Лазарет VI: Кали-Юга

Алек выдохнул, кивая головой прошедшему мимо мужчине. Он не помнил, кто это, но явно кто-то весьма важный, раз уж получил приглашение на инаугурацию Занзаса. Воспоминания о том единственном разе, когда Алек был в этом особняке, успели немного потускнеть, но не стерлись окончательно, и потому Алек отмечал множество деталей, которые изменились с тех пор.           Стало уютнее.           Если это слово вообще применимо к особняку такого масштаба. Роскошь все также бросалась в глаза, но теперь она была не такой… пошлой, что ли. Алеку было комфортно среди гостей, он улыбался знакомым из Семьи и успевал отслеживать передвижения           Бенни, который, конечно же, был приглашен в числе других боссов Альянса.           Через высокие витражные окна пробивался свет с улицы, разбиваясь на множество цветных лучей, скользящих по мрамору пола. Свет от огромных люстр приятной теплотой разливался по залу, создавая тот самый уют, который уже отметил Алек.           Находиться тут без Дино, без вечного контроля, было странно. Алек словно только сейчас начал действительно работать в Семье, принимая решения самостоятельно, работая по графику, который выстроил себе сам, и ужиная дома с Беном, который почти прописался у него, не боясь, что зайдет Дино и все планы будут разбиты.           Алек с удовольствием допил шампанское из бокала, который успел подцепить с подноса официанта, и на мгновение прикрыл глаза.           Ему нравилось это ощущение.           Не испытывать постоянный страх.           Алеку казалось, что у мраморной белой лестницы не хватало только красных ковровых дорожек, потому что гости выглядели так, словно у каждого был День рождения и Новый год разом. Алек давно не видел столько блеска. Он покинул зал и обогнул стейшен прислуги, улыбнувшись молодым официанткам. Он уже собирался позвонить Чуе, как заметил их всех поднимающимися по широкой лестнице.           Чуя что-то говорил детям – непривычно одетым в строгие темные костюмы – явно давая распоряжения никого не нервировать и не позорить самого Чую. Дазаю, конечно, тоже шел полностью черный костюм. Он всегда умел выглядеть дорого и знал, как очаровывать окружающих. А вот Чуя среди членов семьи выделялся. В его удлиненном до середины бедра пиджаке без пуговиц, подвязанном поясом и расшитом традиционными японскими узорами, словно на кимоно, чувствовалась рука Коё. Длинные рыжие волосы лежали локонами по плечам, но с прическами у Чуи никогда не было проблем – они всегда выглядели идеально вне зависимости от дня недели.           Чуя наконец заметил Алека и поднялся до третьего этажа, салютуя.           Он одернул рукава пиджака, кажется, немного нервничая, и только тогда Алек заметил, что по левому плечу шел узор доспеха, вышитый золотыми нитями. Чуя, заметив взгляд Алека, отмахнулся:           – Это уже мое дизайнерское виденье, – протянул он так, словно не был уверен, стоило вообще одеваться так ярко или нет, – у Арахабаки подглядел.           Алек аж рот раскрыл, соображая.           – Погоди, у Арахабаки?           Чуя хмыкнул.           – А я не говорил? Мы виделись, когда я умер. Чертовски симпатичный малый. Настоящий красавчик.           Алек, честно говоря, слабо представлял, как может выглядеть Бог предотвращения разрушений и проклятий. В его фантазии тот был огромным, черным, чертовски пугающим и жутким. Впрочем, Альянс и самого Чую представлял также – Алек слышал сплетни и шепотки, и с каждым разом фантазии итальянцев становились все изощреннее. Они представляли себе ожившее божество как древнего рыжего викинга с внушительной бородой и умными глазами. Их, определенно, ждал сюрприз.           Чуя сменил тему диалога, косо глянув на болтающих друг с другом детей:           – Мне стоит делать вид, что мы с Саму просто друзья?           Дазай при этом закатил глаза. Вообще, учитывая, что у него появилась совесть, Алек очень надеялся, что Дазай ничего не выкинет. Для дебильных выкрутасов на официальном приеме присутствовала Вария в полном офицерском составе.           Чуя, заметив проходящего мимо официанта, ловко умыкнул бокал шампанского, опустошая в пару глотков, и вернул уже пустой фужер на разнос. Официант, поклонившись, тактично удалился, а Чуя выпялился на Алека, ожидая ответа.           Тот, если честно, слегка подзавис от того, как Чуе шел его наряд.           Он был впечатляющим. Алек, встреть его впервые, тоже, пожалуй, захотел бы поклониться. Впрочем, Магнус так и не ответил, чьей армией были ангелы, так что Алек справедливо считал, что, будучи нефилимом, мог самостоятельно выбрать, какого Бога ему почитать.           – Не думаю, что есть смысл скрывать ваши отношения, – пожал плечами Алек. – Занзас как новый глава Альянса внес корректировки в негласный свод правил. Теперь женитьба боссов может быть не только на людях… противоположного пола.           Чуя удивленно хлопнул ресницами.           – Гонишь?? – очень по-простецки выпалил он. – И что Альянс?           Алек потер переносицу пальцами.           – Ну, весь Альянс решил, что Занзас всего лишь хочет выйти за Сквало.           Чуя разразился хохотом, значительно расслабившись.           – И что Сквало?           Алек вздохнул.           – Пришел сегодня в белом смокинге. Подозреваю, что он планирует шутить про свадьбу с Занзасом ближайшие лет десять. Альянс еще пожалеет.           Честно говоря, Алеку и самому стало смешно. Все-таки чувство юмора у Сквало было специфическое, но Алеку чертовски нравилось. Тот умел наводить кипиш и стебаться над мрачными пафосными стариканами как никто другой. Напряжение в Вонголе после того, как Вария стала главным боевым отрядом, поугасло. Шниттен в качестве консильери отлично уживался со Сквало в качестве главного капо. Они были отличным тандемом и подспорьем для Занзаса.           Алек давно поймал себя на том, что не злится на Сквало.           За… тот случай.           Алек всегда знал, на что шел.           И знал, что Сквало хорошо выполняет свою работу.           Он просто не мог злиться на пистолет, зная, что сам заварил всю эту историю для того, чтобы… Алек сделал это, чтобы спасти человека, который в ответ спас тысячи жизней. Не впервые, если быть честным.           Алек глянул на Чую, проводя всю семью Накахара в основной торжественный зал.           Многие присутствующие тут же обернулись.           Алек даже не сомневался, что к Чуе будет приковано столько же внимания, сколько и к виновнику торжества. Всем хотелось воочию увидеть сильнейшего эспера и Бога в истории человечества.           Чуя от взглядов не смутился. Он умел держать спокойное лицо и прямую спину, когда это нужно.           Алек продолжил диалог, провожая его через толпу к Занзасу:           – Умные люди, конечно же, понимают, что нововведение в правила – это широкий жест в сторону Бенвенуто. Естественно, никто не отменял прямое наследование престола, поэтому так или иначе босс должен иметь наследников. Ну, – Алек махнул рукой, – ты лучше других знаешь, как детей заводить без присутствия женщины. Но сам факт того, что брак теперь можно заключить с мужчиной, по сути, дал право Бенни быть первым, кто начнет новый виток развития в Альянсе. Настолько толерантным он еще не был.           – Занзас выказал свою поддержку Бену. Не боишься, что он начнет им помыкать?           Алек пожал плечами.           – Занзас не похож на тирана, хотя мы все еще не познакомились лично. К тому же, Бенни действует сейчас только при участии Ромарио во всех вопросах. Не думаю, что Ромарио и Шниттен дадут случиться чему-то плохому.           Чуя кивнул, соглашаясь. Когда они подошли к новому боссу Альянса, Алек приподнял брови, не сдержавшись. Потому что на классическом смокинге Занзаса, вопреки дресс-коду, были эполеты с красного цвета подбоем и кристаллами бахромы, которые сверкали, словно огонь.           Алек знал, что Тимотео запрещал Варии появляться в классике на его приемах, и те вынуждены были всегда присутствовать в военной форме. Что ж, кажется, чувство юмора было не только у Сквало.           Чуя остановился прямо перед ним – мельче и ниже внешне, но нисколько не уступающий по влиянию.           – Накахара-доно, – произнес хриплым голосом Занзас, приветствуя.           Чуя ответил тем же:           – Дон Вонгола.           Они оба поклонились, выказывая уважение, а потом Занзас, хмыкнув, выпрямился и сказал:           – Можно просто Занзас.           – Можно просто Чуя.           И Алек тактично удалился, оставляя их. Чуя принялся представлять членов своей семьи дону Вонголы, и это был тот самый момент, когда следовало уйти в сторону. В конце концов, Алек здесь представляет Каваллоне, поэтому ему было лучше найти Бенни, чтобы приглядывать за ним одним глазом. Алек был уверен, что тот уже ждет-не дождется, когда закончатся расшаркивания, и он сможет утащить Михеля и Ватта поближе к себе. Они не виделись больше месяца, и у него, наверняка, накопилось куча сплетен для друзей.           Бенни нашелся быстро и Алек едва сдержал улыбку. Тот активно пытался слиться с «полезных для семьи знакомств», ведь ему, как новому боссу, нужно было представиться многим. Бенни в толпе богачей смотрелся совсем ребенком и явно нервничал. Он то одергивал рукава пиджака, то пытался поправить и без того идеальную укладку, то тянул руки к шампанскому, которое ловко отбирал у него Хибари.           Улыбаясь мило, как заправский маньяк, Хибари не давал Бенни слиться с важного общения, ловко направлял его к нужным группкам людей и, судя по физиономии Бенни, давал ему профилактического леща незаметно для окружающих.           Алек выдохнул, понимая, что Бенни в надежных руках. В Хибари было ценным то, что он выполнял свою работу на отлично и умел отделять самого Дино Каваллоне и его отношение от Бенни и дел Семьи. Алек был удивлен, когда понял, что и его самого Хибари не ставит рядом с умершим Дино и не собирается мстить. Хибари сумел оставить прошлое в прошлом и Алек, видя, как он охраняет Бенни, был безумно этому рад.           Ромарио также с готовностью согласился быть рядом. Он спокойно стоял рядом с Бенни, ловко переводя разговор со скользких тем – ведь многие строили кучу предположений о том, как умер Дино, что случилось и почему в Альянсе практически одновременно сменились боссы в двух семьях. У Ромарио хватало опыта и хитрости, чтобы сглаживать острые углы.           Бенни было, чему научиться.           И, что немаловажно, у кого.           Алек просто попытается быть ему отцом, которого Бенни так отчаянно искал в нем все это время.           Алек обернулся и увидел неподалеку Бельфегора, даже причесанного так, что челка не сваливалась на глаза. Алек подошел, здороваясь, и прищурился, непроизвольно напрягаясь. Он все еще не знал, что этот принц может выкинуть в следующие пару минут. То, как тот хохотал окровавленным на его операционном столе, было сложно забыть. Бельфегор аристократично сделал глоток шампанского и тут же выплюнул его в бокал, морщась:           – Чертова жаба наколдовала мне бензин!           Алек недоуменно глянул на официанта, который услужливо подставил Бельфегору под бокал поднос, а потом перевел взгляд обратно:           – Жаба?           Но Бельфегор уже ушел в основной зал, теряясь в силуэтах, черных смокингах и звоне бокалов.           Алек пожал плечами и вздрогнул, когда стоящий рядом официант превратился в совсем молодого парня – новичка в числе варийцев. Алек понял, почему Бельфегор называл его жабой. Он знал о Фране только по краткому досье, которое показал ему накануне приема Ромарио, но этого хватило, чтобы Алек соотнес его навыки с тем, что случилось, и проникся уважением к этому странному пацану.           Жуткому, если быть точным.           Фран тем временем довольно жевал канапешки.           – Лучшая работа в жизни, – равнодушно, словно мертвец, выдал он с набитым ртом.           Алек, не сдержавшись, тихо рассмеялся. Фран смылся, оставляя после себя нотку веселья и отголоски силы, которую Алек теперь чувствовал интуитивно.           – Док, – раздалось справа.           Алек обернулся, тут же улыбаясь Сквало. Тот действительно был ослепителен (почти буквально) в белом смокинге. Настолько белом, что казалось, это он потомок ангелов, а не Алек. Но больше всего удивила короткая стрижка, которая непривычно смотрелась после той копны, что носил Сквало до этого.           – Тебе очень идет, – не удержался Алек.           Тот расхлябано пожал плечами, словно действительно позволил себе наслаждаться всем происходящим. А потом широко улыбнулся.           – Моя мечта исполнилась. Я с четырнадцати лет мечтал увидеть Занзаса на троне Альянса. И вот, теперь он новый дон всея мафии, поэтому я назвал кучу гостей. Кстати, двое из них очень хотели с тобой поздороваться.           – Со мной? – удивился Алек.           Сквало только хмыкнул и кивком головы дал понять, что нужно следовать за ним. Алек, находясь в недоумении, поднялся по лестнице вверх, понимая, что они уходят от основного шума приема в сторону балкона. Их было несколько по всему залу, и темные портьеры, висящие по бокам, дарили ощущение некоторого уединения.           Алек остановился, когда Сквало провел его внутрь. Он поморгал, пытаясь привыкнуть к полумраку и рассмотреть тех, кто стоял впереди.           Сквало заговорил непривычно тихо:           – Когда ты спас Бельфегора, я сказал тебе, что за мной должок, док. Прости, я сам выбрал, как его вернуть.           Его голос был непривычно спокойным, без стальных ноток, которые всегда слышались, стоило ему открыть рот.           Что?           – Привет, большой брат.           – Здравствуй, Александр.           Алек сделал шаг назад, распахивая глаза.           Этого просто не могло быть.           Он закрыл ладонями лицо, делая несколько глубоких вдохов. Вздрогнул, когда на плечо опустилась ладонь. Она была теплой даже через смокинг. Алек весь сжался, не веря, что это не шутка.           Если бы его сюда привел не Сквало, который вряд ли стал бы шутить над Алеком, он бы… а что бы он сделал?           Алек резко убрал руки от лица и открыл глаза. Перед ним стояла Иззи. Красивая, с идеальным макияжем, в каком-то потрясающем платье, ничуть не уступающем другим гостьям, и… живая. Боже, Алек даже не понял, что за цвет был у платья.           – Александр, все в порядке.           Магнус стоял справа, сжимая рукой его плечо.           Иззи, поняв, видимо, что Алек в ступоре, первой обняла его. Она была такая маленькая и хрупкая, словно стала еще меньше с того раза, как они виделись.           Алек, длинно всхлипнув, крепко обнял ее. Так сильно, что Иззи шикнула, чуть отстраняясь.           – Силы у тебя стало побольше, большой брат.           Алек сморгнул слезы и поднял руку, смахивая соленые капли со щеки Иззи.           – Прости меня.           Иззи выгнула бровь.           – За что? Ты ни в чем не виноват.           Алек повернулся к Магнусу, а потом посмотрел на Сквало, который стоял с таким видом, будто он тут вообще ни причем.           – Спасибо, – выдохнул он, притискивая к себе сестру одной рукой.           Второй он дотянулся до Магнуса, сжимая его ладонь. Тот смотрел на него золотистыми глазами и Алека прожигало этим взглядом до самого позвоночника. Внезапно возникло желание выпустить крылья и укрыть Магнуса и Иззи здоровым крылом. Алек дернул головой, прогоняя это ощущение.           – Меня второй раз привозят к тебе красивые итальянцы, – Иззи отстранилась, поправляя прическу. – Тушь не потекла?           – Дорогая, она водостойкая, – тут же отметил Магнус.           Алек посмотрел на убийственно спокойного Сквало.           – Так ты все ей рассказал?           Тот просто кивнул.           – Эти парни были очень милы, – Иззи солнечно улыбнулась, – я понимала, что эта ложь тебя попросту убьет, но мне объяснили, что иначе было нельзя. И потому я согласилась принять участие в маленьком спектакле.           Алек неверяще помотал головой и отстранился, чтобы видеть ее беззаботное лицо лучше.           – Тебя ведь действительно могли убить! Если бы не Сквало, то наняли бы других… – Впрочем, думать об этом совершенно не хотелось.           Иззи довольно хмыкнула, все еще улыбаясь, и ткнула его пальцем в щеку.           – Хватит надумывать то, чего не случилось. Я неплохая актриса, – она откинула назад волосы, завитые аккуратными локонами, – а ты даже не посмотрел на то, как драматично я «умирала»! Попрошу Сквало скинуть тебе запись.           И она вдруг помахала ему наманикюренными пальчиками, игриво прикусив губу на мгновение.           Алек раскрыл рот, надеясь, что ему показалось.           Он уточнил:           – Это что сейчас было?           Иззи недоуменно хлопнула ресницами.           – А что? Сквало настоящий джентльмен.           Алек прищурился, чуя неладное жопой.           – Погодите-ка…           Магнус вдруг фыркнул, тут же, впрочем, пряча улыбку в бокале с шампанским.           – Ты! – Алек выдохнул, сращивая кокетливый взгляд Иззи, но тут же понял, что голос его подвел, становясь не по-мужски высоким, поэтому прокашлялся и заполошно прошептал: – Ты что, переспала с ним?!           – Алек, – Иззи сказала это таким тоном, словно Алек ничего в жизни не понимал, – он умеет управлять вертолетом!           Она глянула на Сквало, поиграв бровями.           Алек все еще стоял, шокированно приоткрыв рот.           Простите?           – И что?           – А ты вообще видел его пресс?           – Слава богу нет! Как-то не попросил показать после того, как он сделал вид, что грохнул мою сестру! – впрочем, Алек тут же глянул на Сквало: – Я без претензий. Касательно смерти. Но, боже мой, моя младшая сестра! Ты рехнулся??           Иззи ухватила Алека за подбородок и заставила посмотреть на себя. Так что Алек лишился зрелища того, как гнусно Сквало расхохотался у него за спиной, попивая вискарь.           – Вертолет и пресс, – Иззи мечтательно вздохнула, – у меня не было шансов.           Магнус довольно протянул:           – А я говорил тебе, Александр, что ты и твоя сестра – это люди, перед которыми тяжело устоять.           – Магнус, ты не объективен!           Алек пытался обвиняюще посмотреть на Сквало. Того, конечно же, это совершенно не впечатлило.           – В целом, это весь мой рассказ, если ты не хочешь знать подробностей, – Иззи тоже посмотрела на Сквало.           Тот кивнул, как-то очень странно смотря на его сестру.           Алек поежился.           – Ты еще не сказала ему, что у нас свидание в понедельник, – бросил Сквало перед тем, как удалиться с балкона.           – Сказала, получается, – Иззи дернула плечом. – Алек, ты в порядке?           – Конечно, – прошипел Алек, – у него же, блять, вертолет и пресс! Как я могу быть против!           – Вот и чудесно, – Иззи поцеловала Алека в щеку. – Пойду, поздороваюсь с семьей Накахара. Интересно, получится удивить Дазая? Планирую очень эффектно восстать из мертвых!           Алек бы не советовал Изабель надеяться, что Дазая можно шокировать. Впрочем, она выглядела такой воодушевленной, улепетывая к гостям на своих шпильках, что Алек только помотал головой. Он правда старался не думать о том, что Изабель дала Сквало. Возможно, прямо в вертолете. Возможно, при пропавшем наследнике королевской семьи Дании. О, господи.           Махнув рукой и проводив сестру взглядом, Алек посмотрел на Магнуса.           – Зато она всегда будет под защитой, – Магнус попытался вырулить ситуацию.           Но Алек уже завис, понимая и осознавая до конца, кто находится перед ним.           Магнус был ослепителен.           Нет, буквально.           Его пиджак был расшит переливающимися мелкими стразами. Которые, судя по мягкому мерцанию стоили дохрена, и выглядели, как звездное небо на темном бархате. Магнус стал будто бы еще моложе, а его глаза, обведенные черным, смотрели так, словно не было пропасти из долгих лет между ними.           Алек знал, что демон остановил старение тела Магнуса, но то, каким молодым, красивым, довольным, сильным, загадочным и… таким, созданным из всех мечтаний Алека он был…           Да как вообще можно было думать, что Алек когда-то был влюблен в Дино? Один взгляд на Магнуса и все эмоции, которые, казалось, Алек испытывал четко и однозначно, испарились, словно дым.           Магнус держал бокал длинными пальцами, как и раньше усеянными кольцами, а черный лак слегка блестел в тусклом освещении балкона, на котором они все еще стояли. Магнус выглядел как тот самый демон, за которым можно с радостью побежать в ад.           –  Как ты тут? Как вы вообще со Сквало…           Алек выдохнул, понимая, что эмоций так много, что он просто не может собрать себя в кучу. Он хотел сказать столько всего, но мысли путались, а слова застревали где-то в глотке. Алек понимал, что Иззи он заберет к себе домой, выспросит все досконально, а потом…           Потом отправит ее на свидание со Сквало. Потому что хочет, чтобы сестра была счастлива. И если ей пришелся по вкусу лучший наемник на континенте, то Алек, будучи ближним кругом для итальянского мафиози, не может ей препятствовать.           А вот Магнус…           – Мое знакомство со Сквало не стоит внимания, Александр. Скажу лишь, что оно было достаточно приятным, хотя, казалось бы. А здесь я с Амелией. Она унаследовала больше моих сил, чем старшая сестра, и потому мы с Камалией приняли решение обучать их по отдельности.           – Вы расстались? – не выдержал Алек.           Магнус кивнул.           – Давай будем честными, Александр, мы сходились не из-за огромной любви. Мы лучшие друзья, мы уважаем друг друга и я убью любого, кто будет угрожать Камалии, но любви между нами нет с тех времен, когда мы воспитывали Отабека.           – Но вы же сделали двоих детей? – Алек никак не мог понять.           – Да, и я бы сделал это снова, и дети были бы рождены даже если бы мы с тобой тогда не разошлись. Просто иным путем. Клан Камалии нельзя спускать со счетов, они опасны не меньше мафии или эсперов. Наше с тобой расставание было скорее дополнительным пунктом в списке многих.           – И тебе тоже нужен был тот, с кем тебе будет спокойно. Та, – поправился Алек, внезапно начиная понимать, – та, с кем будет спокойно.           – Что ты знаешь о ведьмах, Александр? – вдруг спросил Магнус.           Алек пожал плечами. Он смотрел вниз с балкона и видел Иззи, которую обнял сначала Чуя, а потом и Дазай. Иззи что-то эмоционально рассказывала семье Накахара, словно была старым другом семьи.           Алек моргнул и посмотрел на Магнуса.           – Ведьмы служат силе. Когда они принимают свой дар, они принимают и то, что будут одни. Дар дает им многое, но забирает не меньше. Рядом с ведьмой будет тот, кто даст ей возможность оставить потомство, потому что передача дара важна, но состариться вместе им не светит. Сила ведьмы выедает человека дочиста. Я могу бороться с силами Камалии, но лишь потому, что сам не просто человек. Всегда был, – Магнус напомнил о том, что демон был заперт в нем уже очень много лет. – Отабек унаследовал совсем немного дара как это обычно бывает по мужской линии. А вот дочери… старшая – копия Камалии по силе и ей необходимо ее запечатать до тех пор, пока она сама не решит принять дар.           – А если она не захочет? – Алек был в шоке.           Он сроду не думал, что быть ведьмой так сложно. В его голове были только эсперы и совсем с недавних пор нефилимы, и вся эта сила так или иначе действовала по каким-то правилам. Пример Тимотео, решившего эти правила повертеть на хую, только сильнее их подтверждал.           – У нее нет выбора. Ведьмина сила придет к ней, рано или поздно. То, что Камалия будет обучать ее, даст больше времени. Даст возможность влюбиться, выйти замуж, родить без оглядки на силы ведьмы, а уже потом, – Магнус повел плечами, – все остальное. Амелия же унаследовала мои силы. В ней течет демоническая кровь и это своего рода уникальный ребенок, который изначально демон без вызова или подселения. Плюс отголоски силы ведьмы и… – Магнус вздохнул, – надеюсь, она не разнесет Хомру.           – Ты оставил ее там? – ошалел Алек.           – Да, там вообще-то ее брат, – Магнус улыбнулся. – Отабек ладит с ней.           Алек представил, как Юра и Бек возятся с мелкой, и улыбнулся тоже.           – Они явно справятся, – уверенно сказал он.           – Не сомневаюсь. А мне нужно наведаться в Ватикан.           – Зачем?           – Почитать по поводу дочери. Вдруг там есть записи о похожих детях. Я уверен, да и мой демон тоже, что из ада частенько захаживали в этот мир, – Магнус сверкнул золотом глаз.           – Слушай, ну хотя бы те же инкубы и суккубы, – припомнил Алек свои друидские книжки, – это же явно не просто легенды.           – Вот именно. Были мелкие демонята – значит, были и демоны крупнее, – уверенно сказал Магнус. – Да и еще есть кое-какие дела с Советом, который решил списать меня со счетов после той фееричной смерти.           Алек смутился.           – Так ты… в Италии будешь, да? – неловко спросил он, беря Магнуса за руку. То, что тот сжал его пальцы в ответ, давало надежду.           – Буду в Италии. Только слетаю за дочерью через какое-то время. Сначала разберусь тут с квартирой и другими мелкими делами.           – И мы можем…           Алеку стало страшно. Он хотел сказать то, с чего Стайлз не так давно смеялся, потому что правда после стольких лет он все еще и…           Магнус положил указательный палец на его приоткрытые для вопроса губы.           – Мы все решим постепенно, хорошо? Не бойся, не торопись и прекрати, бога ради, взваливать все на себя, ладно?           Алек посмотрел на Магнуса слезящимися глазами и кивнул, видя в золотистом взгляде напротив все, что ему нужно было знать.           Чуя, удостоверился, что дети в целости, без конфликтов, еще не пьяные и мирно болтают в сторонке с Бенвенуто, который считал, что умыкнул от своего сопровождения. Хибари на то и был главным капореджиме Каваллоне, чтобы уметь следить за своей целью незаметно. Чуя знал, что у него были конфликты с Алеком, ведь именно ему досталась роль тренера, когда Алек только начинал свой путь в среде мафиозо… И тренировки эти были жестокими, потому что Хибари, вероятно, Дино искренне любил. Или был зависим. Чуе всегда было сложно видеть разницу между этими определениями.           Его личная зависимость тянулась красной нитью от собственного мизинца к мизинцу Дазая. И ни его побег, ни психопатия, ни вереница каменных плит на кладбище Йокогамы не смогли этого изменить. Эту нить перерезать могли только они сами. Чуя огляделся, не обращая никакого внимания на заинтересованные взгляды, которые все еще жгли его спину, не испарившись даже после того, как Занзас лично представил его как своего делового партнера всем членам Альянса.           Чуя знал, что это показательное выступление. Занзасу нужно было продемонстрировать сильного эспера на своей стороне после того, как занял трон. Чуя от этого получил только более выгодные условия и повышенную оплату за использование Токийского залива. Порт оставался с дополнительной прибылью, и ради этого Чуя был не против поторговать лицом.           Изабель уже скрылась в толпе, прекрасно чувствуя себя на этом празднике жизни. Алек тоже куда-то пропал, но его сестра поделилась, что Магнус был тут, ведь Сквало отчего-то хотелось сделать Алеку приятно. Возможно, Алек обзавелся новым другом, и Чуя был рад этой мысли.           Взгляд сам собой натолкнулся на витражные стекла. Чуя был бы рад рассмотреть искусную работу мастера, но его внимание привлекло отражение, которое играло, словно калейдоскоп, раздваивая его лицо. И в этом пересвете Чуя отчетливо мог увидеть, как одно из отражений ему улыбнулось. Чуя усмехнулся и отсалютовал Баки бокалом, а потом видение рассеялось, являя вместо лица рогатого Бога отражение подошедшего Дазая.           Чуя тут же обернулся, мягко касаясь его локтя, а потом и приобнимая за талию.           – Значит, решил не скрывать, что я твой партнер, потому что Занзас Вонгола разрешил боссам Альянса быть голубыми, чиби? – поинтересовался Дазай, забирая его бокал и делая глоток шампанского.           Чуя громко расхохотался, не сдержавшись. Хорошо, что заговорил Саму на японском, а его в радиусе пары метров точно никто не знал. Итальянцы покосились, словно увидели восьмое чудо света, но Чуе было плевать. Он подпихнул Дазая бедром и забрал свой бокал обратно.           Он хитро протянул:           – Нет, я никогда не скрываю, что ты мой партнер.           – Потому что я красавчик.           – Нет, – фыркнул Чуя, – потому что у меня адреналиновая зависимость, желание подсесть на седативные препараты и полное отсутствие инстинкта самосохранения. Собственно, по этим же причинам я и начал с тобой встречаться.           Дазай ахнул, словно не поверил своим ушам, а Чуя ловко увернулся от щипка за бедро.           – Веди себя прилично, – едва сдерживая смех, попросил Чуя, – а то нас выгонят и больше не пустят. Будем персонами нон-грата печально попивать остатки бухла в саду.           – Отличный план, – хохотнув, уверил его Дазай и отдал пустой фужер проходящему мимо официанту. – Никогда не ссал под статуями, косящими под работы Микеланджело.           Чуя окончательно разразился несдержанным хохотом, потому что у Дазая всегда получалось его рассмешить. Возможно, Дазай знал все кнопки управления от тела Чуи: как добиться смеха, улыбки, слез, злости… Дазай знал Чую наизусть, а для этого им пришлось пройти слишком многое, включая боль и даже смерть.           Мысли сами вернулись к тому дню, когда Дазай пожертвовал собой, чтобы уничтожить Тимотео и Гивра.           А оттого ушла и вся веселость. Чуя протянул ладонь, накрывая ею щеку Дазая. Тот тоже перестал шутить. Карие глаза – живые и чувствующие – распахнулись. Дазай прижался к ладони сильнее, на секунду прикрывая глаза, словно не мог поверить в теплоту этой ласки. А Чуя его не торопил, позволяя самому все прочувствовать.           Он лишь аккуратно заправил растрепавшиеся пряди волос ему за ухо, а потом легонько ущипнул за мочку и, поймав взгляд, улыбнулся.           Надо же, а ведь они были бок о бок уже больше половины жизни…           И все это время Чуя любил его. Неужели все это не должно было угаснуть, пройти? Он не понимал, как люди перестают любить, потому что никогда этого не испытывал. Даже ненавидя Дазая всем сердцем в самом начале их общего пути, он не переставал любить его. И пускай Дазай никогда не нравился Чуе как человек… это не меняло его истинного отношения.           Общая работа, предательство, отсутствие общения почти четыре года, а потом Эдинбург, знакомство с ребятами из «Лазарета», первые теплые чувства к Юри, перемирие с Дазаем… Все эти далекие события, которые (в его случае) были, в общем-то, в прошлой жизни, привели их сюда.           Чуя, не сдержав эмоций, подхватил ладонь Дазая и, поднеся к губам, запечатлел сухой поцелуй на его пальцах.           Что бы ни случилось.           Сегодня, завтра и через несколько лет.           Чуя от него не откажется.           – Я тебя люблю.           Чуя замер.           А потом вскинул глаза, ошарашенно смотря на Дазая. Тот, смутившись, пожал плечами, словно ничего не произносил.           Чуя не ослышался?           – Повтори.           Дазай тут же насупился.           – Нет, не стану. Ты выглядишь так, словно начнешь прикалываться.           Не-не-не! Нихрена!           – Повтори или я тебя сейчас за палец укушу.           Дазай тут же выхватил свою ладонь из пальцев Чуи, попытавшись уйти от его рук, но тот ловко поймал вертлявого придурка за талию, утыкаясь лицом в его грудь. Сердце Дазая колотилось, как бешеное. А Чуя лишь улыбнулся, когда почувствовал, что тот обнял его в ответ, проводя ладонью по плечам.           Дыхание Дазая опалило Чуе макушку, а потом этот придурок все-таки испортил момент, комично протянув над его головой:           – О, Боже, чиби куда-то пропал, где же ты, я тебя не вижу?!           Вот же козел! Чуя стукнул его кулаком в живот, заставив согнуться до уровня собственных глаз. Дазай охнул от легкой боли, но выдавил-таки извиняющуюся улыбочку.           – Не шутить про рост, да?           Чуя закатил глаза и потрепал его по волосам.           – Да шути уж, ты же любишь, когда тебя избивают.           Дазай соблазнительно прищурился, так и стоя согнувшись.           – Только когда это твоя ладонь, которая лупит мне пощечины. Никто не делает этого так горячо.           – Извращенец, – ответил Чуя, чувствуя, что краснеет щеками. А потом пихнул Дазая еще раз. – Все, отвали и не веди себя, как дурак. Мне надо найти Занзаса, он хотел сбежать и обсудить кое-что по контракту.           А для этого Чуе не мешало бы не смущаться от слов Дазая, который умел его заводить той чушью, что вываливалась из его рта как из ящика Пандоры. Чуя продышался и поправил пиджак, оглядываясь по сторонам и настраиваясь на работу.           Дазай, подскочив к нему сбоку, вдруг наклонился и прошептал еще раз, обжигая ухо:           – Я правда очень тебя люблю, Чуя.           И, оставив едва ощутимый поцелуй на щеке, сбежал, словно школьник.           А Чуя, стоя посреди приема с краснющим лицом, понятия не имел, как теперь ему думать о работе. Он обернулся, но Дазай уже скрылся среди толпы гостей, которая делала вид, что не наблюдала за ними.           Боже… Вот же придурок!           Чуя закрыл лицо руками, помотав головой в неверии. И уже так, прячась в собственных ладонях, не сдержал широчайшей улыбки в своей жизни.           Глаза резануло, но он сморгнул влагу, шмыгнув носом.           А потом, почувствовав чей-то внимательный взгляд, Чуя обернулся, глянув вверх, в сторону балконов. Магнус, стоящий рядом с Алеком, помахал ему рукой. Чуя ответил тем же, а потом перевел взгляд на Лайтвуда. И тот, кажется, все видел. Потому что отсалютовал бокалом и рассмеялся.           Поздравляю.           Чуя закатил глаза и шутливо показал ему фак исподтишка.           На свадьбу не позову.           Магнус покосился на Алека, словно не понял, что только что произошло, а Чуя фыркнул и направился искать Занзаса. Но потом обернулся еще раз и, порадовавшись, видя Магнуса и Алека вместе, усмехнулся.           Что ж, пожалуй, у них все будет хорошо.           Осталось только проследить, чтобы Алек никого и никогда не ставил впредь превыше самого себя.           Впрочем, Чуя был уверен, что Магнус сможет справиться с этой задачей.           Потому что существовали люди, предназначенные друг другу судьбой.           И какие бы испытания не выпадали на их долю, они всегда смогут найти обратный путь к друг другу.           Чуя был в этом уверен, потому что видел метафорическую красную нить не только на собственном пальце.           Магнус и Алек были повязаны также крепко, как и они с Дазаем.           А это значит, что первая свадьба, на которой они все-таки отгуляют (чертовы Дерек и Стайлз!) будет вовсе не свадьба в семье Накахара-Дазай. Чуя, развеселившись, достал из кармана мобильный и, открыв общий чат со всей тусовкой «Лазарета», напечатал:           От кого: Чуя Накахара           «Делаем ставки, когда Магнус сделает Алеку предложение! Итак, моя ставка – две тысячи баксов. Кто даст больше?:)»           В ответ молниеносно посыпались десятки сообщений.