Ветер любви

В храме было пусто и темно, словно это место не посещали уже долгое время, однако слабый аромат благовоний распространялся по всему помещению. Фэн Синь опустил не двигающегося Му Цина на пол. Приняв сидячее положение, он передавал духовную энергию, большая часть которой рассеивалась без следа. Под мучительным ожиданием он блуждал взглядом по бледному лицу, ощущая холод чужих рук. Он взглянул на запястье с меткой, и кровь отлила от лица. Хоть Му Цину и безусловно шёл красный цвет, эта картина заставила бы каждого содрогнуться. Обруч, похожий на впитавшиеся в кожу чернила, был подобен оковам, что не давали Сюаньчжэню прийти в себя. Фэн Синь прикрыл кожу тканью рукава. У этого человека всегда была прямая и напряжённая спина, словно он полностью состоял из холодного нефрита. Даже во время процветания Сяньлэ он ходил с высоко поднятой головой, невзирая на предрассудки других людей, твердящих о его низком происхождении. Но сейчас, чувствуя вес ослабленного тела, Му Цин казался не таким всемогущим, как думали все при взгляде на него. Ни один фонарь не освещал храм, поэтому лишь полупрозрачный свет дня проникал сквозь тонкие окна, выделяя из темноты небольшое пространство. Две каменные статуи в тени были похожи на молчаливых зрителей, давно потерявших интерес к происходящему. Звук дождя окутывал всё помещение, смешиваясь с глубоким дыханием Наньяна, а не закрытая дверь слабо поскрипывала, когда ветер пробирался внутрь. Лёгкие, приближающиеся звуки шагов заставили Фэн Синя с опаской замереть. — Кто вы? — прозвучал мягкий, но настороженный голос. Он повернулся и увидел женщину, крепко сжимавшую в руках плетёную корзину. Слабый свет окутывал её стройный силуэт, выделяя из серой картины. Подол длинной юбки слабо шевелился от холодных порывов воздуха. С зонта капала вода, оставляя позади блестящую дорожку, ведущую с улицы. Она с подозрением смотрела на двоих мужчин, один из которых никак не отреагировал на её слова. Из-за спины Наньяна, которая немного скрывала Му Цина, она не могла видеть тусклое, едва золотистое мерцание, окутывающее ладони бога. На пару секунд она застыла с ужасом в глазах, глядя на лицо Сюаньчжэня. Мысль о том, что она стала свидетелем трагедии или, возможно, преступления, вспыхнула в её голове. В момент, когда её тело напряглось, готовое бежать, Му Цин нахмурил брови и неожиданно дёрнулся. Наньян мгновенно увеличил количество духовной энергии, считывая с лица Сюаньчжэня любую эмоцию, что могла указать на улучшение состояния. Он приподнял его, чтобы прислонить к себе. Тепло собственного тела слилось с другим. Женщина, тихо выдыхая, перевела взгляд с одного на другого, в итоге остановившись на Фэн Сине. Её голос снова раздался в тишине храма. — Ему нужна помощь? Она подошла ближе, рассматривая профиль Му Цина. Взгляд упал на руки Наньяна, и она, наблюдая слабое свечение, нахмурила брови. Небольшие чёрные глаза бегали по Сюаньчжэню, сжатые губы выдавали задумчивость и открытую неуверенность. Фэн Синь, не раздумывая, кивнул. Он знал, что она заметила его действия, однако не собирался останавливаться. Лишь сейчас можно было увидеть, как выражение лица Му Цина слегка меняется. Женщина, неподвижно простояв некоторое время, внезапно подошла и вытащила из корзины кусок чёрной ткани, который оказался залатанным множество раз плащом. Она положила его на пол и показательно кивнула, продолжая украдкой рассматривать Сюаньчжэня. Наньян с осторожностью уложил Сюаньчжэня, аккуратно расправив тому волосы и одеяния. На лбу Му Цина выступили капельки пота. Багряная кровь, оставшаяся на прошлом месте, проникала в мелкие трещины пола. — А что…с одеждой? — женщина сделала шаг в сторону, сжимая корзину и смотря на пятна. Она медленно перевела взгляд на мужчин. — Я справлюсь сам. Спасибо. Одеяния Му Цина постепенно высыхали с помощью духовных сил. Фэн Синь не обратил внимание, что вопрос относился не только к Сюаньчжэню, но и к нему самому. Женщина, подождав каких-нибудь просьб, кивнула. Она молча зажгла несколько фонарей, находившихся в храме. Мягкий свет заиграл на волосах и лице Му Цина, придавая тому лёгкий румянец. Фэн Синь провёл взглядом от длинных пушистых ресниц, по очертанию носа, губ и челюсти. Он осторожно убрал небольшую прядь влажных волос, прилипшую к открытой шее. — Хоть тут сейчас никого нет, но позади статуи Генерала Наньяна есть место, которое трудно заметить, если не знать о нём. Почти отдельная комната, только без ширмы. Можете расположить его там. Женщина, словно насмотревшись на Му Цина, уставилась под ноги, не поднимая головы. Её руки были сцеплены в замок, когда она нервно перебирала пальцы. Фэн Синь слабо кивнул. Он не знал причину, почему она решила помочь им, но был искренне благодарен. Перед уходом женщина обернулась и снова взглянула на них. Подумав, она оставила свой зонт у стены и ушла. Свет слабо подрагивал от сквозняка, а за окном тихо выл ветер. Наньян с волнением разглядывал лежащего Му Цина. Волосы того высохли и были спутаны в некоторых местах. Его взгляд упал на царапину, находившуюся на лице Генерала. Она несомненно была новой, полученной в недавнем бою. Замешкавшись на пару секунд, он протянул руку, чтобы погладить тонкую кожу. Они добрались сюда в час Овцы, когда за стенами храма бушевала непогода, а внутри царили мрак и холод. Когда дождь стих и настал час Петуха, Наньян услышал шаги. Представшая перед ним женщина выглядела уверенней, словно приняла решение после долгих и тяжёлых размышлений. Она поставила корзинку возле Фэн Синя. Холодный ветер снаружи оставил лёгкий румянец на её щеках, из-за чего она помолодела на несколько лет. — Его одежда…там новая. Она не так хороша, но лучше чем…это. Одежда Му Цина была порвана в некоторых местах, испачканная в грязи и крови. За всё это время Фэн Синь не задумывался о том, почему она решила помочь им и оставить зонт. Думала ли она, что они покинут это место? Но зачем тогда принесла одежду? — Почему вы это делаете? — Наньян внимательно посмотрел на стоящую перед ним женщину. Неожиданная забота показалась странной. В чем причина помогать двум незнакомым мужчинам? Она замялась и неуверенно пробормотала: — Этот человек… он похож на нашего спасителя. — Спасителя? Женщина обеспокоенно закусила губу. — Несколько дней назад…на нас напали демоны. Она взглянула на Фэн Синя, оцепеневшего от её слов. Чувствуя, что перед ним может открыться ранее запертая дверь, он с волнением ждал продолжения. Увидев, что тот не собирается насмехаться или перебивать, женщина поведала свою историю: — Возвращаясь из храма ближе к вечеру, я и мой сын оказались в плену. Там было множество людей. Многих из них я видела впервые. Нас поймали и держали в месте похожем на пещеру. Прямо под землёй. Рука Фэн Синя напряглась сильнее, сжимая холодную ладонь Му Цина, которую он никак не мог согреть. — Нам не давали еду и воду, запугивали, заставляли исполнять их приказы. Мы все ждали мучительной смерти, но… Голос женщины дрогнул, и она, замерев, с силой провела рукой по лицу. Подушечки пальцев стёрли прозрачную слезу, не успевшую скатиться. — Неожиданно нас всех куда-то отвели. Мы слышали разговор…неизвестный демон заставлял кого-то, говорил, что иначе убьёт нас. Тот герой согласился. Он спас нас. Пытаясь сложить информацию в единую картину, Фэн Синь выдавил: — Почему вы решили, что это был демон? — Разве может человек такое сотворить? Тем более, когда мы все бежали, те монстры не были похожи на людей. У них были когти, звериные глаза, даже звуки они издавали такие, словно были животными. Генерал Наньян кивнул: — Что он просил? — Я плохо помню… Он говорил, что хочет получить власть, завладеть чем-то… Думаю, он хотел кого-то убить. Воспоминание о том дне поднимали в её душе тревогу, которую она была не в силах скрыть. В безмолвии храма раздавались негромкие, только слышные им двоим слова. Каждый вопрос и ответ заставлял их сердца вздрагивать, а голос становиться всё тише. — Что тот человек сделал? — Я не знаю. Он приказал всем бежать. В хаосе вокруг я лишь мимолётно увидела его волосы и силуэт. Рука Фэн Синя вздрогнула, и он опустил взгляд вниз. — Вы уверены, что это он? Женщина замолчала. Тишина пропитывала всё помещение, проникала в уши, заставляя чувствовать себя уязвлённым. — Нет… Но я помню, что у того человека, была…огромная рана на спине. Она была ужасной. Фэн Синь закрыл глаза. В этот момент ему казалась реальным только слабая пульсация на чужой руке. Каждый удар разгонял его кровь, заставлял сердце биться, а его самого считать время. — Я пришла в этот храм, чтобы вознести молитву за него. Если…это правда он, то я сделаю всё возможное, чтобы отплатить за спасение жизни моего сына. Она с сомнением взглянула на Му Цина. Воспоминания того дня казались обрывочными и безумными, подобно сну во время бреда. Однако вера Фэн Синя в её слова придала решительность. Она не только доверилась ему, но и была готова помочь. Наньян молчал. Бог и человек молились за того, кто находился перед ними. «Молюсь, чтобы Му Цин выжил». «Молюсь, чтобы этот человек выжил». — Вам стоит переместиться в другое место. Я помогу вам. Наньян с окаменевшими ногами встал и поднял на руки Му Цина. Рука того безвольно повисла, а голова опустилась на плечо Фэн Синя. Женщина помогла им разместиться за статуей и поставила рядом корзину. — Возьмите, — Фэн Синь протянул мешочек с монетами, — оплата за одежду. Так же, как и Му Цин, он носил с собой деньги. Если вспомнить, именно Сюаньчжэнь оказался тем, кто всегда брал их с собой. Наньян, наблюдая, как он с безразличным лицом оставлял их людям, со временем перенял эту привычку. Женщина взяла мешочек и покачала головой: — Мы обязаны ему. Благодаря воле Небес я повстречала вас, поэтому хочу помочь всем, чем смогу. Лучше на эти деньги я куплю нужные травы и еду для вас. Наньян не возразил, молча согласившись. Первым, что почувствовал Му Цин, оказалась боль во всём теле, она вместо тёплого потока Ци разливалась по мерридиам и жгла внутренности. Он открыл глаза и сразу зажмурился — после столь долгой темноты даже слабый дневной свет резал глаза. Пару раз повторив это действие, бог уставился на голый каменный потолок, расплывавшийся большим серым пятном. Кости казались настолько тяжёлыми, словно были заполнены расплавленной сталью. Сюаньчжэнь не чувствовал время и не знал того, сколько уже смотрит на пространство перед собой. Осознание всего медленно заполнило все его мысли, вытесняя другие вопросы. Он чуть повернул голову и увидел Наньяна, неподвижно сидевшего рядом. Шея неприятно заныла от его движений, из-за чего он мысленно пожалел о столь резких действиях. Наступившие от света слёзы не давали ему чётко рассмотреть человека. Его рука, как и почти всё тело, онемела, но он чувствовал слабое приятное тепло. Шевельнув пальцами несколько раз, он медленно поднял её. — Му Цин? — Фэн Синь распахнул глаза, — Не двигайся. Он схватил руку Сюаньчжэня, сжимая его ладонь. — Отпусти меня, — хрипло произнёс Генерал. Горло саднило от сухости во рту, и он сильнее нахмурил брови. Ему казалось, что губы потрескались и начали кровоточить — на языке ощутился знакомый вкус. — Я передаю тебе духовную энергию, нельзя прекращать… — Чёрт! Я же сказал! — Му Цин выдернул руку из хватки. Хоть Наньян сжимал его ладонь, однако не прикладывал больших усилий, чтобы удержать. Раненое плечо напомнило о себе, и Сюаньчжэнь сжал зубы. Боль во всём теле собралась в одну точку. Не смотря на Фэн Синя, он попытался принять сидячее положение. Он чувствовал, что бог следит за каждым его движением, однако не обращал на него внимание. Руки тряслись от слабости, голова кружилась, из-за чего чувство тошноты усиливалось. Не выдержав собственного веса, Сюаньчжэнь полетел в сторону, однако удар так и не последовал, потому что молчавший Наньян крепко ухватил его за плечо. Он помог принять нужное положение, продолжая наблюдать и касаться. Му Цин прислонился к стене и снял заколку с волос. Тихий облегчённый выдох сорвался с его губ. Напряжение из-за неудобства постепенно пропало, давление на голову уменьшилось. Чёрные волосы упали на плечи, касаясь руки Фэн Синя. Тот тихо выдохнул. Сюаньчжэнь поднял на него взгляд, рассматривая его образ и уставшее лицо. Другая, слишком простая одежда, немного покрасневшие глаза, круги под ними и сухие губы. Му Цин отвернулся и, почувствовав себя неловко, дёрнул плечом. Наньян понял знак и с сомнением убрал руку. — Что я тут делаю? — У тебя не было духовных сил, чтобы переместиться на Небеса… — Нет… «Почему я ещё жив?» Не дождавшись продолжения, Фэн Синь, чуть понизив голос, сказал: — Се Лянь и Хуа Чэн знают причину всего, они отправились на поиски демона. — Что? «Почему Се Лянь отправился за ним? Разве это не слишком опасно?» Тон Му Цина резко изменился, когда он повернул голову к Наньяну: — Зачем ты отпустил его? — Что? В голове всплыло воспоминание: он стоит на коленях, прижатый к стене с заблокированными духовными силами. — Не нужно было этого делать. Удивлённое выражение мгновенно сменилось гневом, а глаза сузились: — А что нужно?! Оставить тебя умирать?! — Нужно позаботиться о Его Величестве– — Я забочусь о тебе! Разрушающая всё на своём пути буря отступила, оставляя после себя напряжённую атмосферу и несвойственную тишину. Заботится? Да, Фэн Синь и Се Лянь могли проявлять заботу. Но разве Наньян просидел бы так долго, без конца передавая энергию? Он должен был усмехнуться, напомнить, что тот сам оказался в такой ситуации. Указать на ошибку. И Му Цин вспоминал лишь один случай, когда люди заботятся почти так же, как Наньян. Жалость. Тогда они умалчивают о поступках — словно говорят: «Я не виню тебя». Но всем ясно: ты сам виноват. Молчание Му Цина заставило Фэн Синя насторожиться. Спустя несколько секунд Сюаньчжэнь поднял на него ядовитый взгляд, безмолвие сменилось шипением. — Мне не нужна твоя жалость. Слова о том, что рядом с Хуа Чэном Се Лянь точно будет в безопасности, остались на его языке. Глубоко втянув воздух, Фэн Синь хотел разразиться бранью. Их почти драку нарушил робкий голос. — Вы проснулись… Му Цин вскинул голову. Недалеко от него, рядом со стеной, стояла женщина с собранными в пучок волосами. Держа корзинку перед собой и чуть наклонив голову, она нерво перебирала пальцы. Около неё, наполовину скрывшись за стеной и держась за длинную юбку, стоял мальчик, с опаской и интересом разглядывая двух мужчин. — Кто вы? Женщина собиралась ответить, но её перебил хмурый Фэн Синь: — Госпожа Ван Юй оказала нам большую помощь, она лекарь. Она кивнула и смущённо улыбнулась. Появившиеся ямочки на щеках ещё больше украсили её. — Я подготовлю лекарство для ваших ран. Пока вы были без сознания, я провела быстрый осмотр, чтобы приготовить всё нужное. Му Цин нахмурил брови, не сводя глаз с людей. Не осознавая, он через ткань сжал собственное запястье, впиваясь ногтями. На недолгое время воцарилось молчание, которое ему пришлось нарушить. Прямая фигура Наньяна чуть расслабилась, когда он слабо кивнул. Женщина положила корзинку возле Му Цина и присела, доставая разные травы. — Мне понадобится вода. Фэн Синь кивнул и, бросив взгляд на сидящего Сюаньчжэня, поджал губы и ушёл. Маленький мальчик осторожно сел у противоположной стены, наблюдая, как его мать мелко толочит травы. Сюаньчжэнь следил за уверенными действиями женщины. — Зачем вы помогаете мне? Она остановилась и произнесла: — Господин Нань Фэн тоже задал такой вопрос. Женщина отложила небольшую чашу и посмотрела на Му Цина. В свете фонарей, её взгляд казался необычайно глубоким, скрывая в себе множество вещей. За всё это время она впервые смогла заглянуть в его глаза. Словно разыскивая в них то, что было известно только ей, она проговорила: — Вы спасли нас. Брови бога поднялись от удивления. Он перестал сжимать запястье, пытаясь понять такой простой, но неясный ответ. «Спас?» Му Цин взглянул на ребёнка, который достал из-под рубахи небольшую соломенную игрушку человечка. Не обращая внимания на взрослых, он погрузился в игру, представляя себя героем, спасающим людей. Вот почему этот ребёнок показался ему знакомым. Он вспомнил о людях, пойманных демонами в плен. Под страхом смерти каждый из них не решался сделать что-либо, даже сорвать слабую повязку на глазах они смогли только после его крика. Напуганные люди добровольно отдавали свою кровь. Взамен демоны отпускали их, однако они не успевали покинуть лес: за ними либо начиналась охота, либо они превращались в скелеты, обтянутые тонкой полупрозрачной кожей. Густой лес навсегда становился для них могилой. Сюаньчжэнь молча опустил голову. Каждый вернулся к своим делам, полностью принимая безмолвный ответ. Вскоре он снова начал рассматривать действия женщины. Её ловкие движения с травами, почти незаметное шевеление губ и взгляды на Му Цина и ребёнка, тихо играющего с игрушкой. Неожиданно Госпожа Ван заговорила: — Ближайшие несколько дней здесь едва ли кто-то появится. После того события больше ничего не происходило, однако люди продолжают побаиваться ходить через лес. Им понадобится время, чтобы снова начать приходить сюда также, как раньше. — Почему же вы пришли сюда? — Я чувствовала необходимость в этом, поэтому спустя пару дней отправилась сюда и встретила вас. В храме повисла тишина. Заметив, что мать и сын одинаково шепчут себе под нос, Му Цин слабо улыбнулся. В задумчивости он несколько раз провёл пальцами по запястью. Он видел эту женщину первый раз, однако она вызывала у него чувство доверия. Она проговаривала свои действия, не прятала взгляд, когда обращалась к нему. Только сейчас обратив внимание на кусок ткани, укрывающий его ноги, он понял, что это была прошлая верхняя одежда Фэн Синя. — Кто сменил мне одежду? Щёки женщины покрылись румянцем. — Это был господин Нань Фэн, но одежду выбрала я, поэтому она слишком проста по сравнению с вашей. Бог покачал головой. — Всё в порядке. Она неплохая. Сюаньчжэнь смотрел, как человек добавлял травы в разные баночки, расставляя их в ряд. Ребёнок вскинул голову, когда раздались звуки шагов. Фэн Синь подошёл с ведром чистой воды. Он поставил его рядом с женщиной и облокотился на стену, скрестив руки. Недовольство всё ещё показывалось на его лице. Закончив приготовления, женщина наполнила водой некоторые баночки, после чего принялась говорить и показывать: — Эти пилюли принимать каждый день, эти — один раз в день, если состояние ухудшится. Перед ним оказались небольшые глиняные флакончики с красной и белой бумажкой. Она поставила круглую баночку: — Эту мазь нанести сейчас на раны, ушибы и недавние шрамы. Женщина кивнула Фэн Синю и поднялась. Некоторые флаконы так и остались стоять в стороне без внимания. — У меня есть еда для вас. После неё нужно принять лекарство. Она ушла, взяв мальчика за руку. Фэн Синь отклеился от стены и взял мазь, рассматривая её с разных сторон: — Нужно обработать раны. — Я могу сделать это сам. Казалось, вместе с духовными силами удача тоже покинула его, поскольку сразу после этих слов волна боли от резких движений ударила его, заставляя прикусить язык. — И рану на спине сам обработаешь? Сюаньчжэнь показательно закатил глаза и замолчал. Он знал, что раз Наньян помог ему с одеждой, то не мог не увидеть почти зажившую рану, пересекающую его спину. Му Цин помнил, как чувство тошноты заполнило его, когда в отражении зеркала он увидел рваные края и застывшую кровь. Фэн Синь никак не отреагировал, и бог поджал губы. Он не умел говорить о своих слабостях, а изуродованная спина и проклятая метка являлись доказательством его ошибки. Ошибки, что почти стоила жизни. После пары секунд послышался короткий вздох, и Сюаньчжэнь отодвинулся от каменной стены. Генерал потянулся к поясу на одеянии. Простая, грубая ткань легко соскользнула с его плеч, оголяя чётко очерченную фигуру. Шелковистые цветом вороньего крыла волосы легли на спину и грудь мужчины. Му Цин собрал их и перекинул на одно плечо. — Чего уставился? — сощуренные глаза и стальной тон заставили Фэн Синя машинально сделать несколько шагов вперёд. Он обошёл Му Цина и, присев на колени, уставился на крепкое тело. Необработанный шрам, пересекающий чуть ли не всю спину. Неровные края. Фэн Синь поднял руку и провёл по нему пальцами, тяжёлый вздох почти сорвался с его губ, как Сюаньчжэнь, сидевший каменной статуей, резко выдал: — Поторопись. Мне холодно. Очнувшись, Фэн Синь открыл небольшую баночку с белой мазью. Приятный травяной аромат заполнил пространство вокруг них. Зачерпнув небольшое количество, Наньян осторожно провёл по краю шрама. Мышцы дёрнулись он холодного и влажного прикосновения. Му Цин закрыл глаза, пытаясь успокоить своё сердце. Он ясно ощущал прохладные прикосновения к коже, как подушечки пальцев нежно проходят по огрубевшей коже, медленно втирая мазь. Тёплый свет фонарей придал его лицу и шее розоватый оттенок, напоминающий румянец. Находясь в месте, куда солнечный свет плохо проникал из-за отсутствия окон, а единственным источником света служили горящие фонари, Му Цин почувствовал смущение. Пытаясь не обращать внимание на пальцы и тёплое дыхание, мимолётно касающееся его кожи, он сосредоточился на медитации, исследуя своё состояние. По мерридиам больше не текла привычная тёплая Ци. Вместо этого пустота, разлившаяся по всему телу, вызывала чувство обречённости. В это мгновение он ощутил, как Фэн Синь передаёт ему энергию, будто окутывающую тело. — Почему ты не сказал нам? В тишине прозвучал тихий голос Наньяна, словно заданный вопрос был случайным и не нуждающимся в ответе. За те пару часов, что Сюаньчжэнь находился без сознания, он вспомнил все моменты, когда тот вёл себя несвойственно. Он даже просил о встречи, которая так и не состоялась. Как он мог не заметить этого? Му Цин приоткрыл глаза. Сквозь опущенные веки он смотрел на свои руки. Даже желая сделать это, он не разжимал губы и скрывал своё состояние. Каждый раз, когда его разум сталкивался с чувствами, он совершал ошибку. Сможет ли он кого-нибудь отпустить внутренние терзания, разрывающие его на части? Есть ли на свете человек, готовый выслушать его? — Я хотел. Может ли этим человеком стать Фэн Синь? Человек, который, по его мнению, всё время испытывал чувство неприязни рядом с ним. — Но… Испугался? — Не смог… Наньян всегда задавал бесполезные вопросы, но сейчас он молчал, однако именно молчание казалось грузом, натянувшем струны терпения. Сюаньчжэнь чувствовал, как Фэн Синь несколько раз провёл пальцами по белоснежной кожи, словно рисуя иероглифы. Он обвёл единственную родинку, находившуюся под лопатками. Слишком мягкие движения и тишина вокруг заставляли его горло непривычно сжаться. Подумав о том, почему Госпожа Фэй ещё не вернулась, он задал совсем другой вопрос: — Есть ли новости от Се Ляня? Му Цин ожидал ответа, однако Фэн Синь ничего не говорил. Рука с его спины исчезла, забрав с собой последнее тепло. Он хотел повернуться к мужчине, и волосы с плеча чуть не соскользнули на спину. Наньян, схватил их и сказал: — Не двигайся, нужно время, чтобы мазь впиталась. Он держал шелковистые волосы, еле заметно перебирая их. — Что ты делаешь? — Му Цин почувствовал лёгкое натяжение. Голос Генерала, раздавшийся позади, был глубоким: — Держу твои волосы. — Убери их на плечо, — часть волос чуть потянули назад, из-за чего ему пришлось немного запрокинуть голову. Фэн Синь потянулся ближе к Му Цину, чувствуя исходивший от него запах мази, который на теле раскрывался иначе, становясь более резким. Однако вместо того, чтобы вернуть упавшую часть волос, мужчина взял оставшуюся, опалив тёплым дыханием шею Сюаньчжэня. —Ты- — Из-за того, что ты так много вертишься, волосы снова упадут. Я не хочу выслушивать твоё ворчание из-за этого. Му Цин замолчал. Если бы не Фэн Синь, делающий всё, что ему вздумается, то и не пришлось бы возиться с волосами. Привычное желание ударить Наньяна нарастало с каждой секундой, но чувствуя свою физическую слабость, он не был уверен в том, что сможет нанести хоть какой-то вред без боли для себя. Спустя пару минут напряжённого молчания, Му Цин осознал, что почти никто не трогал его волосы за всю жизнь. Он совсем забыл мягкие касания к волосам и тихий, подобный колыбели, шёпот матушки, рассказывающей ему какую-то историю. Чувствуя осторожные и лёгкие прикосновения, он постепенно расслабился. Напряжённые плечи опустились, а глаза, привыкшие к неяркому освещению, сомкнулись. Ему казалось, что позади него сидит дорогой человек, сердце которого мирно бьётся в груди, и вся долгая история о его жизни была лишь выдуманной сказкой, что поведала ему матушка. В этот момент поток бесконечных мыслей и терзаний отпустил бы его, давая насладиться капелькой тепла, в которой он всегда нуждался. В его голове раздавался голос, полный нежности: А-Цин. —…-Цин. Сюаньчжэнь с трудом открыл глаза. — Му Цин? Не раздумывая, всё ещё борясь с остатками видений, он ответил: — М? Ему казалось, словно Фэн Синь перешёл на шёпот: — Мазь впиталась…я помогу с остальным. Разлепив глаза, Сюаньчжэнь слегка покачал головой: — Я сам. Только сейчас он ощутил сквозивший повсюду холод. Слушая тихое шуршание позади, он накинул одежду. — Держи, — Генерал протянул ему открытую баночку. Перед тем как уйти, он окинул того внимательным взглядом, который Сюаньчжэнь не заметил. Оставшись наедине, Му Цин принялся обрабатывать небольшие раны и шрамы. Благодаря защите укус змеи не прошёл насквозь. «Возможно, стоит наложить повязку». Распределяя мазь ровным слоем на царапины на руках, он застыл, рассматривая своё запястье. Чёрный обруч физически ощущался бременем, притягивая его к земле. Он провёл пару раз по нему, точно желал убрать прилипшую грязь. Не добившись этого, он со вздохом прислонился к каменной поверхности и, почувствовав дискомфорт, вытащил волосы вперёд. Они были сплетены неряшливой косичкой, закреплённой куском ткани с кривым узелком, словно человек впервые делал это. Му Цин продолжительное время сидел, прислоняясь спиной к стене. Остаток согревающей Ци медленно растекался по телу, проникая в сердце.