Lost flight

Вопреки волнению Ультра Магнуса (которое никто больше не разделял), команда восприняла новость о побочном квесте прекрасно. «Лост Лайт» гудел как гнездо скраплетов, почуявших приближение турболиса. Половина экипажа начищала оружие, проверяла затворы и точила клинки. Нервное возбуждение достигало такого накала, что датчики в рубке подрагивали стрелками, словно готовясь ловить скачки напряжения. Смоукскрин в пятый раз за утро обходил все палубы, пытаясь этим успокоить своё волнение и тихо дождаться приземления, но только больше накручивал себя. Одобрительные взгляды Магнуса, решившего, что капитан наконец начал следить за кораблём с надлежащей тщательностью, только раздражали. – Он что, опять у нас под дверью? Нокаут вытянул серво и поиграл когтями, придирчиво всматриваясь в форму бликов. Перед выходом в свет нужно выглядеть соответствующе. – Носится как заведённый уже полдня, даже на завтрак не явился, – Уилджек тоже чистил пёрышки, только не себе, а паре своих верных катан – правил лезвия и полировал рукоять «одолженным» здесь, в медблоке, медицинским полировщиком. – Магнус плохо на него влияет. – Завтрак? – переспросил меха, недоумённо поглядывая на соседа. – Я думал, сегодня был только полдник. – Нет, завтрак – это первый приём пищи, ну… топлива. Обычно по утрам, но иногда, если как ты пол актива полировать бампер, он случается сильно позднее. Полдник – вечерний. – Почему тогда он называется полдник, если полдня – это сейчас, и совсем не вечер? – Потому что… шлак, – рэкер задумчиво провёл диском с полиролью по клинку. – Потому что у них день – это сразу и солярный цикл, и время, когда звезда светит. Вот и путаются. – Зачем тогда вы вообще используете эту ошибочную терминологию, если в ней абсолютно никакого смысла? – Нокаут раздражённо скривился и, картинно качнув головой, вернулся к своему занятию. Оставалось только натереть воском отполированные манипуляторы – и не стыдно будет сходить размяться. – Балк так часто говорил. Я и привык. Уилджек пожал плечами и отвел взгляд в сторону. Ну нет, такие глупости его сегодня из себя не выведут. Слишком долго они ждали возможности прогуляться под звёздами, чтобы сейчас портить себе настроение ворчанием этой вертихвостки. Дверь в жилой отсек блока открылась, и из проёма выглянул ещё один медик – невысокий бот, покрытый облупленной алой краской. – Амбулон! – Джеки приветственно улыбнулся и тихонько оттолкнул сервоподом в сторону от себя полировочную машину Рэтчета, усердно делая вид, что он здесь ни при чём. – А ты не собираешься разве? – Нет. Слезь с ремплатформы, – настроение явно не для тёплых бесед. – И верни оборудование на место, пока Рэтчет не видит. – Да брось, Рэтч не будет кипятиться из-за такой глупости. Оба дока повернулись к легкомысленному дурачку и быстро дали понять ему, насколько глупо и самонадеянно это прозвучало. – Наверное, не будет… Ладно, ладно, хорошо. Я всё равно закончил. Ему это наверняка очень нужно. Нокаут прыснул, но стоило Амбулону подойти достаточно близко – высокомерно прищурился и принялся демонстративно втирать фиксатор между пальчиками, прочищая даже самые маленькие пазы при помощи набора щёточек со съёмными насадками. – Даже по блоку шататься в таком состоянии недопустимо, – едва слышно обронил он, любуясь результатом долгой работы. – Магнефик! Как будто Брейк постарался. Амбулон проглотил это, совсем не показав при бывшем десептиконе хоть толики недовольства, забрал из палаты необходимые инструменты и снова скрылся за панелью. – И чего ты на него так скалишься? Он же вроде из ваших. Уилджек проводил врача взглядом до самой двери, спрятал клинки в ножны за спиной и легко соскользнул с платформы на пол. Нужно было ещё прибраться за собой. – Наших? Если хочешь меня оскорбить, можешь делать это и не завуалированно, – фыркнул спорткар, тоже собирая свою косметичку. – От этого дезактива ходячего за квинт несёт дурной краской, ещё и сыпет своими отслойками по блоку. К тому же – трус и дезертир. Не заметить недоумение и отвращение на фейсплейте рэкера было невозможно, потому Нокаут, расхохотавшись, объяснил: – Я присоединился к автоботам, потому что они победили. Это был стратегический ход. А он сбежал в середине войны и отсиживался где-то в госпитале. – И это, по-твоему, не одно и то же? – Конечно! Не стоит путать трусость с циничностью, мой дорогой дуболом. Костелом… Тугодум?.. – Крушитель, – процедил меха. – Точно! Рэкер. Одно процессор отключает, второе без него невозможно. Вот и думай, что хуже. Только угроза заставить весь экипаж стоять двойную вахту прогнала во время посадки с мостика лишних зевак. Судя по координатам, «Лост Лайт» находился как раз над местом предполагаемой встречи. Корабль медленно опускался на поверхность Луны, постепенно снижая мощность турбин. – Тут действительно корабль, – Уилджек, как первый пилот, первым заметил очертание обычного десептиконского корабля. – Старый, мы такие давно уже перебили. Похоже, они давно здесь прячутся. – Или это мародёры, – мрачно обронил Ультра Магнус. Старый предводитель крушителей до сих пор, через годы после окончания войны, не мог смотреть спокойно на отзвуки былого кошмара. – Если они хотя бы попытаются… – Мы тут же их нейтрализуем, – пообещал Смоукскрин. Пока всё шло как было уговорено, и серьёзных подозрений в провале миссии он не испытывал. Волнение скорее было похоже на предвкушение. – Выходим на связь. – «Лост Лайт», посольство Кибертрона. Вызываем Кейда. Ответьте, – вехикон с красными отметинами на шлеме переходил с одной частоты на другую, сменяя автоботские и десептиконские каналы. – Сэр, тишина. Продолжаю поиск. – Спасибо, Бластер. Никто уже точно и не помнил, кто и почему начал его так называть. Кто-то из старой команды обнаружил, что их связист неплохо разбирается в оружии, особенно плазменных бластерах, и прозвище закрепилось. Это было намного проще, чем звать конов по номерам, особенно для тех, кто с цифрами ладил плохо. Постепенно остальные вехиконы начали проявлять интерес к такой персонализации и тоже иногда выражали желание получить кроме номера другой опознавательный знак. Правда, даже при желании как-то отличить даже тех нескольких, что отправились в это путешествие, друг от друга было непросто. – Есть ответ! Канал быстро вывели в комм, и насмешливый голос Кейда впервые услышали все на мостике. – А я уже думал, заверения капитана оказались ложью. Странно вы, конечно, выбираете командный состав. Мы готовы. Опускайте аппарель.