Циферблат

1 Февраля

Время 18:54

Мост у реки

      Доски с небольшим хрустом то ли дерева, то ли льда проплыли под ногами, не вызывая никаких сравнений. Голова была занята совершенно другими мыслями. Они роились словно пчëлы в улье, наскакивая друг на друга, жаля и улетая. Все события сегодняшнего дня проносились перед глазами быстрым калейдоскопом: разговор с Полиной, массовая драка, побег, поединок с Алисой, менты, признание Аси, Баба Тамара, Тьма, разговоры о приступах, убийство... Наконец гул, охвативший всë вокруг, стих. Был он лишь у меня в голове или стоял повсюду после недавнего взрыва – непонятно. Отчëтливо знал я лишь одно – этой ночью я совершил нечто ужасное. Я обернулся. И пусть больше не видел того яркого света, излучаемого догораемыми остатками дома Тамары, зато отчëтливо представлял, каким будет дальнейшее разбирательство. «Я схожу с ума? Боже блять что вообще в этом месте происходит!? Какие-то звери, артефакты, тьма, мосты, шаманы сука как это заебало! До переезда в эту клоаку, я хотя бы здраво мыслил и четко был уверен что я не шизофреник. Но сейчас…сейчас мне кажется что я схожу с ума, ибо не понятно, как я мог так легко решиться на такое…» Вдали уже виднелся дом. Такой тëплый и желанный. «Всë как в ту ночь, когда мы с дядей Славой пошли спасать Катю» Пару часов назад я думал о том, как не хочется возвращаться к отцу на порку, но сейчас…сейчас я хочу как можно быстрее оказаться на пороге и получив за всë по заслугам, забыться, сбежав от последствий своих сегодняшних геройств. «Не похоже, что они спят, рановато как-то». В доме не горел свет, хоть и было всего примерно 9-10 вечера. Я дëрнул входную дверь за ручку. Та легко поддалась, так что я не тормозя вошëл внутрь. -Хе… – облегчëнно выдохнув, облокотился спиной о дверь и скатился вниз. Усевшись на пол, небрежно развязал ботинки, после чего поднялся и повесил куртку на крючок. Гробовая тишина, стоящая в доме нагоняла жути. Лишь часы в родительской спальне ритмично, подобно метроному, рассекали еë своим до омерзения чëтким тиканьем. Неторопясь, поднялся по лестнице на второй этаж. Оля уснула под выключенный на ноль видик, почему его просто не выключили? Зайдя в комнату сестры, я тихо выключил телевизор. Оля мирно спала, иногда сопя. Из еë рта на подушку стекала короткая струя слюны. Волосы были распущены и слегка растрепанны. Небольшая прядь лежала у неë на левом глазу, щекоча ресницы и пачкаясь в рядом образовавшейся лужице. Аккуратно, с заботливой нежностью, я одним движением убрал прядь волос ей за ухо. «Вот так…она такая милая, когда спит». Порой кажется что мы слишком отдалились друг от друга после переезда…Я ведь и не был таким…таким безбашенным, что-ли? Помнится как Оля, боясь темноты всегда звала на помощь своего защитника-старшего брата. Я с доблестью побеждал все еë страхи и после помогал уснуть, читая разные сказки или включая еë любимые передачи. Сколько же лет прошло с того момента…пять? Или может даже шесть. Сейчас сестра уже выросла и кажется, почти ничего не страшиться, кроме возможного развода родителей. Оно и понятно… я и сам, хоть уже и считай почти полностью совершеннолетний и взрослый человек, боюсь того что моя семья может расколоться. Хорошо, что это всë осталось в прошлом, и скоро нас будет ждать старая, добрая, цивилизованная жизнь. «Ладно, пора идти». Покинув комнату сестры, отправился в свою. Дел конечно на завтра хватало, но кого волновала эта домашка? Есть дела посерьëзнее. Скинул портфель рядом со столом, закрыл дверь и уселся на кровать. Луна ярким светом била в окно, освещая всю комнату подобно лампе. «Почти полнолуние». Я задëрнул штору, лëг в кровать пытаясь уснуть. Казалось что свет прожигает еë насквозь и всë равно продолжает светить мне в лицо. Он будто тыкал в меня пальцем с презрением говоря: «Это он, смотрите, это он во всем виноват!» Ворочавшись в кровати несколько минут, я понял, что продолжаться так больше не может. Сев, взглянул на свои руки. Они хоть и были чисты, но воображение всë равно дорисовывало к ним грязные, чëрные пятна, которые невозможно стереть и забыть. «Так легко и просто…» – там же я вновь вспомнил с какой лëгкостью в моей руке улеглось окровавленное лезвие. Как оно грациозно и без особых колебаний послужило орудием убийства. Меня затрясло. Схватившись одной рукой за лоб, сжал второй рукой одеяло. Только сейчас я в полной мере осознал всю тяжесть совершенного греха. Взгляд скользнул по столу, где лежала куча бесполезных учебников и набор акварели. Не помню я ли оставлял еë там, или это Оля решила развлечься пока меня не было. Но не это меня сейчас интересовало. Рукой, потянулся за угол стола, припëртый стеной. «Всë ещë на месте» – последняя из моих табачных нычек, благополучно ждала своего момента. Эту пачку я привëз с собой ещë с Москвы, сигареты не дешевые, подарок старого друга. Я старался их экономить, курил редко, не брал с собой в школу и уж точно ни с кем не делился, но заразы слишком вкусные, от чего пришлось припрятать остатки на «чëрный день». «А сегодняшний день не то что черный, он уже блять бордовый». Открыв пачку я заметил, что в ней осталось всего три сигареты. На улицу выходить было лень, поэтому я решил покурить в окно. Отклеив самодельную теплоизоляцию из ваты и газеты, повернул ручку и потянул старую раму на себя. Та с тошным скрипом открылась, впуская холод в комнату. «Бр-р-р…щас быстро пару тяжек чтоб лучше спалось и всë». Усевшись на подоконник, принялся смолить, надеясь что это поможет мне успокоиться и после спокойно уснуть. Любуясь зимним пейзажем я невольно задумался: «Бля, как же Тихонов ахуеет когда приедет на кладбище и будет разбираться в том, что там произошло…а я точно все следы замëл? А что если завтра он зайдëт к нам в класс и повяжет меня? Ну вроде взрыв должен был стереть всë под чистую но…сказать честно я очень переживаю об этом. Сука, какой абсурд…как представляю эту ситуацию: сдать всех хулиганов взамен своей шкуры и на следующий день уехать к ним на нары из-за того, что взорвал какую-то бабку внутри еë дома. Выигрышное положение, не иначе». Стряхнув пепел пальцем, снова затянулся. «И всë же грустно это всë…возможно умершие ребята в больнице, поломанные судьбы, Тамара…Ася… Ася чëрт, как же так могло выйти!?». От сигареты осталась примерно половина, когда я затянулся снова. Впервые оставшись наедине с собой за последние несколько дней, мне вдруг удалось обдумать всë. «Эта девушка она…она просто невероятна. Еë улыбка, цвет глаз, харизма…Полина на еë фоне выглядит даже как-то тускло. Пустая оболочка. Жаль что понял я это слишком поздно. Удивляет ещë и то, что пережив столько дерьма в своей жизни, Ася ни капли не сдалась. На моëм фоне она настоящий герой, ведь самый тяжкий бой это бой с самим собой…. Может всë же сказать ей всë как есть? Как бы я хотел еë увезти отсюда… Разделить с ней оплоты счастья и свободной, перспективной жизни, но что я могу? Попросить об этом отца, и что тогда? Ася станет для меня второй, только уже сводной сестрой?». Из-за представления мне стало неловко и смешно одновременно. «Сводной сестрой… а с нашим типом взаимоотношений, всë получится как в той стопке журналов, к которой я уже очень давно не притрагивался…блять о чëм я думаю? Хотя…может самое время к ним притронутся?». С этой мыслью тлеющий бычок был скинут вниз. Я закрыл окно, и приладил нашу эффективную теплоизоляцию на место. Принюхавшись, убедился что в комнате не пахнет табаком. Взявшись за край шторы, потянул влево, закрывая свою комнату от внешнего мира, и одновременно убирая единственный источник света, в виде уличного фонаря. Передвигаясь по комнате наощупь, чуть не свалил стул, но успел его удержать, а в следующую секунду уже включил настольную лампу. С небольшим гулом жëлтый свет залил поверхность стола. Эта небольшая деталь направила меня мысленно на неделю назад, в прошлый понедельник. Тогда я впервые применил часы... да и вообще не знал ничего об ужасах этого места. «Сколько всего произошло за неделю... а за один сегодняшний день ещë больше, как же долго он тянется...» – подумал я, проведя ладонью по лбу. Взгляд опустился на майку, надетую на тело. Опустив нос и задрав руку, понял что пахнет от меня, как от дебилов из параллели после плотненькой физкультуры в школе. «Фу какая мерзость, сходить умыться что-ли?». Ложиться в таком виде не хотелось, поэтому я подумав секунду, отправился в ванную. Дом всë также спал своим тихим сном, когда я подошëл к ванной, и с тихим скрипом открыв обшарпанную дверь, зашëл внутрь. Рука инстинктивно нашла выключатель, и обитель чистоты озарилась светом. Прямо напротив двери распологалась раковина и зеркало над ним. Справа от них на стене на крючке висели полотенца, они были белые и мягкие, всей своей удобностью не сочетающиеся с остальной комнатой. Это и понятно, привезли мы их из Москвы. У самой двери стояла корзина с грязным бельëм, куда я недолго думая, скинул майку, носки, и штаны. Часы были сняты, и аккуратно положены на край раковины, рядом со стаканом с зубными щëтками. «Не хватало ещë намочить их, хоть они и не простые, но проверять на водостойкость артефакт точно не хотелось». Школьная рубашка осталась валяться где-то на спинке стула в комнате, и мне было лень за ней идти. Закрыв щеколду на двери, я снял с себя белые трусы в красных сердечках и натянув их на пальцах, хотел отправить в полëт в корзину, однако перестарался, резинка с хлопком лопнула, и те отлетели мне прямо на лицо. -Фу! – вскрикнул я и с усилием всë таки отправил их в корзину для белья. Упав внутри, стало видно, что теперь они мне велики. «Ничего, мать зашьëт потом» . С этими мыслями я залез в жëлтую, чугунную ванну, которая стояла слева у стены, и занимала собой всë место. Внутри было тесно, поэтому лежать было неудобно, в целом и не хотелось. Закрыв не менее жëлтую шторку, я повернул вентили, с которых уже давно слезла краска. В следующую секунду на меня полилась ледяная вода, заставившая вскрикнуть и разразиться громким матом. Через секунду правда она медленно начала теплеть, но меня уже била дрожь, поэтому я не стал дожидаться комфорта, а схватив свою мочалку, выдавил на нее побольше мыла из стоящего рядом флакона. Вода уже стала тëплой, поэтому я быстро начал тереть всë тело, особенно проходясь по пахучим местам. Вскоре тело было надраено, и положив мочалку на место, позволил себе немного отдохнуть под струями приятной водички. Присев на дно, я уставился вниз, на отверстие куда утекает вода. Сверху из душика она падала вниз, барабаня по спине и голове тëплыми толчками. Было приятно, я чувствовал как с каждым толчком из меня выходило напряжение скопившееся за день. Посидев ещë пару минут, неохотно поднялся и выключил воду. Шторка была отодвинута, и я вышел на лежащий внизу коврик, на котором вмиг появились мокрые отпечатки моих ног. Взяв своë полотенце, распологавшиеся на крючке посередине, принялся вытирать влагу с тела, начав с головы. Как только голова оказалась высушена, я сместил полотенце на плечи, но движения начали замедляться, я обращал внимание на то, что творилось вокруг. «Это ещë что за хрень…». Лампочка в комнате замигала бешено, после чего свет стал тусклым. «Перегорела? Вряд-ли, отец же при заселении новые везде вкрутил…» Света лампы еле хватало на небольшую ванную комнатку, чернота постепенно занимала всë больше и больше пространства. Мой взгляд переместился на зеркало над раковиной, где вместо ожидаемого моего отражения, было нечто иное. Существо молча смотрело мне прямо в душу, от него веяло тревогой и опасностью. Пугало то, что оно было словно соткано из тьмы, вся одежда и даже лицо прячущееся где-то за капюшоном. Контур фигуры слегка изменял свою форму, казавшись толстым, будто кто-то обвëл незнакомца несколько раз карандашом. Он поглощал всë освещение вокруг себя и лишь пара круглых, будто два фонаря глаз, устемляющихся в мою сторону, выдавали в нëм нечто живое. Я пошатнулся назад. Проскользнув ногами по мокрой плитке, чуть было не рассадил затылок об стену, но вместе этого лишь неловко покосился. -Что-то же ты…ебать! – не успев договорить, переключился на ругань. Прижавшись спиной к стене, продолжал следить на незванным гостем. Существо рывком приблизилось и прислонило голову к поверхности зеркала со своей стороны, будто это было и не зеркало, а обычное окно, установленное между одинаковыми комнатами. Оно приложило свою руку. По отражению забегали маленькие чëрные волны. После нечто полностью прижалось к поверхности, раскрывая свою пасть из которой показалось лицо знакомой старухи. -Т-тамара? Вы выжили?! -Ты обречëн! Жалкий трус, поддать твоему внутреннему «я», даже завладев такой силой, ты ничего не смог добиться! Тьма дарует мне вечность, и ты мог стать еë частью, отдав себя, спасти остальных…но теперь…теперь ты безвозвратно обречëн! Еë голос искажался, лишь напоминая ранее знакомый голос старушки. -Что тебе нужно!? Ты пришла чтобы мне отомстить?! -Глупец, судьба сама покарает тебя и довольно скоро, я уже вижу это. Я узрю твой конец лично, перед тем, как мы оба сгинем в ничто. Ты наверняка думаешь, что всë под твоим контролем, что ж, я разочарую тебя… На секунду мне показалось, что тьма стала выползать за пределы зеркала, чëрные волны, словно щупальца ползли по стенам, приближаясь к висевшей на потолке лампочке в желании погасить еë окончательно. Но стоило мне моргнуть, как всë пропало. Не было тьмы, не было Тамары. Был лишь голый напуганный парень посреди ванной. Я внимательнее вгляделся в отражение, но там всë было нормально. С осторожностью дотронулся пальцем до зеркала, будто боясь что оно мне его откусит. «Что это было? Я…я точно ебнулся за сегодня…». Желание растягивать гигиенические процедуры пропало, и я наскоро утеревшись полотенцем, надел чистые трусы, принесëнные с собой ранее. Часы перекочевали вновь на левое запястье. Убедившись, что ничего не забыл убрать, я потянул щеколду в сторону, и толкнул дверь. В следуюущую секунду пришлось вскрикнуть и замереть в ужасе: в темноте коридора стояла большая фигура, зловеще нависающая над дверью. Видимо Тьма всë таки пробралась в дом, и теперь мне осталось недолго. Я снова сдал назад, уткнувшись спиной, забился в угол. -Прошу, пощади! Я отмотаю время назад и все исправлю только дай мне шанс! –отмахиваясь рукой, быстро проговорил.. Но в ответ услышал лишь: -Ëб твою мать, ты чë так много воды льëшь, а? Мы что по твоему — миллионеры? – раздался спереди знакомый бас. Я открыл закрытые от страха глаза, и наконец понял, что впереди не Тьма, не Тамара, а просто недовольный отец. Хотя мне в голову приходило другое, менее цензурное слово так же заканчивающееся на «ц» -Чего вылупился? Мыться быстрее надо, ты знаешь какие щас счета за воду? Я в твоëм возрасте за тридцать секунд успевал и помыться, и побриться, и одеться. – продолжал беседу старший Петров. «Ага, и на три работы ходил ещë в добавок, как же» – с облегчением подумал я поправляя свисающее с плеч полотенце. Нервно выдохнув, выпрямился. -Я вижу ты прям раскаиваешься, это хорошо, но не думай что после того, как я унижался перед лейтенантом, тебе удастся обойтись простым наказанием. «Ещë никто я так не был рад его присутствию, отпизди меня уже, да я спать лягу, а лучше сразу нокаутируй». -И да, ты чего в угол забился? Не переживай, пиздить тебя я не намерен, не тот возраст уже, чтоб воспитанием заниматься. «Даже так, ну и чë ему тогда нужно?». -Правда? -Хуявда, разговор есть важный, тебе лучше всë же сесть, но не на пол, а то ещë жопу себе отморозишь. «Думаю это по поводу школьного рамса, поговорить всë же стоит». -Ну пойдем ко мне в комнату, я как раз оденусь что ли… Отец последовал за мной, преодолевая порог комнаты. Из шкафа достал первую попавшуюся одежду и накинул еë на себя. Усевшись на кровать, стал ожидать прямого вопроса. Но перед этим отец закрыл дверь и сел на стул, оказавшись повëрнутым лицом ко мне. -Скажи, ты действительно идиот или только притворяешься? -В смысле? «Как-то он уже больше агрессивно начал». -Хуисле, нет это же надо додуматься пойти за школой устроить побоище посреди белого дня, блять ты хоть представляешь сколько я выслушал и как унижался перед тем гандоном в погонах?! «Ну, было очевидно. Хорошо хоть я заранее готовился к этому разговору». -Пап, послушай… -Послушай? Это ты меня послушай! Я за твою амнистию половину бюджета семейного отвалил, из-за чего наш переезд затягивается на некоторое время, так ещë и мать твоя мне мозги ебать на этот счет начала снова, не скажу же я ей что еë «золотой ребенок» чуть до полу смерти человека не забил…хотя скоро она об этом всë равно узнает. Ладно, это ещë пол беды, с деньгами разберемся... -А мама она, ведь сейчас дома? -Нет, мать мне все мозги прожужжала когда я ей про временное отложение переезда сказал, такое скандалище закатила, так ещë и ты долго со школы не возвращался… она и ушла, хрен знает куда, может в милицию заявление писать, может ещë куда. -И ты еще так легко отпустил!? – чуть ли не подскакивая произнес я. «Дурак! Если бы он знал какие ужасы тут творятся, то никогда бы не позволил ей уйти одной!». -Тише ты, сядь. Я пытался еë вразумить но всë бестолку. Ты же еë знаешь, не послушает. Погуляет чутка, выместит злость, может узнает о твоëм сегодняшнем подвиге да вернется, или у знакомой останется, не маленькая ведь. -Но ведь… -Антон, ты мужик или нет? Я с тобой как с равным говорю сейчас, если ты не заметил. Так и веди себя подобающе. Мой гнев постепенно стихал, нужно было думать, как поступить. «Отец не понимает, что мать может не вернутся вовсе…сука, неужели она солгала мне? Неужели у них наконец-то дотянулись руки и до моей семьи? Нет…я не позволю…чего бы мне это не стоило! Эти ублюдки скорее начнут жевать землю, чем я оставлю это на самотëк…» -И что будет дальше? Ты думал об этом? – спросил я у отца. -Трудно сказать, если всë пойдет как и задумано, то к середине следующей недели всë же удастся отсюда уехать, но я не гарантирую этого. -Ясно… – вставая с кровати произнëс я. Пройдя несколько метров к лестнице, остановился. -Ты куда? – спрашивал мне в след отец. -За матерью, ты же не додумался поехать за ней. -Ты в своëм уме?! Время видел? Ладно, поехали вместе, «Время…время как раз на моей стороне сейчас. А вот тебе лучше мне не мешать.» -Нет, тебе лучше остаться. -Это почему? -Останься с Олей, а то вдруг чего... – спешно произнëс я, обувая последний ботинок. Но батя даже не думал сбавлять обороты. Он схватив из кармана ключи от авто, кинул их мне в руки. -Пусть спит себе спокойно, а я всë же съезжу с тобой. Иди прогрей пока машину, я сейчас, оденусь и спущусь. «Бесполезно, видимо так просто донести ему не получится». Моя нога перешагнула порог дома. «Что ж, видимо мне всë-же придется сделать это» . Подойдя к машине, я начал думать, как заставить отца остаться дома. «Если машина по каким-либо причинам не сможет поехать сейчас, то вероятнее всего мне удастся просто сбежать или уговорить его оставить это затею. Но что же можно сделать, что бы временно вывести еë из строя?». Перегибать палку было нельзя. Если сломать что-то серьëзное, то хуй мы отсюда уедем в целом. Взгляд скользнул по кузову, затем по капоту. «Если полезу в движок то точно с непонятки оторву что-то важное, думай…». После, опустив взгляд ниже, меня осенило: «Точно, колëса!». Если слегка приспустить пару колëс, то ехать по такой дороге станет очень проблематично. Это был единственный, пришедший мне на тот момент в голову вариант. Скрутив колпачок с заднего колеса, надовил ключом зажигания на ниппель. Воздух стал быстро покидать покрышку, само колесо теряло свою округлую форму. «Вот, так, ещë немного…». Закончив, закрутил колпачок и усевшись на водительское сидение, вставил ключ в зажигание. Машина завелась, а я пересев на пассажирское, стал ждать. Благо отец быстро собрался и вышел из дома буквально спустя пять минут ожиданий. -Ну что, поехали? -Ага. Включив первую передачу, папа тронулся, но мигом изменился в лице. -Да чтоб еë…почему так заносит? Я ведь ставил новую зимнюю резину недавно… -Может выйдешь посмотришь в чем дело? – подталкивал я его. -Пожалуй стоит. «Есть, он клюнул, надеюсь сработает» Борис, выйдя из авто, методично ногой проверил каждое из колес, пока не дошëл до спущенного. -Ëпт, я ж только вчера колеса накачивал… Я вышел из машины. Сыграв подлинное удивление, задал вопрос отцу: -Как так вышло? -Да чëрт его знает, СТОшники пидоры видимо палëные покрышки продали, вот одна из них на первой кочке и треснула. Надеюсь что еë просто приспустило, но с таким колесом далеко не уедешь. «Победа, сиди дома, старикан». -Но как же мама? Папа задумался. Посмотрел сначала на меня, потом на колесо, затем снова на меня. -Ладно, видимо придется тебе пока пойти вперëд меня. Я попробую накачать колесо, и если оно будет держать, то быстро нагоню тебя на дороге. Если нет то, то отправлюсь за тобой пешим. «Чë ж тебе дома то не сидится, подумай хоть о Оле…». -Ты ж в участок собрался, да? -Да, стоит спросить заходила ли мать туда вообще. -Отлично, там и встретимся чуть что. Я кивнул. Отец быстро забежал обратно домой, несясь с сторону кладовой. «Скорее всего за насосом, чëрт, времени не так много. Вручную ему качать минут двадцать, не меньше. За это время нужно успеть разузнать у Тихонова хоть что-то». -А если мать вернëтся домой пока нас не будет, как мы об этом узнаем? – спросил я у выбегающего обратно из дому с насосом в руках. -Поверь, я буду только рад, если она сама по себе объявится так же, как и свалила. Так что не задавай глупых вопросов и шуруй давай. После его слов я отправился обратно в посëлок. Путь был непростым, я шëл по мере возможности, тонул в снегу на нерасчищенных участках тропинки. «Быть может в глазах Тамары и остальных я жалкий трус, но никто не смеет угрожать моей семье!». Набравшись мотивации от подобных героических мыслей, шаг стал увереннее. Посëлок будто вымер. Улицы были полностью пусты, даже свет фонарных столбов казался более тусклым. Проходя мимо школы, задумался: «Может проще вернутся на несколько часов назад и не ввязываться в ту драку? Тогда и проблем с ментами не будет, и мать останется дома, и Тамара окажется живой…» «Нет, слишком опасно. Я не уверен сколько перемещений выдержит мост и выживу ли я вообще. А если переместиться назад, то по сути моста и вовсе не будет так так Тамара наложила его всего час назад». Нужно действовать по ситуации, часы стали скорее последней надеждой, нежели прямым инструментом решения проблем. В дали уже виднелся полицейский участок. Так что я знатно ускорился перейдя на бег. Через несколько минут, я с ноги выбил входную дверь, залетая в участок подобно ковбою в бар. -Э, молодой, ты там ничего не попутал? А это ты, Тоха, герой современности! Гроза всех местный ОПГ! – с ходу вкинул ранее знакомый мне Паша. Его голос был чутка уставшим, но весëлым. -Где Тихонов? Он мне срочно нужен сейчас. – сейчас мне было совершенно не до его шуток. Молодой мент посмотрел на меня с удивлением, оставляя кружку с кофе в покое. -Так он это, на вызов недавно выехал. Говорят там очередное убийство, но я не уверен. «Убийство? Господи…кого они выбрали на этот раз? Хоть бы это не была мама…» -В любом случае, здесь его нет, так что можешь чапать домой. Хотя нет, погнали со мной, поугараешь с гопоты этой. С виду такие все из себя крутые, а как за решëтку посадили так сразу плакать начали мол «мама забери меня отсюда и тд». Ты ведь нам сильно помог, так что пошли. Мне не очень то и хотелось в это вмешиваться, но Паша сам потащил меня в соседнюю комнату. Это было огромное помещение, в котором в ряд находились «обезьянники». Толпа бывших товарищей, завидев меня, тот час загудела: -Гнида ты у нас за всë ответишь! -Лучше съëбывай с села, как только выйдем сразу по твою душу пойдëм! -Тупой чмошник, я тебя лично закопаю! Я не обращал внимания на их бессмысленные крики. «Выйдешь? Вы дебилы походу ещë не поняли что никто из вас отсюда не выберется». Наслушавшись их воплей мне даже показалось что я правильно поступил и время отматывать точно не стоит. -Так, а ну заткнулись все! Хотите выйти? Так я вас на морозе всех держать буду! Что за дети, ей богу… – закричал Доронин стуча дубинкой по столу. -Михалыч не кипятись! Смотри кто в гости пришел. – толкнув меня вперëд произнес Паша. Доронин молча перевëл взгляд с бумаг на меня. -Ты чего припëрся? Батька с дому выгнал что-ли или сам сбежал? -Хахаахха!– гопота громко засмеялась. -Тиха! – снова прокричал Доронин. Школьники мигом стихли. -Сил уже больше нет, так и охрипну скоро кричать каждые две минуты… так, чего пришëл то? Не хотелось повторяться множество раз, но придëтся: -Мне срочно нужен Константин Владимирович, нужно кое-что с ним обсудить. -«Кое-что» это типо кого ещë стоит посадить, или как ему больше нравится: когда ему сосут, или когда очко своë подставляют? – произнëс кто-то за решеткой. -Хахахах! – школьники снова засмеялись. -Паша, давай ты…– устало взглянув на это произнëс Доронин. -Да как нехуй. Молодой милиционер подобно пастуху вышел вперëд и громко прокричал: -Позакрывали пиздаки! На удивление это снова сработало. Гопники, подобно стаду, услышав команду сразу утихли. -Спасибо, Паш. Так Тихонова нет, он уехал на вызов. -Я в курсе, а не знаете, когда он вернëтся? Услышав мой вопрос, Доронин свëл брови в недоумении. -Если б, это всë от самого дела зависит. Может и скоро, а может и нет. Точнее тебе сказать я ничего не смогу. «Что ж вы такие бестолковые то сегодня…». -Тоша, не переживай, скоро он вернëтся и тогда ты точно сможешь ротиком поработать… – донеслось с той же стороны, откуда и первая подколка. -Хахахахаха! -Нет, так больше продолжаться не может… – Паша сделал несколько грозных шагов в сторону клетки. Звеня цепочкой, выбрал нужный ключ и открыл еë. -Кто тут сука самый весëлый? Говорите, а то всех отхуячу. Завидев злого мента с дубинкой, толпа разошлась, оставив в центе своего лидера. -Это ты был? Ха-ха, да ты у нас сегодня любимчик. Схватив парня за ухо, Паша вытащил его из клетки и дал хорошего поджопника берцами. -Ай! – шепелявый бурят пулей вылетел из «обезьянника» и разлëгся на кафеле у моих ног. -Бяша…как же низко ты пал. -Тебе ли это говорить, подсос мусорской… Бяша пытался подняться, но Паша тут же въехал ему с ноги под ребра. -Лежать. Тоха, хочешь обоссы его, я разрешаю. – с усмешкой произнëс молодой мент. Но у меня и в мыслях не было ничего подобного. -Паша, не доводи до греха. -Да не наговаривай, Михалыч, просто видимо Игорëк очень соскучился по Антону и хочет с ним поговорить лично, а я лишь даю такую возможность. «В смысле поговорить лично? Он что, хочет устроить в участке драку?!» -Ты что совсем с ума вышел? Давно от дядьки по шее не получал? Запри его обратно. Доронин снова уставился в бумаги, пытаясь сосредоточится и что-то записать. Вид у него был явно раздражëнный. -Да ну чет ты сразу ломаешься, Михалыч. Я тут хоть как-то развлечься пытаюсь. От услышанного старший по званию стукнул кулаком по столу, после кинулся словесно атаковать молодого милиционера: -В том и дело что нужно серьëзнее подходить к вещам, а ты дурень, только и думаешь о пиве и развлечении, никакой ответственности! Так то Дорогин прав, Паша тот ещë придурок хоть и в погонах, но…даже мне интересно, к чему это приведëт. -Ой всë, давай так…устроим им возможность разобраться по-мужски. Я премию свою ставлю на Тоху, а ты… -Ты что совсем ебанулся? Предлагаешь мне устроить драку школьников посреди участка и ещë ставки на них поставить?! – Доронин потерял последнее самообладание и перешëл на крик. -Ну да. – широко улыбаясь произнëс Паша. «Доронин прав, он точно ебанутый». -Ну если на деньги не хочешь, давай так…если Тоха проиграет, я тебе покупаю тот самый коньяк, на который ты уже так давно смотришь в местном магазине. -Пятизвëздочный? – Михалыч косо глянул из под густых бровей на Пашу. В его взгляде читалось явная заинтресованность. -Ну разумеется. -А если победит? «Они сейчас серьëзно это обсуждают при нас!? Я думал что хотя бы у Михалыча мозгов хватит остановить это безумие, но видимо я ошибся». -Если Тоха выиграет, то ты вместо меня на все дежурства пол года выходишь. -Пол года?! А не охренел ли ты часом? -Ну так и коньяк дохуя стоит, чего ожидал, что я потребую ставку меньше? Доронин задумался. -Три месяца…и не больше. «Сука, он внатуре согласился? Бутылка до добра не доводит уж точно». -Ладно хрен с тобой, три так три. С тебя больше и не стрясëшь походу, так хоть повеселимся чутка. Горящие от предвкушения глаза Паши уставились на меня. -Ну что, боец, готов сделать меня счастливее на три месяца? -Э… – я даже не знал что и ответить. -С чего вдруг? Готовь бутылку, щас Игорь его размотает по-быстрому. – произнëс забывший о былой ответственности Доронин. -А ты я вижу быстро втянулся! Ну что, начнëм? Я уже было хотел сказать, что мне не хочется в этом участвовать, но тут, переведя взгляд на Бяшу, я заметил решимость в его глазах. Бурят уже начал разминать кулаки, готовясь к драке. -Давай, сделай его, Бяша! Отомсти за нас! Толпа снова загудела, но в этот раз еë никто не заставлял молчать. В миг комната полицейского участка превратилась в настоящий подпольный ринг, где мы два боксëра и за клетками сидят толпы фанатов. «Разве могу я упустить шанс поставить Бяшу на место при его прихвостнях, и тем самым поставить окончательную точку в нашем конфликте?». Азарт разыгрался и во мне, теперь это была не просто драка, это настоящая битва за честь. -Я надеюсь ты не струсил? А то дядя милиционер на помощь не придет. – подколол меня бурят. -Зря ты так, я тебе щас последние зубы выбью, посмотрим как ты в таком случае прощение у меня на коленях высасывать будешь! Терпеть такое обидное замечание в свой адрес Бяша не стал, а потому с низкого старта кинулся на меня, пытаясь рывком в пояс повалить на пол. Однако я был готов к чему-то такому, потому встретил бурята коленом. Конечно же, получилось не так как это показывали в спортивных передачах по телевизору. Вместо сломанного носа и нокаута Бяша лишь слегка проехался щекой по моей штанине, тем не менеее будучи сбитым с курса, он не смог выполнить задуманное. Толпа загудела с новой силой, Паша кричал мое имя громче всех. В то время как гопники яростно поддерживали Бяшу. «Оно и очевидно, видимо Паша тут единственный, кто жаждет моей победы». Бяша, упав на пол, извернулся подобно змее и подсечкой выбил у меня землю из под ног. Оказавшись на полу, я сразу же лягнул узкоглазого подошвой ботинка в лоб, от чего тот хрюкнул и на секунду потерял самообладание. -Да хватит чмокаться та уже, деритесь нормально, два петуха! – заорал Паша, сидевший на поверхности стола. Доронин молча и напряженно наблюдал за нашей битвой, явно переживая за свою ставку. Я вскочил на ноги быстрее Бяши, а потому рывком приблизился к нему, одной рукой схватив за ворот свитера, а второй впечатав кулак в рожу. Школота за решëтками заорала пуще прежнего, увидев как их главарь мотнул головой от моего удара. Останавливаться было нельзя, а потому я с силой ударил с ноги в грудь оппоненту, отправив его обратно на землю. Через секунду уже приземлился на него, фиксируя ноги весом и мешая встать. Бурят с силой двинул мне боковым в челюсть, пытаясь скинуть с себя, но я не без конских усилий удержался, и принялся делать из бывшего соратника отбивную. Бяша ещë пару раз ударил меня по лицу и рукам, но это было уже совсем смешно. Преимущество для него было потеряно безвозвратно. Из клетки рядом тянулись грязные руки, пытавшиеся ухватить меня за волосы или куртку, но хоть мы и были рядом, всë же длины им не хватало. Тем временем я с силой херачил Бяшу с правой, его нос уже превратился в какой-то комок сломанных костей лицо было залито кровью, вокруг левого глаза наливался фингал. Упиваясь своей победой, вымещая все накопившееся за этот невероятно долгий день эмоции, я переместил руку, и сделав широкий замах, вложился всем весом в последний удар, однако мою руку неожиданно остановил Паша. -Тише-тише, ты ж так убьëшь его нахер! «Убью…снова…» – в голове проскочили мерзкие воспоминания о Тамаре. Взглянув на окровавленный кулак, переместил взгляд на Бяшу: Хулиган от полученных увечий потерял сознание. Его лицо больше напоминало селëдку под шубой, такое же залитое и бордово-красное. «Я действительно хотел убить его? Или просто не знал в какой момент остановится?». Малолетние уголовники взвыли на высокой ноте, с силой тряся металлические решëтки. Я уже было хотел опустить руку, но Паша, державший еë, поднял ещë выше. -Тоха победи-иииил! – заорал дурным тоном голос молодого милиционера у самого уха. Обернувшись, увидел хватающего себя за голову Доронина, на лице которого застыла гримаса сожаления о сделанной ставке. Этот момент ярко впечатался в память: бешенный стук сердца в ушах, угасающая ярость, окрававленное тело хулигана, отчаявшаяся школота за решëтками, такие разные эмоции на лицах ментов. Казалось, это было пиком начала февраля, однако в следующую секунду, всë изменилось. Дверь для входа в обезьяник с силой отворилась, грохнув об стену, внутрь практически влетел красный Тихонов. Он было открыл рот чтобы поведать что-то важное, но тут увидел всю картину и принялся орать: -Ты?! Опять?! – его глаза, словно мушка ружья упали на меня, желая пристрелить. Но после он увидел победно держащего меня за руку Пашу, а также лежавшего рядом бурята. -Что здесь вообще происходит?! – наконец заорал он громом на весь КПЗ. Даже школьники затихли, поднялась несвойственная этому месту тишина. Внезапно Доронин вскочил со своего места, подлетел к старлею и принялся тараторить: -Кость, здесь твой бойцовский клуб учудил! Я пытался его остановить, так он меня разве послушал! Паша в шоке смотрел на проигравшего товарища. А тот тем временем и не собирался останавливаться. -Он вытащил этого ненормального из камеры, и заставил его с Антоном драться, благо парень хоть победил кое-как! Тихонов в шоке глянул на меня, а я, перехватив взгляд Доронина, брезгливо выдернул свою руку из хватки Паши и сделав шаг в сторону других ментов ответил на незаданный вопрос: -Да так и было! Я вообще про мать свою пришëл спросить, а он меня поволок сюда! В следующую секунду старлей подлетел к своему племяннику и с силой двинул тому в рожу. Пашка свалился, смотря широко открытыми глазами на дядьку. -Значит так, говно, сейчас собирайся по полному разряду, а как закончим ловить, ты у меня будешь заявление по собственному желанию писать, понял?! Паша всë ещë лежал на полу, неверюще смотря на злого как никогда Тихонова, когда к тому подлетел Доронин и спросил: -Кость, а кого ловить-то? Тихонов ударил себя ладонью по лбу, а после обернулся к нам и с максимально серьëзным видом ответил: -Кого-кого, маньяка. Только что приехал с вызова, этот урод… семью Морозовых убил! С его же почерком, с особой жестокостью! Бедная девочка головы лишилась, а еë дед…Когда приехал, Морозова ещë кровью истекала, выходит спугнул я его! Рядом он, надо план перехват устраивать… ну что ты стоишь-то, Слав?! Бегом к оружейке! Нужно ехать, сейчас же! – после его слов школота вновь загудела, а Доронин и затравленнно оглядывающийся на бегу Пашка побежали в указанном старшим направлении. В голове, подобно червям снова закопошились мысли о смерти: «Полину…убили?». Я не испытывал к ней особой эмпатии...особенно после последнего разговора... да что уж там, на судьбу сосалки мне было плевать, но всë равно меня будто слегка парализовало от этой новости. Тихонов тем временем подхватил со стола ключи, и отперев ближайшую камеру, с силой и без всякого сожаления бросил обмякшее тело Бяши внутрь. Тот ударился шеей об край шконаря и мне даже показалось, что я услышал отчëтливый хруст. Впрочем, старлею не было до него никакого дела, он закрыл дверь и бросив ключи к столу, да так, что они перелетели и упали на пол, двинул в след за коллегами. В последний раз обернувшись на бывших товарищей, я выбежал вслед за ним, пытаясь узнать хотя бы по своей теме: -Константин Владимирович, вы не знаете, сюда моя мать случайно не заходила сегодня? Тихонов, уже подбежавший к оружейке, из которой ругаясь выходили два ставочника, зло глянул на меня и быстро выплюнул: -Тьфу, нашëл ты время конечно! Да, была днем, проревела мне весь стол в кабинете с вопросами о тебе, я еë к себе домой отвëз, она там с моей женой сидит у нас, чаи гоняют. Встретились старые подружки, называется, оно может и к лучшему, не к чему ей вникать в наши дела лишний раз…вот, возьми.-Тихонов протянул мне кусок бумаги, на котором что-то наскоро записал во время нашего разговора. -Всë, мужики, по машинам! – последнее уже было адресовано коллегам. Менты выбежали из здания на уличный холод, и УАЗик рванул с места, выпустив мне в лицо комки грязного снега из под колëс, ещë до того как Паша закрыл дверь. Развернув клочок бумаги, узнал в написанном лейтенантом адрес его дома. Стоя на пороге милицейского участка и смотря на прыгающий по ухабам «козëл», я с трудом осмысливал всë произошедшее за последние полчаса.