Serendipitous ( Удачный случай )

***

      Алексдра Макки стоит, скрестив руки, прислонившись к внедорожнику, и ищет своего партнера. Ее лицо напряжено. Она ждала. Наблюдала. Когда она увидела Сантоса.       - Что, черт возьми, это было?       - Ты сбежал. С каких пор? — спросила она своего партнера.       - Я отстранился от конфронтации. Большая разница, — резко сказал он.       - Конечно. Ушел как трус на виду у половины больницы. Тот человек. Он был с той ночи. Он увидел тебя. Узнал тебя, - продолжает пояснять Алекс.       - Вот почему я ушел. Я не пошел туда, чтобы меня видели, Алекс, — объяснил он.       - Я все еще не понимаю, зачем ты туда пошел. Ты пошел туда для чего, Марк? Проверить Афину? Или получить еще одну дозу ее горя? Марк, когда ты мне расскажешь, что происходит?! — спросила она. Марк останавливается на ее словах. Его глаза дергаются. Алекс подходит ближе, понижая голос, но поднимая давление. - Я многое упустил, но я больше не буду притворяться, что не понимаю, что это такое. Ты одержим ею. И дело уже не только в Бобби Нэше, — закричала Алекс. Марк отворачивается, сжимая челюсти, пока Алекс кружит вокруг него. - Ты прослушивал ее больничную палату. Ты навещаешь Бобби в лаборатории каждую неделю, как какой-то разбитый любовник. Ты гоняешься за Афиной по всему городу, как будто она твое спасение. Зачем? Почему она, Марк? — настаивала Алекс.       Она затаила дыхание от собственных слов, глядя на него. Я думаю, что, возможно, Алекс так расстроилась, потому что начала задаваться вопросом, почему Марк уже начал преследовать Афину, а не ее. Алекс закрыла глаза, когда начала вспоминать, как она вообще попала в эту ситуацию. Это произошло почти десять лет назад. Алекс тогда была лучшей из лучших. Она была лучшей в классе и прошла подготовку в армии, чтобы стать снайпером. И это то, что она делала лучше всего. В течение многих лет она работала с Марком, они всегда отлично справлялись вместе; Но помимо лет и всех неудачных браков и отношений, которые у него были, была одна вещь, которую Алекс знала наверняка.       Она была для него лучшим, что было.       Однажды их вызвали на место происшествия. Это была ситуация с заложниками. Во время спасения заложников Алекс была назначена снайпером-наблюдателем. Она зафиксировала цель. Он был известным внутренним террористом. Прямо перед выстрелом Марк слишком рано дал ей добро. И как раз в тот момент, когда он это сделал, террорист выстрелил, ранив Марка в грудь. Алекс так испугалась, увидев его таким. Больно...       Когда прозвучал выстрел, она испугалась почти до смерти. Она подпрыгнула и приняла на себя выстрел. Случайность. Заложница неожиданно сдвинулась в последнюю секунду. Алекс нажала на курок по команде Марка, и пуля прошла через голову заложницы, убив ее. Мгновенно. ФБР заявило, что Алекс просчиталась, а отдел внутренних расследований пригрозил ей освобождением. Ее отстранили, а не уволили.       Пока Марк восстанавливался. Марк отдал преждевременный приказ. Но Алекс не сказала ни слова, чтобы спасти свою карьеру. Она доверяла ему всем, что у нее есть, поэтому она послушалась, когда он приказал ей сделать укол. Марк никогда не просил ее прикрыть его, но она это сделала. Потому что она любила его.       Это все, что ей было нужно.       Когда Алекс открыла глаза, она поняла, где она находится. Ей нужно было собраться.       - Это чувство вины? Похоть? Или ты просто пытаешься переписать историю, потому что тебе не нравится, как она заканчивается? - Алекс накричала на него еще сильнее.       - Потому что я ЛГАЛ! — крикнул он ей в ответ, огрызаясь. Алекс замерла, когда тишина поглотила гараж. - Ты хочешь правду? Хорошо. Я дам тебе ее всю, — спросил ее Марк. Он отступает назад, глаза дикие от разочарования и чего-то более глубокого, сожаления. - Той ночью в лаборатории? Мне позвонили раньше всех. CDC посчитали, что это был сбой. К тому времени, как я добрался туда, вирус уже был выпущен случайно или нет, я до сих пор не знаю, - начал он. Алекс внимательно наблюдала, ничего не говоря, когда Марк начал расхаживать. - Нэш вошел, потому что он чертов герой. Лаборантка была еще жива. Он вытащил ее, отнес на другую сторону коридора для дезинфекции. Но он вдохнул это прежде, чем смог выбраться. У него была дырка в трубке, - Марк говорит правду.       - Ты сказал, что он умер на месте, — недоверчиво сказал Алекс.       - Я СОЛГАЛ! — закричал он.       - Он упал. Схватил судороги. Его сердце все еще билось, когда мы его вытащили. Еле-еле. Врачи скорой помощи хотели вызвать эвакуацию из больницы. Но я их остановил, — сказал Марк.       - Почему? — спросил Алекс.       - Потому что я видел анализ крови. Я видел, что делает вирус. Его иммунная система боролась с ним, в отличие от всех остальных, кто подвергся воздействию. Я знал, что он был ключом, — сказал Марк. - Я совершил ошибку, — покачал он головой.       - Итак, ты позволил миру думать, что он мертв, — сказала Алекс.       - Мы сообщили прессе, что он погиб как герой. Тем временем я отправил его в Зону 7. С тех пор он находится в коме. А потом ее привели сюда старшие. Я знал, что это было не правильно...       - Её? — спросил Алекс. Марк колеблется. Затем:       - Марси.       - Марси Нэш, - вздохнул он. Алекс отступает на шаг, прежде чем закрыть лицо руками.       - Это невозможно, - она покачала головой.       - Да ну, скажи это женщине, которая сейчас управляет половиной этого чертового проекта. Она должна была быть мертва, но агентство подделало это после того, как она согласилась работать в секретной вирусологии. Она руководит его лечением. Наблюдает за его состоянием. Использует его, — признался Марк.       - Господи Иисусе, Марк, - Алекс села.       - Добро пожаловать в истину, — строго сказал он.       - А Афина? При чем тут она? — спросила Алекс.       - Сначала... речь шла о контроле. Она была слишком близка. Слишком умна. Мне нужно было, чтобы она была послушной. Поэтому я пригрозил ей. Шантажировал ее с помощью 118. Заставил ее подписать соглашение о неразглашении, чтобы защитить Бюро, — объяснил Марк.       - А теперь?       - Сейчас... Я не знаю, что происходит между мной и Афиной. Мне жаль, Алекс, — сказал Марк.       - Ты влюбился в нее? — с отвращением спросила Алекс.       - Я не хотел. Но так вышло. Может быть, я был слишком близок к этой ситуации, — объяснил Марк, отводя взгляд, пристыженный. - И самое худшее? Я думаю, она знает. И она использует это против меня, - вздохнул он.       - Она должна. После всего, что ты сделал, — сказала Алекс, расстроенная Марком. Как он мог позволить всему этому зайти так далеко?!       - Ты думаешь, я этого не знаю?       - Я думал, что если оставить его там, то она будет в безопасности. Мы будем в безопасности. Но сейчас она копает. Иногда я думаю, что однажды они это выяснят, — сказал Марк, испытывая паранойю.       - Тогда останови ее, — приказала ему Алекс.       - Я сделаю это, — обещает Марк.

***

*Позже той ночью*       Марк не мог выкинуть из головы все, что произошло ранее. Ему нужно было собраться; это было не для себя или Алекса, а для Афины. Той ночью он вернулся в лабораторию, чтобы навестить Бобби. Он не мог спать, и иногда, после того, как он видел Бобби. Он вспоминал, зачем он все это делал. Комната была слабо освещена, слабо светилась голубым светом от лампочек монитора. Раздался ритмичный писк... писк... писк..., который прерывал тишину. Бобби Нэш неподвижно лежал на медицинской койке, окруженный проводами, капельницами и биометрическими датчиками. Его грудь равномерно поднималась и опускалась. Он неподвижен.       Дверь с шипением открывается, когда он входит. Марк входит один, растрёпанные, невозмутимым. Он стоит прямо в комнате, тяжело дыша, словно пытаясь обуздать что-то кипящее прямо под его кожей. Он подходит к стеклу и смотрит на Бобби.       - Это ты в коме... и все же это кажется каким-то сном, — усмехнулся Марк.       Он прижимает руку к стеклу аппарату. Никакого ответа. Только размеренный стук сердца. Низкий гул. Бобби не двигается. Он неподвижен, как всегда.       - Ты должен меня ненавидеть. Если бы ты мог что-нибудь услышать… если бы ты знал, что я сделал…       Дверь за его спиной снова открывается с едва слышным щелчком. Доктор Марси Нэш входит, как всегда, с планшетом в руке. Ее волосы туго зачесаны назад, белый лабораторный халат безупречен, выражение лица непроницаемо. Она полностью оцепенела от всего этого.       - Он может тебя слышать, ты же знаешь, — говорит Марси. Марк слегка вздрагивает. Он не заметил что она зашла. Он выпрямляется, но не оборачивается, чтобы посмотреть на нее. Как он мог?       - Он не просыпается уже несколько месяцев, — отметил Марк.       - Отклик и восприятие — это не одно и то же. Подсознательные слуховые каналы остаются частично открытыми во время комы третьего уровня. Он не ушел. Просто... молчит, - объясняет она. Марк закатывает глаза. Она проходит мимо него, проводит пальцем в перчатке по экрану монитора Бобби, затем проверяет его карту, как хирург, делающий обход. Марк наблюдал за ней, его челюсть была напряжена.       - Ты ведешь себя так, будто он лабораторная крыса. Но он твой муж, — сказал Марк.       - Был. Прошедшее время. То же, во что верят все остальные, — напоминает ему Марси.       - Но не ты, - напоминает агент. Марси замирает на долю секунды, достаточно долго, чтобы Марк заметил. Она кладет карту слишком резко, глядя на него.       - Не смей подвергать сомнению мою способность разделять, Сантос. Я инсценировала свою смерть. Я сожгла все связи с этим человеком ради исследований и своей семьи! Я пожертвовала большим, чем ты когда-либо пожертвуешь, - поправила она его. - Ты пожертвовал им. Ты взял его тело, его достоинство, его жизнь и превратил их в точки данных на экране, — резко ответила она. - И что ты сделал, Марк? Ты сказал его жене, что он мертв. Ты использовал ее горе как оружие. Так что не приходи сюда, ведя себя так, будто я монстр, - сложив руки, говорит она.       В комнате становится тихо. Марк и Марси смотрят друг на друга, негодование мерцает, как огонь. Она подходит к другой стороне кровати Бобби, наблюдая за его жизненными показателями, пока она говорит.       - В ту ночь нам дали выбор. Оставить его умирать… или сохранить то, что делало его особенным. Я выбрала сохранение. Ты выбрал манипуляцию, — сказала Марси.       - Я сделал то, что должен был сделать, — вздохнул Марк.       - Ты всегда так говоришь, - она закатила глаза.       - Раньше ты верил в работу. В служение чему-то большему, чем ты сам. Когда это прекратилось? — спросила она. Марк уставился на Бобби, выражение его лица исказилось.       - В ту ночь, когда я увидел лицо Афины после похорон, — начал Марк, - Она держала себя в руках перед всеми. Но позже, когда она думала, что никто не смотрит... она рухнула. Как будто мир вырвали из-под ее ног. И я понял, что это сделал я. Я разорвал ее мир на части. Когда я сделал то, что сделал, — сказал агент. Он поднял глаза, наконец, полностью глядя на Марси. - Я должен был защищать людей. А вместо этого я продолжаю их ломать, — заключил Марк.        - Не путай свою вину с добродетелью. Ты не благороден, Марк. Ты эгоистичен. Ты разваливаешься, потому что у тебя появились чувства к единственной женщине, которую ты не имеешь права хотеть, - Марси сказала ему правду.       - А что насчет тебя? Ты даже не вздрагиваешь, когда вводишь ему непроверенные сыворотки. Ты все еще называешь его «Субъект Нэш». Ты хуже меня, - Марк усмехнулся. Марси напрягается, но обходит кровать и встает с ним нос к носу.       - По крайней мере, я признаю, кто я есть. Ты все еще думаешь, что можешь оправдать это, обернув это в какой-то извращенный комплекс спасителя, - Марси покачала головой.       - По крайней мере, я что-то чувствую, — сказал Марк.       - Не говори со мной о чувствах. Ты не знаешь, каково это — слушать, как дышит твой муж, и знать, что он больше никогда не произнесет твоего имени. Смотреть, как твоя замена рыдает по нему, в то время как тебе даже не позволено существовать! — сказала Марси, и ее сердце разбилось. Марк запинается. Что-то в ее голосе надломило его. Редкий момент человечности, которого он не видел в ней. Марси делает глубокий вдох и отводит взгляд. - Эта ситуация — он, ты, я — это карточный домик. А Афина? Она — ветер, - объясняет она.       Наступила Тишина. Они оба стоят над Бобби, пойманные в ловушку выбора, который никто не может отменить. Монитор продолжает свой медленный ритм.       - Она все узнает, — сказал Марк.       - Тогда тебе лучше решить сейчас, позволишь ли ты ей разоблачить нас... или поможешь ей закончить то, что ты начал, — сказала Марси.