The blackest day

      — Тебе стоит уйти, Акутагава, — в который раз повторяет Ацуши. — Я не хочу, чтобы ты заболел. У тебя и так слабые лёгкие.       — Но я не могу оставить тебя больную, — не сдаётся Рюноске. — Почему ты не хочешь, чтобы о тебе позаботились?       — Потому что я привыкла справляться со всем одна.       — Теперь ты не одна. Если твои коллеги не стали настаивать, то я буду.       — Рюноске…       — Я никуда не уйду, — упрямо повторяет он, и Ацуши, утомлённая болезнью, сдаётся. Кивает и садится на футон, набрасывает на плечи плед, наблюдая, как хозяйничает Акутагава на кухне.       — Почему ваш врач тебя не исцелила?       — Йосано-сан уехала в командировку с Рампо-саном, — поясняет Ацуши. — Вернётся через пару дней. Мне уже тогда станет лучше.       Взгляд Акутагавы на эти слова красноречив, но Накаджима не хочет ругаться. Хватило сегодня ругани Дазая и Куникиды, сцепившихся с утра как кошка с собакой. Ссора из-за чего-то одного плавно перетекала в другую, поэтому Ацуши быстро перестала отслеживать, что на этот раз Доппо было не так. Да и Дазай в этот раз не отшучивался, стараясь замять ситуацию, а бил в ответ.       Он делает ей горячий чай и варит куриный бульон, подсмотрел рецепт у Хигучи — та как-то варила такой для Тачихары, вычитав его в кулинарном журнале. И садится рядом с Ацуши на футон, приобнимая за плечо. Она, допив чай, ставит кружку на пол и склоняет голову на плечо к Акутагаве.       — Тебя не будут искать?       — А должны?       — Вдруг какое-нибудь срочное задание, — предполагает Ацуши.       — Если что, Гин меня подменит, — говорит Рюноске. — Мне кажется, сегодня в мафии не до меня.       — Почему?       — Все сегодня как с цепи сорвались и ругаются. На одного Ниа только три разных человека с утра накричали.       Ацуши припоминает Ниа: высокий темноволосый парень в строгом костюме, появляющийся рядом с доктором Нагаи и доктором Кондо. Кажется, Ниа терпеть не мог Дазая, и это было взаимно.       Накаджима переплетает свои пальцы с пальцами Акутагавы. Ему становится лучше: она замечает, что кашляет он меньше и чуть поправляется, теперь щеки не такие впалые. Теперь она обнимала не скелет.       Раздаётся стук в дверь, и Рюноске идёт открывать. На пороге в пальто, наброшенном поверх домашних штанов и кофты, стоит Сэра Кондо с небольшой сумкой.       — Доктор Кондо…       — Привет, — она улыбается, проходя в комнату. — Акутагава написал мне, что тебе не здоровится, так что я к твоим услугам.       — Не стоило…       — Пустяки, — отмахивается Кондо, садясь на футон и доставая градусник.       — Только не лечите меня при помощи способности, — просит Ацуши. — Обычная простуда, справлюсь и при помощи лекарств.       — Хорошо, — кивает Сэра. — Удивительно работают способности, да? Твоя помогает тебе регенерировать конечности, но не помогает справиться с болезнями.       Всё то время, что Кондо осматривает Ацуши, Акутагава держит её за руку. От взгляда Сэры это не укрывается, и она чувствует гордость за Рюноске — он не стесняется показывать, что ему дорого, и готов сделать всё, чтобы Ацуши было хорошо.