можешь, ебанная деревня! Вообще, никогда, блять, не открывай свой рот, слышишь?! Иди нахуй, Дерьмоголовый! Иди нахуй со своим пустым пиздежом, баскетболом и соплями о всякой херне! Ты меня в край заебал! Слышишь?! В край, нахуй! Бакуго подавился собственным языком, запыхавшись. Он глубоко выдохнул, опустив телефон, вытер лоб о плечо, уставился в звездное небо, ища в нем спасение… и ударил пальцем по экрану, которое отразилось всё еще текущим вызовом. Кацуки усмехнулся, проведя языком по зубам, то ли собираясь что-то сказать вдогонку, то ли сам нажать красную кнопку, уже все сказав. Боковое зрение заметило какое-то постороннее движение, потому блондин бросил туда быстрый взгляд… Внутри что-то ухнуло, когда к ступенькам подошел Киришима, удерживающий телефон возле уха. Его лицо было бледным, почти что синюшным с красной переносицей, глаза смотрели хладнокровно, а губы стали белой полоской. Он медленно опустил гаджет, на долю секунды подсветивший линию напряженных скул от сжатых зубов. У Бакуго завершился вызов, о чем уведомил соответствующий звук из динамика. Блондин сунул руки в карманы штанов, проследив за тем, как одногодка поднялся на остановку, встав от него в паре метров. И тот больше на него не смотрел… Кацуки также повернулся к нему боком, переведя глаза на пустые рельсы. - Спасибо, что сказал прямо, - спустя несколько минут напряженной тишины проговорил Киришима. - Я не буду… тебя доставать. Извини. Вдалеке послышался поезд. Бакуго это напрягло. Либо напряг не поезд. Он сглотнул вяжущую рот слюну, мельком глянул на понурый вид знакомого и почувствовал внутри непонятный укол. Электричка всё приближалась, издалека светя нужным Эйджиро номером. Тот слегка подсобрался, сделав шаг назад из соображений безопасности, готовясь в скором времени войти в вагон. Кацуки смотрел на идущий к ним скрипучий состав. И вот. Его глаза теперь смотрели, как он уезжал дальше… Затем взгляд перешел немного правее, на оставшегося Киришиму. Тот держал низко голову, стоял какой-то натянутый. Не мог же прозевать транспорт прямо перед самым носом? Подумал бы Бакуго. Но он не подумал, потому что широко раскрытыми глазами наблюдал, как Эйджиро вытирал предплечьем лицо, а затем еще раз и еще, как-то зачастив с этим движением. И когда раздался сдавленный жалобный всхлип, любому бы стало ясно, что Киришима заплакал. Подросток старался успокоиться, шумно выдыхая, то смотря на табло с номерами последних электричек, то еще куда-нибудь далеко вперед. Однако сбивчивое дыхание, смачные шмыганья носом, дрожащие пальцы, смахивающие с подбородка соленые капли, говорили об обратном. Кацуки тупо пялился на него, не зная как себя вести, и раздражался от возникшей неизвестности, в которую его поставили. Да Эйджиро и сам не знал, что с собой делать… Ему позвонили. Он вынул телефон из кармана, судорожно прокашлялся и приложил гаджет к уху. - Да, алло? Да, хах, кхм, я задержался на тренировке, прости! А… я кричал много, поэтому голос сел, кхм, как всегда, да, хах… Меня взяли в основной состав, гордишься братом? А-хах, не обижай сестру, я же слышу! Дай ей телефон! Привет-привет! - Киришима спешно вытер лицо, шмыгнув. - Да-а, я скоро приду, да-а! - корявил он голос, общаясь с маленьким ребенком, чьи возгласы были слышны даже вне телефона. - Разве она не должна уже спать? Извини, да, я понял… Дядя злится? Я правда скоро буду, да, извини… - говорил юноша уже с кем-то постарше. - Я… я форму в школе постирал… - запнулся он. - Нет-нет, всё нормально, просто подумал, что лучше стирать в школе по возможности… Тренер не против, да. Многие стирают! Извини, что раньше не додумался… Я куплю, хорошо. Ага… - Эйджиро положил трубку, вытер сдохнувший экран телефона о штанину и вложил обратно в карман. На улице было по-приятному прохладно и свежо. Поезд не спешил ехать, слезы у Киришимы всё наворачивались, а он торопился их сморгнуть, всячески себя сдерживая. Даже пощипал незаметно бедро, чтобы перебить болью плачь. На Бакуго смотреть не хотелось, как и не хотелось быть с ним здесь… Не хотелось даже дышать с ним одним воздухом. Эйджиро отвращало его присутствие, он, можно сказать, за минуту возненавидел его. Абсолютно за всё. Не было в нем ни капли хорошего, в чем Киришима четко для себя убедился. И судьба, как выяснилось в очередной раз, давала ему всё это время четкие знаки. А он почему-то не слушался, в противовес ей выставлял свой дурацкий азартный интерес от знакомства с таким отвратительным парнем. Каким же долгим был этот день, когда же он уже кончится? Бакуго уехал первым. Он плелся по своей улице, пугая угрюмым видом редких соседей, вышедших выгулять собак перед ночью. Мать была дома, заняв кухню с большим рабочим ноутбуком. Когда Кацуки вошел в прихожую, она глянула на время и, нахмурившись, вышла к нему, сложив руки на груди. - Почему так поздно? - низким тоном начала женщина первее, чем увидела лицо сына. Ей не ответили и прошли мимо, стремясь как можно быстрее скрыться в комнате. - Кацуки! - блондинка подошла к лестнице, окликнув подростка, поднимающегося на второй этаж, и тот нехотя замедлился, не оборачиваясь. - Я… Я заходила к тебе, - контролируя голос, старалась спокойно сказать Мицуки, - положила на стол деньги для лагеря. Учитель Айзава сказал, что будут спортивные тренировки и экскурсии, если тебе что-то понадобится - купи. Ты услышал? Но юноша уже хлопнул дверью, так и не ответив. Женщина медленно выдохнула, обеспокоенно покусав губу, и спустя несколько минут закончила с работой на кухне, решив отправиться спать, чтобы уже лишний раз не беспокоить сына. Бакуго привычно замкнулся с внутренней стороны, бросил сумку в сторону и упал на кровать, долгожданно приняв положение лежа. Он шумно выдохнул в ткань одеяла и, когда стало не хватать воздуха, перевернулся на спину, уставившись в темный потолок. На душе было гадко, в голове навязчиво крутились одни и те же мысли, и сердце все не переставало бабахать в груди. Кацуки ненавидел тех, кто выглядел жалко, особенно, если эти люди пользовались жалкостью, оправдывая ею собственные глупые действия или корыстно стараясь вызвать к себе сочувствие. Потому Бакуго особенно ненавидел слёзы, они его всегда страшно бесили. Тем более, когда он сам становился причиной их появления. Например, Изуку часто ревел в детстве, а Кацуки тогда чувствовал над ним особое превосходство - что он более «волевой» и «крепкий» не только физически, но и морально в отличии от дурака Деку. И так было практически всегда, практически со всеми. Только в этот раз почему-то собственная реакция оказалась другой. Тоже злило весьма сильно, разочаровывало очень, а еще немного удивляло, ведь оказалось неожиданностью. Бакуго никак не мог избавиться от прокручивания в голове последних часов, всего дня, недели. Хорошо, что вокруг уже было тихо, стояла ночь, и от тишины и ночи вдруг запекло в носу, защипало глаза, брови напряженно съехались и дрогнули. Кацуки отвернулся к стене, зарывшись лицом в одеяло. Он бы хотел назвать веские причины своего поступка, но в данный момент ничто не шло в голову. И именно из-за отсутствия поводов он чувствовал себя ужасно паршиво… и виновато. От мысли, что Изуку на днях, возможно, оказался прав в своем разочаровании, хотелось рвать и метать, но Бакуго было сейчас не до этого. Он тихо шмыгал, вытирая мокрые глаза об одеяло, проклиная себя и за необоснованную агрессию, и за небезразличие к чужим чувствам.

***

- Тецу, ты закончил с тренировкой? Парень вернулся с пробежки и удивленно глянул на отца, сверившись со временем на спортивных часах. - Да, сегодня же выходной. Планировал весь день тренироваться. - Отдых тоже важен, - мужчина сложил мощные руки на груди, уверенно усмехнувшись. - Пойдешь со мной. На душ и переодевание даю десять минут. - Че?! Тецутецу вылез из машины, настороженно осмотрев небольшой спортивный комплекс, к которому его привез отец. На улице было некоторое количество людей, не похожих на простых зрителей, снаружи висели баннеры с большими заголовками… - Какого хрена?! - заорал громкий подросток, обернувшись на замкнувшего автомобиль отца. - Айкидо, серьезно?! - Меня пригласили, - мужчина весело засмеялся, двинувшись к главным дверям. - Сегодня выступает много хороших парней твоего возраста. Тебе будет полезно посмотреть. - О, тренер Тецутецу, Вы приехали! - подбежал к седовласому незнакомый менеджер. - Мы так рады! - Ха-ха-ха! Ну конечно! - самодовольно рассмеялся мужчина. - Эй, Тецу, ты где застрял?! - Да иду я, черт, - буркнул парень, недовольно двинувшись следом. - Ох, Вы приехали с сыном, ну надо же! Мы подготовили Вам места в первом ряду. - Ого, спасибо! А тренер Канадзуми уже здесь? - Да, он недавно пришел… - Тренер Канадзуми?! - загорелся юноша и пролетел в двери первее всех. - Вот же ж… - хмыкнул старший Тецутецу, спокойно пройдя внутрь. - Тренер! - Тецутецу ворвался в холл и по струнке вытянулся перед низкорослым коренастым мужичком с вьющимися бакенбардами… и лысиной на макушке. - Здравствуйте! - вежливо заорал парень, отвесив смачный поклон. - Угу-м, - басом ответил тот. - Почему ты здесь, Тецутецу? - Потому что я здесь! - заявился отец подростка, махнув рукой. - Значит, тебя тоже пригласили, - мужичок помял подбородок, глянув на большие настенные часы. - И даже не опоздал… - За кого Вы меня принимаете? Я же тоже тренер и должен подавать молодежи пример! - Тецутецу, - обратился к юноше Канадзуми, но среагировали оба… Поэтому мужчина, хорошо зная эту парочку, уставился в глаза младшему, чтобы стало понятно, кого он имел в виду. - Да! - сразу выпрямился тот, прижав руки по швам. - Хорошо, что ты пришел, - задумчиво сказал наставник, заинтересовав парня. - Айкидо и дзюдо имеют общие истоки, поэтому посмотреть на демонстрацию не будет для тебя лишним… - Но в айкидо нет схваток, тренер! Я не понимаю на что тут смотреть! - откровенно признался Тецутецу. - На движения, - четко отрезал мужчина, нахмурив густые брови, - и чистоту техник. Это опыт. - П-понял! - конечно, не поняв, воскликнул юноша. Отец с него по-доброму посмеялся. Вскоре все малочисленные зрители прошли в небольшой зал, в центре которого были представлены две площадки. Перед татами стоял протяженный стол с пятью местами для членов жюри. Тецутецу плюхнулся на стул, немного скучающе смотря на выстроенных в айкидоги юношей у крайнего входа. - Так и думал, - тихо буркнул седовласый мужчина рядом с сыном, сложив руки на груди. Тот бросил на него взгляд, как в этот момент было объявлено начало и названы имена первых выступающих спортсменов. - Разве в «ката» не по две пары? - насупленно пробубнил подросток, заведя руки за голову. - Участников мало, поэтому, наверное, решили по одной, - по-умному предположил отец. Когда первые двое юношей закончили свою демонстрацию, были представлены следующие. Они вышли на татами… - О! - воскликнул Тецутецу, чуть не вскочив с места. - Это же..! - Знаешь его? - усмехнулся мужчина. - «Мелани Мартинез»! Он учится в моей параллели! - Мела… Кто? Кхм… Да, это Тодороки Шото, - старший Тецутецу досадливо цыкнул, покосив глаза в угол посадочных мест, где в тени скрывался мощной комплекции суровый мужчина. - Ты его знаешь? - удивился подросток, уставившись на отца. - Ты видишь, какого цвета его пояс? - Ч-черный! - Да, у него первый дан, он уже мастер в таком возрасте. - Серьезно? - Тецутецу шокированно сглотнул, уставившись на разноцветные волосы. - И он владеет не только айкидо… Этот парень начинал с дзюдо, и ему пророчили большую карьеру… И ведь я вербовал его целый год в своё додзё. - Бать, серьезно?! - подросток вылупился на отца, который уже более серьезно кивнул, посмотрев на Шото. - Но его в тот момент переманили в Токио… Каково было мое удивление, что он ушел из дзюдо в айкидо, - мужчина снова глянул в сторону, хмуро всматриваясь в напряженного Энджи. - Скорее всего, проявился его юношеский максимализм… - Тц, а ведь он выглядит как лох, - честно ляпнул Тецутецу, пропустив мимо ушей бубнеж отца. - Никогда бы не подумал, что он со мной в одной теме… - Хах, глянь, кто еще пришел на него посмотреть, удивишься. - А? - юноша проследил за тем, куда направился отцовский взгляд, найдя на трибунах короткостриженного высокого юношу… - Кто это? - Сын, серьезно? - разочарованно цыкнул мужчина. - Это Инаса Йоараши. Хотя неудивительно, что ты его не знаешь, ты же не интересуешься своими соперниками. - Я говорил, что мне ни к чему о них знать! Тогда бороться неинтересно! - Этого парня я тоже вербовал, - проигнорировал старший Тецутецу восклицание сына. - У него хорошее телосложение, высокий рост, и в средней школе уже была огромная сила… Ему оставалось только наработать технику, и он бы стал монстром на татами, если уже не стал. - С-серьезно? - юноша с вызовом уставился на Йоараши. - Хочешь сказать, что он лучше меня? - Ну, не настолько, хах, - мужчина пропустил смешок. - Однако есть то, в чем ты ему правда уступаешь… - Что это?! - В силе духа. Тецутецу с вызовом посмотрел на отца, раздосадованно сжав губы. - Ты тяжело поддерживаешь свою мотивацию, - мужчина говорил уверенно и строго, перейдя в режим настоящего наставника. - И часто падаешь духом, если не видишь результатов. Этим ты… в мать пошел. - Слышь! - Ее настроение так же, как у тебя зависит от каждой мелочи. Эх, если бы Цуцуми пошла в спорт… Она так на меня похожа. - Драться хочешь, бать?! - Кстати… Мероприятие закончилось через пару часов, тренер Тецутецу вдоволь наговорился со всеми встреченными знакомыми, а его сын побросал колкие взгляды в стороны Тодороки и Инасы, шляющихся неподалеку. Вскоре «железный» дуэт сел в машину, когда старший завел разговор с младшим. - М? - юноша пристегнулся, глянув на отца. - Ты попрощался с тренером Канадзуми? - Три раза, - как солдат отчеканил Тецутецу. - Ясно, - усмехнулся мужчина, - кхм… - на самом деле он хотел спросить не это. - Тецу. - Что? - У тебя есть кого позвать на осенние соревнования? - А? - подросток удивленно вскинул брови, а потом призадумался. - Ну, братанов из клуба, братанов из класса… со средней школы еще пару человек… - Я не про это. Я про девушку. - Чего? - Тецутецу не сразу понял, а потом вспыхнул красным, заорав от смущения. - Чего?! Бать, ты че?! Да я только о тренировках думаю, какие девушки?! - Хм… - мужчина же непринужденно завел автомобиль, переключив передачу. - На спортивном фестивале я видел старосту твоего класса. Кажется, она хорошо к тебе относится. - К-Кендо?! Стоп! Ты был на спортивном фестивале?! - Ты не думаешь позвать ее? - Н.. не думал… - юноша немного поумерил пыл из-за спокойного тона отца, но румянец с его щек никуда не делся. - Значит, Кендо, - старший Тецутецу слабо кивнул. - Мне она показалась хорошей девушкой. - Ну, да, она… - За таких и нужно цепляться, сын. Подросток обратил на профиль мужчины выжидательный взгляд. - За ответственных и сильных девушек, - продолжил тот. - Если ты завоюешь ее сердце, то она будет направлять тебя и станет надежной поддержкой в трудные минуты. - Разве не мужчина должен быть опорой?! - Да, мужчина, - кивнул старший Тецутецу. - Но семья состоит в первую очередь из мужчины и женщины, и когда тебе будет тяжело, именно она должна стать для тебя фундаментом. Потому выбирай себе надежную и умную девушку, Тецутецу, сразу смотри в ваше общее будущее. - Бать… - Ты знаешь свои слабые места, поэтому тебе нужна та, кто сможет их восполнить. Не влюбляйся в кого попало. - А я, че, похож на того, кто..?! - Да, похож. На самом деле, это мать сказала мне поговорить с тобой на эту тему. - Ма?! - Но так как ты ее вообще не слушаешь, то я передаю тебе ее слова… Кхм… «Сейчас ты наивный и впечатлительный, цепляешься за яркие эмоции, но помни, что всякой быстрой сильной эмоции приходит конец, и наступает долгий штиль. Не гонись за секундными впечатлениями, выбирай с умом правильных людей». Я, может, не скажу так красиво, как твоя мать… Но скажу как тренер и взрослый мужчина: дисциплинируй не только свое тело, но и свой дух. Это именно то, что я хотел тебе показать через айкидо. Тецутецу опустил голову, сжав кулаки. Понял ли он посыл родителей? Или его злило, что его поучали даже в таком чистом и с трепетом ожидаемом чувстве? «Дисциплина в любви» - разве это то, чего хотело молодое сердце? Янаги поменяла постельное белье, повесила постиравшиеся вещи, протерла рабочий стол, разобрав канцелярские принадлежности, и села на диван в гостиной, уставившись в выключенный телевизор. Было тихо. Родители в выходной уехали по своим делам, а дочь осталась сама по себе. Она взяла пульт, думая включить какой-нибудь канал про тайны человечества, но так и застыла в неизменной позе, смотря в одну точку. «Танабата», - подумала Рейко о летнем празднике и тихо вздохнула. Прошла неделя с ее первой в жизни прогулки вместе с мальчиком из параллельного класса. Янаги почему-то полагала, что это положит начало череде каких-нибудь событий, но ничего не случилось. И ничего не изменилось. Серо изредка здоровался с ней, когда они случайно пересекались в столовой или на выходе из школы, но не больше того. «Как странно», - размышляла девушка, положив голову на мягкую обивку, - «или это всегда так?». Ей казалось, что девочки, которых постоянно куда-то звали, жили иначе, но по итогу не было ни капли волнующего ажиотажа. «Или я делаю что-то не так?», - вдруг допустила мысль Рейко, лениво поводя глазами по стенам квартиры, но быстро ее забыла, не захотев сильно грузиться по этому поводу. Она включила телевизор и отвлеклась на программу, посвященную иллюминатам.

***

Бакуго вырвался из беспокойного сна, где падал с высокого обрыва, резко дернувшись всем телом. Он зажмурился, глубоко вдохнув, а затем разлепил скисшие веки. Сердце выпрыгивало из груди, тяжело дышалось, бросало в пот. Юноша раздраженно сдернул с себя одеяло, помял пальцами лицо, стер влагу со слипшихся коротких ресниц, потянулся во всю длину, растягивая затекшие мышцы… А потом приподнял голову, глянув на свои намокшие трусы. - Пиздец, - юноша горько усмехнулся, стыдливо застонав в голос. - Ебанный насос… Не имелся в виду какой-то конкретный насос, просто подросток так приветствовал утреннюю поллюцию. Кацуки принял душ, застирал нижнее белье, почистил зубы, хмуро пялясь в свое за выходные осунувшееся лицо. Наступила неделя экзаменов, июнь разгорячился к своим последним числам. Блондин успел дома позавтракать и даже приготовить бенто на обед, хотя в горло ничего не лезло. Он почеркал два дня в календаре, в том числе и наступивший, покинув наконец комнату. В школу идти было волнительно. Но почему? - Он какой-то… не такой, - Ашидо шепталась с Ураракой, стоя возле автоматов с напитками. - Ты заметила? - Ага, - кивнула Очако, сделав глоток. - Ну, он всегда был себе на уме… - Я таких опасаюсь! - тихо запищала Мина. - Не знаешь, что ожидать! Жуткий тип… - Он еще и альфа… - запнулась Урарака, глянув на подругу. - Эм, извини… - За что? Я всё понимаю. Но девочки-альфы отличаются от мальчиков! Девочки более сдержанные! Чертов «Каччан» портит мою репутацию! - Хи-хи! Мина, а ты пойдешь за покупками? - Конечно! - Тогда я тоже пойду! - Ты говорила, тебе нужен купальник? - Ага, а ты что будешь покупать? - Я тоже купальники посмотрю! Не хочу быть в прошлогоднем! - Интересно, кто пойдет от «Б» класса? - задумалась Очако. - Я с ними не так хорошо знакома… - Кендо классная! - уверенно заявила Ашидо. - А еще у них, говорят, крутая новенькая! - Пони, да? Тоже слышала! Она ведь из Америки? - Ты пойдешь? - Тецутецу громко приставил стул к парте друга, плюхнувшись рядом. - Я думал потренироваться, - Киришима размял шею после нудного урока. - Да ладно, пошли с нами! - обернулся Каминари, требовательно хлопнув ладонью по столу. - Хотя, погоди, я понял… Ты боишься, что не поедешь в лагерь из-за низких оценок? Ха-ха! - Ну… - Эйджиро смутился, сложив руки на груди. - Нет! Я просто парюсь из-за соревнований! И мне не нужно ничего покупать! - Ну да, конечно, - язвил Денки. - У тебя отличный настрой, брат, - поддержал одноклассника Тецутецу. - Соревнования по баскетболу начинаются раньше, чем у дзюдоистов. Я приду тебя поддержать! - О, спасибо! - Только посмей облажаться! - Эй! - Эх, волейбольные соревнования тоже начинаются в июле, - Серо забрел в кабинет параллельного класса, встав у свободного края Киришиминой парты. - Хорошо, что я на скамейке… - В смысле?! - возмутился Тецутецу, грозно нахмурив почти невидимые брови. - Почему ты отсиживаешься?! - Мне впадлу напрягаться, - честно ляпнул Ханта, стрельнув острой улыбкой. - Не по-мужски это! А ну возьми себя в руки! - Ле-ень… - А-хах, - Эйджиро задорно хохотнул, хлопнув Серо по плечу. - Все равно покажи им! - Да-а, - вяло отозвался Ханта, с насмешкой подняв кулак. - Эй! - всерьез воспринял Тецутецу. - Где твоя энергия, где твоя сила в голосе?! Ты похож на старческий хер! Такой же дохлый и вялый! - Старческим хером меня еще никто не называл… - А-ха-ха! Эйджиро усиленно делал вид, что с ним всё в порядке. Выходные выдались неспокойными, он почти не бывал дома, специально пропадая в городе или маленьком тренажерном зале неподалеку. Хотел отвлечь голову, поднять себе настроение, но особо не получалось, мысли возвращались всё к одному и тому же вечеру, неожиданному звонку, сковывая содроганием всякие действия. Юноша решил не сохранять номер, но не удалял его из списка входящих, чтобы помнить о нем и тех словах. И вот, понедельник, начало сложной недели со сплошными контрольными и занятиями в клубе, казалось бы, с тяжестью и легкостью подросткового лета. И как же было обременительно испытывать чувство пожирающей обиды. Он был так сильно обижен! Задет и обижен, унижен за наивность, открытость и дружелюбие. «Дурак!», - корил себя Киришима весь день. Даже друзья толком не отвлекали, хотя внешне могло показаться, что он вполне отвлечен. Только жадные ясно-клубничного цвета глаза без воли хозяина сами находили обидчика и следили за ним, желая разглядеть в сгорбленной спине хоть каплю раскаяния, которой ожидаемо там не было. «Дурак», - думал Эйджиро о нем, самоустраняясь. И не догадывался, что Бакуго искал повода для встречи, но сам себя разворачивал на полпути, не решаясь приблизиться. Он сидел на крыше, мял незакуренную сигарету, критиковал Киришиму за добродушие, из-за которого того не оставляли в покое всякие посторонние. Кацуки весь день чесал голову от нервных мурашек, обдумывая всё, так и не приходя к какому-то конкретному решению. Единственное, он хотел применить урок, усвоенный еще в детском саду. Один из немногих полезных, коих преподал ему его глупый отец: «Чем больше пройдет времени - тем труднее будет извиниться». У классов, так совпало, был в одно время урок физкультуры. И «А», и «Б» погнали на улицу. Одни наворачивали круги, куда отправил их учитель Инуи, которого школьники прозвали между собой «Гончим псом» за ужасно лающий голос и несдержанный характер, другие же решили поиграть либо в стритбол, либо в волейбол, на площадку которого завистливо смотрела бегущая свой круг Мина. Когда занятие подходило к концу, Киришима отправился за здание школы, к цветочным клумбам, чтобы умыться под уличным краном. Он немного присел, отодвинул шланг для полива, и ополоснул горячее лицо, нагретое игрой и жаром знойного солнца, а затем и сунул всю голову под струю, приятно ее остужая у самых корней волос. Проведя руками по чёлке, чтобы сбросить лишнюю влагу, парень не сразу заметил тень, загородившую свет. Взгляд поднялся вверх, устремившись в хмурое и после бега покрывшееся красными пятнами лицо Бакуго. Эйджиро сглотнул, невозмутимо опустив голову. Он еще раз умылся, вытерев лоб о футболку, не собираясь уступать этот кран одногодке, ведь слева было еще как минимум два таких. - Почему ты схавал? Киришима замер, сразу подумав о слишком многих вещах, не в полной мере понимая вопрос. - Ты был прав, - коротко и уверенно ответил он, погодя, закрутив воду, - я жалкий, - и поднял глаза. - Реву, когда мне грустно, ору, когда зол. Я всегда был жалким и недалеким, много болтаю и многих раздражаю, я знаю это. Такому крутому парню как ты водиться со мной - не круто. - Я… тогда погорячился, - с запинкой ляпнул Бакуго, вцепившись одной рукой в холодный бетон перегородки уличных раковин. - Тц, - недовольно цыкнул Эйджиро, отведя глаза в сторону. - Так откровенно поносить посторонних людей могут только настоящие ублюдки… Даже друзья, какими бы они ни были, не стерпят такого отн-… - Стерпишь? Киришима вздернул голову, настороженно всмотревшись в оттененное волосами неузнаваемое лицо. Кацуки вытер его о локоть, устало выдохнув, лишь бы лишний раз скрыться от пытливых глаз. Он сжал пальцами бетон, сглотнув вязкую после физкультуры слюну. - Я сорвался, - Бакуго поджал подбородок, с трудом сознаваясь в своих ошибках. - Ты и твоя болтовня были ни при чем. Это я... Не сдержался. Эйджиро недоверчиво выпятил губы, всматриваясь в Кацуки снизу пристальным взглядом, а потом снова открыл кран, умыв лицо. - Киришима! - несдержанно рявкнул Бакуго, кажется, впервые позвав его по фамилии. - Ладно! - ответно огрызнулся тот, раздраженно хлестанув водой в разные стороны. - Только в этот раз! - Черт, - Кацуки заскрипел зубами от унизительного стыда, - много чести, блять! - Опять начинаешь?! - Да съеби уже от крана! - Слева еще есть, иди туда, придурок! Переодеваясь в раздевалке, Бакуго чувствовал себя непривычно окрыленным. Какая-то хищная улыбка трогала его губы, а тихие кровожадные смешки пугали всех остальных одногодок, находящихся с ним в одном помещении. У них бежал холод по коже от предположений, что или кто мог вызвать такую сильную злость до отчаянно смеха у пугающего их агрессивного хулигана… Но это была не злость. Просто Кацуки пытался подавить тупую радость, возникшую в своем теле, как ему казалось, на пустом месте. Только теперь место было не пусто. Киришима косился на его угрожающее табло с некоторой опаской и все еще чувством липкой обиды. Они сидели на крыше, якобы, случайно столкнувшись после урока. - Сука, я весь провонял, - тихо бурчал Бакуго себе под нос, тыча в телефон. Он не хотел доставать при Эйджиро сигарету. - Да, сейчас в душ бы… - отчужденно бубнил Киришима, смотря на вентиляционные трубы, а потом опять переводил лишь на толику любопытные глаза в профиль Кацуки. У того же чесали язык некоторые вопросы, но он усердно пялился в экран, делая важный вид. Тишина затянулась… И придавила его немного, а внутреннее волнение выпихнуло из рта то, что было на уме. - Почему ты ревел? - блондин сильнее нахмурился, чем старался контролировать суровость своего лица. Эйджиро уставился в сетку напротив, рассмотрев за ней высокие офисные здания. - Задело. Бакуго насупился больше, сжав телефон в руке. - У тебя выдержки нет? - Нет. - Блять, - он почему-то психанул от прямых ответов, зыркнув на одногодку. - Я уже всё сказал! - И че?! - с той же интонацией гаркнул Киришима, обиженно скривив губы. - Мне не может быть обидно?! - Ч-че..? - как-то растерялся Кацуки, а потом, цыкнув, сгорбился. - Я думал, что ты серьезно! Все выходные об этом думал! - громко и требовательно заявил юноша прямо в ухо. - Я думал, что мы поладили! Хорошо же тусовались вместе! А потом - на! Оказывается, ты меня ненавидишь! - Я не говорил такого, блять! - Бакуго схватил Киришиму за рубашку. - Не пизди! - Но для меня твои слова это и значили! - не спасовал тот, продолжая сетовать на произошедшее. - И я думал, нахуй тогда ты согласился заниматься со мной, если я настолько тебе отвратителен! - Ах ты ж, сука..! - Кацуки заскрипел зубами, собираясь сказать свое слово, но его перебили. - Но сейчас я понял, что ты тогда выплеснул на меня злость, потому что я не понял..! Твоего состояния… - Эйджиро опустил глаза, раздраженно шепнув «черт». Бакуго внимательно всмотрелся в его лицо, не до конца понимая, о чем тот говорил. - Тебя что-то беспокоило… Наверное, мне нужно было и вправду пиздеть меньше… - Да блять! - Кацуки тряхнул начавшего распускать сопли Киришиму, ударив его жесткий лоб своим лбом. - Ай! - Гх! Придурок, возомнил себя хуй пойми кем! - А-а… Гон. Они спокойно смотрели в оградительную сетку с вылезшими красными шишками у линии роста волос. - Тц… - Тогда это многое объясняет. Ты похож на братана Тецутецу. - Слышь, не сравнивай меня с этим ебланом! - Ты сказал тогда, что какой-то чел тебе вмазал первым, - Киришима пропустил мимо ушей слова о седовласом друге, серьезно глянув на набыченного Бакуго. - Это он тебя вывел? - Блять… - Кацуки громко выругался, сжав кулаки, свисающие с колен. - Я его знаю? - Нехуй тебе его знать. - Понял, - Эйджиро задумчиво уставился в небо, решив больше не расспрашивать об этом, прекрасно видя острую реакцию. - Кстати, ты вернешь мне майку? - Черт… - Бакуго встрепенулся, совсем про нее забыв. - Да. Завтра.