Бедные люди

      Воин и меч. Ключ и замок. Сердце и любовь.       Книга и Перо.       Все эти вещи были лишены смысла поодиночке. Их сущность определялась связью, превращавшей раздельные формы в единое целое. Как воин терял свой путь без меча, так и Книга оставалась незавершенной без Пера.       Книга никогда не существовала сама по себе. С самого начала рядом с ней было Перо. Они были подобны симбиозу, механизму, в котором одно задает форму, а другое приводит ее в движение.       Однако если Книга была ограничена листами и принимала слова лишь на своих страницах, то Перо не знало границ. Оно позволяло словам возникать где угодно, выходя за любые пределы. Его чернила никогда не иссякали, и одного этого было достаточно, чтобы увидеть в нем угрозу. Поэтому со временем на Перо наложили печать, не поддававшуюся никаким попыткам ее снять.       Тогда, ослепленные легендами о заветной Книге, люди начали искать ее, зная, что Перо куда могущественнее, но остается недосягаемым. Книга стала заменой, доступной частью утраченного целого.       Столетиями люди жаждали власти, забывая, что Книга и Перо — две половины одного замысла.       Когда о чем-то забывают, когда оно больше никому не нужно, оно исчезает.       Так исчезло и Перо. Было утеряно, словно никогда и не существовало.       Эти строки стояли на пожелтевших страницах старинного тома, затертого временем и человеческими руками. Название было скромным — Сборник народных мифов и сказаний — но между строк скрывались вещи, которым не осмелился бы поверить даже заядлый конспиролог.       Прошел ровно год с тех пор, как Фёдор Достоевский был в шаге от уничтожения всех эсперов. Теперь не осталось ни его, ни сообщников, ни даже страниц заветной Книги. Достоевский погиб, но его идеология продолжала жить среди уцелевших и среди тех, кто верил в сокровенность его идеи.       Вечер опускался над Токио. Молодой человек сидел в тишине архивного зала библиотеки. Перед ним на столе лежала раскрытая книга.       Пространство вокруг заметно погружалось в полумрак. Над головой высились бетонные купола, из которых свисали нити, державшие круглые люстры. Они покачивались от малейшего движения воздуха, отбрасывая теплый, рассеянный свет.       На столе, напротив него, горел экран ноутбука. На нем была открыта страница новостного издания.       Заголовок гласил:       «Археологи обнаружили древний артефакт в окрестностях Японии. Предположительно, его возраст датируется VII веком н. э. Артефакт будет представлен публике на выставке ко Дню культуры в Йокогаме.»       Молодой человек не спеша протянул руку к телефону, лежащему возле ноутбука, и набрал номер.       — Чем могу быть полезен, господин? — отозвался голос на другом конце.       — Купи мне билет в Йокогаму. На ближайшее число.

***

      В небольшой квартире Йокогамы разливался густой, тягучий звук скрипки. Чакона Баха наполняла комнату, словно живая. Стены, потолок, и воздух между ними казались соткаными из этой мелодии. Юрико стояла у раскрытого окна; смычок в ее руке двигался легко, будто чертил невидимые линии в воздухе, пока сама скрипка покоилась на плече. С улицы врывался прохладный ветер, он раздувал ее светлые пряди, отливавшие в дневном свете мягким розовым, и наполнял комнату свежим воздухом.       Глаза ее были закрыты, и потому казалось, что мелодия разговаривала с ней напрямую. Юрико будто растворялась в ней, став ее продолжением, пока каждая нота отзывалась эхом прямо в сердце.       Резкий звонок прервал игру. Телефон завибрировал на тумбочке рядом с кроватью, напоминая о реальности. Юрико нехотя опустила смычок и убрала скрипку в черный футляр.       После короткого телефонного разговора выяснилось, что ей предстояло идти в офис Портовой мафии — Мори Огай хотел видеть ее лично.       Имя главы мафии всегда произносилось с особым оттенком, а личные встречи с ним выпадали нечасто, даже для тех, кто давно служил организации. Сама Юрико знала его лишь как отдаленную фигуру, вершину пирамиды власти, откуда распоряжения спускались вниз по цепочке приказов. Потому, цель предстоящего визита не могла не заинтриговать ее.       Работа в Портовой мафии не прощала слабостей. Особенно когда твое последнее задание закончилось в десять утра, а уже к двум обеда тебе назначена новая встреча, в которую ты идешь без должного сна и отдыха, с собранным лицом и идеально выглаженным воротником. Именно поэтому эти минуты наедине с собой, наполненные звуками скрипки, были для Юрико редкой отдушиной.       Она захлопнула окно, отрезая прохладный ветер с улицы, и накинула кожаный пиджак поверх красной рубашки с черной жилеткой. Схватив ключи со стола, Юрико вышла из квартиры и вскоре уже ехала по улицам Йокогамы на своей машине.       Через десять минут она въехала в подземную парковку стеклянного небоскреба, служащего офисом Портовой мафии. Юрико пересекла вестибюль, мельком взглянув на знакомую секретаршу. Та, не отрываясь от телефонной трубки, на секунду взглянула в монитор, что-то сверила в расписании и, коротко махнув рукой, дала понять, что Мори уже ожидает.       Кабинет босса располагался на одном из верхних этажей. Юрико, поднимаясь вверх на лифте, глядела на собственное отражение в стеклянной поверхности кабины. Несмотря на ухоженный вид, впалые веки и синяки под глазами все же выдавали ее усталость.       У двери ее встречали двое охранников. Они молча распахнули створки двери, должно быть заранее осведомленные о ее визите.       Комната, в которую она вступила, словно сошла из страниц готической сказки. В воздухе чувствовался аромат дорогого вина, табака и чего-то холодного, почти мертвенного. Центром внимания были огромные раздвижные окна. За ними, как на ладони, открывался вид на город, словно миниатюрная диорама под стеклом.       На фоне всего этого, за массивным столом из черного дерева, сидел Мори Огай. На его коленях устроилась маленькая девочка с белокурыми волосами. Она являлась его способностью и, возможно, единственным, к чему он проявлял настоящие чувства.       — Ну, Элис, дорогая, может, все же купим тебе то платьице? Оно тебе так шло, — проговорил Мори тоном, от которого у Юрико по спине пробежала дрожь.       Было трудно верить, что этот инфантильный мужчина с причудливой привязанностью к ребенку действительно управляет одной из самых опасных организаций страны.       — Нет! Оно старомодное, — фыркнула девочка, надув губки.       Юрико вежливо остановилась у входа, слегка поклонившись. Мори, казалось, не замечал ее вовсе — все его присутствие сейчас принадлежало Элис. Однако это играло ей на руку. Вероятно, он даже не заметит, что она опоздала.       — Как же ты любишь покапризничать, Элис, — с досадой вздохнул Мори, но, переведя взгляд на Юрико, тут же изменился в лице. — Ты опоздала.       …или заметит.       — Прошу прощения, — ответила Юрико, несмотря на то, что о визите ей сообщили внезапно, словно она была способна телепортироваться. — Больше такого не повторится.       — Поверю тебе на слово, присаживайся.       Затем Мори что-то прошептал Элис, и девочка недовольно, но послушно соскользнула с его колен и покинула кабинет.       — Ты, должно быть, гадаешь, зачем я попросил тебя прийти, — сказал он, взглянув на Юрико, — поэтому не стану тянуть.       Мори сцепил пальцы под подбородком, его глаза сверкнули заметным интересом.       — Завтра будет отмечаться День культуры. По всей стране пройдут выставки и мероприятия, собирающие толпы людей. Например, в музее искусства Йокогамы намечен показ редких артефактов. — Он вытянул из ящика фотографию и положил ее перед Юрико. — Один из них является как раз тем, в чем я нуждаюсь.       На фотографии был изображен тонкий, изогнутый предмет, напоминающее перо мифической птицы. Его поверхность, отлитая из бронзы, была покрыта углублениями, в которых поблескивали темно-синие камни.       — Но моя команда занимается лишь разведкой. Нам не поручали подоб—       — Именно потому я и выбрал тебя, — перебил ее Мори. — Нам не нужны никакие трупы или лишний шум. К тому же это единственный шанс заполучить Перо. После завтрашнего дня артефакт отправится в специальное хранилище под усиленную охрану.       Спорить с главой мафии было крайне бессмысленно. Если он сказал, что считает тебя наиболее подходящим кандидатом для задания — значит, так и есть.       Тем более, прямые приказы от Мори были для нее редкостью. За годы службы она поднялась по рангу, выстроила собственную команду, но все равно оставалась где-то в тени тех, кто был ближе к главе мафии. Поэтому такой знак внимания от него был для нее ответственным моментом, и она не имела права подвести.       — Будет исполнено, — сказала Юрико наконец и поднялась с места, направляясь к выходу.       Мори кивнул, не добавив дальнейших комментариев.       Целый день, вплоть до самого вечера, Юрико бесцельно бродила по городу, погруженная в прохладную осеннюю атмосферу. Несмотря на то, что жила в этом портовом городке уже не первый год, она все никак не могла насытиться его обаянием. Ноябрь подкрался незаметно, принеся с собой более колкий ветер и кучки осенней листвы. Город пах смесью соленого бриза и сигаретного дыма. Где-то вдалеке шумели корабли, скрипели якорные цепи, и этот ритм портового города был для Юрико странно успокаивающим.       Лишь к полуночи, перекусив в небольшом заведении, Юрико вернулась домой.       Вытащив ключ из замка, она вдруг насторожилась. Где-то в глубине квартиры раздался приглушенный, но отчетливый шорох. В квартире было темно, но она не стала включать свет.       Внутренний инстинкт, выточенный годами в мафии, сработал моментально. Тихо и беззвучно, Юрико вытащила из внутреннего кармана пиджака пистолет и сняла с предохранителя. Продвигаясь вдоль стены к спальне, она кралась в полумраке, ощущая, как пол еле слышно скрипит под ногами. Дыхание стало поверхностным.       Внезапно она уловила легкое движение за спиной. В отражение окна спальни виднелся едва заметный силуэт. Юрико хотела развернуться, чтобы обезвредить непрошеного гостя, но он оказался быстрее. Он ловко перехватил ее запястья и одним движением прижал их к пояснице. Пистолет с глухим стуком упал на пол.       — Знал бы, что ты не в настроении, не стал бы заглядывать. — Голос, хорошо знакомый, прозвучал у нее над ухом, и в ту же секунду в комнате вспыхнул свет.       Ей не нужно было оборачиваться, чтобы узнать Накахару Чую, чье имя в Портовой мафии было известно каждому.       — Мог предупредить, — бросила Юрико через плечо. — Получил бы более теплый прием.       — Нравится заставать тебя врасплох, — ответил Чуя, отпуская ее.       — Как ты вообще смог войти в дом? — спросила Юрико, развернувшись и потирая запястья.       Чуя кивнул в сторону окна и, не говоря ни слова, опустился на кровать. Он сел ближе к краю, облокотившись локтями на колени.       Юрико нахмурилась. Она ведь помнила, что закрывала окно утром…       — В гостиной, — уточнил Чуя.       — Верно… Понятно, почему здесь так прохладно.       Спустя мгновение она тоже опустилась на кровать, подобрав под себя ноги.       — Повод согреться? — спросил Чуя, слегка потянувшись к ней и коснувшись пальцами ее запястья.       — Забыла упомянуть, рано утром мне нужно быть на задании, — тихо сказала Юрико, не отстраняясь.       — С каких пор это стало проблемой? — Чуя усмехнулся, сбросив с головы шляпу и, не убирая руки, притянул ее ближе, окончательно сокращая дистанцию.       В такие моменты они никогда не пытались дать имя тому, что происходило между ними. Любое определение лишь усложнило бы все, привнеся ненужные ожидания. Они были словно два путника, укрывшиеся от непогоды под одной крышей, не спрашивая друг друга, что будет, когда дождь закончится. Их близость была простой, без обещаний и без всяких попыток заглянуть дальше завтрашнего дня.

***

      Из-за высокого спроса вход на выставку был ограничен. Билеты раскупились в считаные часы, а у дверей музея с самого утра выстроилась живая очередь в виде горожан и туристов, надеявшихся прикоснуться к истории. К счастью, для Юрико и ее команды все было улажено заранее.       Музей, в котором проходила выставка, представлял собой величественное здание в неоклассическом стиле. Высокие колонны, мраморные полы, блестящие от свежей полировки. В центральном зале, просторном и ярко освещенном искусственным светом, стояло несколько экспонатов, каждый скрытый под плотной, светоотражающей тканью.       За час до открытия Юрико и ее команда собрались в ее машине, чтобы повторить предстоящий план.       — Харуки, ты уже проверил камеры? — спросила Юрико, сидя на переднем сиденье и оглядываясь через плечо.       — Да, — кивнул Харуки, не отрывая взгляда от ноутбука на коленях. Его каштановые волосы были собраны в небрежный хвост на затылке. — У них довольно стандартная система. По периметру зала расположены шесть активных камер. Я прикинул слепые зоны, Аюми подстрахует.       — Прикинул? — хмыкнула Аюми, поправляя прядь своих черных волос, подстриженных аккуратным каре. Ее взгляд скользил по листу со схемой музея, задерживаясь на отмеченных зонах. — Ты в курсе, что это огромный музей с кучей охраны. Мы не можем позволить себе ошибки.       — Это просто выражение. Все под контролем, — сказал Харуки.       Аюми в ответ только закатила глаза.       — Запомните, — вмешалась Юрико. — Мы делаем это быстро и без лишнего шума. Все должно идти по плану.       А план был прост: первым делом нужно было определить, какой из покрытых экспонатов являлся нужным объектом. Это не представляло труда, ведь рядом с каждым объектом располагалась табличка с названием произведения, и в отличие от самих экспонатов, они оставались открыты для обозрения.       Нужный экспонат находился в самом конце зала, как и положено «гвоздю программы». Судя по очертаниям, ткань накрывала не сам артефакт, а стеклянный куб, внутри которого он и хранился.       Вторым пунктом плана было отвлечь внимание публики и ведущего, предоставив одному из членов команды возможность бесшумно забрать артефакт.       Если первый пункт был успешно выполнен, наступала очередь второго. Здесь на сцену и выходила способность Юрико. Она, как и многие члены Портовой мафии, была эспером. Ее способность, носившая название Бедные люди, погружала жертву в состояние глубокой эмоциональной и ментальной пустоты. Эта сила полностью сковывала чувства и эмоции, превращая человека в безвольную оболочку, лишенную даже малейшего проблеска воли. Это был не сон, не обморок и не паралич в привычном смысле, а жуткое оцепенение, когда разум проваливается в вязкую тишину, а тело застывает в неподвижности.       При этом Бедные люди нельзя было использовать вслепую. Юрико должна была точно знать, на ком она ее замыкает и определить цель. А применять способность она собиралась ни на ком ином, как на ведущем.       Когда она направит силу на ведущего, он замрет. Его речь оборвется на полуслове, повиснув в воздухе, как сломанная нота. Наступит тишина. Его глаза наполнятся мертвой пустотой, губы чуть приоткроются, будто он хочет что-то сказать, но продолжит тонуть в безмолвии. По залу пронесется удивленный шепот. Толпа начнет переглядываться, не понимая, что произошло. Вскоре охранники, дежурившие у входов и вдоль стен, заметно напрягутся и начнут двигаться в сторону сцены. Все внимание публики, как и было задумано, сосредоточится на застывшем, как восковая фигура, ведущем.       И именно в этот момент, когда все внимание будет приковано к сцене, в дело вступят Аюми и Харуки, чтобы незаметно забрать артефакт.       Юрико специально заняла место в самом конце толпы, откуда она могла легче контролировать ситуацию. Люди внимательно слушали ведущего, которым являлся элегантный мужчина в безупречном костюме, с энтузиазмом представляющий уже первый экспонат.       Юрико выжидала. Она знала, что толпе нужно время, чтобы втянуться в происходящее, прежде чем наступит идеальный момент.       И вот, когда ведущий подводил рассказ к кульминации, зрачки Юрико потеряли свой привычный карий оттенок, став почти прозрачными, — способность Бедные люди была активирована.       Ведущий замер. Наступила тишина, но не прошло и пары секунд, прежде чем он снова заговорил, неестественно прочищая горло, будто просто подавился воздухом.       Что-то пошло не так. Почему ее способность не сработала? Она попыталась задействовать ее снова, но тщетно.       И тут Юрико почувствовала чью-то ладонь на своем плече. Она резко обернулась и встретилась взглядом с парнем, с волнистыми каштановыми волосами, и легкой улыбкой, будто он наслаждался шуткой, известной лишь ему одному.       Это был Дазай Осаму — детектив из Вооруженного детективного агентства.              Легендарная фигура в определенных кругах и головная боль для многих. О нем она слышала в основном из уст Чуи, и в основном это были саркастичные ругательства, горькие упреки и едкие замечания. Но также ходило множество слухов и обрывков чужих разговоров, утверждавших, что в прошлом он являлся членом Портовой мафии, более того — правой рукой Мори, незадолго до ее собственного вступления. Юрико никогда не пересекалась с ним лично, но была прекрасно осведомлена о его способности, обнулявшей любые другие силы при контакте.       — Вот видишь, Ацуши, — заговорил Дазай, оборачиваясь, — а ты говорил, будет скучно.       — Это вы говорили, что будет скучно и что не хотите идти, — возразил парень, стоявший чуть позади.       Им оказался Накаджима Ацуши, одаренный со способностью превращаться в тигра.       — Разве? Не помню такого, — беспечно сказал Дазай, склонив голову набок.       Происходящее точно не входило в ее планы. Почему они здесь? Организаторы заподозрили угрозу артефактам и отправили детективов? Юрико это не устраивало. Задание нужно было выполнить при любом стечении обстоятельств.       Первым делом она попыталась осторожно убрать руку Дазая, сохраняя видимость спокойствия. Но тот лишь сжал плечо сильнее, удерживая ее.       — Мне вот любопытно, — протянул он, — что здесь делает член Портовой мафии? Правда, Ацуши, тебе ведь тоже интересно? Может, Мори решил просветить своих подопечных и приобщить их к искусству?       — Это общественное мероприятие, — сказала Юрико. — И, насколько мне известно, билеты раздавал не ты.       У нее не было ни времени, ни желания болтать с этим придурком, но устраивать сцену сейчас было слишком рискованно.       — Я не имею ничего против того, чтобы ты была на выставке, — спокойно ответил Дазай. — Но зачем было применять способность на ведущем? Сомневаюсь, что это входило в программу.       Юрико промолчала, лишь едва заметно поджав губы. Мысль о том, что ее способность не работает на этом детективе, начинала серьезно тревожить. Ощущение беспомощности и утраты контроля неприятно давало о себе знать.       Решив, что дальнейшие разговоры не принесут ничего полезного, она вытащила пистолет, умело протащенный через металлоискатель у входа (не без помощи способности, конечно). Она направила его вниз, скрывая от посторонних глаз, так, что дуло уперлось в бедро Дазая.       Ацуши замер, мышцы на его лице заметно напряглись.       Конечно, она не собиралась применять огнестрельное оружие на глазах у публики и с многочисленной охраной вокруг. Но, возможно, сам факт наличия пистолета собьет Дазая с толку и выведет из равновесия.       — Играться с пистолетами опасно, милая, — прошептал Дазай, слегка наклоняясь вперед.       — Согласна, — сказала Юрико, не прерывая зрительный контакт. — Поэтому тебе стоит отойти. И не вмешиваться.       В этот момент в ее ухе, из беспроводного наушника, раздался голос Аюми:       — Юрико-сан, почему ведущий продолжает вести программу? Мы же договорились начать действовать после объявления первого экспоната.       — У нас возникла неприятность, — ответила Юрико, чуть сбивчиво. — Ждите моего сигнала.       — Неприятность? — Дазай наигранно вскинул брови, изображая обиду. — Ну вот, сразу в оскорбления…       Юрико держала хладнокровие из последних сил. Детектив начинал ее по-настоящему раздражать. Время шло не в их пользу и нужно было что-нибудь предпринимать.       Тем временем приближалась очередь презентации главного экспоната. Изначально Юрико планировала завершить операцию задолго до этой части мероприятия, но, по большому счету, это не имело значения. Она все еще могла довести дело до конца даже после окончания всех презентаций. Сейчас главное было избавиться от этих навязчивых детективов.       В следующий момент ведущий подошел к стенду, где, согласно программе, должно было находиться Перо. С торжественной неторопливостью, будто специально растягивая мгновение, он взялся за ткань, накрывавшую стеклянный куб, и медленно стянул ее. Под сводами зала повисла напряженная тишина.       Прозрачный куб сверкал стеклом, и взгляд проваливался внутрь, не находя за бликами… ровным счетом ничего.       Толпа ахнула, как единый организм, не веря своим глазам.       Юрико без колебаний одним резким движением ударила Дазая рукояткой пистолета по чувствительному месту, вырываясь из его хватки. Тот с тихим стоном отшатнулся. Не теряя времени, она бросилась в сторону экспоната, лавируя сквозь толпу посетителей, чтобы как можно ближе подойти к стеклянному кубу и увидеть все своими глазами.       Куб был действительно пуст. Никакого Пера там не было.