«Откуда ты на мою голову взялась со всех сторон одновременно Нежданная и неизбежная пришла,
взяла и потекла по венам Неправильно и не спокойно мне с тобой,
а без тебя обыкновенно А стало быть - ты настоящая любовь,
любовь не вовремя совсем, но..»
Мне интересно исследовать, что сделал Хороший Автор — как прописал Рокэ Алву. Я вырываю из всех книг 5 частей (2,3,4 первой и 1,2 второй книги) и рассматриваю их как отдельную цельную и практически завершенную историю (чуть-чуть не дописанную). Начало хорошего текста: Алва видит Ричарда в своем доме и говорит ему "— Вы, юноша, видимо, принадлежите к почтенному племени сов?", а затем приглашает в свой кабинет. Окончание хорошего текста: совместная пьянка с Рокэ (и Савиньяками). Я хочу проанализировать арку Рокэ Алва в тексте Хорошего Автора и обнаружить его главный конфликт. Применю туже схему, что и для анализа Ричарда. https://disk.yandex.ru/i/ZWNLJ9reFeQtPw Экспозиция (исходное событие) — то, с чего начинается действие: Рокэ спасает обреченного на выбраковку 4хмесячного жеребца-мориска Моро, а через 6 лет спасает Ричарда Окделла, беря его в оруженосцы, хотя парнишку уже приговорили к социальной (а может и физической) смерти. Завязка (с этого события начинается воздействие конфликтной ситуации) — Алва спасает Ричарду руку (а может и жизнь) и в процессе этот юноша проникает через те доспехи, которыми Алва окружил себя. То есть отношения, которые должны были быть формальными, становятся личными. Ричард становится Алве дорог, а не должен бы (Дикон идейный враг и мальчик, отца которого Алва убил, а сам Алва по определенным причинам отказался от личных привязанностей). Это конфликт. Я не могу и не должен любить тебя, но люблю. Я не должен признавать это, но... Центральное событие (высшая точка борьбы) — эпизод когда Алва предлагает Ричарду уехать с Робером. Это акт любви, но не представляю себе каких усилий Алве стоило притворяться незаинтересованным и лишь пожать плечами, когда Ричард выпалил, что хочет остаться с ним. Это самая сильная точка внутренне борьбы. Развязка (финальное событие): Признание в любви. Весь этот момент с остановкой во Фрамбуа в трактире «Таллигойская Звезда» с вывеской, на которой изображена «девушка в окошке», Октавия, возлюбленная предка Рокэ — Рамиро Алвы. Рокэ очень почтительно относится к этой истории и он, я считаю, не случайно остановился в этом трактире и уединился с Ричардом. Не случайно заговорил об Октавии и о том, кем она была для Рамиро. Обратите внимание, что это происходит наедине, во время совместного ужина с Диконом, когда Алва вместе с ним ест и пьет в своей комнате. Главное событие (выражающее мысль автора): Алва взъерошивает Ричарду волосы. Алву тянет к Ричарду, и он пытается держаться изо всех сил, потому что сам себе запретил, потому что нельзя (по многим причинам). Итак, чуть подробнее о частях Арки Рокэ Алва. Насчет экспозиции: выбор оруженосца находится за рамками произведения, но заканчивается на наших глазах. Про мотивацию этого поступка (как и с Моро) мы вообще узнаем во второй книге, но это, на мой взгляд, все равно часть экспозиции). Интересно, что в завязке, когда Алва спасает Ричарду руку (а может и жизнь) этот мотив выбора в оруженосца того, кого все приговорили, становится четко виден. Алва спасает Ричарда. Хотя это понимаешь, конечно, задним числом. «– В первый раз я увидел Моро случайно, – герцог протянул юноше бокал, – ему было четыре месяца. Парнишку собирались убить, чтобы он со временем не стал убийцей. Так, на всякий случай… Я его взял, хотя меня усиленно отговаривали. Мы вместе шестой год, и пока оба живы». «— Ах, да, — не унимался грузный, — вы наконец обзавелись оруженосцем. Все были просто поражены. — Я тоже был поражен, — заверил Алва. — Единодушием Лучших Людей и уважением, кое оные испытывают к Его Высокопреосвященству». С Моро Ричард будет в тексте Хорошего Автора сопоставляться не раз. Алва: «К тому же мне любопытно, смогу ли научить Окделла драться, как Алва… Если у меня получится, я возьмусь за Моро. — За Моро? — Именно. Я обучу его играть на гитаре». Алва: « — Юноша, — герцог говорил очень тихо, почти шептал, — ваше дело — лошади. Оставайтесь с Ариамом и Фарабундо и не вздумайте соваться вперед. Если утром не поймете, что к чему, я объясню. Приглядите за Моро, он тоже непонятливый». Дорак: «– До сего момента, Рокэ, я полагал, что единственная тварь, к которой вы привязаны, это ваша безумная лошадь, а вы ею жертвовали, спасая мальчишку. Мне остается развести руками и предположить, что сердце Ворона преисполнилось благодати». По поводу Завязки — все (начало развития конфликтной ситуации) происходит во время излечения руки Ричарда. Если внимательно прочитать этот диалог (сначала это был практически монолог Алвы), то заметно, что Алва сначала держал дистанцию и старался сохранить формальную позицию. Он просто сообщал мальчику, который вообще то не нужен ему, те вещи, которые должен ему сказать. И Ричард уже попрощался, но тут внимательный Алва заметил, что Ричарду больно браться правой рукой за ручку двери. Он обнаружил, что у мальчика серьезное загноение. Я не знаю, почему в этот момент случилось проникновение Ричарда за щиты, которые Алва воздвиг вокруг себя. Сложно понять, в какой момент такое происходит и почему. Почему кто-то проникает через наши границы, а кто-то нет. Ричард, не желая и не осознавая, оказался за щитами Алвы именно в этот момент. И все. Может быть Алву поразило мужество мальчика? Ведь он терпел такую боль, от которой и взрослый мужик бы заревел. Если внимательно почитать дальнейшие сцены общения Алвы с Ричардом — они уже другие — там уже присутствует личное отношение герцога к юноше. Пусть он и скрывает его, но .….В общем, с этого момента Алва начал очень сильно вовлекаться...потому что Ричард стал ему небезразличен. Я уже перечисляла в других заметках список вещей и действий, которые Алва совершал относительно Дикона за год их совместной жизни. Это внушительный список. Не лишне будет здесь его повторить: он жалеет его как Моро и берет себе, когда все отказались от сына Эгмонта Окделла он лечит его руку он спасает его от разбойников он отыгрывает его кольцо и Баловника он предоставляет ему другую лошадь — Соро он спасает его от использования маниоки, которая вероятно была отравленной мазью спасает от верной смерти в семерной «дуэле» (не говоря о том, что, чтобы постоянно оказываться в правильном месте в правильное время и спасать юношу, Алва должен за ним непрестанно следить) обучает фехтованию делится дорогостоящей куртизанкой угощает вином и поет ему песни берет с собой на войну дарит Сону таскает везде за собой, не в силах расстаться, и обучает уму-разуму (постоянно) приглашает с собой на прогулку при луне и показывает, что случилось с людьми Феншо все время заботится о том, чтобы юноша поспал и поел снабжает деньгами обучает военным умениям (убивать людей ножом, лазать по горам) посылает во время военных действий в тыл, одновременно позволяя участвовать в вылазках, не унижая отказом дает выстрелить из пушки заботится о том, чтобы его наградили орденом хочет, чтобы у Ричарда создались хорошие воспоминания о первой в его жизни войне готов отпустить с Робером ужинает вместе с ним дарит дорогущего белого коня (Бьянко) отправляет в Надор, потому что там сейчас Дику безопаснее, чем с его эром спасает от смерти (ранения), жертвуя Моро отряжает целый отряд во главе с сержантом Гоксом для сопровождения Ричарда в Надор дает очень хорошие советы (например, помнить, кто герцог Окделл и как разговаривать со слишком властной матерью, но не только это, Алва все время учит Ричарда уму-разуму) спасает от фанатиков-лигистов поддерживает Ричарда, когда тот приютил в доме Алвы Оноре и его братьев именует свой дом домом Ричарда — говоря об особняке как об их общем с Ричардом доме берет Ричарда с собой и показывает как усмиряют городские бунты (Алва все время Дика учит) в тоже время пытается облегчить Дику муки совести по поводу действий Алвы во время Октавианской ночи и разделяет ответственность, поэтому говорит, что речь не о «мы», а о том, что я принимаю решения, в вы выполняете мои приказы, то есть он снимает с Ричарда ответственность за то, что случилось при подавлении беспорядков отряжает человека, который следит за Диком и останавливает того, когда Ричард пытается полезть вслед за своим эром в огонь оказывает протекцию Герарду Арамоне, потому что Ричард попросил за него пьет вместе с Диком в компании Савиньяков Мне кажется, очень важным в арке Алвы является момент его пьяного срыва/истерики (когда Ричард был отправлен им к Марианне). Предполагаю, именно в этот момент Рокэ осознал, как сильно залип. И его поведение (песни, откровения, посиделки с Ричардом у камина) говорят о многом. Он и сам, видимо, не подозревал какие чувства у него возникнут, когда Ричард будет отослан к Марианне. А затем началась война. И Алва мог бы оставить Ричарда в Олларии, отослать в Надор, но он берет его с собой. Он вообще таскает его за собой, как привязанного. Алва в Тронко, Ричард с ним, Алва в варастийские степи, юноша следует за ним, Алва к бакранам, Ричард с ним и так далее и тому подобное. Он отослал Ричарда в Надор лишь в Олларии и то вероятно только потому что (как заметил кардинал) находиться рядом с эром Ричарду сейчас небезопасно. И возвращается он из Кэнналоа раньше, как раз успевая снова спасти Ричарда. Развязкой, с моей точки зрения, становится момент обозначения Алвой — кто для него Ричард. Ричард это его «девушка в окне» - то, кем Октавия была для Рамиро Алвы. "Вот так выглядит признание в любви от Рокэ Алвы Ричарду Окделлу. – Октавия, Дикон, и впрямь была тихой девочкой у окошка, в которую влюбился проезжавший мимо рыцарь. Бывает и такое. Повелитель Ветров по любви женился на безродной сироте. Возможно, это был единственный мудрый поступок в его жизни, а может, и нет. Этого нам никогда не узнать. Никогда…" Мне кажется, если бы продолжил писать Хороший Авто,р то должно было случится серьезное событие, которые заставило бы герцога Алву плюнуть на все, на все воздвигнутые им самим запреты и схватить своего юношу так как ворон схватил золотого орлана (и не разжал когти даже после смерти). Возможно, таким событием была бы попытка Ричарда убить себя, когда Штанцлер давил бы на предмет — убей своего эра. Страх потерять Ричарда мог заставить Алву наконец сделать то, чего ему так хочется — забрать юношу себе по-настоящему. В конце концов, «ружье» с самоубийством уже подвесили. Я имею в виду Жиля Понси и слова Рокэ о том, что когда хотят убить себя, то делают это молчаливо. Еще у Хорошего автора, что прописывал (по сути создавая) характеры Алвы и Ричарда на 700 страницах первой книги и частично второй, "ружья" стреляли. Например, в начале части про войну (Шут) Алва сбивает пламя трех свечей метким выстрелом. В конце части (обозначенной Старшим Арканом Сила) Алва сбивает метким выстрелом плод с головы Робера. Ружья стреляют с прямом и переносном смысле. Алва поет бакранскую песню про Пробуждение Горного Зверя и через пару глав сель несется вниз в обреченную долину. Алва учит Ричарда правильно складывать кулак для удара в лицо врагу и таки тот использует этот прием впоследствии. В любом случае, я считаю, что тот Алва — такой, каким его прописал Хороший Автор никогда бы от Ричарда не отказался (чего бы тот не натворил). Алва — человек, который если берется за что-то, на полпути не бросает. А за Ричарда он взял ответственность. Он возможно готов отпустить его (потому что любит), но только если это будет во благо Ричарда. Обижаться и мстить мальчику, который стал жертвой матерых интриганов — не, это не про Алву — таким, каким он был прописан в хороших пяти частях. Камша может хоть об стену убиться, но я не верю — бездарная работа, ВВК. Порассуждаю об этом немного. Как я уже писала одно из главных качеств Рокэ — не проигрывает он, не боится бросить вызов обстоятельствам. Ни при каких обстоятельствах Алва бы не проиграл необходимого ему как воздух Ричарда кому бы то ни было. Чтобы так случилось, надо было ломать его характер об колено. Вместо этого читателю сначала подсунули самозванца — картонку, которая делает что-то непонятно чего ради. Тот самый разговор с кардиналом, где Алва говорит о том, что у Катарины женское тело и мужской ум — очень странная фраза сама по себе. Интересно, а какое тело у нее должно быть? Мужское что ли? Какая-то очевидная очевидность. Зачем тот разговор вообще был нужен? Чтобы Алва пошел утешать Королеву? Зачем? Зачем была нужна сцена с сексом в будуаре, когда Алве и Королеве вдруг помешали? Алва пляшет под управлением Штанцлера? Да с чего вдруг? Это нелепо, тупо и шито белыми нитками. И чтобы эту дыру как-то прикрыть горе-графоманке, взявшейся писать продолжение, пришлось ретконить первые книги и придумывать персонажам, в частности Алве, те мотивировки, которых у него не было. Эта горе-графоманка просто пыталась переписать чужое произведение, но даже здесь потерпела неудачу. Вот же лузерша. Начинается нелепость за нелепостью. Алва предложил 16летнему мальчику быть своим оруженосцем ради чего? Чтобы что? Ах, вы утверждаете, что он ожидал, что мальчик откажется? Да что вы говорите? Почему об этом нет ни намека в изначальном тексте? А вот объяснение Алвы зачем он это сделал во второй книге есть (эпизод с Моро). ПМ ожидал, что мальчик скажет «нет»? Вот прямо там, когда на него смотрят все и когда ему дают шанс вырваться из опалы? 35летний мужик пытается самоутвердиться с помощью 16летнего подростка? Да вы серьезно? А ретконная фраза "Что сделано, то сделано, вами больше чем мной". Да серьезно? А ответ прост — чтобы переписать чужой текст графоманке пришлось изворачиваться, демонстрируя все грани своего невеликого интеллекта и делать из Алвы то ли глупца, то ли мерзавца. В принципе, эти качества вероятно отражают суть характера самой графоманки — что умеет, то и пишет. Мерзость и глупость — это пожалуйста. Подводя итог, скажу, что в рамках 5 частей хорошего текста Арка персонажа: Алва не планировал любить, но полюбил, он сопротивляется этому, но в итоге признает, кем для него является его юноша. Алва неожиданно обнаружил, что полюбил, хотя он давно запретил себе это и полюбил того, кого любить не имеет права — почти ребенка, малыша, невинного тихого мечтательного юношу, сына Эгмонта Окделла, которого Алва убил на дуэле, юношу, идеологически принадлежащего партии людей, которые Алву считают своим главным врагом. И более того, юноша для него его «девушка в окошке» (тот, кем была Октавия для Рамиро Алвы). В конце концов, Рокэ это признает. Это главное.