Ошибка малолеток

      Последние полтора года он не вспоминал о давних словах прадеда, потому что всё было хорошо: дедушка выздоровел, родители любили Севу, а он сам успешно учился ведовству. Но месяц назад снова зазвенела, загрохотала в голове мысль: «Я — ошибка малолеток. Родители жили вместе только из-за совершённой ими ошибки».       Замечал и раньше, конечно, что мама с папой иногда ругаются, но ведь все ругаются, а они потом мирились и признавали, если были не правы. Наверное, они всего не показывали. Наверное, он чего-то не понимал. Но когда же случился этот надлом? В какой миг папа решил, что ему проще найти кучу дел и постоянно задерживаться на работе, больше не заезжая домой пообедать? В какой миг маму начали так злить оставленные папой за компьютерным столом кружки и незаправленная в утренней спешке постель? И почему? Почему-почему‐почему именно в Севкиной семье прозвучало это отвратительное, гадкое слово «развод»?! Сева же одинаково сильно любил родителей, помогал им чем мог и хорошо учился! В чём он ошибся? Да ни в чём, это он сам — ошибка!       Шмыгнул носом, глаза защипало. Нет, нельзя реветь. И вообще пора домой, хоть и не хотелось: уже поздно, а прогулка всё равно не помогла, только заставила завидовать прохожим. Начиналась декабрьская суета, люди под сияющими уличными гирляндами проходили то с ёлками, то с подарочными пакетами, улыбались чему-то. Кто-то будет веселиться и загадывать желания, а Сева будет думать лишь о том, что это последний праздник, который родители встретят вместе. Не будет счастливого нового года, будет развод и переезд. Севка, конечно, загадает желание, чтобы родители помирились, но оно ведь не сбудется…       И всё-таки он купил кофе в автомате и снова принялся бродить по улицам. Мама иногда ворчала на папу, что вот, дурной пример заразителен, дал попробовать ребёнку кофе. Ну какой Сева ребёнок, ему одиннадцать с половиной… почти. И блин, это же не эспрессо, от которого глаза на лоб полезут. Вообще… Папа тоже говорил, что много кофе вредно и взрослым, но Сева-то разве много его пьёт?       Долго и бездумно бродил, согреваясь горячим напитком. Как назло повалил мокрый снег. Фу, зима! Может, всё-таки такси вызвать? Полез в рюкзак за телефоном и… ничего. Три раз перерыл рюкзак — и ничего! Или посеял, или спёрли, или в раздевалке после тренировки забыл. Зная родителей, понимал, что получит даже не за то, что дорогой гаджет потерял, а за их переживания. Ой, хоть бы они не позвонили…       Только собрался бегом домой, как его окликнули в два голоса:       — Володя!       — Сева!       Ой… Родители. Как нашли-то!       — Что случилось?! Ты где был? Ох, маленький… Мы чуть с ума не сошли! — тараторила мама, то целуя, то ругая.       — Я не знаю, где оставил телефон... Пошёл гулять после тренировки и не заметил. Простите!       — Да чёрт с ним, с телефоном, — нахмурился папа, по старой привычке сев перед ним на корточки. — Ты же не любишь зиму, а тут гулять? И так долго? Севка, колись, что стряслось.       Сева поджал губы, опустил голову.       — Я… Расстроился, ну… Вы больше не хотите быть вместе. А может и не хотели никогда, а из-за меня пришлось. Я же ваша ошибка молодости и…       — Кто тебе такое сказал?.. — одновременно произнесли родители.       Потом отец матюкнулся сквозь зубы и встал, обнимая Севу за плечи.       — Твой прадед, да? Василий, этот старый ублюдок…       Сева шмыгнул носом, кивнул.       — Он… Давно ещё, мне пять было. Деда Вова тогда прогнал его и успокоил меня. Да и прадед потом помог с учёбой, хоть и не любит меня. Но я сейчас подумал…       — Володь, никакая ты не ошибка, мы тебя любим! Ты — наш подарок судьбы. — Мама снова поцеловала его. — У нас с Яриком не получилось, но для тебя же мы всегда останемся родителями!       Папа кивнул, погладил его по спине.       — Ты родился у нас раньше, чем принято в обществе, но мы оба были рады твоему появлению. Я не представляю жизнь без тебя, Сев, она была бы унылой. А прадед твой… Он на деле-то злится на меня, что я его не слушал, дружил и любил без оглядки на то, правильные ли это веды и веды ли вообще. Он и сам, как говорят… женился не на той, которую любил, лишь бы сохранить «чистым» род огненных ведов. Заигрался в аристократию, а виноватыми делает тех, кто этим не страдает.       Сева только удивлённо заморгал. Он уже почти не помнил прабабушку, она умерла, когда он был маленьким. Но это что же, она всю жизнь прожила с мужем, женившимся на ней… ну вроде как по расчёту? Ой, не, лучше уж развод, чем так, потому что так нечестно! Хотя Севке казалось, что его-то родители любят друг друга… Как же у взрослых всё сложно!