Циферблат

29 января 1996 года.

Время 16:34.

Лес.

      Я помог Асе забраться по склону обратно на дорогу. Девочка с радостью приняла помощь, но поднявшись, руку не отпустила. Это было странно, но я решил не придавать значения мелочам. Особенно учитывая, что мне и без того было о чëм беспокоиться. Тучи стремительно наползали со всех сторон, и их тëмный вид наводил на мысль, что лëгким снегопадом здесь не обойдëтся. В лицо подул холодный ветер, и я спрятал нос под воротник куртки, стараясь дышать вниз, а не в ткань, чтобы очки не запотели. Ася тоже обеспокоенно вертела головой, тем не менее послушно идя рядом и не разжимая своей руки в моей. Я прикинул, и понял что до посëлка мы дойдëм  примерно за минут тридцать. Должны успеть, прежде чем начнëтся метель. Мы шли, то подгоняемые ветром в спину, то тормозимые им спереди. С дороги пришлось свернуть на лесную тропинку, и двигаться по ней, здесь ветер был не такой леденящий.   -Тош, а мы успеем до дома добраться? Не нравится мне всë это… -Смотря до чьего... Ты где живëшь?  -Да тут рядом... возле магазинчика.  -Тогда до твоего успеем. До своего уж как-нибудь доползу.  Вскоре показалась знакомая сломанная ветка, как вдруг погода решила дать о себе знать. Снег повалил внезапно, будто кто-то щëлкнул по выключателю, ветер ударил в лицо с новой силой, наметая на порозовевшую кожу снежинки. Они кололи глаза и попадали в нос. Метель была страшная, пару раз Асю повело в сторону и мы едва не завалились в сугроб, но я всегда придерживал еë, не давая упасть. Очки не многим помогали, снег попадал на глаза и оседал на ресницах, да и дальше трëх метров всë представлялось сплошным ураганным потоком, мы шли больше по наитию, чем по видимой части тропинки. Пару раз нога одного из нас глубоко проваливалась в сугроб, знаменуя сход с тропинки, и нам приходилось совершать пару шагов в сторону, пока устойчивая опора снова не находилась, и мы не продолжали наш шаткий путь. В определëнный момент я подскользнулся на льду, умудрившись приложиться головой и перевернуться. Подруга тут же кинулась помогать мне встать, пока я отряхивал моднявую шапку "спорт" от снега. Ботинки промокли, а пальцы перестали ощущаться. Ася дрожала, идя в притирку. Мало того, что снег сильно снижал видимость и своими порывами заставлял держать глаза щëлочками, так ещë и темнеть начало. Я боялся потерять подругу в этом бесконечно холодном и слепом урагане, поэтому схватил за локоть. Хотелось побыстрее оказаться дома, сидеть на тëплой кухне в компании Оли и бати, пить горячий чай и беззаботно хохотать, поглядывая на бурю в окно. За потоком мечтательных мыслей я не сразу услышал голос Аси:  -Антон! Слышишь?! Смотри! – девочка круговым движением руки обвела то немногое, что мы могли видеть. То тут, то там угадывались то голые уродливые стволы берëзок, то мохнатые, но немногим приятные на вид ели. Ноги увязали в снегу, мы уже точно были не на тропе. -Похоже сошли с тропы! Надо назад возвращаться! – прокричал я Асе в самое ухо, потому как за воем ветра разобрать обычный голос уже было невозможно. Однако всë было не так просто. Обернувшись, я заметил наши глубокие следы, которые уже стремительно заполнялись снегом. Сумерки сгущались, видно становилось ещë меньше. Дëрнув подругу за собой, я постарался скорее вернуться назад. Мы шли, стараясь наступать в уже промятые нами следы, однако так продолжалось недолго, вскоре я зацепился за какой-то безлиственный куст, который едва не порвал мою любимую куртку, и чудом не упал. Мы точно не проходили этот куст. Но взглянув вниз, я понял что перепутал тень со следами. Мы окончательно заблудились. Ася потянула меня за локоть, видимо оценив верное направление, и я пошел за ней. Горло замëрзло, и я то и дело откашлевался. Похоже из носа уже тоже текло, но я это понимал лишь интуинтивно, потому что нижняя часть лица потеряла всякую чувствительность. Попытавшись свободной рукой растереть подбородок, я не заметил как снег под ногами стремительно поехал вместе с нами, и мы вдвоем покатились вместе с этой маленькой лавиной на дно какого-то оврага. Падение было мягким, но овраг был довольно глубоким, метра полтора. Я упал рядом с Асей, а потому первым делом посмотрел на подругу. -Ася! – мой крик остался неуслышанным. Девушка лежала на спине без движения, откинув левую руку в сторону. Глаза были закрыты, покрытые снегом ресницы едва подрагивали. Я попытался встать, но ноги были ватные от усталости, все эти пробивания через толщу снега не прошли даром. А судя по отсутсвию ощущения в ботинках, чувствительность тоже ушла. Оставалось только ползти. Всеми оставшимися силами я пытался поднять Асю. Однако руки тоже слабели, и в конечном итоге, я понял что сражаться больше нет сил. Упав сверху на девушку, чтобы хоть как-то греть друг друга, я попытался схватить часы на руке, но понял что пальцы еле двигаются. Сколько бы я не старался, было чувство, что конец уже близок. «Вот так?.. Не героическая смерть, не смерть от старости... просто... замëрзнуть в лесу?» Всë тело начала одолевать сонливость. Всепронизывающий холод начал казаться уютным. В целом, зачем вся эта мирская суета? Можно просто лечь и заснуть... чтобы никогда не проснуться. Когда я уже был готов смириться, кто-то внезапно схватил меня за шиворот и резко дëрнув, поставил на совершенно обессиленные ноги. Я инстинктивно попытался отмахнуться, за что тут же получил затрещину, которая привела меня в чувство. Неразличимая фигура закинула мою руку себе на плечо, помогая держаться в стоячем положении, а второй рукой закинула на плечо Асю, которая уже больше напоминала куклу. Неизвестный спаситель двинул вперëд увлекая меня за собой, а я лишь старался ровно ставить ноги, чтобы помочь ему тащить нас двоих. Мы шли совсем недолго, по ощущениям минут пять. А после оказались возле какого-то странного строения. Это было похоже на огромный шатëр, стены которого были сотканы из незнакомой мне очень плотной кожи. Несмотря на материал, строение было монолитным, и выглядело покрепче многих деревянных домов посëлка. Стены были исписаны странными черными рисунками. Спаситель почудив с застежками на двери, смог сдвинуть в сторону многослойную ткань, и затащил нас внутрь, не забывая закрывать за собой заслон. Нас с Асей он на время своего занятия бросил у входа. Я слипающимися глазами оглядел интретьер. Внутри похоже шатëр был разделëн на отдельные секции такими же стенами из камня. Посередине стоял хитросооруженый костер, на котором грелся просто гигансткий котëл. Это всë, что я успел увидеть увидеть прежде чем глаза закрылись, и я провалился в беспамятство.

***

-Подъëм! Мне в рëбра не больно, но очень требовательно прилетело утеплëнным валенком. Разлепив глаза и прокашлявшись, я рассмотрел спасителя. Им оказался мужик лет пятидесяти, уже основательно поседевший. Телосложение его было крупным, носил он старый армейский бушлат, сверху обшитый шкурами разных животных. Несмотря на экстравагантность, выглядело это гармонично и даже правильно. Толстые штаны заканчивались в утеплëнных по тому же принципу высоких валенках. Лицо покрывала зарущенная щетина, по левой щеке шëл короткий, еле заметный шрам, изрядно отросшие тëмно-серые волосы лезли в глаза. Взгляд был у него какой-то чудаковатый, словно он смотрел сразу в несколько мест одновременно. -Вставай, говорю! Твоей подружке помощь нужна. – снова начал требовать мужик. На удивление я нашëл в себе силы встать. Ася лежала на прежнем месте. Затащив хрупкое, бессознательное женское тело себе на плечи, я пошëл в указанном ранее направлении, к левому прямоугольному вырезу. Зайдя внутрь, я распознал это место как самодельную ванную. Здесь было побитое мутное зеркало, жëлтая старая ванная куча вëдер, тазиков и деревянный лакированный стул, на который я поспешил усадить спящую подругу. Мужик в этот момент протиснулся в дверной проëм, с кряхтением положил на пол тот самый чан, в котором находилась нагретая на огне вода. Пар валил только так. Не теряя времени, мужик скомандовал: -Снимай с неë верхнюю одежду. Я молча повиновался, быстро стягивая с Аси мокрую, холодную ткань. Вскоре подруга сидела на стуле лишь в школьной форме. Мужик схватил откуда-то у входа две табуретки и поставив их возле еë рук, стал заполнять тазики из самодельного крана на чане. Затем он подхватил одно из вëдер, и откинув крышку с разбавил кипяток холодной водой. Удостовершись, что вода горячая, он подсунул тазики на табуретки и опустил в них Асины руки. -Снимай с неë колготки. Ноги то же нужно отогревать. -Я?! -Нет блять я. Хочешь оставить ее без ног? Интимность предстоящего действа поражала, но делать было нечего, я не хотел чтобы девчонка отморозила себе ноги. Стараясь ни о чëм не думать, запустил руки под юбку, и нащупав линию, потянул вниз. Когда с колготками было покончено (как и со здравым смыслом в этом фф), мужик стал пытаться двигать тяжëлую ванну к стулу. -Гха…давай… Я бросился ему на помощь, и вдвоëм мы смогли переместить это чугунное чудовище на нужное место. Пока я держал Асины ноги на весу, «отогреватель» заполнил ванную наполовину кипятком, а потом опрокинул внутрь ведро холодной воды. После этого я опустил ноги подруги в горячую воду. Всë. -Надо привязать еë, а то упадëт – снова затараторил мужик. Я недолго думая расстегнул ремень, и вынув его из штанов, использовал как гарант безопасной посадки Аси. Теперь всë было продумано. Товарищ смочил какую-то тряпку горячей водой из ванной и завязал на голове у моей подруги. После этого он вышел из ванной, а я последовал за ним. Оглядевшись, я увидел недалеко ещë один дверной проëм, который по видимому вëл в спальню. Вдоль стен основного помещения стояло великое множество всего. Шкафы, стеллажи, стол, стулья, топчан и верстак, на котором лежала винтовка. Спаситель тем временем приложил ухо ко входной двери и стоял слушал что-то на улице. Потом неуверенно покачал головой и подошëл ко мне. -Чего стоишь? Присаживайся за стол, поговорим. Ко мне редко гости заходят. Я молча сел за стол. Собеседник ещë раз глянув на входную дверь, сел напротив меня. -Чаю к сожалению не предложу, сам его в последний раз года так два назад пил. -А кто вы такой? Почему в лесу живëте...в этом шатре? -А сам как думаешь? Мужик достал из кармана потрепанную колоду карт. Не успел я и одуматься, как передо мной уже лежали шесть карт, а на столе появился держащий колоду бубновый валет. -Твой ход. «Классический дурак, ну давай сыграем» Я походил двумя шестëрками, креста и черва.  Мужик выложил ещë одну шестëрку и вернул мне три обратно. «Вот сука, он не только в жизни стрелки кидает». Пришлось отбиваться. -Без понятия кто вы, в этом селе и других забот хватает. – я с сомнением поглядел на лежащую на верстаке винтовку. -Ударник чищу. Прошлый владелец подзапустил, а это на карабине Симонова дело опасное, может начать стрелять произвольно. Не боись, щас он не заряжен. – ответил он, истолковав мой взгляд по своему. На стол были скинуты с моей руки пиковая девятка, десятка кресты и семëрка червей. Мужик подкинул десятку бубны, заставляя меня тянуть весь это мусор. «Вот же гад какой, ладно, я хотел оставить это на потом». Пришлось отбиваться козырным королëм. Первый отбой пять карт. Мужик тянул первый.  После него в мои руки попал один шлак. «Мда, если так пойдет и дальше то я точно продую». -Ладно, вижу совсем у тебя мозги с мороза не пашут...смотрящий я местный, слежу за порядком то тут, то там. Тайга место особое, с ней осторожнее нужно быть. Я снова походил, скинув мужику две десятки, кресте и пика. «Одну он уже отдал, врядли у него будет последняя десятка». -Мне ли не знать... Оппонент принялся отбиваться. На столу появились два вальта. -Да ладно, и о чëм же ты знаешь? «Чëрт, нечего подкинуть». Карты ушли в отбой, в этот раз первый тянул я. В руки попал козырный туз бубны с пиковой дамой. «Тот ли он егерь, о котором говорила Ася? Надо бы проверить, закину приманку». -О волках, медведях, лисах. Дикие звери в этих местах не редкость. Егерь походил на меня с одной семëрки пик. «Как удачно». Отбился недавно вытянутой с колоды дамой. В ответ тут же прилетели ещë две, крестовая бубновая. -Дикие звери? Хе-хе, ничего ты видно не знаешь... «Вот чëрт, козырный король уже отправился в отбой, тратить в середине игры туз не хотелось, придется взять». Я затянул.  «Три дамы, туз, король пик, семëрка пик и три восьмëрки. С таким набором можно отыграть…козырный король в отбое, вальта можно попробовать стянуть под себя, главное правильно походить. Он отдал даму и не знает о наличии у меня туза а значит…значит нужно отбиваться сейчас, вешать ему восьмëрки и заставить затянуть дважды, тогда валет будет мой и с его количеством карт отыграться у него не уже получится». -Есть вещи куда страшнее диких зверей… Егерь снова походил, скинув мне двойку королей. Я перевëл ему их обратно подкинув пикового. -Страшнее, говорите? Это как? Мужик нахмурился, явно не ожидая такого исхода. Он принялся отбиваться, выворачивая натянутые за всю игру козыри, среди которых удачным образом оказалась недостающая мне восьмëрка. Я тут же подкинул ему ещë три восьмëрки. -От зараза…страшнее это когда дикий зверь сидит в тебе…он прячется…выжидая подходящего момента… Мужик затянул. А в моей руке наконец-то появилось место. Я потянул одну карту с колоды. «Туз кресте». До вальта оставалось три карты и я примерно понимал, что находится в руках у моего оппонента. Мой следующий ход состоял из трëх дам. -Страшнее когда он прячется внутри, или когда управляет тобой? Егерю снова пришлось тянуть, а я в свою очередь прибрал под себя козырного вальта с крестовой семëркой и козырной девяткой. Наконец настала ходить очередь мужика. Он сразу скинул три короля. -Если твой внутренний зверь управляет тобой, то ты уже ни чем не отличаешься от этих лесных тварей. «Похоже, что так…». Я отбился козырным вальтом, девяткой и крестовым тузом. «Чëрт, ситуация начинает выходит из под контроля…ему же вроде нечего подкинуть, так почему он ещë не скинул отбой? Думай…два вальта уже ушло, у него наверняка есть последний – червовый. Отобьюсь тузом, но тогда он сможет подкинуть мне ещë два туза, а с моими семëрками мне точно кранты…» Но мужик не стал мне ничего подкидывать и с ухмылкой скинул карты в отбой. «Что это было? Неужели поддался? Или же я где-то просчитался и прозевал карту?» Я мог лишь строить догадки о произошедшем на столе. Следующий ход был очевиден. -Ты о тех, что носят маски? На стол был скинут козырный туз. Старик молча затянул. Так что я со следующего хода докинул ему две семëрки и вышел победителем из этой партии. -Это не маски…это их настоящие лица. Уродливые, вечно голодные лица… Эйфория от недавней победы унеслась со скоростью света. По спине тут же пробежал рой мурашек.  Я смотрел на старика с пониманием. То, о чëм я думал всë это время, оказалось правдой. -Вы тот самый егерь? -Был когда-то, пока все в этом мире не пошли против меня. -В каком смысле? -Ты конечно стратег не лучший, но сам по себе смыленный парень, так почему задаëшь такие глупые вопросы? -Извините… – мне стало немного неловко.  «Поразительно, он живой! Живой! Но как? Где был? Всë это время прятался тут? Как его тогда ещë никто не нашëл? Что он знает о зверях?»  От такого количества настигающих меня вопросов закипала голова. -Вся эта вакханалия приключилась года три назад, если я не ошибаюсь конечно… Егерь начал свой рассказ, а я вникал в каждое его слово. -Тогда я был ещë уважаемым в узких кругах человеком, был на хорошем счету у местного следака, как там его…Тинох…то ли Тихоновский… -Тихонов? -А да, вот он, спасибо. Потерялся тогда в лесу мальчик, ну, обычная ситуация: малой вышел погулять, свернул не туда и сидит где-то рядом под деревом ревëт. Я таким не в первый раз занимался. Тихонов отправил меня на поиски, а сам видимо решил походить по домам, поспрашивать, не видел ли его кто в окно, как удобно с его стороны…так вот, брожу я по лесу брожу, а уже и вечереть начинало потихоньку. В очередной раз кричу: «Сашка! Саша!». И тут мне наконец ответили: «Я тут!». Без раздумий тут же кинулся на отклик. Кричу: «Сашка!», в ответ тоже самое, но только уже с чуть другой интонацией: «Я тут…». Мужик замялся, достав из своих бездонных карманов половину сигареты. Другую половину он видимо скурил ещë до меня. -Так, а что дальше-то было? Мальчика нашли, с ним всë в порядке было? Егерь отошëл на секунду да бы подкуриться от костра. -А дальше…лучше бы я сам никогда не узнал, что было дальше…идя на ответный крик, я вышел на небольшую поляну, посреди которой стоял какой-то странный гараж. Странный, потому что был чëрный как сажа, такой краски я еще не видел, но самое странное то, что я не припомню в тех округах подобных вещей, словно сам дьявол поставил его там, достав из своей шкатулки. «Чëрный гараж…». -Я спросил тогда: «Сашка, ты там? Выходи давай, тебя весь посëлок уже скоро искать начнëт!», но в этот раз мне никто не ответил, и я решил заглянуть внутрь… «Он зашëл внутрь гаража и смог выбраться живым?». -Внутри это был обычный гараж, разве что воняло там тухлятиной, будто кто-то там недавно сдох и его забыли вынести. Осмотревшись детальнее, мне пришëлся по вкусу необычный компас, лежащий посреди стола.  Я взял его в руки и осмотрел. С виду компас как компас, толко стрелка его показывала не на север. Тогда мне показалось что он просто сломан, как же я ошибался… Рассказчик сделал плотную тягу, докурив остатки сигареты разом. После чего медленно выдохнул и продолжил. -Стоило мне взять его в руки, как я тут же почувствовал что-то странное, сколько бы я не ворочался на месте, стрелка оставалась неподвижной. И тут я снова услышал голос: «Я здесь». Обернувшись, никого не заметил, но задался вопросом: «где же ты, Саша?». И тут стрелка компаса заплясала в моих руках, стены постройки затряслись, от страха я прихватил с собой компас решил выбежать на улицу но…это была не та поляна…гараж переместился вместе со мной, то что я увидел дальше навсегда отразилось в моей памяти…стрелка компаса указывала прямо и я, подняв взгляд, увидел вопящего от страха на снегу Сашу. -Сашка! Родненький, что с тобой? Ты как тут оказался!? -Дядя Слава!  Мальчик кинулся обнимать меня, но это не отменяло факта того что я совершенно ничего не понимал. Как гараж переместился и почему прямо к Саше? Одно я знал точно, это всë благодаря тому компасу. -Всë хорошо? -Они злые…дядя Слава заберите меня отсюда! -Кто они? Заберу конечно, ты как тут оказался вообще? -Волчонок, медвежонок, лисичка…они злые…они…они скоро придут сюда… Про себя я тогда подумал что парень просто несëт что-то несвязное от страха, пока не услышал со всех сторон пронизывающий до костей вой голодных тварей. -ТЫ ГЛУПЕЦ, ЭТО МОЯ ДОБЫЧА! -ЗАХЛОПНИ ПАСТЬ, ОН МОЙ! МОЙ!  -ИРОДЫ, ХОЗЯИН ДОВЕРИЛ ЕГО МНЕ! Пугающие тени плясали вокруг деревьев, где-то над нами пролетела огромная птица. Саша заплакал, а я понял что пора брать всë в свои руки. Схватив малого, решил бежать внутрь гаража, но вход преградил огромный двухметровый козëл с флейтой, сделанной из берцовой кости. -Не уследил немного, а ты проворный оказался, как твоë имя? Чудовище обращалось ко мне грубым басом. Ружьë плясало в моих руках, и тогда я, осмотревшись, заметил что тени больше не скрываются, они вышли на охоту.  Я не знаю как их описать, то что я видел не поддаëтся никакой нормальной логике и объяснению. Это были самые настоящие бесы, в которых я как и любой адекватный человек не верил.  -Слава… -Славик, верни мне компас и я пощажу твою жалкую жизнь.  Хищники словно ждали команды «фас», да бы разорвать меня и мальчика на куски. Но в тот момент я понял, что наш единственный шанс на спасение это то, что сейчас требует от меня этот рогатый уëбок.  -Хорошо, держи… Я и не думал отдавать ему компас. Вместо этого зарядил ему дробью прямо в еблище.  Чудовище охнуло, не сказал бы что это хоть как-то навредило ему, скорее я выиграл немного времени. Схватив мальчика, пронëсся мимо козла и зашëл в гараж. За нами увязался медведь, который перед тем как я захлопнул дверь, подставил под неë свою лапу. Его палец застрял между дверями и я, дëрнув со всей силы, оторвал его. Не знаю зачем, но забрал его тогда с собой, посчитав это за единственное доказательство трезвости моего ума. Звери колотили гараж снаружи, а я, держа а руках компас молился о спасении и думал лишь об одном: Дом. Мотнуться как можно дальше отсюда, в место, где безопасно.  Под рëв чертей и плачь мальчика гараж снова застрясло. Потом опять толчок, и тишина. Безмолвная тишина. Сначала мне показалось это это всë ловушка и снаружи меня уже ждут, но, открыв дверь гаража я был в шоке, что мы находимся прямо возле моего дома, на одной из улиц посëлка. Мальчик потерял сознание от стресса, поэтому мне пришлось вытаскивать его на руках из гаража и нести в отделение.  -А потом вы решили устроить на них охоту? – сказал я, доставая из кармана найденную ранее имянную гильзу, и ставя еë на стол. -Верно, все следующие дни мне снился один и тот же кошмар: как эти лесные выблядки выходят из лесу и съедают весь посëлок. Я не мог сидеть сложа руки. Знал что они придут, чувствовал. Так и вышел в село с ружьëм и вечером, наткнулся ребенка в маске лисы. Она не была похожа на тех, которых я видел той ночью. Наряжанная пыталась запудрить мне голову своими речами, но я не послушал и взял еë на мушку с требованием снять маску. Она сняла, под ней не оказалось ничего человеческого и я начал стрельбу, на которую чуть позже был вызван Тихонов. -Слава, ты чего тут устроил!? Бросай ружьë немедленно!  Тихонов взял меня на прицел своего АКа. Я пытался ему что-то объяснить, но слушать меня не стали. Ещë и мудака этого мелкого, которому я жизнь спас, словно подменили. Думал он сможет сказать что-то существенное в мою защиту, но он ничего не помнит. Говорит не было никаких зверей, что нашëл я его неподалëку. И тут я подумал, быть может я реально сумасшедший? Однако медвежий коготь говорил об обратном. Егерь демонстративно потянул за верëвочку оплетëнную вокруг его шеи. На ней, подобно амулету, болтался оторванный медвежий коготь. -Меня отстранили от должности и изъяли ружьë, ещë и в дурку упечь хотели, уроды. Повезло хоть сбежать удалось, только бежать то мне было некуда. Ну я и нащупал от безделия снова этот компас, а сам всë думал: куда идти? Где теперь спрятаться от людей и тварей лесных? Стоило мне подумать об этом, как стрелка мнговенно повернулась куда-то в бок, указывая мне направление. Ну я и пошëл по заданному курсу, и в итоге нашëл эту юрту. -Юрту? Это что вообще? – недоверчиво спросил я. -Юрта – это то, где ты, балда, сейчас сидишь. Монголы еë здесь построили, ещë во времена своей империи походу. Конечно, всего что ты тут видишь здесь не было, когда я тогда пришëл. Это я уж потом притащил втихаря из дома, до того как его опечатали легавые. -Бред какой-то... как она могла так долго простоять? – недоумевал я. -А вот в этом и дело. Ты думаешь, почему на неë компас показывает? – егерь скинул наконец бушлат, и достав из под свитера компас показал мне. Компас и правда выглядел необычно... точно не нашего времени производства. -Потому что она тоже необычная. Переносится в пространстве, как гараж этих выродков. Только, к сожалению, совершенно случайно, в пределах леса. Я был впечатлëн, и с новым интересом оглядел стены юрты изнутри. Действителтно, то тут, то там были намалëваны какие-то иероглифы. Как следует из рассказов дяди Славы, монгольские. Но вопросы оставались, и я поспешил их задать: -Дядь Слав, а гильза ведь от дробовика... -Ну конечно от дробовика. Или ты думаешь, я ментам просто так отдал свою двухстволку? Не-ееет, через четыре дня заставил алкаша одного, который мне должен был, вызвать их к магазину, якобы ограбление увидел. А сам к ним пробрался, да своë добро забрал. Я покачал головой воодушевлëнно. Вот это мужик, обнëс милицию! Рисковый он, даже слишком. -И что, теперь охотитесь на зверей? -Да, охочусь. Они меня достать не могут, лес большой, а где юрта через пятнадцать минут окажется, даже я не знаю, не то что они. Кишка тонка до меня добраться, ха-ха. А даже если придут, как один раз всë же бывало... Мне есть чем их встретить. Так вылезаю иногда, когда удаëтся хорошо припасами разжиться, да как следует дырявлю тварей. Найти их несложно, достаточно в лесополосе вокруг посëлка походить. Не берут их пули и картечь. В смысле, не убивают. Сколько не пытался - всë без толку. И в сердце им шмалял, и в мозг, и конечности перебивал... Я тебе вот что скажу: чем больше и серьëзней повреждений им наносишь, тем на больший срок они выбывают из игры. -Дядь Слав, при всëм уважении... это пустая трата патрон. Если убить нельзя, какой смысл стрелять? Егерь засунул окурок в пустую банку из консервов, что оказывается стояла всë это время под столом, и откинулся на спинку, осматривая меня. -Как говоришь тебя зовут? -Я и не говорил. Антон. -Так вот, Антон... думается мне, всë же есть у этих блядей ограничение по восстановлению. Ничего в этой жизни не берëтся из ниоткуда... а значит что и энергия, или чем они там лечатся, однажды иссякнет. Его доводы звучали вполее разумно, и мне пока было нечем их крыть. В следующую секунду я вновь закашлялся, и сотрясал лëгкие долгие десять секунд, отхаркивая в ладонь мокроту. Егерь оценив по достоинству последствия моих хождений по лесу в буран, почесал затылок и изрëк: -Чаю, как я уже говорил, у меня нет, но своим фирменным шишечным отваром я тебя напою! – он сходил в свою спальню и вернулся с кружкой, в которой скоро оказался пакетик с шишкой и какими-то травами и ягодами, заливаемый кипятком. -Вкуснятина такая, потом добавки просить будешь! – гордо заявил дядя Слава и ушëл проверять состояние Аси. Отхлебнул «вкуснятины» я едва удержался от желания выплюнуть эту отраву на стол. Вкус был горький, терпкий... одним словом – отвратительный. Добавки этого пойла совершенно не хотелось, но в одном егерь был прав: нужно пить горячее, поэтому я вздохнул, собираясь с силами, и едва сдерживая желание проблеваться, допил шишечный отвар, с облегчением отставив пустую чашку на другой конец стола. «В следующий раз, когда приду к нему, подарю ему пару чайных пакетиков» Тем временем дядько Славко вернулся, застëгивая ширинку. Он удовлетворëнно хмыкнул, увидев пустую кружку и сел обратно на стул напротив меня. -Так ты, значит-ся, тоже с ними сталкивался? Похитить тебя пытались, или так, издалека видел? Я аккуратно подбирал слова, чтобы не выглядеть в глазах егеря как адепт лесного культа. -Они... похоже пытаются меня к ногтю прижать... таким же уродом сделать... приходили, болтали, пугали, угрожали... один раз даже к гаражу своему ебанному утащили и... Дядь Слав, вы же знаете что они людей на части рвут и жрут? Дядя слава настороженно кивнул, нахмурившись. Внутренне он похоже думал о чëм-то нелицеприятном. -Так вот они мне попытались человечину скормить. Я всë сблевал, конечно... еле ушëл тогда... Егерь сидел, с задумчивым видом барабаня по столу пальцами. На секунду мне стало страшно, что он решит будто меня как и зверей нужно расстрелять, но все сомнения были разрушены его следующей фразой: -Ты как жив то вообще до сих пор, Антон? Я было хотел похвастаться, сказать что не у одного него имеются магические предметы, но тут же засомневался. Дядя Слава конечно выглядит мужиком хоть и чудаковатым, но добрым, а всë же лучше придержать язык за зубами. Мало ли у него появится искушение отобрать у меня часы и исправить какие-нибудь ошибки молодости... или школьную любовь. Поэтому я сделал самоуверенное лицо, слегка оттопырив челюсть, и развязным голосом протянул: -Бегаю я быстро...да и оружие у меня есть – с этими словами я ленивым движением бросил на стол Ромкину нож-бабочку. Дядя Слава оценил мой нож как и следует настоящему ценителю холодного оружия, а именно одним движением об край стола сломал его пополам, после чего кинул в банку с окурками. Последнее напоминания о Ромке кануло в лету. Под моим очумевшим взглядом он пояснил: -Зубочистка это, а не нож. Сделан хрен знает из чего, да и сколько там сантиметров лезвие? Семь? Он поднялся и ушëл в спальню, а после вернулся и протянул мне что-то в кожаном самодельном чехле. Я принял дар и открыв, охнул. Внутри лежало грязно высеченное лезвие, сделанное из куска непригодившегося металла. Рукоять была сделана из елового бруса, на котором егерь выточил вручную несколько узоров. -Дарю. Это тебе не та херня, тут клинок из стали, длина тридцать сантиметров, из которых двадцать - клинок. Нож поражал своими габаритами, и с ним я чувствовал себя Рэмбо. Обладатели таких ножей не умоляют Алис о пощаде через слëзы, они устраивают резню! Но конечно было немного неловко принимать такой крутой подарок от человека, которого ты едва знаешь. -Да ну, Дядь Слав, а как же вы? – начал я смущëнную тираду, но был бесцеремонно прерван. -А на кой хуй он мне нужен? У меня на дальняк карабин, на ближняк дробовик. Нож этот всë равно валялся под кроватью хрен знает сколько времени, так что бери. После таких объснений стеснительности у меня поубавилось, и я благодарно кивнув, положил нож в ножны, и заткнул их за пояс, прикрыв курткой. Было решено назвать его грозным именем «Зверобой». Дядя Слава тем временем посмотрел на часы в виде солнца, стоящие на стеллаже и промолвил: -Стихло кажись…иди подружку свою одевай. Уже скоро ночь непроглядная будет, не спать же тебе здесь. А то ещë большего внимание от ментов мне только и не хватало. Я кивнул и ушел в ванную, где убрал тазики и тряпку, вытер Асю до суха висящим на крючке рядом полотенцем, и одел в обратном порядке. Когда подруга была готова к транспортировке, я положил ей руку на лоб. Кожа была очень горячая. Бедная девочка. -Всë будет хорошо, Ась... я тебя не брошу. Взвалив снова сонное тело себе на плечи, я протиснулся обратно в главную комнату. Дядя Слава уже был одет, и с дробовиком, закинутым на плечо, ждал нас у выхода. Полог был открыт, давая рассмотреть залитую лунным светом ночную тайгу. -Точно закончился буран, можно идти. – пробасил он, и мы покинули юрту. Когда отошли на шагов десять, я обернулся на неë. Сердце горестно кольнуло, как будто я видел еë такой в последний раз, чему естественно логичных объяснений не было, наверное, просто устал. Так мы и шли, я нëс Асю на руках, а рядом шëл егерь, строгим взглядом сканирующий окрестности на предмет недоброжелателей. Вëл он нас, казалось бы случайно, но через десять минут мы увидели через просвет в деревьях огни фонарей вдоль просëлочной дороги. -Всë, дальше не пойду. Удачи вам, и это, Антон... Держись там, если проблемы будут с этими тварями, зови. – сказал Дядя Слава на прощание. Я кивнул и пошëл уже один к просëлочной дороге. Когда приблизился, обнаружил что на ней стоит чëрная машина, а подойдя ближе, узнал в ней батену «бэху». Сам он курил рядом. Я подскочил к нему, тряхнув Асю в руках, и с неподельной радостью вскрикнул: -Батя! Петров-старший от моего резкого появления уронил сигарету в снег и закашлялся, а после смотрел на меня несколько секунд в шоке, прежде чем накинуться с распросами: -Антон, етит твою мать! Ты где был?! Тут вся милиция на ушах стоит! Мы тебя все ищем, думали ты вообще... -Бать, я гулял с подругой, а тут буран этот налетел, мы в овражке спрятались пережидали... Батя, я потом объясню, Ася заболела, у неë жар, нужно еë к ней домой отвести! Он хоть и сверлил меня разражëнным взглядом, но всë же в нëм было читаемо одобрение моим приоритетам, поэтому он кивнул, и полез на водительское сидение, включая зажигание. Я открыл заднюю дверь, и постарался как можно удобнее расположить Асю лëжа, а сам сел на переднее, рядом с батьком. -Хоть знаешь где она живëт, Ромео? -Возле магазина сказала... и да, мы просто друзья! Урча двигателем, машина сделала разворот и погнала по улицам посëлка в сторону местного продуктового с завышенными ценами. Фонари горели тëплым и таким уютным светом, мелькая за окном, что я прислонил к нему лицо и почувствовал наступающую дрëму. Пришлось одëрнуть себя: сначала - Ася, а потом уже сон. -Друзья, это хорошо... в этом деле спешить нельзя, а то женишься потом на каком-нибудь «истеричном чудище», которое после работы ещë будет орать на тебя да посуду бить... – я с улыбкой слушал такие родные жалобы отца и смотрел в лобовое стекло, на проплывающие мимо домики. Вот мы проехали серую коробку школы, по-моему я даже успел увидеть болтающих у калитки директора и охранника. Наверное домой идут. Вскоре мы подъехали к продуктовому. Помимо него здесь были заваленные снегом халупы, явно нежилого вида, дом жилой, но тихий, хоть в одном окне и горел свет, и ещë один дом, из которого раздавались пьяные мужские крики. Да уж, не самое вдохновляющее зрелище. Батя был того же мнения, с ярко выраженным омерзением осмотрев окружающий пейзаж, он спросил: -И какой еë? -Два слева явно нежилые, может спросим у соседей? Там как раз кто-то сейчас не спит -Ну дерзай. Я постучал в один из соседских домов, из которого доносилась какофония крика и ругани. Дверь открыл низкорослый мужичок в жёлтой то ли от пролитого пива, то ли пота майке-алкашке. Сначала он хотел мне что-то предъявить, но заметив рядом стоящего отца сразу смягчился. -Чего надо? Резкий запах спиртного ударил мне в нос. Его нечищенные зубы были ещë хуже, чем у покойного Семëна. Сальные волосы, вернее, то что от них осталось ибо его причëской были классические «озера в лесу», словно мгновенно замерли от одного дуновения ветра. -Извините, не подскажете где именно тут Ася живет? -Хто? -Ася, девочка вот эта… Я показал ему лицо дрожащей на моих руках девушки. -А, ты про Евстифееву. Да вон, дом сразу через дорогу соседний стоит. – мужик указал куда-то вперед дрожащим пальцем. -Правда мамка еë сейчас у нас балуется, женщина огонь, хех, не думаю что дома кто-то будет. -А как же отец? -Дак помер он ещë лет двенадцать назад, хороший парень был, земля пухом…не то что мы, потерянный сброд.– мужчина аккуратно посмотрел через плечо на сидящих за столом людей, среди которых была женщина лет тридцати. Он словно понимал, что не там его место, но сделать с этим ничего не мог. -Ясно…спасибо, до свидания. -И тебе не хворать, молодой. Дверь закрылась, мужик вернулся в разгар веселья. Мы с батей перешли дорогу и побрели по протоптанной тропинке в сторону дома. Входная дверь была открыта, сантиметровый зазор пропускал ветер так что та качалась вперед назад. Мы с батьком переглянулись и пожав плечами, вошли внутрь. Сомнения на счëт того, Асин ли это дом, быстро рассеялись. На стенах висели фотографии, где угадывались моя подруга и какая-то женщина. Фотографии были не новые, да и Ася на них была почти ребëнком. Мы стали искать еë комнату, но первым нашли кухню. Здесь всë стало понятно. На столе открытая банка маринованных огурцов, грязные рюмки, и пустая бутылка из под самогона. На полу большой слой пыли и всякого мелкого мусора из обëрток и извещений. Здесь то как раз и горел верхний свет. -Пьяница тот говорил, что у неë только мать? О дочери небось даже не подумала... – убитым голосом проговорил Борис. У меня и самого серце сжалось, как представил в каких условиях живëт моя бедная подруга. Мы молча погасили свет на кухне и продолжили искать комнату Аси. Вскоре нашли. Внутри было довольно таки чисто, мы зажгли свет и я смог рассмотреть Асину комнату. На полу лежал красный ковëр, у правой стены стоял старый шкаф и стол, на котором лежали учебники за десятый класс. У левой стены стояла кровать и маленький комод, над которым висел плакат с изображением смайлика с глазами крестиками и высунутым языком, снизу была надпись «Nirvana». Я уложил Асю на кровать и стянул с неë верхнюю одежду, которую положил на стул рядом с окном. После этого я бережно укутал подругу одеялом, и аккуратно, словно боясь что Ася как домик из спичек развалится от прикосновения, поправил сбившуюся на лицо прядь волос. В хате стоял убийственный холод, так что отец быстро распилил их печь и позакрывал все окна. -Скоро тут станет теплее, пойдëм, с ней всë будет хорошо. В этот момент я вернулся с намоченной тряпкой, которую положил девочкетна лоб. Всë, мы сделали всë что могли. Отец пошëл к машине, а я погасил свет и ненадолго задержавшись, сказал в тишину комнаты: -Спокойной ночи, Ася... будь счастлива в своих снах. Прикрыв дверь в еë комнату, покинул неблагополучный дом и залез в «бэху», которая тут же повернула и покатила на другую часть посëлка, к нашему ждущему дому. Прижав лоб к окну, лениво смотрел на проплывающие мимо пейзажи, и всë думал, какая же сильная девушка Ася, раз смогла вырасти такой жизнерадостной и доброй в таких условиях? Нелегко ей приходится… Ворочая эти тяжëлые мысли, я сам ожидал момента, когда доеду до дома, и переодевшись, смогу прилечь на мягкую постель.