Тебе придётся довериться

— Как свиданка, Бак? Задав этот вопрос, Елена без предупреждения бросила в Баки яблоко — от барной стойки до стола, за которым расположились Баки и Локи. Втроём они сидели в главном кабинете Башни. Баки читал книгу, а Локи и Елена пили пиво. Минуту назад из кабинета вышел Боб, которому Елена отдала двух выигранных в тире плюшевых медведей. Одному из них Локи наколдовал кривой щит и американский флаг на лбу — и предложил подарить Уокеру. Так что Боб отправился искать Уокера; Локи и Елена жалели, что не увидят их лиц; а Баки пробубнил, что они — дети малые, и спрятался за книгой. Поймав брошенное Еленой яблоко живой рукой, Баки сказал: — Плохо. — Не дала? Баки бросил на Елену угрюмый взгляд. Та пожала плечами. Снова уткнувшись в книгу, Баки не обратил внимание на то, что Локи посмотрел на него с любопытством. — Не важно, — пробормотал Баки после минутной паузы. — Ладно, прости, я так. Попробуй с мужиком на свиданку сходить. — Я пробовал. Давай не будем об этом. — Хорошо-хорошо. — Елена ловко выбросила смятую банку пива в мусорное ведро и двинулась к выходу. — Пойду проверю, жив ли... Уокер. На мишек не надеюсь. Рассмеявшись, Локи проводил Елену хитрым взглядом — та лукаво дёрнула бровями в ответ. Когда в кабинете остались двое, Локи снова посмотрел на Баки. Они сидели через стол и чуть по диагонали, поэтому Локи поднялся, обошёл стол и сел напротив Баки, повернув стул так, чтобы сидеть лицом к нему. Наклонил голову вбок. Это движение, явно полное неприличного почти любопытства, и пристальный взгляд голубых глаз заставили Баки отвлечься от книги. — Ну что, Локи? Я знаю этот взгляд! На тонких губах заиграла улыбка — едва заметная. — Точно не хочешь об этом поговорить? — Точно. — У тебя проблемы в личной жизни? — У меня в личной жизни ничего, кроме проблем, примерно с сорок третьего. — И ты пытаешься их решить? Баки стиснул челюсти. Помолчал с минуту. — В этот раз я хотел просто переспать с ней. Локи, хва... — Передумал? Положив книгу на стол — на Локи не глядя — Баки неловким движением, явно не зная, зачем это делает, накрыл правой ладонью лежащее рядом яблоко. Локи протянул руку. Он аккуратно коснулся пальцев Баки своими, а тот снова стиснул челюсти — крепче прежнего. И ответил: — У меня не встал. Локи не изменился в лице. — Доволен? — спросил у него Баки. — Чем? Баки, это... — Я не импотент, — зачем-то уточнил Баки, и уточнил раздражённо. — Если ты скажешь, что это нормально, я тебе въебу. Дёрнув уголком рта, Локи подвинул свой стул чуть ближе к Баки, по-прежнему касаясь пальцами его руки. Слегка подался корпусом вперёд. Баки сидел, откинувшись на стул спиной. — Ни на кого не встаёт? — У меня два раза за... долгое время доходило до... шанса проверить. Оба мимо. Глаза Локи сузились. — Ты же суперсолдат. У суперсолдата, что, может не вставать? — Ну, как видишь! — Не вижу. — Локи ухмыльнулся. Баки коснулся переносицы металлическими пальцами, большим и указательным. Вздохнул. — Локи, какого хре...? — Дело ведь в... в другом? Закусив нижнюю губу, Баки — наконец-то — перевёл взгляд Локи в глаза. Тот продолжал: — Проблема в доверии, я правильно понимаю? Взгляда Баки не отвёл, но у него едва заметно дёрнулось веко. Он усмехнулся. — Ты умеешь читать мысли? — Да. Но сейчас я этого не делаю. — Да нет. — Уголок рта Баки приподнялся. — Делаешь. Локи беззвучно рассмеялся, оскалившись. Скользнул взглядом от лица Баки вниз, до бёдер, и снова посмотрел в глаза. — Да, вот такой вот я старомодный пень, и что теперь? — Думаешь, дело в возрасте? — Локи улыбнулся. — Иди ты. Чуть-чуть, но Баки всё-таки расслабился — по крайней мере, перестал сжимать челюсти до ощущения, что вот-вот зубы захрустят. Локи провёл пальцем по тыльной стороне его кисти и сказал: — У меня есть предложение. Баки вопросительно вскинул брови. Подвинувшись ещё ближе, Локи коснулся коленями его колен. — Я понимаю, что мы не так уж и близки, но... как раз сможем сократить это расстояние... в ускоренном режиме. — Выключи режим трепла и говори нормально, Локи. Локи облизнул губы. — Ты, я, интимная обстановка. Договор о том, что контроль над процессом берёшь ты. Выражение лица Баки почти не поменялось — только глаза чуть сузились. — Предлагаешь окунуться в БДСМ? — Фактически. — И будешь подчиняться? Мне? Ты? Нихуя себе. Ты — Бог, Локи, какого хрена? Вскинув правую бровь, Локи опустил взгляд. — Может, я не против забыть об этом хотя бы ненадолго. Он снова посмотрел в серые глаза. Баки сглотнул. — Я понимаю. Точнее, не понимаю, каково это, но... я понимаю, что ты имеешь в виду. Баки вдруг резко вскочил со стула и сделал несколько нервных шагов туда-сюда. Остановился. Посмотрел на Локи; тот сидел, следя за Баки взглядом. Внимательным. Спокойным. Баки подошёл к столу и встал, опираясь о него бёдрами. Тогда Локи поднялся и встал рядом — в такую же позу. Баки повернул голову. Окинул лицо Локи неспешным взглядом, словно спустя минуту ему нужно будет написать его портрет по памяти. Баки подался вперёд — медленно, но решительно. Губы коснулись губ; Баки отстранился, но тут же поцеловал снова. Дольше теперь, смакуя, чувствуя, как Локи целует в ответ — его губы были такими мягкими и прохладными, и Баки поймал себя на мысли, что он очень, очень, очень наслаждается происходящим. — Ты мне нравишься, Локи. Локи ухмыльнулся. — Ты мне тоже нравишься. — Но мне надо подумать. — Разумеется. — Отстранившись, Локи облизнул губы и двинулся в сторону выхода. — Надумаешь, зови. — Позвать как... как Бога? — На лице Баки мелькнула ехидная улыбка. — Просто звонка будет достаточно. Локи вышел из кабинета — а Баки остался в состоянии «нихуя себе». Стадии отрицания, гнева, торга, депрессии он, кажется, проскочил за секунду. А вот принятие пропустило свой поезд и теперь куковало где-то на вокзале в ожидании следующего. Даже поездка до дома на мотоцикле не прочистила голову. Баки боялся. Баки был, чёрт возьми, в ужасе. Но Баки хотел. Однозначно, он хотел. Острота черт лица Локи впилась в обратную сторону век; вкус его губ и языка остался во рту; прикосновение прохладной ладони отпечаталось на руке невидимой татуировкой. Вернувшись домой, Баки сделал себе кофе. Хотелось растянуть чашку до вечера — хотелось хоть что-нибудь растянуть до вечера, желательно, такое, чтобы можно было не думать ни о чём другом. Баки включил телевизор, но он остался неразборчивым фоновым шумом. Принятие по-прежнему куковало в ожидании следующего поезда. Осознав, что оставил книгу в Башне, Баки взял с полки другую — первую попавшуюся. Но ни одна строчка не удержалась в голове; концентрация, которая точно стояла всегда твёрже, чем член, помахала ручкой и испарилась. Вечером Баки провёл в душе почти час и, выйдя из него в чёрной футболке и домашних штанах, уселся на диван и набрал номер Локи.