"Солнышко"

На следующий день Крис и Бекки получили сообщение от Дэвида. Он писал, что уезжает домой раньше, извиняясь за то, что не сможет отпраздновать с ними конец семестра, и желал им счастливого Рождества. После этого Дэвид просто выключил телефон. Это было странно — до Рождества оставалось ещё пять дней, а Дэвид никогда раньше не уезжал так рано домой. Он всегда оставался до последнего, уезжая перед самим Рождеством. Друзья сразу поняли, что что-то произошло, но узнать подробности было не у кого, кроме как у Ника. Поэтому Крис попросил Алекса, выяснить у Ника, в чём дело. После работы Алекс отправился к Нику. Так как на работу, тот не пришёл, попросив секретаря отправить документы, чтоб он поработал дома. Звонок в дверь резко вырвал Ника из состояния оцепенения. Сердце его заколотилось, в голове мелькнула слабая надежда: «Может, это Дэвид? Может, он вернулся?» Он почти побежал к двери, едва сдерживая дрожь в руках. Но, распахнув её, увидел не того, кого так отчаянно ждал. Перед ним стоял Алекс. Ник замер на месте, словно его ударили. Надежда, которая только что согревала его, рассыпалась в прах. Он почувствовал, как земля уходит из-под ног, а в груди сжалось так, что стало трудно дышать. Не в силах больше сдерживаться, он опустился на пол, прислонившись спиной к стене. Слёзы, которые он так долго держал в себе, хлынули потоком. Он закрыл лицо руками, пытаясь заглушить рыдания, но это не помогало. Алекс стоял в дверях, растерянно глядя на друга. Он не ожидал такого. Молча он переступил порог, закрыл за собой дверь и окинул взглядом квартиру. В воздухе витало напряжение, словно сама атмосфера была пропитана тяжёлыми эмоциями. Он снял пальто, бросил его на стул и, не говоря ни слова, направился к шкафу. Его движения были спокойными, но в глазах читалась обеспокоенность. Открыв дверцу, он достал бутылку виски — ту самую, которую они с Ником купили ещё в прошлом году для особых случаев. Он налил два бокала, золотистая жидкость переливалась в свете лампы, создавая уютное мерцание. Взяв бокалы, Алекс медленно подошёл к Нику, который всё ещё сидел на полу, прислонившись к стене. Его плечи слегка подрагивали, а глаза были опущены вниз. — Держи, — тихо сказал Алекс, протягивая один из бокалов. Его голос звучал мягко, но уверенно, словно он пытался передать другу хоть каплю спокойствия. Ник медленно поднял голову, его взгляд был пустым, но в глубине глаз читалась благодарность. Он взял бокал, пальцы слегка дрожали, когда он поднёс его к губам. Алекс присел рядом, их плечи почти соприкасались. — Расскажешь, когда будешь готов, — произнёс Алекс, делая небольшой глоток. — Я здесь. Тишина снова окутала их, но теперь она была не такой тяжёлой. Виски согревал, а присутствие друга давало Нику понять, что он не один. Алекс не торопил, давая Нику время собраться с мыслями. Он знал, что иногда самое важное — это просто быть рядом. Ник, с трудом сдерживая рыдания, начал рассказывать. Он описал вчерашний вечер во всех подробностях: как они с Дэвидом поссорились, как потом помирились, как Дэвид остался у него ночевать... И как утром всё пошло наперекосяк. Дэвид услышал, как Ник разговаривал по телефону с Лили, и это стало последней каплей. — Подожди, — перебил Алекс, — ты сказал, что вы помирились, а утром он услышал, как ты говоришь с Лили? И после этого врезал тебе и ушёл? Ник тяжело вздохнул и кивнул. Алекс внимательно посмотрел на друга, его взгляд стал серьёзным. — Я правильно понимаю, что вчера ты сказал ему, что любишь его? Или что у тебя есть к нему чувства? Ник резко поднял глаза на Алекса, схватившись за голову, он застонал. Отчаяние накрыло его с новой силой. — Что мне делать, Алекс? — прошептал он, его голос дрожал. Алекс смотрел на друга, чувствуя, как тяжело ему даётся этот разговор. Он понимал, что ситуация сложная, но не знал, как помочь. — Думаю, у тебя два варианта, — наконец сказал он. — Дать ему время. Он вернётся после каникул, и вы сможете всё обсудить. Или... поехать искать его. Ник поднял голову и пристально посмотрел на Алекса. В его глазах читалась смесь надежды и страха. — Тут я написал его адрес, — Алекс достал из кармана листок и протянул его Нику. — Давай, соберись и решай, что тебе нужно. Послезавтра мы с Крисом улетаем, так что у тебя два дня на раздумья и чтобы прийти в себя. Он похлопал Ника по плечу и обнял его, стараясь передать хоть немного поддержки. Ник сидел, сжимая в руках листок с адресом, и думал. Два дня... Это было так мало и так много одновременно. *** Крис, уже в который раз, вздохнул и беспокойно заёрзал на сиденье. Его нервы были на пределе: впервые в жизни он летел на самолёте, и это само по себе вызывало лёгкую панику. Но больше всего его тревожила ситуация с Ником и Дэвидом. Мысли о том, как они справятся со всем этим, не давали ему покоя. — Ты уверен, что Ник справится? — снова тихо спросил он, поворачиваясь к Алексу. Его голос звучал неуверенно, а в глазах читалось беспокойство. Алекс мягко улыбнулся, чувствуя, как его сердце сжимается от нежности к парню. Он аккуратно погладил Криса по голове, стараясь успокоить его, а затем положил его голову себе на плечо. — Закрой глаза, малыш, — ласково прошептал он. — Оставь это на их усмотрение. Ник — взрослый мужчина, он справится. Его голос был спокойным и уверенным. Алекс слегка наклонился и поцеловал парня в макушку, его губы едва коснулись мягких волос. Затем он обнял Криса, чувствуя, как тот постепенно расслабляется в его объятиях. — Всё будет хорошо, — добавил Алекс, гладя Криса по спине. — Просто доверься мне. Крис закрыл глаза, чувствуя, как тепло и забота Алекса постепенно разгоняют его тревогу. Он знал, что Алекс всегда рядом, и это давало ему ощущение безопасности. Даже если мир вокруг казался нестабильным, в объятиях любимого он чувствовал себя защищённым. *** Дэвид вернулся домой уже за полночь. Он осторожно открыл дверь, стараясь не издать ни звука, и на цыпочках пробрался в свою комнату. Ему не хотелось никого будить, да и объяснять своё внезапное возвращение он был не готов. Утром он спустился вниз, чтобы поздороваться и сообщить, что приехал на каникулы раньше времени. После этого он снова закрылся в своей комнате, словно стены могли защитить его от всего мира. Он не знал, как объяснить, что происходит в его душе. Как рассказать, что он влюбился без памяти, а теперь его сердце разрывается от боли и непонимания? Три дня он почти не выходил из комнаты, лишь изредка пробирался на кухню, чтобы перекусить. Комната начинала казаться ему тюрьмой, но даже это было лучше, чем снова вступать в бесконечные споры с отцом, доказывая, кто прав, а кто виноват. Дэвид снова уткнулся лицом в подушку, пытаясь заглушить свои мысли. — Вставай! — резкий голос сестры заставил его вздрогнуть. Дэвид подскочил от неожиданности и увидел Джин, которая уже стояла посреди комнаты. Она уверенно прошла к окну, распахнула шторы, и яркий солнечный свет хлынул внутрь. Дэвид поморщился, закрывая глаза, и снова уткнулся в подушку, пытаясь спрятаться от реальности. — Даже не обнимешь сестру? — спросила она мягко, но с ноткой упрёка. Дэвид неохотно поднялся с кровати и обнял её. Джин, его сестра была невысокой, но невероятно привлекательной девушкой, её тёмные волосы мягкими волнами обрамляли лицо. Её тёмно-карие глаза всегда светились озорным блеском, а улыбка могла растопить даже самое холодное сердце. — Что-то случилось? — спросила она, глядя на брата с беспокойством. — Ты до чёртиков напугал предков. Явился среди ночи, и уже, несколько суток не вылезаешь отсюда? И тут всё, что Дэвид так старательно сдерживал, вырвалось наружу. Он заплакал, как ребёнок, сжимая сестру в своих объятиях. Слёзы текли по его щекам, а голос срывался на рыдания. Джин не стала задавать лишних вопросов. Она просто гладила его по спине, тихо шепча слова утешения. Она понимала, что сейчас брату нужна не её любопытство, а поддержка и понимание. — Всё будет хорошо, — прошептала она, обнимая его крепче. — Я здесь, я с тобой. Дэвид не отвечал, но его объятия стали ещё крепче. В этот момент он чувствовал, что, несмотря на всю боль, он не один. И это давало ему хоть немного надежды. Спустя некоторое время, когда Дэвид немного успокоился, они с Джин спустились вниз к ужину. За столом собралась вся семья, но атмосфера была напряжённой. Тишина, прерываемая лишь звуками столовых приборов, казалась громче любых слов. Доктор Ким, отец Дэвида, наконец, прервал молчание. Его голос звучал холодно и резко: — Ты вернулся насовсем или на каникулы? И не надо опять говорить, что твоя будущая профессия — это что-то стоящее? — Отец! — воскликнула Джин, её голос дрожал от возмущения. — Дорогой... — начала мать, но Дэвид поднял руку, останавливая их. Он посмотрел на отца, его глаза были полны решимости, но в глубине читалась боль. — Папа, мне нравится то, чему я учусь, — сказал он спокойно, хотя внутри всё кипело. — Но если моё присутствие в этом доме так тебе ненавистно, я уеду. В нашей семье, всегда последнее слово за тобой, отец. И я сделаю так, как ты хочешь. Его слова повисли в воздухе, словно вызов. Джин не выдержала. Она вскочила со стула и бросилась к брату. — Не смей! — воскликнула она, её голос дрожал от гнева и обиды. Она повернулась к отцу, бросив на него взгляд, полный упрёка, но не сказала ни слова. Вместо этого она схватила Дэвида за руку и потащила его за собой на улицу. Они вышли в прохладный вечерний воздух. Джин всё ещё крепко держала брата за руку, словно боялась, что он может исчезнуть. — Ты не должен так говорить, — прошептала она, её глаза блестели от слёз. — Ты не должен отказываться от себя ради него. Дэвид молчал, глядя на сестру. В её глазах он видел не только гнев, но и любовь, и это заставляло его сердце сжиматься. — Я просто устал, Джин, — наконец сказал он, его голос звучал устало. — Устал от бесконечных споров, от того, что он меня не понимает. Джин обняла его, прижимаясь к брату. — Я понимаю тебя, — прошептала она. — И я всегда буду на твоей стороне. Неважно, что говорит отец. Ты заслуживаешь быть счастливым. Дэвид закрыл глаза, чувствуя, как её слова согревают его. Он знал, что в этой семье у него есть хотя бы один человек, который всегда поддержит его. И это давало ему силы продолжать жить. Они гуляли по любимому парку, где когда-то проводили всё своё детство. Деревья, дорожки, скамейки — всё здесь было знакомо до боли. Но сейчас это место казалось другим, будто отражая внутреннее состояние Дэвида. Они нашли уединённую скамейку и присели. — Ты знаешь, отец никогда мне не простит, что я не пошёл по его стопам, — начал Дэвид, его голос звучал устало. — Не примет мою ориентацию…. — Он тяжело вздохнул, глядя куда-то вдаль. — Это неправда, — мягко сказала Джин, обнимая младшего брата. — Он часто спрашивает о тебе. И мне кажется, он стал более лоялен к... таким людям. В больнице есть много врачей другой ориентации, и отец не может отрицать, что такие люди всегда были среди нас. Просто раньше они скрывались, как и ты. — Она сделала паузу, глядя на брата с теплотой. — Не злись на него и не срывайся лишь потому, что поссорился с парнем. — Её голос стал строже, но в нём всё ещё чувствовалась забота. Затем она добавила уже спокойнее: — Лучше расскажи, что случилось? Дэвид долго молчал, но потом начал говорить. Он рассказал всё, что наболело: о своих чувствах, о ссоре, о том, как всё пошло не так. Его голос дрожал, а глаза были полны боли. Джин слушала внимательно, не перебивая. Когда он закончил, она задумалась на несколько минут, а затем неожиданно ударила его по лбу. — Ты уверен, что он хочет быть с ней, а не с тобой? — спросила она, глядя на него с вызовом. — Ты что, его защищаешь? — крикнул Дэвид, вскочив со скамейки. Он начал нервно расхаживать взад-вперёд, его руки дрожали. — Нет! — твёрдо ответила Джин. — Зная тебя, я делаю такие выводы. Ты всегда всё делаешь сгоряча. Может, нужно было его послушать? Дэвид смотрел на сестру, как на сумасшедшую. Он не мог принять мысль, что мог ошибиться. — Я же говорил тебе, что он хочет на ней жениться и завести семью! — почти кричал он, его голос срывался. Джин улыбнулась, но в её улыбке читалась лёгкая грусть. — И поэтому он потащил своего любовника к себе в квартиру, чтобы залечить раны и провести с ним ночь? — спросила она, поднимая бровь. Дэвид занервничал ещё сильнее. — У нас такое часто бывало, а на утро он исчезал! — выкрикнул он, чувствуя, как гнев и отчаяние переполняют его. Джин потянула брата за руку, заставляя его сесть обратно. Она посмотрела ему прямо в глаза и спросила мягко, но настойчиво: — Но сейчас-то он не убежал? Просто представь на секунду, что ты всё понял неправильно. Что он хочет быть с тобой. Что ты ушёл, а он не успел сказать тебе самое главное. — Она сделала паузу, давая словам улечься. — Но, может, ты и прав. Дэвид замер, её слова словно ударили его. Он чувствовал, как внутри всё переворачивается. Может, она права? Может, он действительно всё испортил, не дав Нику шанса объясниться? — Я не знаю, — прошептал он, опуская голову. — Я не знаю, что думать. Джин обняла его снова, давая понять, что она рядом. — Подумай об этом, — сказала она тихо. — Иногда нужно просто остановиться и послушать. *** Крис и Алекс наслаждались своим отдыхом на берегу тёплого моря. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в оттенки оранжевого, розового и золотого. Лёгкий бриз играл с волнами, а песок под ногами был ещё тёплым после жаркого дня. Крис, одетый в лёгкие шорты и белую рубашку, сидел на пляжном полотенце, его ноги были слегка погружены в воду. Он смотрел на горизонт, наслаждаясь моментом. Его волосы были слегка растрёпаны от ветра, а на лице играла лёгкая улыбка. Рядом с ним лежала книга, которую он читал, но сейчас она была отложена в сторону — слишком красиво было вокруг, чтобы отвлекаться на чтение. Алекс подошёл к Крису с двумя стаканами смузи в руках. Он был одет в простые шорты и майку, которая подчёркивала его спортивную фигуру. — Держи, малыш, — сказал он, протягивая один из стаканов Крису. — Ты выглядишь так, будто тебе нужно немного освежиться. Крис улыбнулся, принимая стакан. — Спасибо, — сказал он, делая глоток. — Это идеально. Алекс присел рядом, их плечи слегка соприкасались. Он обнял Криса за талию, притягивая его ближе. — Ну как тебе наш первый день? — спросил он, глядя на парня с теплотой. — Это просто сказка, — ответил Крис, его глаза сияли от счастья. — Я никогда не думал, что отдых может быть таким... идеальным. Алекс улыбнулся, его взгляд скользнул по лицу Криса. — Ты заслуживаешь этого, — сказал он мягко. — После всех этих месяцев работы и стресса, ты заслуживаешь немного расслабления. Крис покраснел, чувствуя, как тепло разливается по его щекам. — Спасибо, что ты рядом, — прошептал он, прижимаясь к Алексу. — Всегда, — ответил Алекс, его голос звучал твёрдо. Он наклонился и поцеловал Криса в макушку, его губы едва коснулись мягких волос. Они сидели так несколько минут, наслаждаясь тишиной и красотой заката. Потом Крис вдруг засмеялся. — Помнишь, как ты боялся, что я не справлюсь с перелётом? — спросил Крис, подмигивая Алексу. Алекс засмеялся в ответ. — Ну, ты же знаешь, как я переживаю за тебя, — сказал он, пожимая плечами. — Но ты был настоящим героем. — Героем? — Крис поднял бровь, играя с Алексом. — Ну, может, мне стоит получить награду за это? Алекс улыбнулся, его глаза сверкнули озорно. — Думаешь, я не смогу придумать что-то особенное? — спросил он, наклоняясь ближе. Крис засмеялся, отстраняясь, но Алекс не дал ему уйти. Он мягко поцеловал его, их губы встретились в нежном, но страстном поцелуе. В этот момент всё вокруг перестало существовать — только они, закат и шум прибоя. Когда они, наконец, разъединились, Крис улыбнулся, его глаза сияли. — Это была лучшая награда, — прошептал он. — Это только начало, — ответил Алекс, его голос звучал обещающе. Они провели остаток вечера, гуляя по пляжу и наслаждаясь моментом.