Трещины в зеркале души

Данная глава является вступительной. Рекомендется прочесть её, дабы узнать больше про каждого персонажа, и приблизительно понимать, кто и что чувствует к остальным. Город жил своей обычной суетой, но для четырех сердец он был ареной сложных, часто болезненных чувств и ожиданий. Хитоми (16 лет) Хитоми была пухлой, её рост составлял 167 см, но она двигалась с удивительной легкостью. Смуглая кожа делала ее светлые, почти платиновые волосы еще ярче. Но главное – глаза. Один – чистый, небесно-голубой, другой – нежный, розовый, как лепесток пиона. Эта гетерохромия завораживала, придавая лицу что-то неземное. По щекам спускались светлые, почти белые полосы родимых пятен. Она любила яркость: короткие майки, струящиеся юбки пастельных или кислотных оттенков, открытые сандалии. Осанка у нее была прямой, но иногда, особенно в толпе или при неловкой ситуации, руки скрещивались на груди, и плечи слегка сжимались – щит стеснения. А вот в разговоре она оживлялась: улыбка озаряла лицо, руки начинали рисовать узоры в воздухе, голос звенел, пусть и с оттенком вечной мечтательности. В душе Хитоми пылала тайная, всепоглощающая страсть к Мэзэхиро. Эта "любовь" была больше похожа на болезненную одержимость: она следила за ним, выстраивала фантазии, где он тайно отвечал ей взаимностью, и сильно ревновала ко всем, кто был рядом с ним, особенно к Каору. Ее наивность и импульсивность были одновременно ее очарованием и ее слабостью. Единственным лучом настоящей дружбы в этом тумане была Нацуми. Нацуми (15 лет) Ее невозможно было не заметить. Она была невысокого роста (165 см) с густыми волосами цвета грозовой тучи – темно-серыми, почти чёрные. Ее глаза сияли чистым, небесно-голубым цветом, как два осколка безоблачного дня. Нацуми была воплощением розовых грез: платья и юбки всех оттенков фуксии, пудры и персика, легкие кофточки, сияющие бантики в волосах, браслетики, звенящие на тонких запястьях, а также она обожала носить полосатые чулки. Никаких особых примет, только невероятная энергия, исходящая от каждого жеста. Спину она держала идеально прямо, а улыбка, казалось, никогда не сходила с ее лица. Она жестикулировала так активно во время разговора, что могла задеть собеседника или прохожего в метре от себя. Ее оптимизм был заразителен и слегка наивен – она видела хорошее в каждом человеке и ситуации, иногда вопреки очевидности. Ее сердце принадлежало Хитоми. Эта любовь была искренней, заботливой, полной восхищения хрупкой красотой и необычностью подруги. Она искренне верила, что сможет осчастливить ее. А еще она была единственным человеком, к которому Каору хоть немного приоткрывался. Она видела его боль и старалась быть его солнцем, его якорем в бушующем море. И именно поэтому сильно ненавидела Мэзэхиро, чувствуя исходящую от него опасность и видя, как он вредит Каору. Она верила в дружбу, в свет и была готова бороться за тех, кого любила. Каору (17 лет) Он был тенью, старающейся слиться с темнотой (176 см). Черные, как смоль, волосы часто падали на лицо, скрывая глаза – кроваво-красные, как усталый закат, полные недоверия и постоянной настороженности. Его стиль был броней: темные, мешковатые футболки, толстовки с капюшонами, потертые джинсы – все, что скрывало тело и делало его невидимым в толпе. На пальцах – темные, неброские татуировки, а под одеждой прятался старый шрам на животе – немой свидетель боли. Его осанка выдавала желание исчезнуть: скрещенные на груди руки, опущенная голова, избегание прямых взглядов. Каждое неожиданное прикосновение заставляло его внутренне сжиматься. Мир для него был враждебным местом, полным подвоха и боли. Единственным островком относительного спокойствия была Нацуми. Ее безудержная искренность, ее настойчивое, но ненавязчивое внимание, ее свет – все это вызывало у него смутное чувство, похожее на привязанность, на глубинную благодарность. Он доверял ей, и это было чудом. К Хитоми он поначалу испытывал лишь раздражение и ревность – она была одержима Мэзэхиро, а Мэзэхиро был его кошмаром. Но позже, узнав о ее иллюзиях, он увидел в ней родственную душу, попавшую в сети того же монстра, только иным способом. А Мэзэхиро... Мэзэхиро был его личным адом. Тот, кого он ненавидел и боялся больше всего на свете, чьи прикосновения вызывали тошноту и панику, напоминая самые темные моменты прошлого. Но он же был его странным, уродливым спасательным кругом в мире проблем и нужды. Эта зависимость душила его. Мэзэхиро (22 года) Он возвышался над большинством (210 см), внушая одновременно восхищение и страх. Серо-голубые волосы были уложены с безупречной точностью, подчеркивая резкие черты лица. Глаза – холодные, пронзительные, того же красного оттенка, что и у Каору, но без тени уязвимости – они горели странным, не всегда здоровым огнем. Он был воплощением дорогого шика: идеально сидящие костюмы, безупречные рубашки, обувь ручной работы. Каждая деталь кричала о статусе и контроле. Но под этой оболочкой скрывалась карта насилия: руки в паутине старых шрамов, а вся спина была покрыта сложными, мрачными татуировками – летопись его темного мира. Он держался с ледяным спокойствием и устрашающей уверенностью: прямая, почти вызовная осанка, скупые, точные жесты, взгляд, который буравил собеседника, не позволяя отвести глаза. Его мир вращался вокруг Каору. Это была не любовь, а патологическая, собственническая одержимость. Каору был его предметом обожания, его "вещью", его смыслом. Он терпел его ненависть, его удары, его холод – все это было доказательством существования их связи. Он обожал его, желал обладать им полностью, изолировать от мира. И поэтому до безумия ненавидел всех, кто осмеливался приблизиться к Каору, особенно Нацуми, видя в ней главную угрозу своему влиянию. Хитоми была для него лишь надоедливой мошкой, слепой к реальности, объектом легкого презрения и раздражения. Его чувства были монолитны, как скала, и столь же безжалостны: Каору принадлежал ему, все остальные – помеха на пути к абсолютному обладанию. Паутина чувств: * Хитоми: Обожает (болезненно) -> Мэзэхиро; Ревнует -> к Каору; Дружит (искренне) -> Нацуми. * Нацуми: Любит (искренне) -> Хитоми; Дружит/Заботится (глубоко) -> Каору; Ненавидит/Боится -> Мэзэхиро. * Каору: Доверяет/держится (как за якорь) -> Нацуми; Понимает/Сочувствует (как жертве) -> Хитоми; Ненавидит/Боится/Зависит (патологически) -> Мэзэхиро. * Мэзэхиро: Одержим (патологически) -> Каору; Ненавидит (как угрозу) -> Нацуми; Презрительно терпит -> Хитоми. Их пути уже сплелись в тугой узел. Хрупкие "осколки счастья" девушек и мрачные "тени" парней были обречены столкнуться. Городская суета продолжалась, не подозревая, что под ее поверхностью уже зрела трагедия, готовая разорвать эту паутину чувств кровавыми нитями. Мэзэхиро: шизоаффективное расстройство (это шизофрения вместе с аффективным расстройством, у Мэзэхиро этот вид расстройства - мания). Также педофил из-за влечения к Каору, вдобавок у него нет родителей с детства, они бросили его через пару дней после его рождения. Хитоми: сталкерша (сталкерит Мэзээиро), синдром Адели, ОКР Нацуми: живёт с СДВГ и излишним доверием Каору: имеет параноидное расстройство личности, в возрасте 8 лет его изнасиловал отец, а также его ненавидет мать (причина в том, что из-за Каору его отца посадили в тюрьму, и он умер там - суицид).