Часть 1
6 июня 2025 г., 15:16
Чха Юнхи терпеть не могла этого ублюдка.
С его насмешливой ухмылкой, ленивыми подколами и глазами, которые будто раздевают тебя до костей. Гым Сонджэ — ходячее раздражение, воплощённое в теле слишком красивого для своей подлости парня.
Каждый день в кампусе он умудрялся найти повод подойти, сказать какую-то едкую хрень — и уйти, оставляя её либо злой, либо с сердцем, бьющимся в горле от злости. Или чего-то ещё. Она себе не признавалась.
— Снова в одиночестве, Юнхи? Никто не выдерживает тебя дольше недели? — однажды он бросил, проходя мимо в коридоре.
— Может, тебе понравится судьба тех, кто пробовал? — оскалилась она в ответ.
Он только усмехнулся, не оборачиваясь.
Она ненавидела его.
Точно. Правда?
Было за полночь, когда зазвонил телефон.
Она не узнала номер, но подняла — только чтобы выругаться, если это опять кто-то из пьяных студентов.
— …Юнхи.
— …Сонджэ?
Голос на том конце был глухим, хриплым. Как будто он сдерживал крик.
— Мне нужно… Я не могу… Ты можешь открыть? Я рядом с твоим подъездом.
Она выругалась вслух, бросилась к окну. И правда — его фигура, опирающаяся о стену. Луна высвечивала лицо… разбитое. Бровь рассечена, губа порвана, рубашка пропитана кровью.
— Сука… — прошептала она.
Она не должна была. Не обязана. Он был проблемой.
Но она уже отворяла дверь.
В квартире пахло антисептиком и потом. Она усадила его на табурет и мыла кровь с его лица. Он не стонал — даже когда она прикасалась к ранам, только смотрел на неё. Слишком тихо.
— Кто это с тобой сделал? — прошептала она.
— Люди, которым я задолжал старые счёты. Это… неважно.
Он посмотрел ей в глаза.
— Я просто не знал, куда ещё идти.
Юнхи почувствовала, как внутри сжалось. Он не выглядел сломленным. Он выглядел уставшим. До самого дна.
— Я ненавижу тебя, Сонджэ, — выдохнула она.
— Я знаю, — прошептал он. — Но ты всё равно открыла.
Молчание.
И она наклонилась. Пальцы её коснулись его щеки, не раны — кожи. Он вздрогнул, но не оттолкнул. Глаза его были прикрыты, губы приоткрыты. Впервые — не насмешка, не колкость. Только боль. Только он.
Она поцеловала его.
Сначала — нежно. Осторожно.
А потом — глубже, будто на грани. Губы впивались, язык исследовал, как будто они оба пытались забрать друг у друга что-то давно потерянное.
Он втянул её в себя, обнял, дрожа. Она чувствовала, как его сердце колотится в груди, как он дышит прерывисто, сдерживая что-то, что рвётся наружу.
— Я не хочу быть один, — прошептал он в её губы. — Ни сейчас. Ни с тобой.
— Тогда не уходи, — ответила она, прильнув к нему всем телом.
Он снова поцеловал её. Медленно. Глубоко. И было в этом что-то такое, от чего её горло сжалось, а в груди защемило.
Они были врагами.
Но сейчас — только два сломанных человека, пытающихся стать хоть чем-то друг для друга.
