Под властью вампира.

Иногда, когда любишь, нужно отпустить — не из слабости, а из осторожности. Чтобы не наломать дров. Не разрушить то хрупкое, что только начинает появляться между двумя людьми. Чтобы не ранить друг друга раньше времени. Но Владислав никогда не был из тех, кто так просто отпускает то, что однажды привлекло его внимание. Если что-то зацепило его взгляд — он уже не отступит. И сейчас отступать он точно не собирался. Он чувствовал это. Чувствовал почти физически — тот едва заметный отклик в мальчишке. Страх, безусловно, был. Олег боялся его, боялся всего, что стояло за именем Череватого. Но за этим страхом пряталось что-то ещё. Интерес. Тонкий, неуверенный, почти неосознанный. Такой, который сам Олег вряд ли смог бы признать вслух. И Влад это чувствовал. У него было всего два пути. Первый — оставить мальчишку в покое. Разорвать эту странную, опасную связь и больше не появляться в его жизни. Второй — оставить своих сущностей. Разорвать контракт. Мысль об этом казалась почти абсурдной. Он прекрасно знал, чем это закончится. Те, кто однажды получил душу или силу по договору, никогда не отпускают просто так. Контракт был подписан давно, кровью и силой, и такие вещи не исчезают по щелчку пальцев. Это, скорее всего, будет смертельно. Они не возвращают то, что считают своим. И всё же… мысль об этом не исчезала. Она сидела где-то глубоко внутри, медленно разъедая сознание. После того как Олег покинул квартиру, она будто изменилась. Та же мебель. Те же стены. Тот же приглушённый свет ламп. Но пространство стало другим. Слишком тихим. Слишком пустым. Владислав стоял посреди комнаты и вдруг понял, насколько здесь… никого. Не было чужого дыхания. Не было лёгкого шороха шагов по полу. Не было даже запаха чужих вещей — того едва уловимого следа присутствия, который остаётся после человека. Квартира была пуста. Она всегда была такой. И раньше это совершенно не беспокоило его. Наоборот — одиночество было привычным, удобным. Никаких лишних людей, никаких лишних эмоций. Но теперь… Теперь он слишком хорошо помнил, как в этой квартире находился Олег. Как сидел на диване, нервно сжимая пальцы. Как оглядывался по сторонам, будто искал путь к бегству. Как дышал. И это воспоминание странным образом наполняло пространство, делая пустоту ещё более ощутимой. Горячая вода стекала по телу тяжёлыми каплями. Пар медленно поднимался к потолку, заполняя ванную комнату мягкой дымкой. Влад стоял под душем, упершись ладонями в стену, позволяя воде стекать по плечам и спине. Тепло помогало расслабить напряжённые мышцы, хотя бы немного притупить мысли. На несколько минут стало легче. Но когда он сделал шаг назад, холодный кафель под ногами мгновенно вернул его в реальность. Жёсткую. Неприятную. Настоящую. Он помнил. Помнил тот чёртов ритуал. Ту ночь, когда всё пошло не так. С помощью этого ритуала он привязал мальчишку к себе. Слишком быстро. Слишком необдуманно. Не подумав о последствиях. Тот вечер в памяти всплывал обрывками. Смазанные движения, странная тяжесть в голове, будто разум был затянут туманом. Словно кто-то другой принимал решения вместо него, подталкивал к действиям, не позволяя остановиться. И это пугало. От одной только мысли, что младший Шепс может пострадать из-за всего этого, по коже пробегали мурашки. Каким бы чудовищем Влад ни казался со стороны, одно он знал точно: Олегу он не желал зла. Ни при каких обстоятельствах. И почему — он объяснить не мог. Домашняя атмосфера действовала на Олега почти успокаивающе. Тёплый свет ламп, запах свежего кофе, тихие разговоры — всё это создаёт ощущение безопасности. Здесь были близкие люди. Здесь не было угрозы. Здесь не было того странного, тягучего напряжения, которое всегда появлялось рядом с Череватым. И всё же мысли снова и снова возвращались к нему. За последние дни Олег всё чаще ловил себя на этом. Он думал о Владиславе. И каждый раз внутри смешивались две противоположные эмоции. Страх. И интерес. Странное, неправильное сочетание, которое никак не укладывалось в голове. Виктория и Саша сидели за столом рядом друг с другом, почти не разжимая рук. После всего, что произошло, они наконец признались друг другу в чувствах. И теперь рядом с ними чувствовалась та особая тёплая энергия людей, которые решили идти дальше вместе. Создать свой союз. Свою семью. Неподалёку, у кофемашины, стоял Гецати. Он терпеливо ждал, пока горячий напиток наполнит кружку, иногда поглядывая на остальных. Разговор за столом шёл оживлённый. Кто-то смеялся. Кто-то что-то рассказывал. Но Олег будто находился где-то совсем в другом месте. Слова проходили мимо него, не задерживаясь в сознании. Он просто сидел, уставившись в одну точку, и думал. — Олег, — внезапно прозвучал голос старшего брата. — Ты вообще о чём думаешь? Резко. Неожиданно. Юноша вздрогнул и наконец поднял взгляд. Он хотел что-то ответить. Правда хотел. Но слова будто исчезли. Язык словно прилип к нёбу, мысли спутались в тугой клубок. В голове стало тяжело, перед глазами на секунду поплыло. Ему вдруг стало нехорошо. Слишком душно. Слишком шумно. Но признаться в этом он не хотел. Не хотел портить вечер, который для остальных был таким спокойным и приятным. Олег медленно поднялся из-за стола. — Я… пойду прогуляюсь. Он сказал это почти тихо, избегая чужих взглядов. И, не дожидаясь вопросов, направился к двери. Холодный вечерний воздух ударил в лицо, как только он вышел на улицу. Олег глубоко вдохнул. Ещё раз. И вдруг понял одну простую вещь—Он уже всё решил. Где-то внутри. Он знал: если сделает это сейчас — если пойдёт туда — не факт, что сможет вернуться обратно. Не факт, что всё останется прежним. Какова вероятность, что после этого он спокойно вернётся домой, сядет за тот же стол и будет жить так, будто ничего не произошло? Почти никакой. Но что-то тянуло его вперёд. Сильнее страха. Сердце билось быстро, почти болезненно. Олег понимал — это неправильно. Понимал, насколько абсурдно всё выглядит со стороны. Как он потом объяснит это брату? Райдос? Косте? Как объяснить, что он сам пошёл к мужчине, который в прошлый раз его… украл? Глаза пытались вспомнить подъезд. А ноги уже несли его вперед, будто знали дорогу лучше разума. Подъезд встретил его холодом и гулкой тишиной, а каждый шаг отдавался лёгким эхом. Сердце билось всё быстрее, пока он поднимался по лестнице. Олег остановился перед знакомой дверью. Сначала рука зависла в воздухе, словно переспрашивая, точно ли оно нужно, а следом раздался стук, после которого парень хотел провалиться сквозь землю.