История одного трека

Результаты объявлены, Евровидение двадцать четвёртого года подошло к концу. Швейцария победила, хоть и вспоминать будут только выступление Хорватии. Иронично получается: секунда определяет судьбу будущего года. Представитель Хорватии, Марко Пуширич, не особо удивился победе Немо, чей вокал был просто отличным. Более того, он знал, что у Швейцарии есть деньги на организацию Евровидения. Но именно в тот момент внутри тлела надежда: а вдруг он всё-таки победит и покажет, что даже простой провинциал может совершить такое безумство — выиграть Евровидение? Иногда мечтать вредно. Из-за этого можно только расстроиться… Хотя недавно он и мечтать не мог, что будет вторым, ещё и фаворитом зрителей. Ведь всё ради них, не так ли? Все это крутилось в голове во время того, как хорват стоял на балконе здания. Он просто сбежал ото всех. Они были счастливы за него, но как Марко ни пытался, не мог настроить себя на радость. У всех так бывало. Казалось бы, чего расстраиваться, ведь все не так и плохо: все живы, он призер, еще и фаворит публики — но обида душила. Душила так, что слёзы наворачивались из-за несправедливости, если надолго остановиться на этой мысли. Свежий воздух помогал умерить пыл, а тишина успокоить душу. Марко не собирался идти на банкет, ведь один только вопрос о том, как он себя чувствует, закончился бы срывом и слезами. Зачем это нужно. Он просто вернется к себе в номер и наконец отоспится. Интересно, всем вторым так обидно, как и ему, после результатов? Хорвату думалось, что второе место самое печальное, ведь ты буквально на волосок от успеха. Волосок, который оборвался. Прислонившись к перилам, Марко докуривал четвертую сигарету. Курил он редко, конечно, но сегодня посчитал, что можно. Даже нужно. Внизу расстилались огни города, люди отмечали конец конкурса. Но это все было где то там, внизу, а Марко был тут, в компании с самим собой. Самобичевание иногда полезно, наверное. Дверь вдруг открылась, впуская свет из коридора. Другой мужчина, не говоря ни слова, встал рядом с Марко и повторил его же позу. Хорват и глазом не повел в сторону прибывшего. Смотрел вдаль и нервно затягивался, пока горячие слезы катились по щеке, размазывая макияж. — Ты мне 20 евро должен. Я голосовал за тебя. Марко прыснул. Он до этого не общался с Каарьей, хоть и был наслышан. Даже смотрел его выступление в прошлом году. — Не думал, что встречу фаната так быстро. — А зря. Ты был крут. Мне понравилось твое выступление. — Спасибо, но, видимо, этого не достаточно для выигрыша. Марко выбросил фильтр от сигареты в пустоту перед собой и спрятал голову в сгибе локтей, при этом лохматя волосы. Все равно уже на весь образ: на макияж, прическу и даже костюм. — Это Евровидение, детка. Быть участником дело неблагодарное. Стресс, нервы… Пф… Уж лучше приезжать как гость, — Йере расплылся в коварной улыбке и выжидающе смотрел на хорвата. — Ты здесь гость? — Не совсем. Никто не приглашал, но я приехал поддержать Финляндию. Выдали пропуск, и теперь я гуляю сам по себе. — Как кот, — Марко улыбнулся мысли о кошках и повернул голову в сторону собеседника. — Именно! — Я бы на твоем месте воспользовался бесплатным банкетом и поел на халяву, — хорват не был против компании, но сейчас просто хотелось побыть в тишине. — Хорошо, что ты не на моем месте тогда. Я хочу побыть тут, с тобой, если не возражаешь. — Зачем? Я не настолько в отчаянии. Прыгать не собираюсь, — Марко впервые взглянул в лицо финну. Тот глядел на него в ответ с небольшой улыбкой. Он был спокоен и расслаблен, и это внушало такое же спокойствие самому Марко. Даже не верится, что тот полуголый парень на сцене и этот мужчина, что стоял рядом с ним в свете ночных огней, — один и тот же человек. — Мне год назад не хватало того, кто мог бы послушать мое нытье и понять мои чувства. Поэтому я здесь. Даже если тебе и не надо изливать душу, я все равно постою, — Йере лишь поднял голову к небу, разглядывая то количество звезд, что было достаточно хорошо видно даже со световым загрязнением города. — Спасибо. И больше не надо было слов. Все и так понятно. Этой немой поддержки, простого присутствия кого-то рядом было достаточно. Марко опять спрятал голову в скрещенных руках, опираясь на перила. Спустя пару мгновений его плечи дрожали и вздымались в немом плаче. Йере начал гладить его по спине и сжал плечо. — Если соединить эти звезды, то получится ложка, гляди, — Марко поднял голову к небу, и Йере вытянул руку, чертя так называемую ложку из звезд. — Думаешь, есть такое созвездие? Марко не ответил, но наконец выпрямился, вылезая из своего убежища. Йере явно просто старался отвлечь и не хотел заострять внимание на его минутной слабости. У финна была необычайная способность к пустому трепу, но об этом Марко только предстояло узнать. — Спасибо, мне было это нужно, — он благодарно смотрел в глаза Йере, улыбнувшись вымученно, но искренне. Наконец все эмоции вышли из него, оставив после себя только усталость. — Обращайся, — финн широко улыбнулся в ответ, и в этот момент что-то изменилось. Что-то совсем неощутимое. Казалось, если Марко не увидит такую улыбку еще хоть раз в жизни — то проживет её зря.